АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-25290/2022

Дело № А55-30845/2020

г. Казань

15 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Нагимуллина И.Р., 

судей Вильданова Р.А., Галиуллина Э.Р.,

при участии представителя:

ответчика – ФИО1 (доверенность от 24.11.2022),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 

на решение Арбитражного суда Самарской области от 16.09.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022

по делу № А55-30845/2020

по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 к акционерному обществу «Омсктрансстрой» о взыскании 156 865 720 руб. 72 коп., при участии третьих лиц: Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Омской области, ФИО3, ФИО4, ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, истец) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Омсктрансстрой» (далее – АО «Омсктрансстрой», ответчик) о взыскании 156 865 720 руб. 72 коп., в том числе: 139 886 320 руб. 72 коп. стоимости утраченного оборудования в соответствии с пунктом 5.5 договора аренды оборудования от 07.02.2014 № 4, 14 250 000 руб. 00 коп. задолженности по договору от 07.02.2014 № 4 аренды и оказания услуг по управлению и эксплуатации (обслуживанию) оборудования (движимого имущества), 2 729 400 руб. 00 коп. неустойки.

Определением от 17.02.2021 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Омской области.

Определением от 28.04.2021 суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО3, ФИО4 и ФИО5.

Арбитражный суд Самарской области решением от 16.09.2021 исковые требования ИП ФИО2 удовлетворил частично, взыскал с ответчика в пользу ИП ФИО2 10 228 030 руб. 73 коп., в том числе 9 217 742 руб. задолженности по договору аренды от 07.02.2014 № 4 за период с 05.10.2017 по 31.10.2020 и 1 010 288 руб. 73 коп. пени за период с 11.10.2017 по 23.03.2020, а также 13 041 руб. расходов по государственной пошлине. В удовлетворении остальной части исковых требований отказал.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022 решение Арбитражного суда Самарской области от 16.09.2021 отменено. Принят новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе ИП ФИО2 просит отменить постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022 и оставить в силе решение Арбитражного суда Самарской области от 16.09.2021 по данному делу.

В обоснование жалобы указывается, что является неверным вывод судов о том, что истец никакого отношения к имуществу, указанному в договор аренды от 07.02.2014 № 4, не имеет.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд ошибочно установил, что спорное имущество в настоящее время существует в полном объеме и находится во владении и пользовании АО «Омсктрансстрой», и что это подтверждается актом осмотра, имеющимся в материалах дела.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что спорное имущество является собственностью АО «Омсктрансстрой», не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, так как в плане приватизации нет сведений о спорном имуществе и о его цене; представленные ответчиком технические паспорта оборудования являются недопустимым доказательством права собственности.

Суд ошибочно установил обстоятельство, что договор дарения от 27.01.2010 является недостоверным и недопустимым доказательством.

Заявитель жалобы утверждает, что суд ошибочно установил обстоятельство того, что договор аренды от 07.02.2014 № 4, договор ответственного хранения от 29.12.2000 № 21, а также девять накладных, по которым ФИО6 получил имущество, являются недостоверными и недопустимыми доказательствами.

По мнению заявителя жалобы, является несостоятельным вывод суда о том, что согласно выводам экспертизы оригинал договора был изготовлен не той датой, которая указана в документе.

Судом положены в основу судебного акта доказательства, непосредственно судом не исследованные.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителя АО «Омсктрансстрой», Арбитражный суд Поволжского округа для удовлетворения жалобы оснований не находит.

Обращаясь в Арбитражный суд Самарской области с рассматриваемым иском, ИП ФИО2 утверждала, что между ИП ФИО2 (арендодатель) и АО «Омсктрансстрой» (арендатор) 07.02.2014 был заключен договор № 4 аренды и оказания услуг по управлению и эксплуатации (обслуживанию) оборудования, согласно которому арендодатель сдает, а арендатор принимают в аренду оборудование (движимое имущество) в соответствии с перечнем в приложении № 1 к данному договору, которое является неотъемлемой частью настоящего договора, сроком действия до 01.01.2021 (пункт 3.1 договора).

Согласно пунктам 1.4, 1.5, 1.6 договора оборудование на момент заключения данного договора находится по адресам 

<

...>, 

<

...> РККА, 303, 

<

...>. 130, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, г. Омск, мкр. Входной. Оборудование смонтировано и является частями нескольких единых имущественных комплексов вместе с соответствующими зданиями и земельными участками, принадлежащих арендатору на правах собственности. Стационарное оборудование (станки, мостовые, козловые краны, подкрановые пути, компрессоры, транспортеры, шкафы и щиты управления и т.д.) установлено на фундаментах в зданиях и на площадках, предназначенных для этой цели, и присоединено к коммуникациям производственных баз.

В соответствии с пунктом 1.8 стоимость передаваемого в аренду оборудования составляет 99 715 801 руб. 80 коп.

Согласно пункту 1.9 договора передаваемое в аренду оборудование является собственностью арендодателя.

Арендодатель 07.02.2014 передал в пользование арендатора оборудование по акту приема-передачи в количестве 648 единиц.

В соответствии с пунктом 2.2 договора арендная плата за все оборудование составляет 250 000 руб. ежемесячно в случае использования всего арендуемого оборудования в производственной и хозяйственной деятельности арендатора. В случае частичного использования оборудования сумма арендной платы рассчитывается по формуле, указанной в пункте 2.3 договора.

Согласно пункту 2.7 договора арендная плата вносится не позднее 10 дней с начала месяца.

В соответствии с условиями договора если оборудование отсутствует, либо было утрачено, то арендатор обязан возместить арендодателю стоимость оборудования на 40% выше, чем его стоимость.

В силу пункта 5.7 договора при установлении факта отсутствия или утраты оборудования арендатор обязан вернуть арендодателю стоимость оборудования на 40% выше стоимости, установленной договором, что составляет 139 886 320 руб. 72 коп., а также другие убытки.

ИП ФИО2 указывала, что факт отсутствия арендованного оборудования установлен инвентаризационными описями имущества АО «Омсктрансстрой» начиная с 2017 года. Ответчик не оплачивал арендные платежи с февраля 2016 года, поэтому задолженность должника по арендным платежам за период с февраля 2016 года по октябрь 2020 года составляет 14 250 000 руб.

В соответствии с пунктом 5.10 договора в случае просрочки арендных платежей арендатор обязан выплатить 0,03% пеней за каждый день просрочки. Согласно расчету истца пени за период с 10.03.2016 по 23.03.2020 составляет 2 729 400 руб.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, АО «Омсктрансстрой» заявило о фальсификации договора аренды от 07.02.2014 № 4 и соглашения от 18.02.2016 (т. 1 л.д. 128-129).

До принятия решения судом первой инстанции ответчик также заявил о фальсификации документов, представленных ИП ФИО2 в качестве доказательств, подтверждающих переход к ней права аренды на оборудование, установленное в объектах недвижимости, принадлежащих ответчику, накладных, электронные копии которых были представлены истцом с ходатайством от 09.06.2021; договора от 29.12.2000 № 21 ответственного хранения движимого имущества (оборудования) между ФИО6 и ОАО «Омсктрансстрой»; договора дарения от 27.01.2010 между ФИО6 и ФИО2

В заявлении о фальсификации ответчик указал, что данные документы являются поддельными, изготовлены гораздо позднее дат, указанных в документах (не ранее 2020 года) с целью завладения денежными средствами АО «Омсктрансстрой». Ответчик также отметил, что на договоре от 07.02.2014 № 4 аренды и оказания услуг по управлению и эксплуатации (обслуживанию) оборудования (движимого имущества) имеется оттиск печати, которая никогда не использовалась в обществе.

Ответчиком также было заявлено ходатайство о назначении по делу экспертизы по следующим вопросам:

- на одном или разных знакопечатающих устройствах выполнены договор ответственного хранения от 29.12.2000 № 21 и договор дарения от 27.01.2010?

- соответствует ли время составления документов дате, указанной на них?

Отказывая в проверке заявления о фальсификации доказательств, суд первой инстанции указал, что доводы ответчика не могут рассматриваться в качестве заявления о фальсификации доказательства, поскольку имеют предположительный, вероятностный характер, по сути, являются доводами заявителя в рамках заявленного иска. Суд первой инстанции также отметил, что для проверки довода о том, что на договоре аренды от 07.02.2014 № 4 имеется оттиск печати, который никогда не использовалась в обществе, ответчик по запросу суда не представил приказы об утверждении образца печати на дату заключения договора и сам образец печати для проверки их соответствия. Кроме того, суд первой инстанции указал, что в случае проведении судебно-технической экспертизы по установлению давности выполнения документов будет необходимо получения письменного разрешения на частичное видоизменение документов (производство вырезок).

С такими основаниями отказа в проверке заявления о фальсификации доказательств суд апелляционной инстанции не согласился, признав, что поскольку ответчик в письменном виде заявил о фальсификации (об изготовлении не ранее 2020 года) тех доказательств, на которые сослался истец, и, поскольку подложность этих доказательств могла повлиять на исход дела, заявление о фальсификации подлежало рассмотрению по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 21.12.2022 Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд истребовал у ИП ФИО2 подлинный договор ответственного хранения от 29.12.2000 № 21 с приложением, а также подлинные накладные.

ИП ФИО2 представила оригиналы договора от 07.02.2014 № 4 аренды и оказания услуг по управлению и эксплуатации (обслуживанию) оборудования и договора дарения от 27.01.2010 с приложением, пояснив, что представить подлинный договор ответственного хранения от 29.12.2000 № 21 с приложением, а также подлинные накладные не представляется возможным, поскольку у истца отсутствуют данные документы.

Суд апелляционной инстанции назначил судебно-техническую экспертизу, проведение которой поручил ФБУ Омская ЛСЭ Минюста России (

<

...>, телефон: 

<

***>).

По результатам исследований эксперт ФИО7 пришел к выводу, что печатные тексты оригинала договора ответственного хранения от 29.12.2000 № 21 с приложением и договора дарения от 27.01.2010 выполнены на одном знакопечатающем устройстве.

Время нанесения печатного текста на оригинал договора ответственного хранения от 29.12.2000 № 21 с приложением не соответствует дате, указанной в документе.

Печатный текст данного документа был выполнен примерно в то же время, что и печатный текст договора дарения от 27.01.2010.

Установить примерную дату его нанесения возможно при предоставлении эксперту вышеуказанных образцов.

Установить время нанесения оттиска печати и печатного текста в договоре от 07.02.2014 № 4 аренды и оказания услуг по управлению и эксплуатации (обслуживанию) оборудования, печатных текстов оригинала договора ответственного хранения от 29.12.2000 № 21 с приложением, договора дарения от 27.01.2010 и оригиналов накладных не представилось возможным.

Согласно заключению эксперта ФИО8 установить, соответствует ли время составления документов: договора ответственного хранения от 29.12.2000 № 21 с приложением, договора дарения от 27.01.2010 с приложением, договора от 07.02.2014 № 4 аренды и оказания услуг по управлению и эксплуатации (обслуживанию) оборудования, а также накладных дате, указанной на этих документах, не представляется возможным ввиду того, что они являются не пригодными для применяемой методики и установления времени их выполнения, так как выполнены электрофотографическим способом, где материалом письма (красящее вещество) является порошковый тонер, который не содержит в своем составе высококипящих летучих растворителей.

Дополнительные вопросы для постановки перед экспертами истцом сформулированы не были, о проведении повторной экспертизы истец не заявлял.

Принимая во внимание необходимость исследования заявления о фальсификации доказательств, суд апелляционной инстанции по ходатайству ответчика допросил в качестве свидетеля ФИО9, подписавшего соглашение от 18.02.2016 к договору аренды от 07.02.2014 № 4 между истцом АО «Омсктрансстрой».

ФИО9 заявил, что официально был трудоустроен в качестве генерального директора АО «Омсктрансстрой» в период с 05.03.2014 по 29.09.2016, однако соглашение от 18.02.2016 к договору аренды от 07.02.2014 № 4 между истцом АО «Омсктрансстрой» он не подписывал, о наличии указанного соглашения ему не было известно. Свидетель заявил, что подпись на указанном соглашении могла быть изготовлена с помощью технических средств.

Судом апелляционной инстанции признан необоснованным довод истца о том, что в процессе приватизации арендных предприятий, образованных на базе государственного треста «Омсктрансстрой», спорное оборудование согласно плану приватизации было передано дочерним предприятиям, впоследствии эти предприятия были ликвидированы через процедуру банкротства.

Данный довод противоречит представленным в дело документам, из которых следует, что на момент приватизации государственного треста «Омсктрансстрой» действовал Указ Президента Российской Федерации от 01.07.1992 № 721 «Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий в акционерные общества», Указ Президента Российской Федерации от 29.12.1991 № 341 «Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий», постановление Правительства Российской Федерации от 04.08.1998 № 547 «О мерах по реализации Указа Президента Российской Федерации № 721», которым утвержден типовой план приватизации, на основании которого рабочие комиссии по приватизации государственных предприятий составляли планы приватизации.

Имущество, находившееся на момент приватизации на балансе общества, вошло в уставный капитал общества на основании Приложения № 3 к Указу Президента Российской Федерации от 29.01.1992 № 66 «Временное положение о преобразовании государственных и муниципальных предприятий в акционерные общества». Величина уставного капитала составила 26 447 тыс. руб. (План приватизации Треста Омсктрансстрой, акт оценки стоимости имущества предприятия по состоянию на 01.07.1992 (Приложение № 9)).

В соответствии с разделом 2 Плана приватизации величина уставного капитала определялась в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 01.07.1992 № 721. В состав оцениваемого имущества включались: здания, сооружения, машины, оборудование, устройства, приборы, транспортные средства, инструмент, производственный и хозяйственный инвентарь (пункт 2.1 Временных методических указаний по оценке стоимости объектов приватизации).

Здания и сооружения, находящиеся в собственности АО «Омсктрансстрой», представляют собой производственные помещения (цеха), что подтверждается техническими паспортами зданий, которые оборудованы необходимыми приспособлениями, оборудованием, приборами и инструментами с целью осуществления производственной деятельности. Право собственности на здания и сооружения, в том числе на здания, в которых расположено спорное движимое имущество, было оформлено на основании плана приватизации, что подтверждается свидетельствами о праве собственности.

Довод истца о том, что движимое имущество в соответствии с планом приватизации было передано дочерним предприятиям, которые распорядились станками и оборудованием по своему усмотрению, не подтверждается представленными в дело доказательствами.

В Плане приватизации отсутствуют сведения о передаче какого-либо имущества дочерним предприятиям. Дочерние предприятия необходимо было создать после завершения приватизации Общества и передать в уставный капитал учрежденных дочерних организаций имущество по актам приема-передачи, однако указанное осуществлено не было.

Из объяснений общества следует, что организации были созданы, однако ФИО10 как генеральный директор АО «Омсктрансстрой» не произвел процедуру наделения организаций имуществом, всё имущество осталось в собственности общества.

Созданные организации просуществовали не более 2-3 лет, фактически деятельность ими не осуществлялась, в последующем организации были признаны банкротами. В рамках рассмотрения дел о банкротстве арбитражным судом исследовался вопрос о наличии имущества, и было установлено, что имущество у организаций отсутствует. Данные обстоятельства подтверждаются решениями и определениями Арбитражного суда Омской области, представленными в материалы дела.

Общество заявило, что все движимое имущество располагается на площадях общества и обслуживается последним, никогда не демонтировалось, поскольку демонтаж сделает невозможным повторное использование движимого имущества.

С момента приватизации движимое имущество является собственностью общества, никому не отчуждалось, обслуживается и охраняется за счет средств и силами общества.

Представленные в дело документы свидетельствуют о том, что указанное в договоре аренды оборудование имеет признаки стационарного технологического оборудования, перемещение которого без несоразмерного ущерба его назначению невозможно, либо связано с такими затратами на демонтаж, перевозку, ревизию, закупку запчастей, работу квалифицированных специалистов, которые превысят остаточную стоимость этого оборудования.

Вывод о том, что указанное в договоре аренды оборудование является неотъемлемой частью объектов недвижимости, подтверждается также условиями представленного истцом договора аренды.

К тому же из содержания накладных нельзя определить перечень переданного имущества – накладные не содержат ни наименований, ни иных идентифицирующих признаков, ни отсылок к месту размещения оборудования. Как следует из накладных ФИО6 передано оборудование, имеющее определенный общий вес, с целью демонтажа, разбора и получения негабаритного несортового лома черных металлов.

Доказательств последующей передачи ФИО6 по данным накладным спорного или иного оборудования в материалы дела не представлено.

Кроме того, после того, как суд апелляционной инстанции истребовал у истца подлинники накладных, истец заявил о том, что у него имеются только копии документов, подлинных накладных у него никогда не было.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что представленные в дело светокопии накладных не могут служить доказательством перехода права собственности на спорное оборудование к ФИО6, а от него – к ФИО2

При этом ни договоры, ни акты приема-передачи, ни платежные документы, никакие другие документы в подтверждение продажи оборудования в дело не представлены.

Суд апелляционной инстанции также пришел к выводу о недействительности договора ответственного хранения от 29.12.2000 № 21, по которому ФИО6 (отец истца, ФИО2, передал спорное оборудование обществу «Омсктрансстрой» (в лице генерального директора ФИО10, супруга ФИО2) на хранение.

Из объяснений представителя общества следует, что перечень имущества, указанный в приложении к договору хранения, был получен истцом значительно позднее даты заключения договора хранения – из материалов инициированного истцом дела о банкротстве общества.

Этот довод подтверждается тем, что в перечне оборудования (приложение № 1 к договору хранения) указаны 30 асфальтовых площадок (графы с 224 по 254), а также яма для гашения извести, 9 пропарочных камер (позиции с 474 по 482), которые в силу своих физических свойств не могли быть получены ФИО6 в качестве лома.

После того, как суд апелляционной инстанции истребовал у истца подлинник договора ответственного хранения от 29.12.2000 № 21, истец заявил о том, что у него подлинник этого договора отсутствует.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, а также показания свидетеля ФИО9 и выводы эксперта ФИО7, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недостоверности соглашения от 18.02.2016 к договору аренды от 07.02.2014 № 4, подписанного истцом и АО «Омсктрансстрой».

Согласно пункту 5.7 договора аренды если арендованное оборудование отсутствует или неправильно отражено в ежегодной инвентаризационной описи арендатора, то считается, что арендованное оборудование было утрачено по вине арендатора и арендатор обязан возместить арендодателю стоимость оборудования на 40% выше, чем стоимость, определённая в приложении № 1, а также другие убытки.

Между тем из акта комиссионного обследования от 16.04.2021 следует, что имущество, являющееся предметом спора по договору аренды, имеется в наличии.

Все документы, представленные в материалы дела истцом, содержат подписи членов одной семьи – истца, её отца (умершего), её супруга (скрывшегося от суда и находящегося в федеральном розыске с 2019 года). На одном из документов также имеется подпись ФИО9 (номинального директора, подконтрольного её супругу) факсимиле подписи которого она располагает.

На основании указанных доказательств судом апелляционной инстанции сделан вывод о том, что ИП ФИО2 никогда не имела никакого отношения к движимому имуществу АО «Омсктрансстрой», расположенному в его производственных цехах, никаких договоров с обществом не заключала.

В материалы дела АО «Омсктрансстрой» представлены доказательства возникновения права собственности на имущество и сохранении его до настоящего времени за обществом, а именно:

- план приватизации,

- оборотно-сальдовые ведомости,

- ранее состоявшиеся решения судов о правах на имущество, в рамках рассмотрения споров по которым стороны, в т.ч. истец и её супруг не оспаривали тот факт, что спорное имущество принадлежит Обществу,

- паспорта, карточки на отдельные единицы оборудования, паспорта на краны и пр.,

- доказательства обслуживания имущества и несения бремя содержания.

Данные доказательства опровергают довод истца об отсутствии права собственности ответчика на спорное имущество.

Движимое имущество было приобретено и установлено в помещениях в момент ввода в эксплуатацию и соответствовало целевому назначению зданий, как на момент приватизации, так и в настоящее время.

Все движимое имущество располагается на площадях общества и обслуживается последним, никогда не демонтировалось, поскольку демонтаж сделает невозможным повторное использование движимого имущества.

С момента приватизации движимое имущество является собственностью общества, никому не отчуждалось, обслуживается и охраняется за счет средств и силами общества.

В связи с тем, что требования истца основаны на документах, признанных судом недостоверными, заявленные требования удовлетворению не подлежали.

Доводы заявителя являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, получили соответствующую правовую оценку и по существу направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела.

Иная оценка заявителем кассационной жалобы обстоятельств спора не подтверждает существенных нарушений судом норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и не является достаточным основанием для пересмотра судебного акта в кассационном порядке.

Переоценка установленных судом обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом апелляционной инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022 по делу № А55-30845/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяИ.Р. Нагимуллин

СудьиР.А. Вильданов

Э.Р. Галиуллин