﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

19 ноября 2021 года

Дело №А56-91249/2017/сд.6

 

Резолютивная часть постановления объявлена  15 ноября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 ноября 2021 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Смирновой В.С., 

при участии:  

от Панферова К.А.: представителя Костаманова О.А. по доверенности от 13.05.2020; 

от Ильчук Д.Г.: представителя Гайдабура С.Г. по доверенности от 09.02.2021;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-32030/2021) Панферова Константина Анатольевича на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.08.2021 по обособленному спору № А56-91249/2017/сд.6 (судья Голоузова О.В.), принятое по заявлению Панферова Константина Анатольевича о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Русакова Алексея Владимировича, 

установил:

Русаков Алексей Владимирович обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 29.11.2017 заявление Русакова А.В. принято к производству. 

Определением суда первой инстанции от 19.03.2018 заявление Русакова А.В. признано обоснованным, в отношении него введена процедура реструктуризации задолженности гражданина, финансовым управляющим утвержден Светцов Сергей Юрьевич.

Определением суда первой инстанции от 08.06.2020 арбитражный управляющий Светцов С.Ю. освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего Русакова А.В.; финансовым управляющим должника утверждена Асеева Дарья Витальевна.

Панферов Константин Анатольевич 13.01.2021 обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительной сделки от 13.07.2017 по отчуждению должником в пользу Ильчук Олеси Геннадьевны жилого помещения с кадастровым номером 63:09:0101161:6946, расположенного по адресу: г. Тольятти, б-р Курчатова, д. 5, кв. 63; просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника указанного жилого помещения.

Впоследствии 19.08.2021 Панферов К.А. уточнил заявление и просил признать недействительной сделку должника – соглашение от 01.02.2017 о расторжении договора купли-продажи квартиры от 22.07.2016 по отчуждению жилого помещения с кадастровым номером 63:09:0101161:6946, расположенное по адресу: г. Тольятти, б-р Курчатова, д. 5, кв. 63, заключенную между Русаковым А.В. и           Ильчук О.Г.; просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества в конкурсную массу должника. 

Решением суда первой инстанции от 15.02.2021 Русаков А.В. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена Османова Венера Тельмановна.

Определением суда первой инстанции от 31.08.2021 в удовлетворении заявления Панферова К.А. отказано. 

В апелляционной жалобе Панферов К.А., ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 31.08.2021 по обособленному спору № А56-91249/2017/сд.6 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, оспариваемый договор заключен сторонами в отсутствие встречного исполнения со стороны ответчика; стороны сделки являются заинтересованными друг по отношению к другу лицами; в момент заключения оспариваемого договора должник обладал признаками неплатежеспособности; после выбытия спорного имущества из конкурсной массы должника, Русаков А.В. в течение года продолжал оплачивать коммунальные услуги; у суда первой инстанции отсутствовали полномочия по оценке экономической эффективности признания договора недействительным.  

В отзывах Русаков А.В. и Ильчук О.Г. просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

В письменных пояснениях финансовый управляющий должником поддержал доводы апелляционной жалобы Панферова К.А.

В судебном заседании представитель Панферова К.А. поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель Ильчук О.Г. возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции на основании выписки из ЕГРН и представленных из Управления Росреестра по Самарской области копий регистрационных дел на объект недвижимости, 01.12.1999 квартира по договору о безвозмездной передаче в собственность граждан передана Администрацией Автозаводского района г.Тольятти в собственность граждан Постниковой Н.Б., Постниковой Т.И., Постникова И.Ю. 

22.01.2015 был расторгнут брак между должником Русаковым А.В. и ответчиком Ильчук О.Г.

02.03.2016 Ильчук О.Г. приобрела у граждан Постниковой Н.Б.,              Постниковой Т.И. и Постникова И.Ю. в собственность спорную квартиру. 

По условиям договора купли-продажи от 02.03.2016 (пункты 2.1 и 3.1 договора) квартира приобретена на личные средства Ильчук О.Г. в сумме                    3 600 000 руб., которые перечислены безналичным способом со счета Ильчук О.Г. на счет Постникова И.Ю. 

22.07.2016 заключен договор купли-продажи квартиры между Ильчук О.Г. и Русаковым А.В., по условиям которого Ильчук О.Г. передала в собственность Русакова А.В. спорную квартиру за плату в размере 3 800 000 руб. Срок оплаты по договору установлен до 31.12.2017. До момента оплаты квартира находится в залоге у Ильчук О.Г. 

02.08.2016 зарегистрирован переход права собственности на квартиру к должнику. 

01.02.2017 Русаков А.В. и Ильчук О.Г. заключили соглашение о расторжении договора купли-продажи квартиры от 22.07.2016, по условиям которого право собственности на квартиру было вновь передано Ильчук О.Г. в безвозмездном порядке. 

13.02.2017 зарегистрирован переход права собственности на квартиру от должника к Ильчук О.Г. 

Кредитор Панферов К.А. оспаривает соглашение от 01.02.2017 о расторжении договора купли-продажи квартиры от 22.07.2016, полагая его заключенным со злоупотреблением правом.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления Панферова К.А., исходил из того, что заявителем не были представлены достаточные и допустимые доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении вышеуказанного соглашения о расторжении договора купли-продажи от 01.02.2017 его стороны действовали исключительно с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов; в обход закона с противоправной целью, а также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой Х, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Как следует из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В обоснование своего заявления Панферов К.А. указывает на недействительность оспариваемого соглашения по общим основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно пункту 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2020 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) в порядке главы III.1 Закона о банкротстве подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции Ильчук О.Г. заявлено о пропуске Панферовым К.А. срока исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года.

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 32) указано, что по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Панферов К.А. обратился в суд первой инстанции с заявлением 28.12.2020, тогда как процедура реструктуризации задолженности в отношении Русакова А.В. введена 01.03.2018, следовательно, трехлетний срок исковой давности заявителем не пропущен. 

Дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении Русакова А.В. возбуждено 29.11.2017, тогда как оспариваемая сделка заключена 01.02.2017, регистрация права собственности осуществлена 13.02.2017.

В силу статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно пункту 3 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество – юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Государственной регистрации подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество и сделки с ним в соответствии со статьями 130, 131, 132, 133.1 и 164 ГК РФ. В случаях, установленных федеральным законом, государственной регистрации подлежат возникающие, в том числе на основании договора, либо акта органа государственной власти, либо акта органа местного самоуправления, ограничения прав и обременения недвижимого имущества, в частности сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда, наем жилого помещения (пункты 5 и 6 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

Датой государственной регистрации прав является день внесения соответствующих записей о правах в Единый государственный реестр прав.

В силу части 2 статьи 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие регистрации, возникают, изменяются, прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), для лиц, не являющихся сторонами сделки, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 ГК РФ).

Таким образом, для финансового управляющего и кредиторов должника, не являющихся сторонами оспариваемой сделки, отчуждение имущества должника в пользу Ильчук О.Г. возникло с момента государственной регистрации права собственности (13.02.2017).

При таких обстоятельствах оспариваемое соглашение может быть оспорено по общим основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ. 

Пункт 1 постановления Пленума № 25 содержит разъяснения о том, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с положениями пункта 10 постановления Пленума № 32 (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60) исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

С учетом содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 7 и 8 постановления Пленума № 25 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений по их применению, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку в данном случае сделка (расторжение договора купли-продажи) оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Как установлено судом первой инстанции, Ильчук О.Г. является бывшей супругой должника. На дату совершения рассматриваемой сделки должник и ответчик супругами не являлись, поскольку их брак расторгнут 22.01.2015.

Спорная квартира приобретена Ильчук О.Г. вне брака с должником (спустя более чем 1 год после расторжения брака) на свои личные средства, у третьих лиц, в собственности которых квартира находилась более 15 лет, и которые получили ее в результате приватизации.

Из материалов дела не усматривается какая-либо зависимость (аффилированность) предыдущих собственников квартиры Постниковой Н.Б., Постниковой Т.И., Постникова И.Ю. с Ильчук О.Г. или с должником.

Квартира оплачена Ильчук О.Г. безналичным способом, путем перечисления денег с ее счета на счет Постникова И.Ю.

Каких-либо документов, свидетельствующих о том, что должник имел какое-либо отношение к приобретаемой Ильчук О.Г. после расторжения брака квартире (например, предоставил денежные средства на покупку квартиры или был изначально аффилирован с предыдущими собственниками квартиры) не представлено.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что спорная квартира после заключения договора от 02.03.2016 являлась личной индивидуальной собственностью Ильчук О.Г.

Должником и его бывшей супругой Ильчук О.Г. 22.07.2016 заключен договор купли-продажи, согласно которому квартира перешла в собственность должнику, а тот обязался в срок до 31.12.2017 оплатить её стоимость в размере 3 800 000 руб.

Доказательств того, что данная сумма уплачена должником в пользу Ильчук О.г., или обязательства по оплате спорной квартиры погашены должником каким-либо иным образом, не представлено.

Таким образом, в результате заключения вышеуказанной сделки должник фактически получил квартиру от Ильчук О.Г. без какого-либо встречного предоставления, но с обязательством оплатить ее стоимость до 31.12.2017.

До полной оплаты имущества должником квартира находилась в залоге у Ильчук О.Г. в качестве обеспечения исполнения обязательств должника по оплате ее стоимости. Обременение квартиры залогом в пользу Ильчук О.Г. зарегистрировано Росреестром.

01.02.2017 Ильчук О.Г. и Русаков А.В. расторгли договор купли-продажи. 

По условиям данного соглашения о расторжении договора квартира возвращена Ильчук О.Г., а обязательства должника по оплате квартиры прекращены. Переход права собственности на квартиру оформлен 13.02.2017.

То есть в результате заключения оспариваемого соглашения от 01.02.2017 имущество отчуждено должником в отсутствие неравноценного встречного исполнения, поскольку в связи с отчуждением квартиры обратно в пользу                  Ильчук О.Г. были прекращены еще и обязательства должника по оплате квартиры, обеспеченные ее залогом.

Как правильно установлено судом первой инстанции, квартира изначально принадлежала Ильчук О.Г., должник не имел к ней отношения (поскольку квартира была приобретена Ильчук О.Г. спустя значительно время после расторжения брака). В результате приобретения квартиры должником (и регистрации на него прав собственности на квартиру), у должника также образовалась и обеспеченная залогом квартиры задолженность перед Ильчук О.Г., которая была прекращена в результате совершения оспариваемой сделки – соглашения от 01.02.2017 о расторжении договора купли-продажи квартиры.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемой сделкой не был причинен вред кредиторам должника.

Злоупотребление правом в данном случае при расторжении договора купли-продажи не допущено, поскольку в совокупности действия должника и ответчика не привели к безвозмездному выводу имущества из конкурсной массы. Действия сторон по расторжению сделки, не исполненной должником, сами по себе о злоупотреблении правом не свидетельствуют, поскольку в результате их совершения вред кредиторам не причинен.

Доводы кредитора и финансового управляющего о том, что брак между Ильчук О.Г. и должником фактически не прекращен до сих пор, между ними существуют близкие отношения, они являются аффилированными, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку не влияют на юридическую судьбу квартиры, приобретенной Ильчук О.Г. вне брака на собственные денежные средства.

Ссылка кредитора и финансового управляющего на то, что должник после расторжения договора купли-продажи совершал платежи за коммунальные услуги в отношении спорной квартиры, сама по себе о недобросовестности сторон сделки не свидетельствует. 

Довод кредитора о совершении должником ряда аналогичных сделок в преддверии банкротства по выводу имущества из конкурсной массы, подлежит отклонению с учетом того, что совершение указанных сделок опосредовано различными фактическими обстоятельствами.

Ссылка подателя апелляционной жалобы на судебные акты по другим делам, свидетельствующие, по его мнению, о нарушении единства судебной практики, не может быть принята во внимание, поскольку указанные судебные акты приняты по результатам рассмотрения конкретных дел, с учетом установленных фактических обстоятельств, имеющихся в материалах дела доказательств и их оценки применительно к рассмотренным спорам.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.08.2021 по обособленному спору № А56-91249/2017/сд.6 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

 Н.А. Морозова