АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-1505/23

Екатеринбург

12 февраля 2026 г. Дело № А76-573/2018 Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2026 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Кочетовой О. Г., судей Артемьевой Н. А., Плетневой В. В.,

при ведении протокола помощником судьи Московкиным М.Ю. рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб- конференции, кассационную жалобу Союза арбитражных управляющих «Национальный центр реструктуризации и банкротства» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.07.2025 по делу № А76-573/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель Союза арбитражных управляющих «Национальный центр реструктуризации и банкротства» – ФИО1 (доверенность от 15.07.2025 № 22/2025, паспорт).

В помещении Арбитражного суда Уральского округа явка не обеспечена.

В суд округа поступило ходатайство финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 о рассмотрении кассационной жалобы в ее отсутствие. Ходатайство удовлетворено.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 07.03.2018 ФИО2 (далее – должник) признан банкротом, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4, член Союза арбитражных управляющих «Авангард».

Определением суда от 18.08.2020 ФИО4 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

Определением суда от 08.10.2020 финансовым управляющим должника утверждена ФИО3, член Союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

В Арбитражный суд Челябинской области поступило заявление Союза арбитражных управляющих «Национальный центр реструктуризации и банкротства» (далее – кредитор, Союз) о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 на сумму задолженности в размере 5 832 833 руб.

Определением суда от 07.07.2025 в удовлетворении заявления Союза арбитражных управляющих «Национальный центр реструктуризации и банкротства» отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2025 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Союз арбитражных управляющих «Национальный центр реструктуризации и банкротства» просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права и несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

По мнению заявителя кассационной жалобы, ссылающегося на определение Арбитражного суда Челябинской области от 08.08.2025 по делу № А76-16044/2016, которым произведена процессуальная замена общества с ограниченной ответственностью «СтройТехСнаб» (далее – общество «Стройтехснаб») на Союз в части взыскания с ФИО5 убытков, вместе с переходом к заявителю прав требований к ФИО5 из деликтного обязательства, к Союзу перешли и иные связанные с этим обязательством права, в том числе права требования к другим солидарным должникам, в связи с чем считает отказ во включении требований Союза в реестр необоснованным. Кассатор также со ссылкой на судебную практику Верховного Суда Российской Федерации утверждает, что различные основания ответственности не исключают солидарности обязательств директора и конкурсного управляющего должника, при том, что в данном случае Союз ссылался на солидаритет не ответчиков по обязательствам должника, а обязательств данных лиц, поскольку их исполнение направлено на удовлетворение одного и того же экономического интереса и объединены единым погашающим эффектом и ввиду чего к ним подлежат применению правила статьи 325, а не 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации. Применительно к настоящему спору кассатор утверждает, что его законный экономический интерес в привлечении

ФИО2 и ФИО5 к ответственности состоял в том, чтобы за счет указанных лиц был возмещен вред, причиненный убыточными сделками с участием ФИО2 и неоспариванием их управляющим, а не в возникновении двух обособленных и независимых обязательств, в сумме этот вред превышающих, исходя из чего, по мнению кассатора, данный ущерб в полном объеме подлежал возмещению единожды, а его полное или частичное погашение влечет соразмерное уменьшение ответственности и ФИО2, и ФИО5 Вместе с тем, ссылаясь на то, что ФИО2, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.07.2021 по делу № А76-16044/2016 привлечен к субсидиарной

ответственности, в т.ч. за совершение им недействительных сделок, впоследствии неоспоренных ФИО5, кассатор утверждает, что погашение Союзом АУ НЦРБ причиненных арбитражным управляющим убытков и переход к нему по правилам статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации прав общества «Стройтехснаб» по деликтному обязательству ФИО5 повлекло и переход к нему требований из деликтной ответственности ФИО2 Заявитель кассационной жалобы также полагает, что включение в реестр требований кредиторов ФИО2 требований Союза не может нарушать требования других кредиторов. Кроме того, кассатор в обоснование своих требований ссылается на то, что оспариваемые судебные акты неправомерно освобождают ФИО2 от ответственности за причиненные им убытки за счет Союза.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО2 – ФИО3 просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023 по делу № А76-16044/2016 с арбитражного управляющего ФИО5 – бывшего члена Союза пользу общества «Стройтехснаб» взысканы убытки в размере 5 832 833 руб. в связи с непринятием мер по оспариванию:

1) платежей общества «Стройтехснаб» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сантехстрой» (далее – общество «Сантехстрой») на общую сумму 10 510 000 руб., совершенных в январе-марте 2016 года;

2) цепочки сделок по предоставлению 03.12.2015 беспроцентного займа в пользу общества с ограниченной ответственностью КА «АктивГрупп» в размере 3 600 000 руб. и последующей цессии права требования по обязательству в пользу Компании Саннет Инвест Лтд, совершенной 22.12.2015.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.07.2021 по делу № А76-16044/2016 ФИО2 совместно с другими контролирующими общества «Стройтехснаб» лицами, привлечен к субсидиарной ответственности по долгам общества. Одним из оснований привлечения ФИО2 к ответственности явился факт необоснованного перечисления со счета общества «Стройтехснаб» в пользу общества «Сантехстрой» денежных средств в общей сумме 10 510 000 рублей.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2023 по делу № А40-174518/2023, оставленным Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2024 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.06.2024 без изменения, в счет погашения причиненных ФИО5 убытков с заявителя в пользу общества «Стройтехснаб» взыскана компенсационная выплата в размере 6 287 833 руб.

Заявитель платежным поручением № 140 от 08.07.2024 произвел оплату указанной суммы в размере 6 287 833 руб. в пользу общества «Стройтехснаб».

Ссылаясь на то, что ФИО2 и ФИО5 является солидарными сопричинителями вреда, который погашен Союзом в размере 5 832 833 руб., заявитель обратился в суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов ФИО2

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из следующего.

В силу пункта 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с требованиями статей 71, 100 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно пункту 1 статьи 25.1 Закона о банкротстве компенсационный фонд саморегулируемой организации арбитражных управляющих формируется для осуществления компенсационных выплат в связи с возмещением убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Саморегулируемая организация отвечает за действия арбитражного управляющего, совершенные им в период членства в упомянутой организации.

Руководствуясь вышеназванными нормами права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды установили, что Союз в деле о банкротстве

ФИО2, привлеченного к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве общества «СтройТехСнаб» как контролирующее должника лицо, обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника компенсационной выплаты в порядке регресса в сумме 5 832 833 руб. в счет погашенных им убытков, взысканных с арбитражного управляющего

ФИО5 в пользу общества «СтройТехСнаб» за ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим полномочий в процедуре банкротства названного должника. При этом Союз указывает, что действия ФИО2 по совершению убыточных сделок и последующее бездействие ФИО5 по их неоспариванию образуют единый негативный имущественный результат – недостаток конкурсной массы общества «СтройТехСнаб».

Отказывая в удовлетворении заявленных требований саморегулируемой организации суды исходили из того, что ФИО2 как участник общества «СтройТехСнаб» привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, в том числе в связи с необоснованным перечислением со счета общества в пользу общества «СанТехСНаб» денежных средств в сумме 10 510 000 руб., которое в последующем ликвидировано, что исключило возможность возврата денежных средств в имущественную массу общества «СтройТехСнаб», а Союзом возмещены убытки, причиненные арбитражным управляющим ФИО5 за неправомерное бездействие, вытекающие из факта его участия (членства) в саморегулируемой организации, ввиду чего в данном случае, должник ФИО2 не является солидарным должником по обязательствам ФИО5 перед заявителем. Вред Союзу причинен именно бездействием ФИО5, а не действиями ФИО2 Ответственность Союза по обязательствам арбитражного управляющего носит специальный характер, вытекающий из положений статьи 25.1 Закона о банкротстве.

Суд округа полагает выводы судов верными, основанными на правильном применении норм материального прав и не противоречащими сформированным позициям Верховного Суда Российской Федерации.

Действительно согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.02.2025 № 310-ЭС19-23978 (12), обязательство контролирующих должника лиц по совершению действий, в том числе сделок, по доведению должника до банкротства и бездействие арбитражного управляющего по неоспариванию этих же вредоносных сделок, повлекших взыскания с него убытков, образуют солидарное обязательство перед должником в лице его кредиторов, т.к. они направлены на удовлетворение одного экономического интереса. По сути, речь идет о том, что в основание солидаритета положены одни и те же сделки, вред по которым подлежал возмещению контролирующими должника лицами и сторонами

сделки, однако их неоспаривание привело к тому, что вместо стороны по сделке такой вред возмещается солидарно конкурсным управляющим должника.

В такой ситуации исполнение произведенное одним из солидарных должников, влияет на обязательства остальных, поскольку освобождает их от исполнения по отношению к кредитору. Должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам (пункты 1, 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из указанных норм права следует, что возмещение конкурсным управляющим убытков за неправомерное бездействие по неоспариванию сделок, положенных в основание субсидиарной ответственности, наделяет его регрессным правом требования к контролирующим должника лицам ввиду солидарной природы таких требований по отношению к кредиторам должника.

Таким образом, одним из квалифицирующих признаков возникновения солидарных обязательств является направленность причинения вреда одним и тем же лицам, в данном случае кредиторам должника, имеющим один экономический интерес.

В свою очередь ответственность саморегулируемой организации по деликтным обязательствам арбитражного управляющего является субсидиарной.

Так, частью 5 статьи 25.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что требование о компенсационной выплате из компенсационного фонда саморегулируемой организации арбитражных управляющих может быть предъявлено к саморегулируемой организации лицом, в пользу которого принято решение о взыскании убытков, только при одновременном наличии следующих условий: недостаточность средств, полученных по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, для возмещения причиненных им убытков; отказ арбитражного управляющего удовлетворить требование такого лица или неудовлетворение арбитражным управляющим этого требования в течение тридцати рабочих дней с даты предъявления этого требования.

Саморегулируемая организация в такой ситуации, как следует из содержания нормы, несет дополнительную ответственность (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018

№ 305-ЭС18-10791, на которое ссылается кассатор в тексте своих письменных пояснений, также имеется указание на субсидиарный характер ответственности саморегулируемой организации по обязательствам арбитражного управляющего, в отличие от страховой организации, которая производит выплату конкурсной массе должника при наступлении страхового случая, по которому причинителем вреда выступает арбитражный управляющий.

В доктрине обоснованно отмечается, что если кредитор получает исполнение за счет субсидиарного должника, у того возникает по общему правилу регрессное притязание к основному должнику. Регрессный механизм реализуется и в рамках «деликтной субсидиарности».

Учитывая изложенное, в данном случае Союз приобрел регрессное право требование к самому арбитражному управляющему ФИО5, однако не заменил его в солидарных обязательствах с ФИО2, т.к. суброгации по таким обязательствам не произошло в силу положений статьи 25.1 Закона о банкротстве.

Ссылка на определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018 № 305-ЭС18-10791 в части возникновения суброгации на стороне саморегулиремой организации к страховой организации, в которой застрахована ответственность арбитражного управляющего, подлежит отклонению, т.к. в отличие от контролирующего должника лица, страховая организация принимает на себя риски, связанные с ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим своих обязанностей, по которым также субсидиарную ответственность несет саморегулиремая организация.

Суд округа отмечает, что обязательства ФИО5 и ФИО2 являются солидарными по отношению к конкурсной массе должника, а точнее к ее кредиторам, т.к. действия (бездействия) обоих лиц, основанных на одних и тех же сделках, причинили вред одним и тем же кредиторам.

В свою очередь, по отношению к саморегулируемой организации, возместившей вред за конкурсного управляющего должника, таких солидарных обязательств с ФИО2 не возникло, он не причинял вред Союзу, т.к. последний не является кредиторам общества «СтройТехСнаб», а соответственно, он не может наравне с другими кредиторам требовать от ФИО2 исполнения обязательств по деликту, связанному с доведением должника до банкротства. Саморегулируемая организация несет субсидиарную деликтную ответственность за вред, причиняемый незаконными действиями (бездействиями) арбитражных управляющих, а не контролирующих должника лиц. В данном случае арбитражный управляющий ФИО5 своим неправомерным бездействием одновременно причинил вред и кредиторам должника, где у него возникла солидарная обязанность по его возмещению с контролирующим должника лицом, и вред саморегулируемой организации, членом которой он является. Вместе с тем наличие солидарного обязательства перед кредиторами должника, не образует солидарных обязательств

ФИО5 и ФИО2 перед саморегулируемой организацией, т.к. требование последней является регрессным по отношению к арбитражному управляющему, как уже отмечалось, суброгации в такой ситуации не возникает.

Более того, суды пришли к верным выводам о недоказанности вины и прямой причинно-следственной связи между действиями ФИО2 по доведению общества «СтройТехСнаб» до банкротства и возникшими убытками Союза.

Приведенная правовая позиция в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2023 № 307-ЭС20-22591, от 02.02.2024 № 305-ЭС21-10472, от 05.07.2024 № 308-ЭС22-21714 (3,4,5) в данном случае не подлежит применению, т.к. в указанных судебных актах речь шла о солидарном характере ответственности, в отношении одних и тех же потерпевших – кредиторов должника. В рассматриваемом же случае, исходя их

субсидиарного характера ответственности Союза по обязательствам арбитражного управляющего, отсутствие связи деликта по субсидиарной ответственности ФИО2 по отношению к саморегулируемой организации, солидарных обязательств арбитражного управляющего и контролирующего должника лица перед заявителем не возникло.

Учитывая изложенное, доводы кассационной жалобы Союза подлежат отклонению, а судебные акты судов первой и апелляционной инстанций оставлению без изменения как основанные на правильном применении и толковании норм материального права, с учетом установленных по делу обстоятельств и их надлежащей правовой оценкой.

Вопреки доводам заявителя, компенсационная выплата не прекращает обязательств непосредственного причините вреда - арбитражного управляющего, а лишь обеспечивает гарантию защиты прав потерпевшего, в связи с чем, Союз, в силу положений ст. 1081 ГК РФ вправе обратиться с самостоятельным иском о взыскании с ФИО5 выплаченной суммы в порядке регресса.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что на стороне

ФИО2 возникло неосновательное обогащение не состоятелен, в связи с ошибочной квалификацией Союзом сложившихся правоотношений.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы заявителя являлись предметом исследования судов и получили правовую оценку, выводы судов не опровергают и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены вынесенных судебных актов, при этом заявленные доводы не затрагивают вопросов правильности применения судами при рассмотрении спора норм права к установленным по делу фактическим обстоятельствам, а сводятся к несогласию с произведенной оценкой данных обстоятельств и имеющейся по делу доказательственной базы.

В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.07.2025 по делу № А76-573/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2025 по тому же делу оставить без изменения,

кассационную жалобу Союза арбитражных управляющих «Национальный центр реструктуризации и банкротства» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Г. Кочетова

Судьи Н.А. Артемьева

В.В. Плетнева