ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

23 июня 2017 года                                                       Дело № А48-5865/2014(П)

г. Воронеж                                                                                                       

 

          Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2017

          Постановление в полном объеме изготовлено  23 июня 2017

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

при участии:

председательствующего судьи                                         Мокроусовой Л.М., 

судей                                                                                    Потаповой Т.Б.,

                                                                                              ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии: 

от конкурсного управляющего акционерного общества «Орловская объединенная зерновая компания» ФИО3: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Орловская объединенная зерновая компания» ФИО3 на определение Арбитражного суда Орловской области от 14.04.2017 по делу №А48-5865/2014(П), 

по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Орловская объединенная зерновая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3 к ФИО4 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности,

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Орловская объединенная зерновая компания» в лице конкурсного управляющего обратилось в Арбитражный суд Орловской области с заявлением к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 10.09.2014, просил обязать ответчика вернуть должнику автомобиль КАМАЗ 5320, год выпуска 1989, номер двигателя – 74010072440552, цвет кузова – зеленый.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 14.04.2017 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО «Орловская объединенная зерновая компания» отказано. 

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность, конкурсный управляющий акционерного общества «Орловская объединенная зерновая компания» обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, удовлетворив его в полном объеме.

От конкурсного управляющего АО «Орловская объединенная зерновая компания» ФИО3 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие. 

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представители конкурсного управляющего АО «Орловская объединенная зерновая компания» ФИО3, ФИО5 и иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Орловской области от 14.04.2017 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением суда от 10.03.2015 в отношении ООО «Орловская объединенная зерновая компания» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6. 

Определением от 19.10.2015 суд произвел замену должника по делу о банкротстве, заменив общество с ограниченной ответственностью «Орловская объединенная зерновая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на акционерное общество «Орловская объединенная зерновая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Орловской области от 19.10.2015 в отношении акционерного общества «Орловская объединенная зерновая компания» открыта процедура конкурсного производства.

Оспаривая сделку, конкурсный управляющий сослался на то, что между должником (продавец) и ФИО4 (покупатель) 10.09.2014 был заключен договор купли-продажи транспортного средства №14-51 (далее договор), по условиям которого продавец обязался передать в собственность, а покупатель – принять и оплатить транспортное средство (автомобиль КАМАЗ 5320, год выпуска 1989, номер двигателя – 74010072440552, цвет кузова – зеленый) (далее - автомобиль). 

Вместе с тем, 23.07.2014 между должником (продавец) и ООО «Авангард-Агро-Орел» (покупатель) заключён договор купли- продажи № 14-51 (далее договор), по условиям которого продавец обязался передать в собственность, а покупатель – принять и оплатить транспортное средство (автомобиль КАМАЗ 5320, год выпуска 1989, номер двигателя – 74010072440552, цвет кузова – зеленый) (далее - автомобиль). В соответствии с п.3.1 договора стоимость транспортного средства была согласована сторонами и составляла 90 000 руб. 

Имущество, являющееся предметом оспариваемой сделки, было передано ФИО4 23.07.2014, что подтверждается актом приема-передачи объекта основных средств. 

Имеющимися в материалах дела протоколами судебных заседаний от 10.10.2016 (л.д.23), от 11.04.2017 подтверждено, что ответчиком для обозрения судом первой инстанции были представлены оригиналы договора купли-продажи № 14-51 от 23.07.2014, акта приема-передачи объекта основных средств от 23.07.2014. 

Исходя из представленных в материалы дела доказательств суд первой инстанции правомерно посчитал, что по состоянию на 10.09.2014 (указанная конкурсным управляющим дата оспариваемой сделки) собственником спорного автомобиля являлась ФИО4, в связи с чем, предметом договора купли продажи между должником (как продавцом) и ФИО4 (как покупателем) данное транспортное средство являться не могло. В рамках настоящего обособленного спора конкурсным управляющим фактически оспаривается договор, заключенный между должником и ответчиком 23.07.2014. 

Согласно пункта 3.2 договора, покупатель в полном объеме вносит сумму за автомобиль в кассу или производит оплату иным не противоречащим законодательству РФ способом, согласованным сторонами. 

ФИО4 23.07.2014 была произведена оплата по договору в сумме 90 000 руб., что подтверждается представленным в материалы кассовым чеком (л.д.26). 

11.02.2015 спорный автомобиль был продан ответчиком ФИО7 по договору купли-продажи за 50 000 руб. 

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что имущество должника было реализовано при неравноценном встречном предоставлении при наличии у должника признаков неплатежеспособности, что повлекло уменьшение конкурсной массы и причинило вред кредиторам, обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего ФИО3

Суд апелляционной инстанции считает выводы арбитражного суда первой инстанции соответствующими законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Федерального закона от 27 сентября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)». 

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8. Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. 

По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной (п. 6 ст. 61.8.)

Статьями 61.9, 129 Закона о банкротстве предусмотрено право подачи конкурсным управляющим от имени должника, в том числе по своей инициативе, заявления об оспаривании сделки должника в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо установить наличие совокупности условий: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8 Пленума № 63, следует, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

В пункте 9 Пленума № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Следовательно, суд первой инстанции правомерно определил, что в предмет доказывания по настоящему делу входит совокупность двух условий, а именно: заключение оспоренной сделки в пределах периода подозрительности и факт неравноценного встречного исполнения сделки. 

В данном случае оспариваемый договор был заключен менее чем за один год   до принятия судом к производству заявления  о признании должника несостоятельным (28.01.2015), данная сделка является совершенной в пределах периода подозрительности сделок должника, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Вместе с тем, закон о банкротстве Пленум № 63 не содержат разъяснений относительно критериев определения неравноценности встречного предоставления по оспариваемой сделке, в том числе критериев оценки цены этой сделки и (или) иных условий,   как существенно в худшую для должника сторону отличающихся от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

При этом неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

В качестве доказательства продажи спорного имущества по цене значительно ниже рыночной в материалы дела представлено письмо ООО «Оценочная компания Ангара» (л.д.31), согласно которому среднерыночная стоимость автомобиля КАМАЗ 5320, год выпуска 1989, по состоянию на 10.09.2014 составляет 220 000 руб. 

Исходя из определения, данного в статье 3 Федерального закона от 29.07.1998 N135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства. 

При оценке указанного письма суд правильно указал, что рыночная стоимость носит вероятный характер, основывается на данных о  минимальных, так и о максимальных ценах на рынке.

В соответствии с частью 1 статьи 11 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» итоговым документом, составленным по результатам определения стоимости объекта оценки независимо от вида определенной стоимости, является отчет об оценке объекта оценки (далее - отчет). 

Суд первой инстанции правомерно принял во внимание, что представленное в материалы дела письмо ООО «Оценочная компания Ангара» от 03.08.2016, в соответствии с положениями ст. 11 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» не является отчетом об оценке, поскольку в нём отсутствуют сведения, которые должны быть отражены в отчете об оценке. Кроме того, из текста самого письма следует, что среднерыночная стоимость определена оценщиком предварительно, то есть без осмотра конкретного автомобиля, без учета степени его износа, технического состояния, без применения различных подходов к оценке рыночной стоимости. 

Вместе с тем, ответчик указал, что при покупке автомобиля он находился в неудовлетворительном состоянии. Учитывая год выпуска и назначение автомобиля, осмотр объекта оценки представляется тем существенным обстоятельством, без которого  нельзя объективно судить о реальной стоимости автомобиля на рынке.

Из представленного в материалы дела акта приема-передачи от 23.07.2014 следует, что спорное имущество использовалось должником 84 месяца, сумма начисленной амортизации составила 52 941,15 руб., остаточная стоимость на дату продажи составляла 47 058,85 руб. 

При этом, представленные доказательства лицами, участвующими в деле, в нарушение требований ст.65 АПК РФ не опровергнуты, доказательств обратного в материалы настоящего обособленного спора не представлено, о фальсификации представленных доказательств не заявлено.

Учитывая принцип состязательности, отказ от их предоставления в соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации квалифицируется как отказ от опровержения представленных доказательств, на которые указывает процессуальный оппонент.

В силу изложенных обстоятельств, представленное письмо с достоверностью не подтверждает тот факт, что стоимость автомобиля КАМАЗ 5320, год выпуска 1989 с учетом его технического состояния по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки на рынке составляла более 90 000 руб. 

Отклонённый судом  довод о наличии в сети Интернет объявлений, размещенных на сайтах www.avito.ru, www.avto.ru о продаже аналогичных автомобилей КАМАЗ 5320 1989 года выпуска стоимостью от 220 000 руб. не может быть признан достаточным доказательством, подтверждающим стоимость конкретного спорного автомобиля. 

Кроме того, предложения на транспортные средства соответствующей марки и года выпуска по данным интернет-сайтов не могут с достоверностью свидетельствовать о том, что продажа соответствующих транспортных средств реально возможна по тем ценам, которые указаны в объявлениях, поскольку в данных объявлениях указана лишь цена предложения, а не цены, установленные по заключенным между сторонами аналогичным сделкам, в связи с чем они не подтверждают фактическую стоимость реализации транспортных средств и не могут быть расценены в качестве аналогичных сделок. 

Довод  о неравноценности встречного исполнения по оплате имущества ввиду отсутствия доказательств поступления  денежных  средств на расчетный счет должника, также не может быть признан состоятельным. 

Условиями оспариваемого договора предусмотрено право ответчика уплатить цену договора путем внесения наличных денежных средств в кассу должника. 

В соответствии с частью 3 статьи 16.1 Закона от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» при оплате товаров (работ, услуг) наличными денежными средствами обязательства потребителя перед продавцом (исполнителем) по оплате товаров (работ, услуг) считаются исполненными в размере внесенных денежных средств с момента внесения наличных денежных средств продавцу (исполнителю) либо платежному агенту (субагенту), осуществляющему деятельность по приему платежей физических лиц. 

Согласно пункту 1 статьи 5 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ, в момент оплаты покупателю (заказчику) выдается отпечатанный ККТ кассовый чек, который подтверждает факт получения оплаты. На данном кассовом чеке должны содержаться обязательные реквизиты, предусмотренные п. 4 Положения по применению контрольно- кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30.07.1993 N 745. В частности, одними из таких реквизитов являются дата и время покупки (пп. "д" п. 4 Положения по применению контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением). Кассовый чек - первичный учетный документ, отпечатанный контрольно- кассовой техникой на бумажном носителе, подтверждающий факт осуществления между пользователем и покупателем (клиентом) наличного денежного расчета и (или) расчета с использованием платежных карт, содержащий сведения об этих расчетах, зарегистрированных программно-аппаратными средствами контрольно-кассовой техники, обеспечивающими надлежащий учет денежных средств при проведении расчетов.

Представленный в материалы дела кассовый чек, подтверждающий оплату, содержит все необходимые реквизиты, в том числе, наименование должника, идентификационный номер организации-налогоплательщика (ИНН), заводской номер контрольно-кассовой машины, дату и время покупки, стоимость покупки, признак фискального режима, суммы, указанные в чеках, в общей сумме соответствуют цене договора. При таких обстоятельствах, арбитражным судом представленный ответчиком кассовый чек признается надлежащими доказательством, подтверждающим оплату ответчиком спорного имущества наличными. 

О фальсификации представленных в материалы дела ответчиком доказательств, подтверждающих факт оплаты, не заявлено. 

Дальнейшие действия должника с поступившими наличными денежными средствами, внесение либо невнесение их на расчетный счет в обслуживающем банке, не могут повлиять на содержание сделки как совершенной при  равноценном предоставлении.  

Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несет руководитель организации. Риски неотражения в бухгалтерской отчетности должника обстоятельств поступления денежных средств и их последующего расходования, при подтверждении иными доказательства факта уплаты ответчиком денежных средств за приобретение спорного имущества относятся на бывшего руководителя должника, но не на ответчика. 

При изложенных обстоятельствах, довод  о том, что обязанность оплаты по договору ФИО4 не исполнена, поскольку на расчетные счета должника денежные средства не поступали, а документы, подтверждающие соблюдение кассовой дисциплины не переданы бывшим руководителем конкурсному управляющему, а также довод о том, что сделка была совершена при отсутствии встречного исполнения обязательства по договору, обоснованно признаны несостоятельными с учетом имеющийся в деле совокупности доказательств. 

Судом первой инстанции было  отказано  в   удовлетворении ходатайства о назначении по делу экспертизы для определения действительной рыночной стоимости  реализованного должником транспортного средства. 

Судебная коллегия не находит оснований считать отказ в удовлетворении ходатайства неправомерным.    

Согласно положениям ч. 4 и ч. 5 ст. 71 Арбитражного процессуального Кодекса РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (п. 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения судами законодательства об экспертизе»). 

Исходя из содержания ходатайства и информации экспертного учреждения, суд установил, что   при определении рыночной стоимости спорного имущества экспертом будут использоваться только данные, полученные из документов, имеющихся в материалах дела. Существенными обстоятельствами  при определении стоимости указанного объекта на   дату сделки   являются год выпуска, срок и характер эксплуатации транспортного средства, а также его пробег; при отсутствии сведений о пробеге оценщики согласно методическим рекомендациям используют справочные сведения о среднегодовых значениях пробега или износа техники. 

Как следует из материалов дела, срок эксплуатации спорного автомобиля должником на дату совершения оспариваемой сделки составил более 7 лет (общий срок эксплуатации – 25 лет), на дату совершения сделки амортизационный износ спорного имущества составил 52 941,15 руб., остаточная стоимость – 47 058,85 руб. 

Указанные доказательства  лицами, участвующими в деле, не оспорены, доказательств обратного в материалы настоящего обособленного спора не представлено. Заявитель не был лишен возможности представить в суд мнение эксперта или заключение специалиста, полученное во внесудебном порядке.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно  сделал вывод о том, что сторонами представлены доказательства в подтверждение своих доводов и возражений. Получение еще одного доказательства стоимости аналогичного имущества, а не спорного объекта на момент совершения сделки, не может повлиять на оценку уже имеющихся в деле доказательств.

Кроме того, судом принять во внимание и то обстоятельство, что после заключения оспариваемой сделки спорный автомобиль был продан   по цене 50 000 руб., при этом сведений о пороке указанной сделки в деле не имеется. 

При изложенных обстоятельствах, с учетом фактических обстоятельств настоящего обособленного спора, суд первой инстанции правомерно решил, что проведение экспертизы повлечет дополнительные расходы, затягивание судебного процесса и нарушения разумности сроков рассмотрения дела о банкротстве, в связи с чем является нецелесообразным.

Доказательств, подтверждающих неравноценное встречное предоставление ни конкурсным управляющим, ни иными лицами, участвующими в деле, в нарушение требований ст. 65 АПК РФ в материалы настоящего обособленного спора не представлено. 

Таким образом, заявителем не доказано, что при совершении оспариваемой сделки цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

Из разъяснений, содержащихся в абзаце 4 пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротства сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества (абзацы второй – пятый пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (абзац введен Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 59). 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Согласно положений ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Следуя разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в абзаце 2 пункта 5 Постановления от 23.12.2010 N 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

   Как следует из отзыва уполномоченного органа, у должника имелась задолженность перед ООО «Каргилл», ОАО «Сбербанк России», ТУ Росимущества Орловской области, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов. 

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами. Однако, обязательным условием недействительности сделки, указанной в п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, является осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о наличии у должника признака неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 г. N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: 

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; 

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; 

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

Конкурсным управляющим не представлено доказательств, однозначно и бесспорно подтверждающих, что оспариваемая сделка была совершена с ответчиком, как с заинтересованным лицом, исходя из смысла п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве, поскольку он не являлся руководителем должника, не входил в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, не являлся главным бухгалтером (бухгалтером) должника, в связи с чем, в данной ситуации нельзя презюмировать его осведомленность о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате оспариваемой сделки. 

На момент заключения сделки ФИО4, являясь посторонним для должника лицом,  не могла быть осведомлена о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, не имела возможности влиять на существо принимаемых решений, связанных с финансово-хозяйственной деятельностью должника. 

В материалы дела не представлены доказательства наличия у ФИО4 возможности ознакомиться с документами, раскрывающими результаты хозяйственной деятельности должника; не имеется также и копий публикаций о финансово- экономическом положении должника, размещенных в открытых источниках. При этом неоплата конкретной кредиторской задолженности не может быть отождествлена с неплатежеспособностью организации. 

Исследовав материалы дела, судом было установлено, что ни конкурсным управляющим, ни иными лицами, не представлено доказательств того, что целью совершения сделок по продаже транспортного средства являлось именно причинение вреда имущественным правам кредиторов и должника, не представлено доказательств того, что сделка являлась безвозмездной, совершена с заинтересованным лицом или имеются иные обстоятельства, позволяющие говорить о преднамеренном выводе имущества должника. 

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно отклонён довод о наличии у должника цели причинения вреда кредиторам, в связи с изменением места нахождения должника, так как     из содержания абзаца 4 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что изменение должником места своего нахождения в отсутствие уведомления об этом кредиторов имеет юридическое значение для применения названной статьи, только если только факт изменения должником места своего нахождения произошел непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения и   преследовалась цель сокрытия этой информации. 

 Суду первой инстанции соответствующих доказательств представлено не было. 

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, 16 предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах, не допускаются. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статьей пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. 

Из смысла пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что на основании презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. 

Ввиду того, что доказательств   заключения оспариваемого договора купли-продажи со стороны ответчика ФИО4 с целью причинение вреда имущественным правам кредиторов и уменьшения конкурсной массы должника материалы дела не содержат, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что не имеется оснований для вывода о злоупотреблении правом.

Поскольку в удовлетворении заявления в части признания сделки недействительной отказано, не может быть удовлетворено и требование о применении последствий ее недействительности. 

Доводы заявителя повторяют основания иска, получили оценку в оспариваемом судебном акте и настоящем постановлении.

По мнению суда апелляционной инстанции, обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, изложенные в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно ч. 4  ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Орловской области от 14.04.2017 по делу № А48-5865/2014(П) следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Орловской области от 14.04.2017 по делу №А48-5865/2014(П) оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Орловская объединенная зерновая компания» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок  через арбитражный суд первой инстанции.

      Председательствующий судья                                        Л.М. Мокроусова 

      Судьи                                                                                 Т.Б. Потапова

                                                                                                ФИО1