СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13129/2024(1)-АК

Дело № А60-4485/2024

03 апреля 2025 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 24 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 апреля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Даниловой И.П., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания до и после перерывов секретарем судебного заседания Паршиной В.Г.,

при участии в судебном заседании (11.03.2025 и после окончания перерыва, объявленного до 19.03.2025) в режиме веб-конференции:

от истца: ФИО1 (доверенность от 10.09.2024, удостоверение адвоката),

от ответчика: ФИО2 (доверенность от 19.03.2024, паспорт), 

при участии в судебном заседании (24.03.2025 после окончания перерыва объявленного с 19.03.2025) в режиме веб-конференции:

от ответчика: ФИО2 (доверенность от 19.03.2024, паспорт), 

в зале судебного заседания:

от истца: ФИО3 (доверенность от 10.09.2024, удостоверение адвоката),

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции, апелляционную жалобу истца общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом СЭМ»

на решение Арбитражного суда Свердловской области  

от 02 ноября 2024 года 

по делу № А60-4485/2024

по иску общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом СЭМ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ФИО4 (ИНН 

<

***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Торэкс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в размере 1 983 871 руб. 10 коп.,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом СЭМ» (далее – общество «ТД СЭМ», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением о привлечении ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Торэкс» (далее – общество «Торэкс») в размере 1 983 871 руб. 10 коп.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.11.2024 (резолютивная часть от 23.10.2024) в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, по доводам которой просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных исковых требований, ссылаясь на то, что обжалуемый судебный акт вынесен судом при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, при неправильном применении норм материального и нарушении норм процессуального права.

В апелляционной жалобе приводит доводы о несоответствии выводов суда об отсутствии доказательств недобросовестности ответчика, которая повлияла на неисполнение обществом «Торэкс» обязательств перед истцом, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Ссылается на необоснованность выводов суда о том, что совершение ответчиком действий, направленных на выход из числа участников общества «Торэкс» в обход корпоративных процедур является добросовестным поведением лица, направленным на реализацию субъективного права на участие в юридическом лице. По мнению истца, недобросовестное поведение ответчика, допустившего административную ликвидацию общества «Торэкс» в обход предусмотренных процедур банкротства либо ликвидации юридического лица, подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств. Отмечает, что ФИО4 являлась участником общества с июля 2010 года, активно участвовала в управлении обществом путем участия в очередных и внеочередных общих собраниях учредителей вплоть до начала 2021 года; с этого же момента общество «Торэкс» перестало исполнять принятые на себя обязательства перед кредиторами, что послужило поводом для обращения в суд; при рассмотрении судебных дел общество занимало пассивную позицию, что в совокупности свидетельствует об отсутствии должного и добросовестного управления обществом со стороны контролирующих лиц, в частности ФИО4 Настаивает на том, что формирование фактической задолженности общества «Торэкс» перед истцом стало возможным исключительно в виду недобросовестного поведения лиц, контролировавших деятельность данного общества, а именно ФИО4 и ФИО5 (далее – ФИО5). Также отмечает, что факт подачи заявления о выходе из числа участников общества при обстоятельствах осведомленности ФИО4 об отсутствии фактического управления юридическим лицом (именно этот факт послужил основанием для подачи ответчиком заявления к нотариусу о выходе из числа участников общества) и обстоятельствах того, что ФИО4, как участник общества «Торэкс», должна была знать о текущем положении дел в обществе (включая все существующие в рамках исполнительных производств ограничения), не может освобождать участника общества от ответственности за недобросовестное и неосмотрительное ведение бизнеса, а наоборот, должен расцениваться как недобросовестная попытка освобождения от возможной субсидиарной ответственности по долгам общества. Кроме того, истец указывает, что при вынесении оспариваемого решения судом первой инстанции допущено нарушение норм материального права, что выразилось в неприменении части 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), предусматривающей возможность привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), контролирующих его лиц, если неисполнение обязательств общества перед кредиторами (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) действовали недобросовестно или неразумно. Обращает внимание, что в отношении общества «Торэкс» какой-либо процедуры банкротства или ликвидации в порядке статьи 61 ГК РФ и статьи 57 Закона об обществах, не применялось, общество исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке, по правилам статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Федеральный закон от 08.08.2001 №129-ФЗ). Ответчик, как единственный участник должника после смерти второго участника, являлась высшим органом управления общества, имевшим полномочия по назначению руководителя должника, определению порядка его деятельности, а также по контролю за деятельностью организации и не могла не осознавать последствий поведения в виде неизбрания нового директора (а именно, в виде исключения юридического лица из ЕГРЮЛ). При этом, не должно иметь правового значения халатное отношение ответчика по неотслеживанию информации о внесении соответствующих сведений в ЕГРЮЛ, поскольку данное бездействие ответчик осуществляла на свой страх и риск. Совокупность представленных истцом доказательств и установленных обстоятельств явным образом указывают на неразумное и недобросовестное поведение ответчика, существенно отклоняющееся от обычно принятого в хозяйственной деятельности. По мнению апеллянта, именно недобросовестное поведение ответчика привело к фактической парализации деятельности общества «Торэкс», исключению общества из ЕГРЮЛ, а соответственно и лишению правоспособности юридического лица в обход предписанных законом процедур, позволяющих защитить интересы кредиторов, и как следствие к невозможности исполнения обществом «Торэкс» принятых на себя в рамках договоров поставки от 12.10.2021 №3257-Е и от 31.08.2021 №3249-Е обязательств, а также к невозможности предъявления требований о взыскании причиненных таким неисполнением убытков непосредственному должнику — обществу «Торэкс». 

Согласно представленному письменному отзыву на апелляционную жалобу, ответчик ФИО4 поддерживает выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

04.02.2025 и 10.02.2025 от истца поступили дополнительные письменные пояснения, в том числе содержащие ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО6 (далее – ФИО7 (Деревянко) Е.Е.) и ФИО8 (далее – ФИО9).                                                                                                                    

05.02.2025 и 11.02.2025 от ответчика поступили возражения на письменные пояснения истца и письменная позиция по делу.

На основании части 5 статьи 158 АПК РФ судебное разбирательство судом апелляционной инстанции последовательно откладывалось, до 11.03.2025, в том числе для предоставления истцу возможности представить дополнительные пояснения относительно заявленных основании для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности с указанием конкретных дат неисполнения обязанностей участника должника и причинно-следственной связи между действиями/бездействием ответчика и неисполнением обязательства перед истцом (пояснения о реконструкции иной ситуации).

10.03.2025 и 18.03.2025 в порядке статьи 81 АПК РФ от истца поступили письменные пояснения в поддержку позиции и доводов, приведенных в апелляционной жалобе; кроме того, истцом приведены дополнительные доводы о том, что согласно выпискам операций по счетам общества «Торекс» имелись платежи, свидетельствующие о выводе денежных средств, которые могли бы быть оспорены как подозрительные сделки в процедуре банкротства общества.

11.03.2025 и 19.03.2025 от ответчика поступили возражения на письменные пояснения истца от 10.03.2025 и 18.03.2025.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, проведенном в режиме веб-конференции, с перерывами с 11.03.2025 до 19.03.2025 и с 19.03.2025 до 24.03.2025, представители истца и ответчика поддержали свои процессуальные позиции. Представитель истца поддержал доводы, приведенные в апелляционной жалобе и письменных пояснениях, считает решение суда подлежащим отмене, также поддержал ходатайство о привлечении к участию в деле третьих лиц и переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции. Представитель ответчика против удовлетворения указанных ходатайств истца и удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, приведенным в отзыве на апелляционную жалобу и письменных возражениях.

Рассмотрев ходатайство истца о привлечении третьих лиц с переходом к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для его удовлетворения применительно к положениям статьи 51 АПК РФ, части 3 статьи 266 и части 6 статьи 268 АПК РФ. Приведенное истцом основание необходимости привлечения к участию в деле ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), как наследников умершего участника общества «Торэкс» ФИО5, не является основанием для их привлечения к участию в деле на стадии рассмотрения апелляционной жалобы, соответствующее ходатайство о привлечении третьих лиц в суде первой инстанции истцом не заявлялось, судебный акт с учетом предмета и оснований спора (в том числе круга ответчиков) непосредственно права и обязанности данных лиц не затрагивает, основания для привлечения указанных лиц в качестве третьих лиц отсутствуют. Кроме того, сами вышеуказанные лица о необходимости своего участия в настоящем споре не заявляют, судебный акт не обжалуют.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований по настоящему делу истец указал на следующие обстоятельства.

Между обществом «Торэкс» (продавец), закрытым акционерным обществом «Южноуральский лизинговый центр» (далее – общество «ЮУЛЦ») (покупатель, лизингодатель) и обществом «ТД СЭМ» (лизингополучатель) был заключен договор купли-продажи от 31.08.2021 №Л-3249-Е, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, покупатель обязуется оплатить, а лизингополучатель принять на условиях, предусмотренных договором, следующее имущество (далее – товар) – кранбалка опорная г/п 5 тонн, пролет 13,5 м, 2021 г.в., пр-во Россия (пункт 1.1 договора). 

В соответствии с пунктом 1.3 договора товар приобретался в собственность покупателя с целью его дальнейшей передачи в финансовую аренду (лизинг) лизингополучателю по договору лизинга от 31.08.2021 №Л-3249-Е. Лизингополучатель самостоятельно выбрал товар и продавца.

Согласно пункту 2.1 договора цена товара согласована сторонами, зафиксирована в договоре и не подлежит изменению в течение всего срока действия договора и составила 2 795 897 руб. 50 коп., в том числе НДС 20% 465 982 руб. 92 коп.

Порядок оплаты товара установлен пунктами 2.1.1-2.1.3 договора.

В соответствии с пунктом 4.1 договора продавец обязался поставить товар в течение 40 рабочих дней с даты выполнения покупателем условий пункта 2.1.1 договора. Поставка товара осуществляется путем доставки до склада лизингополучателя.

В связи с тем, что в установленный срок поставка осуществлена не была, 17.11.2021 обществом «ТД СЭМ» в адрес общества «Торэкс» было направлено уведомление об отказе от товара и возмещении убытков по указанному договору. 

26.11.2021 от общества «Торэкс» поступило уведомление о переносе срока поставки до 29.11.2021.

Однако поставка по договору от 31.08.2021 №Л-3249-Е не была произведена.

Кроме того, между теми же лицами был заключен еще один договор купли-продажи от 12.10.2021 №Л-3257-Е, по условиям которого продавец (общество «Торэкс») обязуется передать в собственность покупателя (общество «ЮУЛЦ»), покупатель обязуется оплатить, а лизингополучатель (общество «ТД СЭМ») принять на условиях, предусмотренных договором, следующее имущество (далее – товар) – кранбалка опорная г/п 10тонн пролет 13,5 м, 2021 г.в., пр-во Россия (пункт 1.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.3 договора товар приобретается в собственность покупателя с целью его дальнейшей передачи в финансовую аренду (лизинг) лизингополучателю по договору лизинга от 12.10.2021 №Л-3257-Е. Лизингополучатель самостоятельно выбрал товар и продавца.

Согласно пункту 2.1 договора цена товара составила 1 310 430 руб. 00 коп., в том числе НДС 20% 218 405 руб. 00 коп. Цена товара согласована сторонами, зафиксирована в договоре и не подлежит изменению в течение всего срока действия настоящего договора.

Порядок оплаты товара установлен пунктами 2.1.1-2.1.3 договора.

В соответствии с пунктом 4.1 договора продавец обязался поставить товар в течение 40 рабочих дней с даты выполнения покупателем условий пункта 2.1.1 договора. Поставка товара осуществляется путем доставки до склада лизингополучателя.

В связи с тем, что поставка указанного товара не была осуществлена в срок, 17.11.2021 обществом «ТД СЭМ» в адрес общества «Торэкс» было направлено уведомление об отказе от товара, которое было оставлено без ответа.

Поставка товара в рамках договора лизинга от 12.10.2021 №Л-3257-Е осуществлена частично, что подтверждается заключением специалиста от 06.07.2022 №38и-22.

В связи с неисполнением обязательств, 04.03.2022 и 05.08.2022 обществом «ЮУЛЦ» в адрес общества «Торэкс» были направлены уведомления об отказе от исполнения договоров купли-продажи от 31.08.2021 №Л-3249-Е и от 12.10.2021 №3257-Е, которые были оставлены обществом «Торэкс» без ответа.

Все указанные уведомления были направлены в период, когда общество «Торэкс» являлось действующей организацией.

30.08.2022 общество «ЮУЛЦ» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу «ТД СЭМ» о взыскании убытков в размере 3 171 522 руб. 85 коп. в рамках указанных выше договоров лизинга (дело №А76-28944/2022).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 15.05.2023 по делу №А76-28944/2022, оставленным без изменения постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2023 и Арбитражного суда Уральского округа от 04.12.2023, исковые требования общества «ЮУЛЦ» удовлетворены частично, в его пользу с общества «ТД СЭМ» взысканы денежные средства в сумме 1 959 858 руб. 60 коп., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 24 012 руб. 50 коп., в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Как указал истец, судебными актами по делу №А76-28944/2022 было установлено, что вышеуказанные договоры от 31.08.2021 и 12.10.2021 расторгнуты обществом «ЮУЛЦ» в одностороннем порядке в связи с неисполнением обществом «Торэкс» в установленные договором купли-продажи сроки поставки товара.

О наличии вышеуказанного спора между обществом «ТД СЭМ» и обществом «ЮУЛЦ» общество «Торэкс» было уведомлено, поскольку в указанный спор оно было привлечено к участию в деле в качестве третьего лица.

В последующем, истцу стало известно о смерти директор общества «Торэкс» ФИО5, при этом новый единоличный исполнительный орган ответчика не был избран.

В ноябре 2023 года истцу стало известно о том, что общество «Торэкс» ликвидировано в административном порядке в октябре 2023 года, в связи с наличием в ЕГРЮЛ недостоверных сведений о юридическом лице, а именно, в связи с отсутствием сведений о новом единоличном исполнительном органе.

Истец полагает, что поскольку избрание директора является исключительным полномочием участников общества, а ФИО4, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, является единственным участником общества, постольку ФИО4 своим бездействием, выраженным в неизбрании нового единоличного исполнительного органа, допустила административную ликвидацию юридического лица, будучи уведомленной о неисполненных обязательствах общества «Торэкс».

Указанные обстоятельства, послужили для истца основанием для обращения в суд с настоящим иском со ссылкой на положения статьи 53.1 ГК РФ, пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Размер требований определен истцом в размере денежных средств, взысканных с него в пользу общества «ЮУЛЦ» по делу №А76-28944/2022.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из недоказанности обстоятельств противоправных, недобросовестных или неразумных действий ответчика, которые привели к невозможности погашения требований истца.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта.

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации ранее обращал внимание на то, что наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями (определение от 03.07.2014 №1564-О).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица – внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные, в том числе, на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Частью 3.1 статьи 3 Закона об обществах установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

Если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц. Наличие у юридического лица непогашенной задолженности само по себе не может являться доказательством вины его руководителя в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестности или неразумном поведении, повлекшим неуплату этого долга (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2023 №308-ЭС23-11745 по делу №А20-2776/2022).

В силу действующего законодательства участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права выступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Поскольку любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя и участника, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности контролируемых общество лиц перед контрагентами управляемого, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица (имущественного вреда), противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами. Ответственность руководителя и участника перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым ими обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества), кредитор не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица – руководителя, учредителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед ним.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя и учредителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя, участника к ответственности перед контрагентами управляемого ими юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества), суд должен исследовать и давать оценку не только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.

Как видно из фактических обстоятельств дела, общество «ТД СЭМ» имело намерение приобрести в лизинг две кранбалки опорные грузоподъемностью 5 и 10 тонн, для чего с участием общества «ЮУЛЦ» (лизингодатель) и общества «Торэкс» (поставщик) 31.08.2021 и 12.10.2021 были заключены соответствующие договоры купли-продажи и договоры лизинга. При этом выбор товара и поставщика определяло общество «ТД СЭМ» самостоятельно.

В связи с неисполнением продавцом в установленные договором купли-продажи сроки поставки товара данные договоры от 31.08.2021 №3249-Е и от 12.10.2021 №3257-Е были расторгнуты обществом «ЮУЛЦ» в одностороннем порядке; расторжение договоров купли-продажи привело к невозможности исполнения договоров финансовой аренды (лизинга) от 31.08.2021№Л-3249-Е и от 12.10.2021 №Л-3257-Е.

Поскольку лизинговая компания понесла расходы на оплату предмета лизинга, а риски невыполнения продавцом обязанностей по договору купли-продажи предмета лизинга и связанные с этим убытки несло общество «ТД СЭМ», как сторона договора лизинга, которая выбрала продавца, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 15.05.2023 по делу №А76-28944/2020 с общества «ТД СЭМ» в пользу общества «ЮУЛЦ» убытки в сумме 1 959 858 руб. 60 коп. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 24 012 руб. 50 коп. (исковое заявление было подано в августе 2022 года и принято к производству суда 19.09.2022; общество «Торэкс» было привлечено третьим лицом).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, общество «Торэкс» было учреждено единственным учредителем ФИО5 в августе 2009 года (уставный капитал 10 000 руб.), запись о создании юридического лица внесена в ЕГРЮЛ 17.08.2009.

В июле 2010 года было принято решение об увеличении уставного капитала до 20 000 руб. за счет оплаты доли новым участником и принятии нового участника общества – ФИО4

Доли участия в уставном капитале общества «Торэкс» были распределены следующим образом: ФИО5 – 50%, ФИО4 – 50%.

Соответствующие сведения о новом составе участников общества и размере из долей внесены в ЕГРЮЛ 16.07.2010.

ФИО5 являлся руководителем общества «Торэкс» с момента создания юридического лица (с августа 2009 года) и до момента смерти самого ФИО5 (25.06.2022). 

Ненадлежащее исполнение обязанностей по договорам купли-продажи от 31.08.2021 №3249-Е и от 12.10.2021 №3257-Е произошло в конце 2021 года – марте 2022 года, поскольку по условиям договора купли-продажи от 31.08.2021 №3249-Е обязанность по поставке товара должна была быть исполнена в срок до 01.11.2021 и по условиям договора купли-продажи от 12.10.2021 №3257-Е – в срок до 27.12.2021. Следовательно, нарушения, которые явились основанием для убытков истца, связаны с периодом ноябрь 2021 года – декабрь 2021 года Директором в указанный период являлся ФИО5

В соответствии с уставом общества «Торэкс» (пункт 6.6.1) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества. 

15.06.2022 нотариусом г.Екатеринбурга ФИО10 удостоверено заявление ФИО4 о выходе из общества «Торэкс». 

В соответствии с внесенными с августа 2020 года изменениями в российское законодательством в части процедуры выхода участника из общества в рамках одного нотариального действия по удостоверению заявления о выходе участника из общества совершается следующее: 

направление в регистрирующий орган (Федеральную налоговую службу) удостоверенного заявления о выходе участника;  

направление в адрес общества копии направленного ранее заявления в регистрирующий орган. 

Согласно части 1.1 статьи 26 Закона об обществах нотариус, удостоверивший заявление участника общества о выходе из общества, в течение двух рабочих дней со дня такого удостоверения подает в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявление о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ. Не позднее одного рабочего дня со дня подачи в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявления нотариус, совершивший нотариальное удостоверение заявления участника общества о выходе из общества, передает этому обществу удостоверенное им заявление участника общества о выходе из общества и копию заявления путем их направления по адресу общества, указанному в ЕГРЮЛ, и (или) по адресу электронной почты общества, сведения о котором содержатся в ЕГРЮЛ (при наличии). 

Таким образом, нотариус ФИО11 была обязана направить в адрес Федеральной налоговой службы и общества заявление о выходе ФИО4 из общества «Торэкс». 

ФИО4 выполнила все действия, которые возложены на нее в части выхода из состава участников общества.

Согласно предоставленным Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга сведениям 15.06.2022 в регистрирующий орган в форме электронных документов от нотариуса ФИО10 поступили соответствующие документы, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Закона об обществах. По результатам рассмотрения документов в отношении общества «Торэкс» регистрирующим органом 22.06.2022 принято решение об отказе в государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы, и (или) изменений в сведения о юридическом лице на основании подпункта «м» пункта 1 статьи 23 Федеральный закон от 08.08.2001 №129-ФЗ (в связи с наличием акта судебного пристава-исполнителя, содержащего запрет на совершение регистрирующим органом определенных регистрационных действий – постановления от 04.05.2022, 17.05.2022).

Доказательства того, что ФИО4 была проинформирована о том, что регистрирующим органом отказано в совершении регистрационных действий в части внесения изменений в состав участников общества «Торэкс», материалы дела не содержат.

Обращаясь в суд, истец указал, что ФИО4, как единственный оставшийся участник общества, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в связи с неизбранием нового единоличного исполнительного органа и допущением административной ликвидации общества. Далее в письменных пояснениях истец уточнял, что недобросовестное поведение ответчика выразилось в неисполнении обязанностей в виде непроведения внеочередного общего собрания участников общества, а впоследствии непринятии решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Торэкс» несостоятельным (банкротом), в непроведении общего собрания участников общества за 2021 год.

Истец утверждает, что ФИО4 в связи с неполучением уведомления о проведении очередного общего собрания общества «Торэкс» должна была требовать проведения собрания как участник общества «Торэкс», обладающий долей 50% от уставного капитала общества. Следовательно, ФИО4, по мнению истца, должна была самостоятельно провести общее собрание участников общества не позднее мая 2022 года, однако ФИО4 уклонилась от исполнения данной обязанности.

Исследовав данный довод, апелляционный суд приходит к выводу о том, что обстоятельство того, что ФИО4 не инициировала проведение общего собрания участников общества «Торэкс» по вопросу рассмотрения отчетности общества за 2021 год, само по себе не является основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. 

В случае даже если бы ФИО4 провела бы общее собрание участников общества за 2021 год (поскольку отсутствовало уведомление исполнительного органа о созыве и проведении очередного собрания участников общества для утверждения отчетности за 2021 год), то последняя не располагала бы информацией о финансовом положении общества. ФИО4, как участник общества, не была ответственна ни за ведение бухгалтерской отчетности, ни за хранение дел общества и организацию его документооборота, а также передачу обязательных сведений в налоговый орган относительно общества, подлежащих включению в ЕГРЮЛ.

Кроме того, поскольку ФИО5 и ФИО4 являлись участниками общества с долями по 50%, то ФИО4 не могла принять какое-либо решение на общем собрании участников общества без участия второго участника, в том числе решение о ликвидации общества посредством обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества. 

Истцом также не представлено какое-либо обоснование относительно того, какие последствия могли бы быть предотвращены, если бы ФИО4 инициировала проведение общего собрания участников общества за 2021 год.

В своей письменных пояснениях, представленных в том числе в апелляционный суд, истец, по сути, лишь цитирует нормы законодательства об обществах с ограниченной ответственностью.

Позиция общества «ТД СЭМ» относительно того, что в рамках процедур банкротства интересы кредиторов могли быть защищены, поскольку могли быть оспорены подозрительные сделки – платежи и за счет реституционных требований общество «ТД СЭМ» могло получить удовлетворение своих требований, не может быть признана обоснованной и свидетельствовать о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Торэкс».

Проанализировав представленные в материалы дела выписки по счетам общества «Торэкс», открытым в Коммерческом банке «ЛОКО-Банк» (акционерном обществе) (далее – ЛОКО-Банк) и публичном акционерном обществе Банк «Финансовая корпорация Открытие») (далее – Банк «ФК Открытие»), а также письменные пояснения общества «ТД СЭМ» относительно анализа платежей за сентябрь-октябрь 2021 года, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что утверждение истца о том, что в указанный период со счетов общества «Торэкс» были выведены денежные средства в общей сумме 796 000 руб., которые поступили от общества «ЮУЛЦ» и предназначались для выполнения договоров купли-продажи по приобретению предметов лизинга, не соответствует содержанию выписок.

Во-первых, расходные операции с назначением «Перевод с карты…» не свидетельствуют о том, что в данном случае был именно безосновательный вывод денежных средств из имущественной массы общества «Торэкс», а не перераспределение денежных средств между открытыми счетами общества, коих в период сентябрь-октябрь 2021 года было 8 счетов (сведения налогового органа о банковских счетах общества «Торэкс» от 05.06.2024).

Кроме того, расходные операции, которые свидетельствуют о выводе денежных средств (снятии, обналичивании), имеют назначение «Выдача наличных денег в банкомате…» (например, операции от 27.10.2021, 28.10.2021).

Во-вторых, основания полагать, что источником аккумулирования денежных средств являлись исключительно денежные средства, поступившие от общества «ЮУЛЦ», также отсутствуют, поскольку не учитывается ряд приходных операций по пополнению счета общества «Торэкс» (например, операции от 03.09.2021 в сумме 140 000 руб., от 06.09.2021 в сумме 63 000 руб., от 08.09.2021 в сумме 234 000 руб., от 09.09.2021 в сумме 69 000 руб., от 29.09.2021 в сумме 230 000 руб., от 12.10.2021 в сумме 147 000 руб., от 13.10.2021 в сумме 100 000 руб.).

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для вывода о том, что иной сценарий событий (надлежащая ликвидация общества «Торэкс» в том числе посредством обращения к институту банкротства) мог привести к полному либо частичному удовлетворению требований общества «ТД СЭМ».

Доказательства наличия вины ФИО4 в невозможности удовлетворения требований истца, а также причинно-следственной связи суду не представлены, а равно не доказано, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия ФИО4

Тот факт, что ФИО4 после подачи заявления о выходе из состава участников общества «Торэкс» не проверила, были ли внесены соответствующие сведения в ЕГРЮЛ в части изменения состава участников общества и что само заявление о выходе из состава участников было подано в период, когда второй участник и руководитель общества перестал выходить на связь (заявление было подано за 10 дней до смерти второго участника), не порождает необходимую причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступлением неблагоприятных последствий для общества «ТД СЭМ» в виде невозможности получения удовлетворения своих требований.

Оснований не соглашаться с выводом суда первой инстанции о том, что в данном случае отсутствует наличие необходимых условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Торэкс», что является достаточным основанием для отказа в иске, апелляционной коллегией судей не установлено.

В связи с изложенным, следует признать, что судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, с учетом заявленных предмета и оснований требований.

При таких обстоятельствах, обжалуемое решение суда отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению, не подлежат, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, с учетом обозначенных в жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя в порядке статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 02 ноября 2024 года по делу № А60-4485/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Т.С. Нилогова 

Судьи

И.П. Данилова

Л.В. Саликова