ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

31.08.2022

Дело № А40-48406/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 31 августа 2022 года

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Я. Мысака, В.З. Уддиной, 

при участии в заседании: 

от ООО фирма «Водокомфорт» - ФИО1, по доверенности от 16.08.2022 со сроком на 2 года; 

от конкурсного управляющего ООО «Группа Модуль» - ФИО2, по доверенности от 17.12.2019 со сроком на 3 года; 

от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 03.09.2021 до 09.09.2023; 

от ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 22.07.2022 со сроком на 3 года рег. №77/771-н/77-2022-5-367; ФИО7, по доверенности от 22.07.2022 со сроком на 3 года, рег. №77/771-н/77-2022-5-968; 

рассмотрев 25.08.2022 в судебном заседании кассационную жалобу ООО фирма «Водокомфорт»

на определение от 09.02.2022

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 09.06.2022

Девятого арбитражного апелляционного суда

об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Группа Модуль», 

 

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.12.2018 должник - ООО «Группа Модуль» признан несостоятельным (банкротом); в отношении должника открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должником утвержден ФИО8.

            В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО фирма «Водокомфорт», уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 461 819 038,51 рублей.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО фирма «Водокомфорт» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы конкурсного управляющего ООО «Группа Модуль», ФИО5, ФИО3

В судебном заседании представитель ООО фирма «Водокомфорт» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель конкурсного управляющего должником, представитель ФИО3, представитель ФИО5 возражали против  удовлетворения кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

            ФИО3 являлся руководителем должника, участником должника с 50% долей в уставном капитале, ФИО5 являлся председателем совета директоров и участником должника с 50% долей в уставном капитале.

            В качестве оснований для привлечения контролирующих должника к субсидиарной ответственности кредитор указал на неисполнение обязанности по подаче заявления о несостоятельности (банкротстве) ООО «Группа Модуль», а также совершение действий, повлекших невозможность полного удовлетворения требований кредиторов должника.

            Как следовало из заявления кредитора, признаки неплатежеспособности у ООО «Водокомфорт» возникли в декабре 2016 года, в связи с чем в январе 2017 года ФИО3, ФИО5 необходимо было принять соответствующее решение и обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Группа Модуль» несостоятельным (банкротом), в связи с чем к указанному основания привлечения к субсидиарной ответственности подлежит применению редакция статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшая в соответствующий период.

            В качестве наличия признаков неплатежеспособности кредитор ссылался на наличие кредиторской задолженности ООО «Группа Модуль».

            Вместе с тем судами установлен, что момент наступления неплатежеспособности должника на январь 2017 года кредитором надлежащим образом не подтвержден, а сам по себе факт наличия задолженности перед отдельным кредитором  не свидетельствует о неплатежеспособности ООО «Группа Модуль».

            Кроме того, кредитор в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности отмечает, что имущественный кризис у должника наступил в конце 2017 года, что, по мнению судов, опровергает вывод о наличии признаков неплатежеспособности по состоянию на январь 2017 года.

            Суды также установили, что анализ финансового состояния должника опровергает доводы кредитора о наличии признаков неплатежеспособности в январе 2017 года.

            Учитывая изложенное, суды пришли к выводу о недоказанности факта неплатежеспособности должника по состоянию на январь 2017 года.

            Кроме того, суды отметили, что новые обязательства не возникли у должника после истечения сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве,  в связи с чем невозможно установить размер субсидиарной ответственности по данному основанию.

            Учитывая изложенное, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц за не подачу заявления о банкротстве.

            В отношении доводов о совершении контролирующими должника лицами сделок, суды отметили, кредитор указывал, что контролирующими должника лицами приняты экономически неэффективные решения, которые привели к невозможности удовлетворения требований всех кредиторов.

            Вместе с тем суды пришли к выводу, что в рассматриваемом случае кредитором не обосновано, что указанные им в заявлении сделки в целях применения презумпции совершения невыгодных для должника сделок прошли проверку на критерий существенности.

            Суды указали, что не доказано заявителем, что совершение указанных кредитором сделок значительно повлияло на деятельность должника и явилось необходимой причиной объективного банкротства должника, равно как и  не доказано, что применительно к масштабам деятельности должника указанные сделки действительно являлись для должника значимыми и существенно убыточными.

            Так, в отношении сделок с АО «Сигнет Банк» судами установлено следующее.

            ООО «Группа Модуль», АО «Сигнет Банк» (Латвия), ОАО «Измеритель», SIA «MODULEX-INVEST» 14.05.2018 заключили Соглашение о порядке реструктуризации обязательств по договору кредитной линии от 17.08.2015 № 4.1-11.7/2015/22KR.

            На дату заключения соглашения долг ООО «Группа Модуль» перед АО «Сигнет Банк» составлял 22 962 618,87 EUR: 13 449 999,30 EUR - кредитные средства; 1 196 799,93 EUR - накопленные и неуплаченные процентыв за использование кредитных средств; 7 613 319,67 EUR - пени; 30 000 EUR - комиссия за рассмотрение вопроса о внесении изменений в договор и оформление дополнительного соглашения № 3; 672 499,97 EUR - неустойка.

            На основании заключенного соглашения ОАО «Измеритель» приняло на себя обязательства ООО «Группа Модуль» перед АО «Сигнет Банк» путем его замещения в кредитном договоре на сумму 9 500 000 EUR.

            Кроме того, стороны договорились, что после частичного замещения ОАО «Измеритель» заемщика в кредитном договоре ООО «Группа Модуль» в качестве погашения задолженности в размере 13 462 6178,87 EUR передает АО «Сигнет Банк» права требования к SIA «MODULEX-INVEST» по договорам займа на сумму 10 406 730,03 EUR, срок возврата которых наступает 31.12.2021.

            Таким образом, в результате заключения ООО «Группа Модуль» 14.05.2018 Соглашения о порядке реструктуризации и связанных с ним сделок, ООО «Группа Модуль» освободилось от кредиторской задолженности в размере 22 962 618,87 EUR, передав Банку право требования дебиторской задолженности на 10 406 730,03 EUR, срок погашения которой должен был наступить более чем 3 года.

            В связи с заключением единой сделки по реструктуризации АО «Сигнет Банк» не начисляло ООО «Группа Модуль» проценты за пользование кредитными средствами за период с 01.09.2017 по дату заключения Соглашения о порядке реструктуризации, а также пени на сумму процентов (приложение № 1 к Соглашению о порядке реструктуризации), размер которых за период с 01.09.2017 по 14.05.2018 мог составить 1 037 676,66 EUR (13 449 999,30 EUR х 11% /365 дн. х 256 дн.), а пени на указанную сумму - 531 290,47 EUR (1 037 676,66 EUR х 256x0,2%).

            Согласно заключению специалистов АНО «Союзэкспертиза» ТПП РФ от 22.03.2021 № 2626/018-2021, совершение сделки по реструктуризации не стало причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности ООО «Группа Модуль», причиной ухудшения экономических показателей, финансового положения должника, причиной для роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств.

            Суды посчитали, что сделки, на основании которых произведен зачет, недействительными в установленном порядке не признаны, доказательства их убыточности для должника отсутствуют, как и основания для признания их повлекшими банкротство должника или направленными на вывод его активов. При заключении соглашения о зачете произошло уменьшение как дебиторской, так и кредиторской задолженности в сопоставимой сумме, что не привело к уменьшению размера имущества должника и, соответственно, прав кредиторов.

            В отношении сделки по продаже акций ОАО «Измеритель» суды отметили следующее.

            Между ООО «Группа Модуль» (продавец) и ООО «РАМ - инжиниринг» (покупатель) заключен договор купли-продажи акций ОАО «Измеритель» от 25.12.2017. Цена проданных акций составила 98 723 500,00 руб.

            Между ООО «Группа Модуль» (цедент) и ООО «РАМ - инжиниринг» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования от 24.01.2018. Цена уступленных прав требования составила 20 000 000 руб.

            В последующем, между ООО «Группа Модуль» и ООО «РАМ - инжиниринг» заключено соглашение о зачете встречных однородных требований от 01.03.2018, по условиям которого стороны прекратили взаимные обязательства на общую сумму 118 723 500,00 руб.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.06.2019 признано недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве соглашение о зачете взаимных требований от 01.03.2018, заключенное между ООО «Группа Модуль» и ООО «РАМ-инжиниринг». Применены последствия недействительности в виде восстановления сторон в положение, существовавшее до заключения сделки.

            Право требования задолженности с ООО «РАМ - инжиниринг» включено в конкурсную массу и подлежало реализации на торгах.

            Оспаривая рыночную стоимость акций ОАО «Измеритель», кредитор ссылается на то обстоятельство, что ОАО «Измеритель» является собственником актива в виде недвижимого имущества площадью более 30 000 кв. м., расположенного на Холодильном переулке в г. Москве.

            При этом, как указали суды,  кредитором не учтено, что на дату заключения договора купли-продажи акций, недвижимое имущество было заложено в пользу АО «Сигнет Банк» (Латвия), а само ОАО «Измеритель» являлось поручителем перед АО «Сигнет Банк» (Латвия) по обязательствам должника.

            Согласно отчету АО «НЭО Центр» от 15.12.2017 рыночная стоимость одной акции ОАО «Измеритель» в пакете 10% +1 до 25% составляет 0,00000066 руб.

            Таким образом, суды пришли к выводу, что продажа акций номинальной стоимостью 0,004 руб. по цене 500 руб. за штуку не может рассматриваться как лишение должника ликвидного актива в ущерб интересам кредиторов, а сам по себе факт заключение сделок с заинтересованными лицами не свидетельствует о их недействительности и намерении на причинение вреда имущественным правам должника и его кредиторам.

            Суды установили, что контролирующие должника лица не совершали действий/бездействий, направленных на причинение вреда имущественным интересам кредиторов, доказательства обратного материалы дела не содержат.

            Судами также установлено, что кредитором не представлены какие-либо доказательства совершения ответчиками каких-либо конкретных действий (бездействия), которые довели (способствовали) доведению до банкротства, наличия вины лиц в совершении таких действий, а также наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) и наступившими негативными последствиями, выражающимися в неспособности должника удовлетворить требования кредиторов.

            Таким образом, все действия контролирующих должника лица суды расценили как добросовестные и разумные, совершенные в рамках экономической целесообразности и обычного предпринимательского риска.

            На основании вышеизложенного, суды, руководствуясь пунктом 1 статьи 9, пунктом 2 статьи 10, пунктами 2 и 3 статьи 61.11, пунктами 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, пунктами 9, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на основании абзаца 1 пункта 2 статьи 61.11Закона о банкротстве.

            Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно с Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

            Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

            При этом, по смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

            Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

            При этом предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

            В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

            -удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

            -органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

            -органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

            -обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

            -должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

            -имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

            В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 данного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

            Ныне действующая статья 61.12 Закона о банкротстве "Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника" содержит аналогичные нормы права.

            По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. (пункт 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

            По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

            В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

            В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, указано, что существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних.

            В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

            Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.    В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

            Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ), является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

            В рассматриваемом случае отсутствует такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 9 Закона о банкротстве.

            Применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

            В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

            —возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

            —момент возникновения данного условия;

            —факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

            —объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

            При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

            Согласно пункту 2 статьи 61.12. Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 -4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

            Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, подлежит доказыванию:

            —дата, когда у руководителя возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

            —заявитель должен указать, какой из случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должен был явиться основанием для обращения в суд (в рассматриваемом случае заявитель указывает на обстоятельства наличия у должника признаков неплатежеспособности и (или) признака недостаточности имущества;

            —какие именно обязательства возникли после истечения сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

            Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

            Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

            Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

            Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

            По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

            По смыслу подпункта 3 пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если в удовлетворении иска о признании сделки недействительной ранее было отказано по мотиву равноценности полученного должником встречного денежного предоставления, то заявитель впоследствии не вправе ссылаться на нерыночный характер цены этой же сделки в целях применения презумпции доведения до банкротства.

            По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

            Так, в соответствии с пунктом 23 в постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

            В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 по  делу № А40-48406/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     Н.Я. Мысак 

                                                                                  В.З. Уддина