ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

26.07.2024                                                                                          Дело № А41-59859/19

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 июля 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Кузнецова В.В.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего Акционерного коммерческого банка «Легион» (акционерное общество) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО1 по доверенности от 29.09.2023;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Пушэкострой» ФИО2 - явился лично, предъявил паспорт;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего Акционерного коммерческого банка «Легион» (акционерное общество) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2023,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2024

о признании недействительными сделками кредитного договора от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ и договора залога от 17.11.2016 № 49/16-ЗН-НКЛ, заключенных между должником и Акционерным коммерческим банком «Легион» (акционерное общество), а также банковских операций по перечислению должником в пользу Акционерного коммерческого банка «Легион» (акционерное общество) денежных средств в общем размере 94 626 527,22 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Пушэкострой»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 15.10.2019 общество с ограниченной ответственностью «Пушэкострой» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками кредитного договора от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ, заключенного между должником и Акционерным коммерческим банком «Легион» (акционерное общество) (далее – банком); договора залога от 17.11.2016 № 49/16-ЗН-НКЛ, заключенного между должником и банком; договора поручительства от 17.11.2016 № 85 13-ПНКЛ-2, заключенного с должником в обеспечение исполнения кредитного договора от 12.11.2013 № 85/13-НКЛ между банком и обществом с ограниченной ответственностью «Миханики Русия» (далее – обществом «Миханики Русия»); договора поручительства от 17.11.2016 № 07/13-ПНКЛ-3, заключенного с должником в обеспечение исполнения кредитного договора от 15.02.2013 № 07/13-НКЛ между банком и обществом «Миханики Русия»; банковских операций по перечислению должником денежных средств платежным поручением от 17.11.2016 № 54 на сумму 47 700 000 руб., платежным поручением от 17.11.2016 № 55 на сумму 94 626 527,22 руб. в пользу банка, которое определением Арбитражного суда Московской области от 18.02.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022, было удовлетворено частично, путем признания недействительными сделками кредитного договора от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ, договор залога от 17.11.2016 № 49/16-ЗН-НКЛ, а также банковских операций по перечислению денежных средств в пользу банка, в удовлетворении остальной части заявленных требований было отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.11.2022 указанные судебные акты были отменены, а обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора конкурсный управляющий должника уточнил в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявленные требования и просил суд признать недействительными сделками кредитный договор от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ, заключенный между должником и банком; договор залога от 17.11.2016 № 49/16-ЗН-НКЛ, заключенный между должником и банком; договор поручительства от 17.11.2016 № 85 13-ПНКЛ-2, заключенный с должником в обеспечение исполнения кредитного договора от 12.11.2013 № 85/13-НКЛ между банком и обществом «Миханики Русия»; договор поручительства от 17.11.2016 № 07/13-ПНКЛ-3, заключенный с должником в обеспечение исполнения кредитного договора от 15.02.2013 № 07/13-НКЛ между банком и обществом «Миханики Русия»; банковские операции по перечислению денежных средств платежным поручением от 17.11.2016 № 54 на сумму 47 700 000 руб. и от 17.11.2016 № 55 на сумму 94 626 527,22 руб. в пользу банка.

Обжалуемым определением Арбитражного суда Московской области от 29.12.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2024, кредитный договор от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ, договор залога от 17.11.2016№ 49/16-ЗН-НКЛ, а также банковские операций по перечислению денежных средств платежным поручением от 17.11.2016 № 54 на сумму 47 700 000 руб. и от 17.11.2016№ 55 на сумму 94 626 527,22 руб. в пользу банка, были признаны недействительными сделками; применены последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующими обязательств должника по кредитному договору от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ, а также отсутствующим обременения (залога) в пользу банка по договору залога от 17.11.2016 № 49/16-ЗН-НКЛ; с банка в пользу должника взысканы денежные средства в размере 13 153 434,99 руб.; признаны не перешедшими к должнику от банка права требования к обществу «Миханики русия» по кредитному договору от 15.02.2013 №07/13-НКЛ в сумме 47 700 000 руб. и кредитному договору от 12.11.2013 № 85/13-НКЛ в сумме 94 626 527,22 руб.; в удовлетворении требований в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, банк в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить в удовлетворенной части, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В судебном заседании представитель банка доводы кассационной жалобы поддержал, а конкурсный управляющий должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 284, 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции находит обжалуемые определение и постановление подлежащими отмене в части по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела, удовлетворяя требования конкурсного управляющего должника при первоначальном рассмотрении спора в части признания недействительными сделками кредитного договора и договора залога от 17.11.2016, перечислений денежных средств в счет исполнения оспариваемого кредитного договора, суды пришли к выводу о доказанности оснований, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также пунктом 2 статьи 170 ГК РФ.

Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций и направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа указал на необходимость проверить обстоятельства наличия у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых сделок (с учетом финансового анализа имущественного положения должника по результатам 2017 года), проверить обстоятельства наличия у банка признаков контролирующего по отношению к должнику лица, проверить обстоятельства наличия между должником и обществом «Миханики русия» (с учетом содержания кредитных досье указанных юридических лиц) экономических связей, и дать данным обстоятельствам объективную оценку.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в части отказа в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований судебные акты не обжалуются, как следствие, правовых оснований для их проверки в указанной части у суда округа не имеется.

Вынося обжалуемое определение при новом рассмотрении спора, суд первой инстанции исходил из того, что между банком и должником был заключен кредитный договор от 28.07.2016 № 36/16-НКЛ, по условиям которого, должнику была открыта кредитная линия с лимитом 105 000 000 руб. со сроком погашения задолженности – 27.07.2017 под залог земельного участка общей площадью 26 272 кв.м., с кадастровым номером: 50:13:0080205:327, расположенного по адресу: Московская обл., г. Пушкино, мкр. Звягино, ул. Школьная.

Между банком и должником был также заключен оспариваемый кредитный договор от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ, по условиям которого, должнику была открыта кредитная линия с лимитом 153 000 000 руб. со сроком погашения задолженности - до 16.11.2018.

В соответствии с пунктом 2.1 договора, целью предоставления кредитной линии является погашение обязательств третьих лиц, пополнение оборотных средств.

В обеспечение исполнения указанного кредитного договора, между банком и должником был заключен договор залога от 17.11.2016 № 49/16-ЗН-НКЛ, предметом которого является вышеуказанный земельный участок.

Во исполнение кредитного договора от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ на расчетный счет должника 17.11.2016 поступили денежные средства в размере 142 400 000 руб. с назначением платежа: «Выдача кредита по кр. дог. № 49/16-НКЛ от 17.11.2016г.».

В этот же день платежным поручением от 17.11.2016 № 54 должник перечислил в пользу банка денежные средства в размере 47 700 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по дог. поручительства № 07/13-ПНКЛ-3 от 17.11.2016 за ООО «Миханики Русия». Погашение просроченной ссудной задолженности по договору № 07/13-НКЛ от 15.02.2013»; а также платежным поручением от 17.11.2016 № 55 должник перечислил в пользу банка денежные средства в размере 94 626 527,22 руб. с назначением платежа: «Оплата по дог. поручительства № 85/13- ПНКЛ-2 от 17.11.2016 за ООО «Миханики Русия».

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего в части признания недействительными сделками кредитного договора, договора залога и перечисление денежных средств, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности конкурсным управляющим оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также пунктом 2 статьи 170 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и оставил обжалуемое определение без изменения.

Между тем, судом не было учтено следующее.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

На момент заключения оспариваемых договоров должник не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Исходя из финансового анализа должника по состоянию на 2017 год, что на 1 год позже, чем дата заключения оспариваемых договоров, состояние должника не является предбанкротным, нестабильным.

Исходя из выгрузки финансового анализа должника (сделанного через компанию КонтурЭксперт), подготовленного по состоянию на 2016-2017 годы, активы на последний день анализируемого периода характеризуются примерно равным процентом внеоборотных средств и текущих активов (52,5 % и 47,5 % соответственно).

Активы организации за весь рассматриваемый период увеличились на 24 109 тыс. руб. (на 8,5 %).

Учитывая увеличение активов, необходимо отметить, что собственный капитал увеличился еще в большей степени - на 197,7 %. опережающее увеличение собственного капитала относительно общего изменения активов - фактор положительный.

Поскольку на 31.12.2017 наблюдается недостаток только собственных оборотных средств, рассчитанных по 1-му варианту (СОС1), финансовое положение организации по данному признаку можно характеризовать как нормальное.

Итоговая рейтинговая оценка финансового состояния должника 0,3 (ВВ - нормальное).

Таким образом, состояние должника за 2017 год оценивается как нормальное, что полностью противоречит заявленным доводам конкурсного управляющего должника и выводам судов.

Судами как на доказательство порочности кредитного договора от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ 17.11.2016 указано на то, что он был заключен в условиях отсутствия возможности полного погашения задолженности по первому кредитному договору от 27.07.2017 № 36/16-НКЛ за счет реализации предмета залога.

Указанное, по мнению судов, свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности заключения договора от 17.11.2016 № 49/16-НКЛ.

Однако, экономический интерес банка заложен в комиссии и процентах по кредитным договорам.

На момент выдачи кредита должник являлся платежеспособным предприятием, реализующим инвестиционный проект по строительству жилого комплекса, что, в свою очередь, позволяло банку рассчитывать как на возврат кредита, так и на выплату причитающихся процентов.

Также материалами обособленного спора подтверждается, что стоимость предоставленного в залог земельного участка значительно увеличилась от момента передачи его в залог по первому кредитному договору от 27.07.2017 № 36/16-НКЛ.

При этом, ведение банком рисковой кредитной политики, которая впоследствии явилась основанием для привлечения его контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, не является основанием для установления зависимости между банком и кредитуемым лицом.

Представленными в материалы обособленного спора конкурсным управляющим доказательствами зависимость банка и кредитуемого лица не подтверждается.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 189.76 Закона о банкротстве, со дня принятия арбитражным судом решения о признании кредитной организации банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя кредитной организации, иных ее органов управления, за исключением полномочий органов управления в части принятия решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьими лицами для исполнения обязательств кредитной организации.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 189.77 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим при банкротстве кредитных организаций, имевших лицензию Банка России на привлечение денежных средств физических лиц во вклады, в силу закона является государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее - агентство).

Согласно пункту 2 статьи 14 Федерального закона от 23.12.2003 № 177-ФЗ «О страховании вкладов в банках Российской Федерации», агентство является государственной корпорацией, созданной Российской Федерацией, статус, цель деятельности, функции и полномочия которой определяются Законом о страховании вкладов, Федеральным законом от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях», Федеральным законом от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», Законом о банкротстве и другими законами.

Таким образом, не представляется возможным говорить о каком-либо безосновательном увеличение размера имущественных требований со стороны банка к должнику с целью контроля.

Аффилированность банка и должника не подтверждена.

Другим доказательством порочности, по мнению судов, является то, что сделки поручительства, на которые содержится ссылка в платежных поручениях от 17.11.2016 № 54 и от 17.11.2016 № 55, оформлены в 2016 году уже после включения требований банка в реестр требований кредиторов общества «Миханики русия» (28.10.2014) и после признания указанного общества банкротом (17.03.2015), то есть по просроченным обязательствам несостоятельного юридического лица.

Однако, именно это обстоятельство и определяло экономическую целесообразность заключения указанных сделок, о чем свидетельствует представленное в материалы дела письмо должника от 14.11.2016 в адрес банка, в котором определенно и однозначно прописано, что для дальнейшей реализации инвестиционного проекта по строительству малоэтажного жилого комплекса в г. Пушкино необходимо: оплатить выполненные работы по разработке и согласованию градостроительной документации; выкупить задолженность общества «Миханики Русия» перед банком с целью замены банка в реестре требований кредиторов общества «Миханики Русия», для возможности получения прав и документации по земельному участку в г. Химки, в рамках процедур банкротства данной организации.

В этой связи, и дата регистрации должника после признания общества «Механики Русия» банкротом ни коем образом не является фактом, свидетельствующим о недействительности заключенных сделок.

По итогам проделанной работы и реализованных мероприятий должник предполагал получение в течении месяца разрешения на строительства и начала выполнения строительно-монтажных работ по возведению корпусов жилого комплекса.

Исходя из указанного видно, что между сторонами на момент заключения договоров поручительства имелись экономические связи, в рамках существования которых и они и были заключены.

Само по себе заключение договора поручительства/залога не противоречит формальным требованиям законодательства, не содержащего соответствующих запретов, в то же время необходимо соблюдение принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление 30.04.2009 № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 № 25 )разъяснено, что, согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Высшей судебной инстанцией неоднократно указывалось на то, что презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений не может распространяться только и именно в случае заключения подозрительной сомнению сделки, совершенной аффилированными лицами, (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13687).

В настоящем деле заинтересованности банка по отношения к должнику, или наличия у банка статуса контролирующего должника лица материалами дела не подвержено.

Таким образом, материалы обособленного спора, вопреки выводам судов об обратном, не содержат совокупность доказательств для признания сделок недействительными, как по общегражданским основаниям, так и по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Кроме того, банк ссылался на то, что конкурсным управляющим должника был пропущен срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с банка в пользу должника денежных средств в размере 13 153 434,99 руб.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановления от 23.12.2010 № 63) следует, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

При этом, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Должник был признан банкротом решением суда от 15.10.2019.

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании сделок недействительными 18.09.2020 (согласно почтовому штампу на конверте).

Конкурсным управляющим должника 24.01.2023 было подано уточненное заявление, в котором управляющий к ранее заявленным требованиям просил суд применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с банка в пользу должника денежных средства в размере 13 153 434.99 руб.

Таким образом, данные требования заявлены свыше 3-х лет с момента открытия в отношении должника конкурсного производства.

Соответственно, конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности.

Вместе с тем судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу части 4 названной нормы права обращение в арбитражный суд осуществляется в форме: искового заявления - по экономическим спорам и иным делам, возникающим из гражданских правоотношений; заявления - по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, по делам о несостоятельности (банкротстве), по делам особого производства, при обращении о пересмотре судебных актов в порядке надзора и в иных случаях, предусмотренных указанным Кодексом; представления - при обращении Генерального прокурора Российской Федерации и его заместителей о пересмотре судебных актов в порядке надзора, а также жалобы - при обращении в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанций и в иных случаях, предусмотренных этим Кодексом и иными федеральными законами.

Следовательно, в соответствии с частью 4 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обращение общества с настоящей кассационной жалобой является одной из форм реализации защиты нарушенного права.

Вместе с тем конкурсный управляющий должника не указал за защитой какого нарушенного права он обратился в арбитражный суд путем подачи кассационной жалобы, каким образом обжалуемым судебным актом были нарушены его права и законные интересы, какие неблагоприятные последствия претерпевает заявитель, обращаясь за судебной защитой, поскольку из материалов обособленного спора усматривается, что оспариваемыми сделки по существу был формализован перевод долга предыдущего кредитора и залогодателя спорного земельного участка – общества «Миханики Русия» на должника.

Как следствие, в любом случае, спорное имущество не могло быть реализовано в рамках процедур банкротства должника без учета интересов банка как залогодержателя в отношении спорного имущества.

Судами первой и апелляционной инстанции не были выполнены надлежащим образом письменные указания суда кассационной инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

В связи с тем, что судами установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, но неправильно применены нормы материального права, руководствуясь положениями действующего законодательства, судебная коллегия считает возможным отменить обжалуемое постановление в части и принять свой судебный акт.

Из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.07.2015 № 305-ЭС14-8858, усматривается, что направление дела на новое рассмотрение с целью повторного предоставления лицу участвующему в деле процессуального права, которым он не воспользовался без уважительных причин, при наличии у него соответствующей возможности, противоречит принципу правовой определенности и положениям части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которых лицо, участвующее в деле, несет риск наступления неблагоприятных последствий совершения или несовершения этим лицом процессуальных действий.

В силу изложенного, судебная коллегия, полагая, что судами фактические обстоятельства, имеющие значение для дела установлены в достаточной степени, а направление дела на новое рассмотрение фактически освободит конкурсного управляющего должника по делу от неблагоприятных последствий несовершения требуемых законом процессуальных действий, предоставит ему не предусмотренную процессуальным законом и противоречащую принципу правовой определенности возможность неоднократного рассмотрения дела по правилам судебного разбирательства в суде первой инстанции с представлением в материалы дела дополнительных документов и обоснования заявленных требований, приходит к выводу о необходимости вынесения судом кассационной инстанции нового судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об удовлетворении кассационной жалобы и отмене судебных актов в части.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2024 по делу № А41-59859/19 в обжалуемой части – отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Пушэкострой» – отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                              Н.А. Кручинина

 

                                                                                                          В.В. Кузнецов