АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 декабря 2024 года

Дело №

А05-10105/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего  Яковца А.В., судей Казарян К.Г., Чернышевой А.А.,

рассмотрев 23.12.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Вельского районного союза потребительских обществ на определение Арбитражного суда Архангельской области от 28.02.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024 по делу № А05-10105/2019,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области от 20.09.2019 на основании заявления Федеральной налоговой службы возбуждено производство по делу о банкротстве Благовещенского сельского потребительского общества, адрес: 165136, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник).

Решением суда от 13.11.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника  открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества Вельский районный союз потребительских обществ, адрес: 165150, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Союз), ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11.

Определением суда первой инстанции от 28.02.2024  признано доказанным наличие предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) оснований для привлечения  Союза к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества,  производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности  приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024 определение от 28.02.2024 в обжалуемой части оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе Союз просит отменить определение от 28.02.2024 и постановление от 03.07.2024, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что Союз применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве необоснованно признан судами первой и апелляционной инстанций контролирующим Общество лицом; указывает, что в соответствии с уставом Союза последний вправе осуществлять в отношении Общества лишь ограниченный круг полномочий, не способных влиять на деятельность должника и повлечь его банкротство.

Союз также указывает, что не принимал решений об отчуждении имущества должника, не влиял на действия Общества по совершению соответствующих сделок.

По мнению подателя жалобы, ущерб в результате совершения сделки по отчуждению имущества Общества, оспоренной при рассмотрении дела о банкротстве должника, не причинен, поскольку отчужденное по указанной сделке имущество полностью возвращено в конкурсную массу Общества.

Участвующие в деле лица надлежащим образом  извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  АПК РФ) не  является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Как следует из материалов дела, Общество 03.12.2018 заключило с Союзом договор дарения, в соответствии с которым в собственность Союза переданы следующие объекты недвижимого имущества: 

- здание общей площадью 386,5 кв. м с кадастровым номером 29:01:090120:474, находящееся по адресу: 

<

...>, а также земельный участок площадью 1180 кв. м с кадастровым номером  29:01:090120:314, на котором находится названное здание;

  - здание общей площадью 223,8 кв. м с кадастровым номером  29:01:090120:471, находящееся по адресу: 

<

...>, а также земельный участок площадью 725 кв. м с кадастровым номером 29:01:090120:423, на котором находится указанное здание;

- здание общей площадью 379,6 кв. м с кадастровым номером 29:01:090120:735,находящееся по адресу: 

<

...>, а также земельный участок площадью 1090 кв. м с кадастровым номером 29:01:090120:315, на котором находится указанное здание.

Договор дарения со стороны Общества подписан председателем правления ФИО2, со стороны Союза – ФИО12 

Переход права собственности на объекты недвижимости зарегистрирован 19.12.2018. 

Полученное от Общества здание общей площадью 386,5 кв. м с кадастровым номером 29:01:090120:474, находящееся по адресу: 

<

...>, а также земельный участок площадью 1180 кв. м с кадастровым номером  29:01:090120:314, на котором находится названное здание, впоследствии проданы Союзом  Верхне-Устькулойскому сельскому потребительскому обществу  за 2 000 000 руб.

В обоснование требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий ФИО1 сослался на неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве Общества,  отсутствие документов должника и причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов  Общества в результате совершения сделок.

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения Союза к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, в связи с чем определением от 28.02.2024 удовлетворил заявленные конкурсным управляющим требования в указанной части; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности суд первой инстанции приостановил  до окончания расчетов с кредиторами. Оснований для привлечения остальных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника суд первой инстанции не усмотрел, в связи с чем отказал  в удовлетворении заявления в остальной части.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев настоящий обособленный спор по апелляционной жалобе Союза,  согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 03.07.2024 оставил определение от 28.02.2024 в обжалуемой части без измерения. 

В силу части 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам. 

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 данной статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В обоснование доводов о наличии предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения Союза  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий ФИО1 сослался на заключение договора дарения от 03.12.2018, в соответствии с которым принадлежащие должнику объекты недвижимости отчуждены в пользу Союза.

Как установлено судом первой инстанции, определением суда 02.09.2020, вынесенным в рамках дела о банкротстве Общества, заключенный Обществом и Союзом договор дарения от 03.12.2018 признан недействительным, на Союз возложена обязанность возвратить Обществу получение по названному договору  здания и земельные участки,  остававшиеся в собственности Союза; здание общей площадью 386,5 кв. м с кадастровым номером 29:01:090120:474, находящееся по адресу: 

<

...>, а также земельный участок площадью 1180 кв. м с кадастровым номером  29:01:090120:314, на котором находится названное здание,  истребованы у  Верхне-Устькулойского сельского потребительского общества.

Признавая доказанным наличие предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения Союза к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, исходил из того, что договор дарения от 03.12.2018 является значимым для должника  применительно к масштабам его деятельности и  заключенным на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для привлечения Союза к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве.

Приведенный в кассационной жалобе Союза довод о том, что отчужденное по договору дарения от 03.12.2018 недвижимое имущество полностью возвращено в конкурсную массу Общества, таким образом, ущерб имущественным правам кредиторов не причинен, не может быть принят.

 Как полагает суд кассационной инстанции, обстоятельства, на которые ссылается податель жалобы, не опровергают вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения Союза к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с заключением и исполнением договора дарения от 03.12.2018.

В свою очередь, если в результате реализации на торгах  имущества,  возвращенного в конкурсную массу Общества, требования его кредиторов будут погашены, производство по делу о банкротстве должника будет прекращено.

Доводы подателя жалобы о том, что Союз необоснованно признан судами первой и апелляционной инстанций контролирующим Общество лицом,  также не принимаются.

В обоснование указанных доводов Союз ссылается на то, что вправе осуществлять в отношении Общества лишь ограниченный круг полномочий, не способных влиять на деятельность должника и повлечь его банкротство.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 данной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции, согласно пункту 1.1 устава Общества оно является участником (пайщиком) Союза.

Из пункта 2.4 устава Союза следует, что Союз вправе осуществлять контрольные и распорядительные функции в отношении потребительских обществ - членов Союза. 

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, признал Союз  контролирующим Общество лицом.

Основания не согласиться с указанным выводом у суда кассационной инстанции отсутствуют.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 28.02.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024 по делу № А05-10105/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу Вельского районного союза потребительских обществ – без удовлетворения.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

К.Г. Казарян

 А.А. Чернышева