АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город Казань                                                                                             Дело №А65-4600/2020 

Дата принятия решения –  20 июля 2020 года.

Дата объявления резолютивной части –  13 июля 2020 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Королевой Э.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ефимовой Т.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Энергоинвесткапитал», действующего в качестве доверительного управляющего закрытым паевым инвестиционным фондом недвижимости «Казанский гастроном», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), к ФИО1, обществу с ограниченной ответственностью «Вимперг», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Хлопкороб», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО3 о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности 20 339 рублей долга,

с участием:

истца – представитель ФИО4, по доверенности от 15 ноября 2019 года,

ответчика ФИО1 – не явился, извещен,

ответчика общества с ограниченной ответственностью «Вимперг» - не явился, извещен,

ответчика ФИО2 – не явился, извещен,

ответчика общества с ограниченной ответственностью «Хлопкороб» - не явился, извещен,

ответчика ФИО3 – не явился, извещен,

третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №18 по Республике Татарстан – не явился, извещен.

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Энергоинвесткапитал», действующего в качестве доверительного управляющего закрытым паевым инвестиционным фондом недвижимости «Казанский гастроном», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), (далее по тексту – истец), обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО1, обществу с ограниченной ответственностью «Вимперг», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Хлопкороб», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО3 (далее по тексту – ответчики), о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности 20 339 рублей долга.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №18 по Республике Татарстан.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал.

Ответчики ФИО1, общество с ограниченной ответственностью «Вимперг», ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Хлопкороб», ФИО3  в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №18 по Республике Татарстан в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о месте и времени судебного разбирательства. Представил ходатайство, в котором просит рассмотреть дело без участия представителя.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотрение дела в отсутствие ответчиков, третьего лица.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11 октября 2019 года по делу №А65-23274/2019 с общества с ограниченной ответственностью «Пистон 8», г. Казань,             (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «ЭнергоИнвестКапитал», г. Казань,                     (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), взыскано 18 339 рублей 44 копейки долга, образовавшегося по договору аренды за №Р-01/12 от 11 марта 2012 года по состоянию на 30 декабря 2016 года и 2 000 рублей в возмещение расходов по оплате госпошлины. 

По мнению истца, привлечению к субсидиарной ответственности подлежат:

- согласно выписке из ЕГРЮЛ участником общества с ограниченной ответственностью «Пистон 8» с 28 февраля 2017 года с долей участия в уставном капитале общества равной 1/101 доли, номинальной стоимостью 100 рублей являлось общество с ограниченной ответственностью «Барьер», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), которое в период с 27 февраля 2017 года и по 20 июня 2019 года также являлась управляющей организацией общества с ограниченной ответственностью «Пистон 8». Оставшаяся доля в размере 100/101 доли, номинальной стоимостью 10 000 рублей принадлежала обществу с ограниченной ответственностью «Пистон 8», о чем 13 марта 2017 года в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись;

- согласно выписке из ЕГРЮЛ директором общества с ограниченной ответственностью «Барьер» был избран ФИО1, ИНН 

<

***>, о чем в ЕГРЮЛ 08 февраля 2019 года была внесена запись. По решению налогового органа 20 июня 2019 года общество с ограниченной ответственностью «Барьер», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее;

- согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками общества с ограниченной ответственностью «Барьер» являлись общество с ограниченной ответственностью «Вимперг», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) с долей участия в уставном капитале 10%, номинальной стоимостью доли 1 000 рублей, и общество с ограниченной ответственностью «Хлопкороб», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), с долей участия в уставном капитале 10%, номинальной стоимостью доли 1 000 рублей. Оставшаяся доля в уставном капитале в размере 80%, номинальной стоимостью 8 000 рублей принадлежала самому обществу с ограниченной ответственностью «Барьер», о чем 12 января 2017 года в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись;

- согласно выписке из ЕГРЮЛ директором общества с ограниченной ответственностью «Вимперг» является ФИО2 (ИНН 

<

***>), о чем в ЕГРЮЛ сделана запись от 20 ноября 2017 года;

- согласно выписке из ЕГРЮЛ ликвидатором общества с ограниченной ответственностью «Хлопкороб» является ФИО3 (ИНН 

<

***>);

- должник общество с ограниченной ответственностью «Пистон 8» и управляющая организация общество с ограниченной ответственностью «Барьер» в лице директора ФИО1 (ИНН 

<

***>), исключены из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08 августа 2001 года №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», положения которого аналогичны пункту 1 статьи 64.2 ГК РФ.

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №18 по Республики Татарстан 18 октября 2019 года в единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о прекращении деятельности общества с ограниченной ответственностью «Пистон 8», в связи с исключением указанного юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08 августа 2001 года №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее по тексту - закон №129-ФЗ).

Учитывая изложенное, истец полагает, что в связи с наличием неисполненного обществом с ограниченной ответственностью «Пистон 8», ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании части 3.1 Федерального закона от 08 февраля 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее по тексту - Закон №14-ФЗ).

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, заслушав объяснения представителя истца, суд не находит оснований для удовлетворения заявленного иска ввиду нижеследующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Частями 1-2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Как установлено частью 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Частью 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания (обоснования) наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя возлагается на лицо, требующее его привлечение к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Вместе с тем, каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях ответчиков, повлекших неисполнение обязательств общества, истцом в материалы дела не представлено.

Кроме того, следует отметить, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Истцом не представлены доказательства того, что действия (бездействие) ответчиков привели к фактическому доведению до банкротства.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Данная правовая позиция отражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30 января 2020 года №306-ЭС19-18285.

Так, из выписки из единого государственного реестра юридических лиц следует, что общество исключено из реестра как недействующее юридическое лицо, при этом,  процедура прекращения по указанному основанию была инициирована налоговым органом.

В свою очередь, в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиками действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации общества либо влияния на процедуру исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц со стороны регистрирующего органа.

Наличие записи о предстоящем исключении общества из реестра, что явилось основанием для исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не свидетельствует о совершении контролирующими должника лицами действий по намеренному сокрытию имущества, или созданию условий для невозможности произвести расчеты с кредиторами общества, введению последних в заблуждение.

Наличие задолженности, не погашенной обществом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков, как руководителя и учредителя общества, в усугублении финансового положения организации, и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Данная оценка позволила суду прийти к выводу об отсутствии оснований для применения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» к ответчикам по причине отсутствия причинно-следственной между действиями (бездействием) ответчиков, между обстоятельствами исполнения обязательств, возникших в период времени с 11 марта 2012 года (что следует из решения Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-23274/2019) и наличием убытков истца в заявленном размере, которые могли бы быть возложены на них в субсидиарном порядке.

Более того, согласно статье 4 Федерального закона №488-ФЗ от 28 декабря 2016 года настоящий Федеральный закон, которым внесены изменения в статью 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», вступает в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Поскольку вышеназванный Федеральный закон был опубликован на официальном интернет-портале правовой информации 29 декабря 2016 года, изменения в статью 3 федерального закона №14-ФЗ от 08 февраля 1998 года, в части ее дополнения пунктом 3.1, вступили в силу 28 июня 2017 года.

В силу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

В Федеральном законе №488-ФЗ от 28 декабря 2012 года отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью», распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

Из решения Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-23274/2019 следует, что  задолженность общества перед истцом возникла по договору аренды №Р-01/12 от 11 марта 2012 года по состоянию на 30 декабря 2016 года.

Предполагаемые истцом действия (бездействие) ответчиков по допущению просрочки исполнения принятых себя обязательств, имели место до 28 июня 2017 года, то есть до вступления в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ, поэтому отсутствуют основания для применения данных положений норм права к данному ответчикам.

Наличие у общества с ограниченной ответственностью «Пистон 8», впоследствии исключенного из единого государственного реестра юридических лиц, как недействующего юридического лица, регистрирующим органом, непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков (как руководителя, так и учредителя общества), в неуплате указанного долга. Равно как свидетельствовать об их недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы доказательства, принимая во внимание, что общество исключено из единого государственного реестра юридических лиц на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ по решению уполномоченного органа, учитывая, что при рассмотрении дела не было установлено, что ответчики, зная о неисполненном решении суда, умышленно инициировал процедуру ликвидации общества в соответствии с пунктом 2 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ, в отсутствие доказательств, бесспорно свидетельствующих о недобросовестности или неразумности действий ответчиков, их противоправном поведении, о наличии причинно-следственной связи между неисполнением обязательств общества и такими действиями данных лиц, о том, что ответчики предпринимали меры к уклонению от исполнения обязательств, решения суда, принятого в пользу истца, при наличии возможности такого исполнения; доказательств того, что именно действия (бездействия) ответчиков, а не иные обстоятельства явились причиной финансового положения общества, неисполнения обязательств, а также возникновения обязательств до вступления  в силу положений пункта 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Государственная пошлина в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации подлежит отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца.

Судья:                                                                                                                     Э. А. Королева