АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-6776/22 

Екатеринбург 14 декабря 2023 г. Дело № А47-13956/2017 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2023 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 14 декабря 2023 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Артемьевой Н.А, судей Морозова Д.Н., Павловой Е.А. 

при ведении протокола помощником судьи Мурзалиной Д.А. рассмотрел в  судебном заседании с использованием системы веб-конференции  кассационную жалобу ФИО1 на определение  Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2023 по делу   № А47-13956/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 01.09.2023 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства  извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения  данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского  округа в сети «Интернет».  

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняла участие  финансовый управляющий имуществом ФИО2  ФИО3 – лично (паспорт).  

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа  принял участие представитель ФИО1 –  

ФИО4 (доверенность от 13.06.2023). 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 13.11.2017  на основании заявления ФИО5 возбуждено дело о  признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (далее также -  должник).  

Определением суда от 12.12.2017 производство по делу о банкротстве  прекращено в связи с утверждением мирового соглашения между кредитором и  должником.  

ФИО5 15.03.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о  расторжении мирового соглашения.  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.05.2022  мировое соглашение расторгнуто, дело о банкротстве ФИО2  

возобновлено, требование кредитора признано обоснованным, в отношении  Горячева В.Ю. введена процедура реструктуризации долгов, финансовым  управляющим утверждена Ильина А.В., требования Богдалова И.М. в размере  29 708 000 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов  должника.  

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.11.2022  ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него  введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым  управляющим утверждена ФИО3  

Финансовый управляющий ФИО3 14.09.2022 обратилась в суд с  заявлением, в котором просила  

признать недействительным брачный договор от 20.12.2017,  заключенный между ФИО2 и ФИО1;  

признать недействительными последующие сделки, направленные на  отчуждение имущества, а именно: договор дарения земельного участка  

от 21.10.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО1; договор  купли-продажи автомототранспортного средства от 04.03.2022, заключенный  между ФИО2 и ФИО1;  

применить последствия недействительности сделок, а именно:  восстановить режим совместной собственности супругов на имущество,  нажитое ФИО2 и ФИО1 в период брака; обязать  

ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО2 3 330 000 руб. 

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Гранд Авто»,  нотариус ФИО7.  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2023  заявление финансового управляющего должника удовлетворено. Признан  недействительным брачный договор от 20.12.2017, заключенный между  ФИО2 и ФИО1 Применены последствия недействительности  сделки в виде восстановления режима совместной собственности супругов на  имущество, нажитое ФИО2 и ФИО1 в период брака.  Восстановлен режим совместной собственности супругов на земельный участок  с кадастровым номером 56:44:0239001:17124 по адресу: г. Оренбург,  СНТ «Водовод», участок № 116. Признан недействительным договор дарения  земельного участка от 21.10.2019, заключенный между ФИО2 и  ФИО1 Признан недействительным договор купли-продажи  автомототранспортного средства от 04.03.2022, заключенный между  ФИО2 и ФИО1 Применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО2  денежных средств в размере 3 315 000 руб.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2023 определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2023 оставлено без изменения. 

Не согласившись с вынесенными определением от 26.06.2023 и  постановлением от 01.09.2023, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд  

Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные  судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт.  

В кассационной жалобе с учетом дополнения к ней ФИО1  приводит доводы об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки  недействительной, указывает на то, что вывод судов об отсутствии денежных  средств для приобретения спорного автомобиля противоречит представленным  доказательствам, суды необоснованно приняли во внимание доказательства, не  относящиеся к предмету спора. Заявитель кассационной жалобы ссылается на  недоказанность вывода судов о наличии признаков объективной  неплатежеспособности должника на дату заключения брачного договора, а  также на даты дарения земельного участка и продажи автомобиля. Также  ФИО1 указывает на то, что суд произвел двойную квалификацию  одного и того же правонарушения, что противоречит принципам правовой  определенности и предсказуемости. Поскольку не доказана объективная  неплатежеспособность должника, полагает, что у судов отсутствовали  основания для квалификации сделок по пункту 2 статьи 61.2 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Закон о банкротстве); обстоятельств, выходивших за пределы диспозиции этой  правовой нормы, ответчику не вменялось и судами не установлено, как  следствие, не имелось оснований и для признания сделки ничтожной в  соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – ГК РФ). ФИО1 считает нарушением процессуального права  рассмотрение в одном обособленном споре заявления о признании сделок  недействительными с указанием на разные основания их недействительности, а  также неправомерным отказ суда в выделении требований в отдельное  производство, указывая на то, что сделки не связаны единой целью, их  совместное рассмотрение привело к двойной квалификации, нарушению  принципа правовой определенности, кроме того, круг доказательств,  необходимых для установления мнимой сделки, причиняющей вред сделки и  сделки, совершенной с противоправной целью, разный, в настоящем споре  произошло смешение оснований для оспаривания и это привело к  неэффективному судопроизводству. Заявитель кассационной жалобы полагает,  что срок исковой давности на оспаривание брачного договора 2017 года  следует исчислять с даты назначения финансового управляющего 11.05.2022. В  данном случае применим общий срок исковой давности, поскольку состав  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не доказан, а экстраординарных  пороков сделок, подпадающих под статью 10 ГК РФ, судами не установлено;  кроме того, течение срока исковой давности заключением и расторжением  мирового соглашения не приостанавливается.  

В отзыве финансовый управляющий ФИО3 просит обжалуемые  судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке,  предусмотренном статьями 284-287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы, суд округа  

пришел к следующим выводам.  

Как установлено судами и следует из материалов настоящего  обособленного спора, первоначально производство по делу о банкротстве  ФИО2 возбуждено определением от 13.11.2017.  

Однако, впоследствии 15.03.2021 кредитор-заявитель по делу о  банкротстве ФИО5 обратился в суд с заявлением, в котором просил  расторгнуть мировое соглашение, заключенное между ФИО8 и  ФИО2 12.12.2017 в рамках дела о банкротстве, а также возобновить  дело о банкротстве ФИО2  

Кредитор в качестве оснований для расторжения мирового соглашения  указал, что должником в виде отступного передано не принадлежащее ему  имущество.  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.05.2022  расторгнуто мировое соглашение, заключенное в рамках настоящего дела, дело  о банкротстве ФИО2 возобновлено; в отношении него введена  процедура реструктуризации долгов. Требования ФИО5 включены в  третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 в размере  

29 708 000 руб. 

Судом при вынесении указанного определения установлена  невозможность исполнения мирового соглашения в части передачи объектов  недвижимого имущества вследствие проведенных должником кадастровых  работ по уточнению границ земельного участка, в результате которых границы  перенесены таким образом, что участок находится в ином месте, а дома,  передаваемые по мировому соглашению, на нем отсутствуют, что является  существенным нарушением условий мирового соглашения. Иные объекты,  передаваемые по соглашению об отступном, получены кредитором и в  последующем реализованы третьим лицам.  

 Между ФИО2 и ФИО1 20.12.2017 заключен брачный  договор № ФС АА 1959122, в соответствии с условиями которого супруги  изменяют установленный законом режим совместной собственности в  отношении жилого дома с кадастровым номером 56:44:0239001:17347, адрес  (местонахождение) объекта: Российская Федерация, Оренбургская область,  город Оренбург, СНТ «Водовод», участок № 116, и земельного участка с  кадастровым номером 56:44:0239001:17124, адрес (местонахождение) объекта:  Российская Федерация, Оренбургская область, город Оренбург, СНТ  «Водовод», земельный участок № 116, приобретенных в период брака, и  устанавливают индивидуальную собственность ФИО1 после  заключения настоящего договора как в период брака, так и в случае его  расторжения.  

Стороны установили, что иное имущество, приобретенное супругами во  время брака до заключения настоящего договора, не является предметом  указанного договора и в отношении него сохраняется режим общей совместной  собственности супругов (пункт 1.1 брачного договора). Любое недвижимое  имущество, нажитое супругами во время брака после заключения настоящего  договора, является в период брака, а также в случае его расторжения  

индивидуальной собственностью того из супругов, на имя которого  зарегистрировано возникшее право.  

В связи с установлением настоящим договором режима раздельной  собственности в отношении недвижимого имущества, каждый из супругов  освобождается от дачи другому супругу нотариально удостоверенного или  иного согласия на распоряжение данным имуществом в случаях,  предусмотренных действующий законодательством (пункт 1.2 брачного  договора).  

Банковские вклады, сделанные супругами во время брака после  заключения настоящего договора, а также проценты по ним являются во время  брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя  которого они сделаны (пункт 2.1 брачного договора).  

Акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака (кроме  ценных бумаг на предъявителя) после заключения настоящего договора, а  также дивиденды по ним принадлежат во время брака и в случае его  расторжения тому из супругов, на имя которого оформлено приобретение  акций и других ценных бумаг (пункт 2.2 брачного договора).  

Доля в имуществе и (или) доходах коммерческих организаций,  приобретенная во время брака после заключения настоящего договора, является  во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на  имя которого оформлено приобретение указанной доли (пункт 2.3 брачного  договора).  

Ювелирные украшения, приобретенные супругами во время брака после  заключения настоящего договора, являются во время брака и в случае его  расторжения собственностью того из супругов, который ими пользовался  (пункт 2.4 брачного договора).  

Автомобиль, приобретенный супругами во время брака после заключения  настоящего договора, является во время брака и в случае его расторжения  собственностью того из супругов, на имя которого он зарегистрирован  

(пункт 2.5 брачного договора). 

В настоящее время жилой дом и земельный участок, расположенные по  адресу: Оренбургская область, город Оренбург, СНТ «Водовод», земельный  участок № 116, зарегистрированы за ФИО6.  

Кроме того, 21.10.2019 между ФИО2 (даритель) и  

ФИО1 (одаряемая) заключен договор дарения земельного участка, в  соответствии с условиями которого даритель безвозмездно передает  одаряемому в собственность земельный участок, категория земель: земли  населенных пунктов, разрешенное использование: коллективное садоводство,  общая площадь 752 кв.м., находящийся по адресу: Российская Федерация,  Оренбургская область, город Оренбург, с/т «Водовод», участок № 86,  кадастровый номер: 56:44:0239001:1548, а одаряемый принимает его в качестве  дара. В договоре указано, что даритель является родственником одаряемого и  действует по доброй воле (пункт 1.4 договора).  

В настоящее время данный земельный участок зарегистрирован за  ФИО1  

На указанном земельном участке располагается жилое здание с  кадастровым номером: 56:44:0239001:20890, площадью 65,5 кв.м., дата  государственной регистрации: 30.06.2021.  

Затем, 04.03.2022 между ФИО2 (продавец) и ФИО1  (покупатель) заключен договор купли-продажи автомототранспортного  средства, в соответствии с условиями которого продавец продает  принадлежащую ему автомашину (мотоцикл, прицеп, номерной агрегат) марки  BMW XI DRIVE 18D HAD год выпуска 2021, тип ТС: легковые универсал,  

 № кузова WBA11AD0605T24300 № 0314223, свидетельство о регистрации  

ТС 9932 836409 выдано 10.03.2021, государственный регистрационный знак  А215УС156, а покупатель ее принимает.  

В соответствии с пунктом 3 договора указанная автомашина (мотоцикл,  прицеп, номерной агрегат) продана за 3 000 000 руб. Продавец получил с  покупателя указанную сумму.  

Указанный автомобиль отчужден ФИО1 по договору купли-продажи от 05.08.2022 обществу «Гранд Авто» по цене 3 330 000 руб.  

Финансовый управляющий полагает, что вышеуказанные сделки связаны  единым умыслом и заключены ФИО2 с заинтересованным лицом -  супругой ФИО1 с целью предотвращения возможного обращения  взыскания на имущество со стороны кредитора.  

Перерегистрация транспортного средства сначала на ФИО1 при  наличии брачного договора, а затем отчуждение третьему лицу - обществу  «Гранд Авто» (через 5 месяцев после перерегистрации на ФИО1 и в  процедуре реструктуризации долгов ФИО2) носит, очевидно,  незаконный характер. В действиях ФИО2 и ФИО1 имеются  признаки злоупотребления правом.  

В отсутствие у финансового управляющего доказательств передачи  ФИО1 ФИО2 денежных средств по договору купли-продажи  управляющий полагает, что договор является безвозмездной сделкой,  прикрывающей договор дарения.  

Финансовый управляющий также полагает, что жилой дом на земельном  участке, полученном ФИО1 в дар, построен не ею, а ФИО2,  но зарегистрирован за ФИО1, поскольку доходов последней для  строительства дома недостаточно.  

Указанные выше обстоятельства послужили основанием для обращения  финансового управляющего в суд с рассматриваемым заявлением.  

Признавая оспариваемые брачный договор, договор дарения и договор  купли-продажи недействительными и применяя последствия  недействительности сделки, суды исходили из того, что спорное имущество не  выходило за пределы семьи, что указывает на мнимость сделок с целью  сокрытия имущества от обращения на него взыскания, на злоупотребление  сторонами правом против кредитора, не получившего обещанного по мировому  соглашению.  

При этом суды первой и апелляционной инстанций руководствовались  следующим.  

В силу положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом  Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  Законе о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление  правом).  

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников  гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока  не доказано иное.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением  является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего  ей, в том числе в получении необходимой информации.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных  с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из  недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК  РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов  кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может  быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела  о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных  интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной  массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества  должника третьим лицам.  

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания  сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует  суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе  при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением  

главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под  злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по  осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением  установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав,  осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами,  

нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее  им вред или создающее для этого условия.  

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые  негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом  осуществления субъективного права.  

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под  которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть  включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.  Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью  предотвращения возможного обращения на него взыскания.  

По своей правовой природе злоупотребление правом является  нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. В связи с этим  злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет  ничтожность этих сделок, как нарушающих требования закона и при этом  посягающих на права и охраняемые законом интересы третьих лиц (статьи 10,  168 ГК РФ).  

При этом положения указанной нормы предполагают недобросовестное  поведение, злоупотребление правом обеих сторон сделки, а также  осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому  лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не  совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок  такого рода.  

Следовательно, для признания факта злоупотребления правом при  заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих  участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на  причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный  и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели  совершения сделки. Соответственно, для квалификации сделки как  совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены  доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны  намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

Исследовав обстоятельства настоящего обособленного спора, а также все  доводы и пояснения сторон, суды установили, что брачный договор между  ФИО2 и ФИО1 заключен по истечении 9 дней с момента  утверждения Арбитражным судом Оренбургской области мирового соглашения  между ФИО5 и ФИО2, при этом ФИО2, передавая  ФИО5 имущество по отступному, заведомо знал о том, что некоторые  объекты отсутствуют, и ФИО5 не сможет получить то удовлетворение  своих требований, на которое рассчитывает. Кроме того, ФИО2  совершает каждое последующее действие по выводу активов (заключение  договора дарения земельного участка и договора купли-продажи транспортного  средства) на заинтересованное лицо - супругу ФИО1 после каждого  процессуального действия ФИО5, которое может послужить поводом  к обращению взыскания на имущество ФИО2, что свидетельствует о  том, что ФИО2, заключая с ФИО5 мировое соглашение и  

передавая ему по отступному объекты недвижимого имущества, заведомо зная  об отсутствии некоторых объектов, за счет реализации которых Богдалов И.М.  может рассчитывать на удовлетворение своих требований, создавал  препятствия для кредитора в получении обещанного исполнения. При этом  договор купли-продажи транспортного средства совершен должником с  супругой после обращения Богдалова И.М. в арбитражный суд с заявлением о  расторжении мирового соглашения.  

Суды заключили, что из материалов дела прямо усматривается, что  оспариваемые договоры привели к уменьшению конкурсной массы и выбытию  из нее ликвидного имущества должника.  

Установив, что на дату заключения брака с ФИО2 

ФИО1 не имела объектов недвижимого имущества, за счет реализации  которых мог быть получен ее личный доход, исследовав ее доходы и  имущество, суды пришли к выводу о том, что ФИО1, не обладая  собственным доходом, кроме дохода, указанного в справке по форме 2-НДФЛ  (за 2018 и 2019 годы в совокупности порядка 7 млн. руб.), и имея на иждивении  несовершеннолетнего ребенка, не располагала достаточными денежными  средствами для приобретения транспортного средства и строительства жилого  дома на подаренном земельном участке.  

Учитывая, что ФИО1 не представлен оригинал расписки о  передаче денежных средств в оплату транспортного средства, принимая во  внимание, что в данном случае расписка, составленная заинтересованным  лицом, не может служить надлежащим доказательством передачи денежных  средств, а анализ вышеуказанных обстоятельств позволяет сделать вывод о том,  что у ФИО1 денежные средства в размере 3 млн. руб. на приобретение  транспортного средства отсутствовали, а в соответствии с представленным  финансовым управляющим страховым полисом лицами, допущенными к  управлению спорным транспортным средством на период страхования  

с 05.03.2022 по 04.03.2023, являются ФИО1 и ФИО2, суды  заключили, что при отчуждении спорного транспортного средства ФИО2 не был отстранен от его управления, что также указывает на мнимость  совершенной сделки.  

Кроме того, судами отмечено, что ФИО2 не представлено  документов о том, куда потрачены им полученные по расписке  

от ФИО1 денежные средства. 

Таким образом, учитывая данные обстоятельства, суды верно заключили,  что оформление брачного договора, а впоследствии оспариваемых договоров  дарения земельного участка и купли-продажи транспортного средства  произведено с единственной целью - предотвратить обращение взыскания  кредитора на имущество ФИО2, что является злоупотреблением  правом, в связи с чем правомерно признали сделки недействительными и  правильно применили последствия ее недействительности.  

Оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной  инстанций у суда округа не имеется.  

Доводы заявителя кассационной жалобы об отсутствии у должника  

признаков неплатежеспособности подлежат отклонению, поскольку  опровергаются материалами дела. Должник не исполнил мировое соглашение,  заключенное с Богдаловым И.М в рамках дела о банкротстве Горячева В.Ю., в  результате чего по заявлению кредитора данное соглашение расторгнуто; дело  о банкротстве Горячева В.Ю. возобновлено, введена процедура  реструктуризации долгов. Требования Богдалова И.М. включены в третью  очередь реестра требований кредиторов Горячева В.Ю. в размере  

29 708 000 руб. Поскольку мировое соглашение не исполнено, указанный факт  свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности и  недостаточности имущества.  

Ссылка на пропуск финансовым управляющим срока исковой давности  судом округа также не принимается. В данном случае дело о банкротстве  должника было прекращено по причине примирения должника с кредитором, и  оспариваемые сделки совершены должником в период между прекращением  дела и возобновлением дела в связи с расторжением мирового соглашения. По  аналогии с нормой пункта 6 статьи 166 Закона о банкротстве и разъяснениями  пункта 58 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», период  подозрительности таких сделок определяется по отношению к дате  возобновления дела о банкротстве. Вместе с тем срок исковой давности по  оспариванию сделок, в том числе по основаниям ничтожности (пункт 1 статьи  181 ГК РФ), исчисляется с учетом даты введения процедуры банкротства в  отношении должника. Процедура реструктуризации долгов введена  определением суда от 17.05.2022, с настоящим заявлением об оспаривании  сделок финансовый управляющий обратился в арбитражный суд 14.09.2022, то  есть в пределах срока исковой давности.  

Иные доводы заявителя кассационной жалобы судом округа отклоняются,  поскольку о нарушении судами норм права не свидетельствуют, их выводов не  опровергают.  

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций  установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне  исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Их переоценка  не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статья 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной  инстанции не установлено.  

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной  жалобы не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда  апелляционной инстанции отмене не подлежат.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2023 по делу   № А47-13956/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 01.09.2023 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Н.А. Артемьева 

Судьи Д.Н. Морозов  

 Е.А. Павлова