АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9469/21 

Екатеринбург

10 марта 2022 г.

Дело № А50-17261/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 марта 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Тихоновского Ф.И., Кудиновой Ю.В.,

при ведении протокола помощником судьи Кукушкиной  Н.С. рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), кассационные жалобы представителя учредителей (участников) публичного акционерного общества «Строительно-Монтажный трест № 14» (далее – общество «Трест № 14», должник) ФИО1, конкурсного управляющего имуществом «Трест № 14» ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Пермского края от 09.08.2021 по делу № А50-17261/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании 24.02.2022 судом округа в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 03.03.2022.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание до перерыва не явились, явку своих представителей не обеспечили.

После перерыва в судебном заседании приняли участие:

конкурсный управляющий ФИО2 лично;

представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 03.03.2022).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 19.01.2021 общество «Трест № 14» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В арбитражный суд 23.04.2021 поступили возражения ФИО3 по результатам рассмотрения конкурсным управляющим заявления о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, согласно которым просит признать обоснованным и включить требование ФИО3 о передаче однокомнатной квартиры № 71, общей проектной площадью 32,24 кв. м, расположенной на 3 этаже в 4 подъезде в пятиэтажном жилом доме по адресу: Пермский край, Пермский район, Двуреченское с/п, 

<

...>, поз. 1, оплаченной в сумме 1 483 680 руб. в реестр требований кредиторов о передаче жилых помещений должника общества «Трест № 14».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09.08.2021 требование ФИО3 в сумме 1 483 680 руб. - суммы исполнения договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 20.03.2018, включено в четвертую очередь реестра требований общества «Трест № 14».

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2021 определение суда первой инстанции от 09.08.2021 изменено, требование ФИО3 в сумме 1 483 680 руб. - суммы исполнения договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 20.03.2018, включено в четверную очередь реестра требований общества «Трест № 14» как обеспеченное залогом имущества - квартира № 71, общей проектной площадью 32,24 кв. м, расположенной на 3 этаже в 4-ом подъезде пятиэтажного жилого дома по адресу: Пермский край, Пермский района, Двуреченское с/п, 

<

...>, поз. 1.

Ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм права, ФИО3, представитель учредителей (участников) общества «Трест № 14» ФИО1, конкурсный управляющий ФИО2 обратились в суд округа с кассационными жалобами.

Представитель участников (учредителей) общества «Трест № 14» ФИО1 полагает, что судами ошибочно применены положения пункта 1 статьи 201.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации»   (далее - Закон № 151-ФЗ), настаивает, что применению подлежат положения Закона о банкротстве в редакции, действующей на дату возбуждения дела о банкротстве.

Конкурсный управляющий ФИО2, ссылаясь на то, что многоквартирный дом не введен в эксплуатацию, считает, что требование кредитора не подлежит включению в реестр как обеспеченное залогом имущества должника, просит изменить  постановление апелляционного суда, обеспечить требование ФИО3 в сумме 1 483 680 руб., включенные в четвертую очередь реестра требований должника, залогом принадлежащего должнику земельного участка с кадастровым номером 59:32:0380001:2107 и находящегося на нем объекта строительства – многоквартирного жилого дома со встроенными помещениями общественного назначения, расположенного по строительному адресу: Пермский край, Пермский района, Двуреченское с/п, 

<

...>, поз. 1, в соответствующей стадии строительства на дату вынесения определения суда.

ФИО3 полагает, что судами ошибочно применены положения пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве в редакции Закона № 151-ФЗ, настаивает, что применению подлежат положения Закона о банкротстве в редакции, действующей на дату возбуждения дела о банкротстве; считает несостоятельными выводы судов об аффилированности по отношению к должнику, осведомленности о неплатежеспособности должника, недобросовестности целей ФИО3, указывает, что кредитор исполнил обязательства по оплате договора цессии, по договору должник получил встречное предоставление; обращает внимание, что судами неверно распределено бремя доказывания.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом установлено и из материалов дела следует, 20.03.2018 между должником как застройщиком и закрытым акционерным обществом «ТЦ «Пиастрелла» (далее – общество «ТЦ «Пиастрелла»( как участником долевого строительства заключен договор об участии в долевом строительстве (далее также - договор, договор об участии в долевом строительстве), согласно которому застройщик обязуется передать участнику долевого строительства в собственность указанное в договоре жилое помещение, 1-комнатную квартиру № 71, общей площадью 32,24 кв. м, (далее также - квартира, жилое помещение), расположенную на 3 этаже многоквартирного дома по адресу Пермский край, Пермский район, Двуреченское с/п, 

<

...> ЗА, поз. 1 (далее также - объект), а участник долевого строительства обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять указанные в договоре жилые помещения, включая квартиру при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию.

Срок проведения строительно-монтажных и пусконаладочных работ по строительству Дома и получения разрешение на ввод Дома в эксплуатацию указан не позднее 30.06.2018. Срок передачи квартиры - в течение шести месяцев с момента получения застройщиком разрешения на ввод в эксплуатацию (пункты 5.1.1, 5.1.4 договора).

Цена квартиры была установлена в сумме 1 483 680 руб.

Договор был зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю 21.05.2018, о чем свидетельствует соответствующая отметка на нем.

В качестве подтверждения осуществления расчетов за квартиру общество «ТЦ «Пиастрелла» представило в материалы обособленного спора первичные документы в подтверждение оплаты по договору долевого участия от 20.03.2018 путем подписания акта взаимозачета.

Далее, 24.03.2020 общество «ТЦ «Пиастрелла» как цедент и ФИО3 как цессионарий заключили договор уступки права требования, по которому цедент уступил право требования получения в собственность однокомнатной квартиры № 71, общей проектной площадью 32,24 кв. м, расположенной на 3-ем этаже в 4-ом подъезде в пятиэтажном жилом доме по адресу: Пермский край, Пермский район, Двуреченское с/п, 

<

...> ЗА, поз. 1, принадлежащее Цеденту на основании Договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 20.03.2018, заключенного между цедентом и обществом «Строительно-монтажный трест № 14».

Право требования приобретено заявителем по цене 1 483 680 руб. Оплата подтверждается кассовым чеком-ордером от 24.03.2020 № 4999.

Договор уступки права требования от 04.12.2019 прошел государственную регистрацию 07.04.2020.

В последующем, 01.02.2021 ФИО3 направил конкурсному управляющему заявление о включении в реестр требования о передаче квартиры № 71, общей площадью 32,24 кв. м, количество комнат-1, этаж 3 в объекте строительства многоквартирном жилом кирпичном доме, расположенном по строительному адресу: Пермский край, Пермский район, Двуреченское сельское поселение, 

<

...> ЗА, поз. 1.

Уведомлением от 17.03.2021 № 71 конкурсный управляющий сообщил о невозможности рассмотрения его требований непосредственно конкурсным управляющим и необходимости предъявления заявителем своих требований к должнику в Арбитражный суд Пермского края в рамках дела о банкротстве.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, ФИО3 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции признал требование ФИО3 обоснованным и включил в четвертую очередь реестра требований кредиторов.

Изменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции счел, что требование кредитора является обеспеченным залогом имущества. Суд установил, что договор долевого участия в установленном законом порядке зарегистрирован, спорный многоквартирный дом в эксплуатацию не введен, исполнение обязательства, перешедшего к ФИО3 обеспечивается залогом имущества, препятствия для признания приобретенных заявителем денежных требований, принадлежавших юридическому лицу, имевшему ранее к должнику требование о передаче жилого помещения, обеспеченных залогом имущества должника отсутствуют. 

Суд округа полагает, что оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется, выводы суда не противоречат фактическим обстоятельствам настоящего спора.

Банкротство застройщиков законодательно урегулировано параграфом 7 главы IX Закона о банкротстве.

Процедура банкротства застройщика согласно нормам параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве призвана обеспечить соразмерное пропорциональное удовлетворение требований всех участников строительства, имеющих к должнику (застройщику) как требования о передаче жилого помещения, так и денежные требования, квалифицируемые в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве.

Понятие «участник строительства» закреплено в подпункте 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве.

Законом № 151-ФЗ внесены существенные изменения в положения параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, регламентирующие банкротство застройщиков.

В частности, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве из понятия участник строительства были исключены слова «юридическое лицо» и, как следствие, в настоящее время под участником строительства понимается исключительно физическое лицо, имеющее к застройщику требование о передаче жилого помещения, требование о передаче машино-места и нежилого помещения или денежное требование, а также Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование, имеющие к застройщику требование о передаче жилого помещения или денежное требование.

Согласно пункту 16 статьи 16 Закона № 151-ФЗ, положения параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве в редакции Закона № 151-ФЗ применяются арбитражными судами при рассмотрении дел о банкротстве, производство по которым возбуждено после дня вступления в силу данного Закона № 151-ФЗ. В свою очередь, пункт 17 статьи 16 Закона № 151-ФЗ указывает, что положения пункта 3.2 статьи 201.1, статей 201.8.1, 201.8.2, 201.9, 201.10 - 201.14, 201.15.1, 201.15.2, 201.15.2.1 в редакции Закона № 151-ФЗ применяются в случаях, если производство по делу о банкротстве застройщика возбуждено до дня вступления в силу Закона № 151-ФЗ при условии, что к этому дню не начаты расчеты с кредиторами третьей очереди.

Положения Закона № 151-ФЗ вступили в силу со дня официального опубликования (опубликован на официальном интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru – 27.06.2019, «Российская газета» – № 140 от 01.07.2019, «Собрание законодательства Российской Федерации» – 01.07.2019 № 26, ст. 3317), начали свое действие с 27.06.2019.

Первая процедура банкротства в отношении должника введена 19.01.2021, и с этой даты начал формироваться реестр требований кредиторов. Учитывая изложенное, суды обоснованно заключили, что возбуждение производства по делу о банкротстве должника до вступления в силу Закона № 151-ФЗ не исключает применение к данному делу положений Закона о банкротстве в редакции Закона № 151-ФЗ, исключившей из числа участников строительства юридических лиц. Отсутствие в пункте 17 статьи 16 Закона № 151-ФЗ упоминания пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве, содержащего понятие участника строительства, само по себе не изменяет направленности намерений законодателя вывести в приоритет защиту социальных прав граждан над коммерческим интересом организаций в спорной области регулирования.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам; вместе с тем на основании закона новый кредитор в силу его особого правового положения может обладать дополнительными правами, которые отсутствовали у первоначального кредитора.

К такого рода случаям относится подпункт 3 пункта 1 статьи 201.9 Закона о банкротстве, согласно которому в деле о банкротстве застройщика в третью очередь производятся расчеты по денежным требованиям граждан – участников строительства, в четвертую очередь производятся расчеты с другими кредиторами (подпункт 4 пункта 1 статьи 201.9 Закона о банкротстве).

При этом необходимо учитывать положения абзаца 2 пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве, согласно которым состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Соответственно, в случае приобретения до введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, гражданином права у юридического лица такое требование подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов; при уступке гражданином – участником долевого строительства требования о возврате денежных средств, уплаченных по договору долевого участия в строительстве, юридическому лицу требования цессионария подлежат включению в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника (пункт 10 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.12.2013).

При наличии признаков того, что договор уступки права требования между юридическим лицом и физическим лицом заключен исключительно с целью повышения очередности удовлетворения требований (в частности, в случае заключения договора после возбуждения производства по делу о банкротстве либо непосредственно перед возбуждением производства по делу о банкротстве при наличии очевидных признаков неплатежеспособности застройщика), требование гражданина-цессионария включается в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заключение договора уступки права между первоначальным участником долевого строительства –  юридическим лицом и гражданином после введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, означает, что право первоначального кредитора перешло к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности с учетом права цедента на включение требования в четвертую очередь реестра требований кредиторов.

В пункте 7 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, также высказана правовая позиция о том, что действия, направленные на необоснованное повышение очередности удовлетворения требования, эту очередность не изменяют.

В данном случае ФИО3 24.03.2020 заключен договор уступки прав требований с юридическим лицом – обществом «ТЦ «Пиастрелла»; договор зарегистрирован в установленном законом порядке, оплата по договору участия в долевом строительстве произведена в полном объеме, что подтверждается материалами дела. Согласно договору цессии к ФИО3 перешло право требования передачи квартиры в свою пользу, возникшее у общества «ТЦ «Пиастрелла» по договору участия в долевом строительстве. 

Судами указано, что в ситуации получения права требования от должника-застройщика физическим лицом от юридического лица значение имеет момент и цель заключения соответствующего соглашения между ними. На дату заключения договора цессии общество «ТЦ «Пиастрелла» являлось участником долевого строительства и имело к должнику как застройщику действительное право требования по передаче жилого помещения (квартиры).

Договор цессии между участником долевого строительства – обществом «ТЦ «Пиастрелла», и ФИО3 заключен после возбуждения дела о банкротстве в отношении должника, но до введения первой процедуры банкротства, которой является конкурсное производство, соответственно, ФИО3 передано требование к застройщику о передаче квартиры, которое может быть включено в третью очередь реестра при отсутствии признаков злоупотребления правом сторонами сделки.

Из материалов дела следует, что обществом «ТЦ «Пиастрелла» с должником заключено несколько договоров долевого строительства, оплата по которым зачтена в счет погашения обязательств должника перед названным обществом за выполненные работы либо поставленные материалы; то есть обществом «ТЦ «Пиастрелла» приобретены права требования к должнику по передаче квартир в порядке расчетов для последующей их продажи с целью получения денежных средств, что являлось для него обычной практикой.

Вместе с тем судами первой и апелляционной инстанций установлено, что ФИО3 не является рядовым физическим лицом; заявитель является директором общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Новая коммерческая система» и его участником (60% доли участия в уставном капитале) наряду с ФИО5 Названное юридическое лицо является единственным акционером общества «ТЦ «Пиастрелла», руководителем которого является ФИО6

Более того, суд апелляционной инстанции критически оценил пояснения заявителя относительно целей приобретения квартиры для личных (семейных) целей, связанных с намерением дочери поступить в Пермскую государственную фармацевтическую академию, указав, что на момент заключения договора с обществом «ТЦ «Пиастрелла» дочери кредитора было 15 лет, при этом, заявитель располагал достаточным доходом для приобретения готового жилья после поступления дочери в ВУЗ в г. Перми, территориально ближе к месту учебы, повышение стоимости жилого помещения не является очевидным, учитывая, что на дату заключения договора от 24.03.2020 срок завершения строительства объекта, в котором расположена спорная квартира, истек и с учетом неоднократного возбуждения в отношении застройщика дел о банкротстве, настоящего дела о банкротстве, заявитель не мог не понимать, что строительство дома может затянуться на неопределенный срок

С учетом изложенного, приняв во внимание, что на дату заключения договора цессии спорной квартиры строительство многоквартирного дома не было завершено, доказательств приобретения жилья для использования в личных целях не представлено, суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу о том, что целью оформления договора цессии между обществом «ТЦ «Пиастрелла» и  ФИО3 явилось повышение очередности удовлетворения требований в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества «Трест № 14», ввиду чего пришли к выводу, что требование ФИО3 подлежит включению в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника.

Суждение о неверном распределение бремени доказывания ошибочно.

Как усматривается из обстоятельств дела, в третью очередь реестра судом включаются требования физических лиц, заключивших договор уступки права требования жилых помещений с юридическим лицом с целью получения жилого помещения для проживания. В данном же случае установлена иная цель договора цессии - повышение очередности удовлетворения требований, в связи с чем судами установлены основания для применения пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Доводы кассаторов о неверном применении судами положений Закона   № 151-ФЗ подлежат отклонению в силу следующего.

Как было отмечено судами первой и апелляционной инстанций, последовательное изменение законодателем норм Закона о банкротстве             в 2017 - 2019 г. позволяет сделать вывод о том, что в условиях банкротства застройщиков приоритет в защите и восстановлении нарушенных прав остается на стороне граждан.

Исходя и содержания и смысла нормы подпункта 3 пункта 1 статьи 201.9, подпункта 2 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве, в соответствии с общим правовым регулированием, очередность удовлетворения требований кредиторов устанавливается правопорядком с учетом степени значимости подлежащих защите интересов конкретных групп кредиторов, чьи требования не удовлетворены должником после вступления в правоотношения с последним.

Кредитор должника, имевший с последним отношения, вытекающие из договора участия в долевом строительстве, преследует цель извлечения прибыли из такой деятельности (инвестирование строительства), что само по себе отвечает целям и предназначению коммерческого юридического лица, в то время как граждане, вступившие в отношения с застройщиком и заключившие договор долевого участия в строительстве, преследуют цель удовлетворения своих потребностей, связанных с жильем; именно с разностью целей связано различие в приоритете правовой защиты.

Из такого подхода следует, что исключение в Законе о банкротстве из числа участников строительства юридических лиц является не просто формальным изменением подхода законодателя, а преследует цель исключения из числа претендентов на жилые помещения лиц, не имеющих цели удовлетворения своей базовой социальной потребности в собственном жилье.

Таким образом, судами обеих инстанций верно применены нормы права (Закон № 151-ФЗ), исходя из функционального и системного их толкования, с учетом установленных по делу фактических обстоятельств.

Кроме того, данные доводы также были предметом исследования в ходе рассмотрения иных обособленных споров в рамках  настоящего дела о банкротстве (дела №А50-17261/2019), судами  были  сделаны аналогичные выводы (постановления Арбитражного суда Уральского округа от 16.02.2022 и от 09.03.2022)

В деле о банкротстве застройщика, исходя из особенностей правового регулирования отношений по участию в долевом строительстве и положений параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, основанные на зарегистрированных договорах участия в долевом строительстве требования дольщика, включенные в реестр, считаются обеспеченными залогом независимо от того, было им заявлено о необходимости установления залогового статуса при предъявлении денежного требования или нет, если только такой кредитор явно не выразил волю на отказ от залогового обеспечения или суд прямо не указал на отсутствие права залога в судебном акте.

Требования кредиторов к застройщику являются обеспеченными залогом в силу закона соответствующим объектом (земельным участком, незавершенным строительством объектом либо отдельным жилым или нежилым помещением в зависимости от стадии строительства). Неверное указание в резолютивной части постановления суда апелляционной инстанции в качестве залога, обеспечивающего требования кредитора ФИО3, - квартиры № 71, в то время как жилой дом не введен в эксплуатацию, а потому требования кредитора должны обеспечиваться залогом земельного участка, в данном случае не создает правовую неопределенность, а потому основанием для изменения судебного акта не является.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационных жалоб, изучения материалов дела считает, что выводы суда апелляционной инстанций соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам, основаны на нормах права, подлежащих применению.

Иные доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, его выводов не опровергают, о нарушении норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просят еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Иная оценка заявителями жалоб фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

                                                 П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2021 по делу № А50-17261/2019 Арбитражного суда Пермского края  оставить без изменения, кассационные жалобы представителя учредителей (участников) публичного акционерного общества «Строительно-Монтажный трест № 14» ФИО1, конкурсного управляющего имуществом публичного акционерного общества «Строительно-монтажный трест № 14» ФИО2 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий           Е.А. Павлова 

Судьи           Ф.И. Тихоновский 

                                                                                             Ю.В. Кудинова