АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-5898/2018

г. Краснодар

24 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2022 года

            Постановление в полном объеме изготовлено 24 мая 2022 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Аваряскина В.В., судей Рассказова О.Л. и Садовникова А.В., при ведении протокола судебного заседания, проводимого с использованием системы веб-конференции, помощником судьи Макаровой А.В., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания "Спецпроект"» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 01.02.2022), ответчика – ФИО2, в отсутствие третьих лиц: инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодару, Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Краснодарскому краю, ФИО3, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.12.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2022 по делу № А32-5898/2018, установил следующее.

ООО «Научно-проектная компания "Спецпроект"» обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 о взыскании 2 868 280 рублей 36 копеек реальных убытков, 3 950 730 рублей 62 копеек упущенной выгоды, а также процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму убытков с вступления в силу решения суда и до его фактического исполнения (измененные исковые требования, заявленные в порядке, установленном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – Кодекс). 

При рассмотрении дела в суде первой инстанции произведена процессуальная замена истца на ООО «УК "Спецпроект"» (далее – общество). 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ИФНС России № 1 по Краснодарскому краю (далее – инспекция), УФСБ России по Краснодарскому краю и ФИО3 

ФИО2 обратился со встречным иском к обществу о признании факта единственного участия ФИО2 в обществе с 28.01.2012, возложении обязанности на общество рассчитать и выплатить размер прибыли ФИО2 от его участия в обществе с 01.09.2017. 

Решением суда от 24.12.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.03.2022, требования общества удовлетворены. С ФИО2 в пользу общества взыскано 2 868 280 рублей 36 копеек реального ущерба, 3 950 730 рублей 62 копейки упущенной выгоды, 198 тыс. рублей расходов на оплату судебной экспертизы, 56 927 рублей расходов по уплате государственной пошлины, а также взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами на общую сумму убытков с вступления решения суда до его фактического исполнения по ставке Банка России. В удовлетворении встречных исковых требований отказано. С ФИО2 в доход федерального бюджета взыскано 3884 рубля государственной пошлины по иску. Экспертному учреждению с депозитного счета суда перечислено 98 тыс. рублей в качестве оплаты за производство экспертизы по делу.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить решение и постановление. Заявитель указывает, что обществом пропущен срок исковой давности, поскольку требования основаны на акте аудиторской проверки от 24.01.2015, а иск подан 15.02.2018. Суд первой инстанции немотивированно отклонил выводы повторной судебной экспертизы, а принял во внимание лишь заключение дополнительной экспертизы. Затягивание судебного процесса увеличило размер присужденных процентов за пользование чужими денежными средства, при этом в резолютивной части конкретный размер процентов не выделен. Суды сослались на приговор Ленинского районного суда города Краснодара от 03.12.2015 в качестве подтверждения наличия задолженности у ФИО2 перед обществом, вместе с тем указанная задолженность погашена ФИО2 в 2015 году, это обстоятельство подтверждается сведениями из базы данных 1С-бухгалтерия. Ссылка судов на то, что ФИО2 исполнял функции единоличного исполнительного органа с 11.01.2011 по декабрь 2017 года, противоречит приказу общества от 02.12.2015 № 48-ЛС и записи в трудовой книжке. Суды не дали надлежащую оценку доводу ответчика о ничтожности решения единственного участника общества от 19.10.2017 № 1/2017 и приняли за основу вероятностный расчет неполученной прибыли общества от лицензируемой деятельности до 30.06.2018. Суды необоснованно сослались на преюдициальный характер обстоятельств, установленных в рамках дел № А32-40455/2015 и А32-22442/2016, поскольку данные дела рассматривались без участия ФИО2, оставили без рассмотрения ряд ходатайств ответчика: о вызове для постановки вопросов экспертов, привлечении к ответственности эксперта и экспертной организации, применении срока исковой давности. Суд первой инстанции необоснованно оставил без рассмотрения требования о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале.

Общество представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит судебные акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель общества возражал против ее удовлетворения.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба подлежит частичному удовлетворению.

Из материалов дела следует и судами установлено, что ООО «НПК "Спецпроект"» зарегистрировано в качестве юридического лица 27.01.2011 инспекцией с присвоением ОГРН 

<

***>. 

Со времени создания ООО «НПК "Спецпроект"» его участниками являлись ФИО3 и ФИО2 с долями по 50% уставного капитала каждый. 

Единоличным исполнительным органом – директором ООО «НПК "Спецпроект"» в ЕГРЮЛ был указан ФИО2 

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда г. Краснодара от 03.12.2015, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 02.03.2016, ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 160 и частью 1 статьи 170.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Приговором суда установлены следующие обстоятельства. ФИО2 на основании приказа от 11.01.2011 № 1, осуществляя функции директора ООО «НПК "Спецпроект"», умышленно, из корыстных побуждений, с целью приобретения права на чужое имущество принял решение о фальсификации сведений ЕГРЮЛ о юридическом лице, а именно: заявления от имени участника общества ФИО3 и протокола общего собрания участников ООО «НПК "Спецпроект"», которые являются основанием для государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, и внесения изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, в которых отразил заведомо ложные сведения о выходе ФИО3 из состава участников общества. 

На основании названных подложных документов должностные лица инспекции произвели регистрацию изменений в ЕГРЮЛ в отношении ООО «НПК "Спецпроект"» (с присвоением записи за ГРН 2152308046064), согласно которым ФИО3 исключен из состава учредителей. 

Кроме того, занимая должность директора ООО «НПК "Спецпроект"», осуществляя руководство текущей деятельностью, в нарушение требований нормативных актов, регламентирующих порядок выдачи наличных денег, с 26.10.2011 по 31.12.2014 ФИО2 получил через отделение банка подотчет денежные средства в сумме 7 298 369 рублей 05 копеек, после чего предоставил авансовые отчеты и возвратил неиспользованные подотчетные денежные средства в сумме 3 430 080 рублей 33 копейки и авансовые отчеты с приложением оправдательных документов на сумму 1 000 008 рублей 36 копеек. Задолженность ФИО2 перед ООО «НПК "Спецпроект"» с 26.10.2011 по 31.12.2014 составила 2 868 280 рублей 36 копеек. 

В нарушение установленной процедуры по возврату денежных средств в кассу юридического лица ФИО2 авансовые отчеты по полученным денежным средствам не представил, денежные средства в кассу не возвратил. 

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «НПК "Спецпроект"» в суд с рассматриваемыми иском.

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

В силу пункта 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями.

Пунктом 5 статьи 44 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества, вправе обратиться в суд общество или его участник. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса).

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченное лицо употребило свое право исключительно во зло другому лицу (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса).

Из правового анализа приведенных норм следует, что применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т. п. (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»; далее – постановление Пленума № 62).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 6 постановления Пленума № 62, по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса).

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т. п.) и представить соответствующие доказательства.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях (подпункт 5 пункта 2 постановления Пленума № 62).

В постановлении Пленума № 62 указано, что бремя доказывания недобросовестности и неразумности поведения генерального директора возложено на истца (юридическое лицо и (или) его учредителя (участника), требующего взыскания убытков). В свою очередь, генеральный директор вправе представлять доказательства добросовестности и разумности своих действий.

По правилам части 1 статьи 65 Кодекса каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Взыскивая 2 868 280 рублей 36 копеек реальных убытков, суды исходили из преюдициальных обстоятельств, установленных приговором Ленинского районного суда г. Краснодара от 03.12.2015, суды установили, что ФИО2 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 160 и частью 1 статьи 170.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. В нарушение установленной процедуры по возврату денежных средств в кассу юридического лица ФИО2 авансовые отчеты по полученным денежным средствам не представил, присвоил вверенные ему денежные средства в сумме 2 867 471 рубль 17 копеек. В указанной части суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

ФИО2, оспаривая судебные акты в данной части, указал на то, что суды неправомерно сослались на приговор Ленинского районного суда г. Краснодара от 03.12.2015 в качестве подтверждения наличия задолженности, поскольку названная задолженность погашена ФИО2 в 2015 году, это обстоятельство подтверждается сведениями из базы данных 1С-бухгалтерия по состоянию на 01.12.2015.

Вместе с тем приведенные обстоятельства исследовались при рассмотрении уголовного дела. ФИО2 не представил доказательств добровольной выплаты указанной суммы после вынесения приговора Ленинского районного суда г. Краснодара от 03.12.2015, которые не могли быть учтены при рассмотрении уголовного дела. Квалифицирующим признаком для привлечения ФИО2 к ответственности по части 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации послужило определение ущерба, подлежащего возмещению, в размере 2 867 471 рубль 17 копеек, что относится к особо крупному размеру. 

Кроме того, общество заявило требование о взыскании убытков в виде упущенной выгоды, поскольку с проведения аудиторской проверки (январь 2015 года) до восстановления корпоративного контроля над обществом (04.12.2017), деятельность юридического лица фактически была приостановлена. Основным видом деятельности ООО «НПК "Спецпроект"» является оказание услуг в области защиты государственной тайны. С учетом возбуждения уголовного дела в отношении ФИО2 УФСБ России по Краснодарскому краю отозвала допуск ФИО2 к сведениям, составляющим государственную тайну, в связи с чем юридическое лицо не могло осуществлять деятельность по оказанию услуг в области защиты государственной тайны. 

Для установления размера упущенной выгоды суд назначил по делу судебную экспертизу. 

В заключении судебной экспертизы от 15.02.2019 эксперт пришел к выводу, что сумма возможного дохода с 01.01.2015 по 30.06.2018 в связи с невозможностью исполнения взятых на себя обязательств по договорам на оказание услуг в области защиты государственной тайны, вызванной отзывом допуска к сведениям, составляющим государственную тайну у ФИО2, вследствие совершения ФИО2 преступления составляет 3 116 682 рубля 62 копейки. 

С учетом пояснений ФИО2 о сомнениях в обоснованности выводов эксперта, а также неполноты ответов эксперта в судебном заседании суд пришел к выводу о наличии основании для назначения повторной экспертизы по тем же вопросам. 

В заключении от 25.02.2020 № 106 судебный эксперт пояснил, что рассчитать сумму возможного дохода в рассматриваемой ситуации не представляется возможным, поскольку у юридического лица после аннулирования лицензирующим органом лицензии на оказание услуг в области защиты государственной тайны отсутствовала объективная и законная возможность получения дохода. Решение лицензирующего органа в отношении общества находится вне зависимости от отзыва допуска руководителя, то есть установить причинно-следственную связь между этими событиями невозможно. Кроме того, с 01.01.2015 по 03.11.2015 юридическое лицо осуществляло хозяйственную деятельность – получало доход по договорам на оказание услуг в области защиты государственной тайны и производило необходимые в процессе хозяйственной деятельности расходы; получило 2 247 тыс. рублей дохода, при этом произвело 1 979 233 рубля 40 копеек расходов.

Суд также назначил по делу дополнительную экспертизу, по результатам которой установлено, что сумма возможного дохода (с вычетом обязательных расходов) с 01.01.2015 по 02.11.2015, недополученная от контрагентов по договорам об оказании услуг по защите государственной тайны, составляет 838 174 рубля. Сумма возможного дохода (с вычетом обязательных расходов), недополученная в связи с невозможностью исполнения взятых на себя обязательств по договорам на оказание услуг в области защиты государственной тайны из-за аннулирования лицензии на осуществление мероприятий и (или) оказание услуг по защите государственной тайны, составляет 3 112 566 рублей. 

Суды, оценив полученные результаты экспертиз, пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о взыскании 3 950 730 рублей 62 копеек упущенной выгоды. 

Вместе с тем суды при рассмотрении требований по взысканию упущенной выгоды не учли следующее. 

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса). При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7) разъяснено, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

В пункте 3 постановления Пленума № 7 указано, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

По смыслу приведенных норм возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. В отсутствие хотя бы одного из указанных условий обязанность лица возместить причиненный вред не возникает. При этом, для взыскания упущенной выгоды следует установить реальную возможность ее получения в заявленном размере при обычных условиях гражданского оборота, соответственно, кредитор должен доказать, что допущенное должником нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду при том, что все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, а не в качестве его субъективного представления, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенными ответчиком действиями (бездействием).

В рассматриваемом случае суд первой инстанции как при назначении судебной экспертизы, так и при вынесении судебного акта не обосновал период взыскания упущенной выгоды, мотивированно не отклонил соответствующие доводы ФИО2 Кроме того, само общество указывает на то, что 04.12.2017 восстановлен корпоративный контроль. Между тем в материалы дела не представлено доказательств приготовлений, направленных на извлечение доходов в таком же размере, как до нарушения прав юридического лица, после восстановления корпоративного контроля. В судебных актах отсутствует соответствующее обоснование периода взыскания упущенной выгоды. При этом как в первоначальной, так и в дополнительной экспертизах эксперты отвечали на конкретный вопрос суда, в котором был установлен период определенный непосредственно судом. 

Таким образом, выводы о наличии оснований для взыскания упущенной выгоды в заявленном размере являются преждевременными.

Проценты за пользование чужими денежными средствами представляют собой акцессорное обязательство, которое обеспечивает исполнение главного (основного) обязательства. Акцессорный характер обязательства означает следование судьбе основного обязательства. С учетом изложенного подлежат отмене судебные акты также в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму упущенной выгоды.

В части отказа в удовлетворении встречных исковых требований судебные акты подлежат оставлению без изменения. Суды приняли во внимание, что с момента создания ООО «НПК "Спецпроект"» его участниками являлись ФИО3 и ФИО2 с долями по 50% уставного капитала каждый. Приговором Ленинского районного суда г. Краснодара от 03.12.2015 установлен факт фальсификации ФИО2, осуществляющим функции директора общества, сведений в ЕГРЮЛ о юридическом лице, а именно: заявления от имени участника общества ФИО3 и протокола общего собрания участников ООО «НПК "Спецпроект"», в которых ФИО2 отразил заведомо ложные сведения о выходе ФИО3 из состава участников общества. На основании подложных документов должностными лицами инспекции произведена регистрация изменений с присвоением записи ГРН 2152308046064, согласно которой ФИО3 исключен из состава учредителей.

В дальнейшем решение инспекции от 26.02.2015 № 602А о внесении соответствующих изменений было отменено на основании названного приговора суда. 

Кроме того, в рамках дел № А32-40455/2015 и А32-22442/2016 установлен факт того, что ФИО3 фактически не утратил право на 50% доли юридического лица номинальной стоимостью 5 тыс. рублей. 

С учетом изложенных обстоятельств суды обоснованно отказали в удовлетворении требования о признании факта единственного участия ФИО2 в ООО «НПК "Спецпроект"» с 28.01.2012. 

Фактически несогласие в данной части с судебным актом сводится к несогласию заявителя с установленными обстоятельствами в рамках уголовного дела и дел № А32-40455/2015 и А32-22442/2016. При этом указание ФИО2 на то, что обстоятельства, установленные в рамках дел № А32-40455/2015 и А32-22442/2016, не имеют преюдициального значения, поскольку при рассмотрении названных дел ФИО2 не участвовал из-за его ненадлежащего извещения в месте лишения свободы, подлежит отклонению, поскольку при вынесении решения по делу № А32-40455/2015 участвовал представитель ФИО2, решение по делу № А32-22442/2016 ФИО2 не обжаловал со ссылкой на его ненадлежащее извещение.

ФИО2 также обратился с требованием о возложении обязанности на ООО «НПК "Спецпроект"» рассчитать и выплатить размер его прибыли от участия в юридическом лице с 11.01.2011 по 01.09.2017. 

Отказывая в удовлетворении данных требований, суды руководствовались статьями 8 и 28 Закона № 14-ФЗ, разъяснениями, изложенными в пункте 15 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"», приняли во внимание пункты 8.1 и 8.2 устава ООО «НПК "Спецпроект"», исходили из того, что за испрашиваемый период решения о распределении прибыли юридическое общество не принимало. Соответствующих доказательств в материалы дела не представлено. 

Суды указали, что общий трехлетний срок исковой давности, предусмотренный пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса, при подаче заявления о взыскании убытков с бывшего руководителя юридического лица в рассматриваемом споре не пропущен. Иная позиция ФИО2 построена на неверном толковании норм материального права. 

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статья 199 Гражданского кодекса).

Как следует из пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 Гражданского кодекса).

Уголовное судопроизводство является одной из форм судебной защиты нарушенного права.

В силу части 4 статьи 69 Кодека одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Из представленного в материалы дела приговора от 03.12.2015 следует, что ФИО2 свою причастность к хищению вверенного ему имущества юридического лица отрицал, его вина в этом установлена только приговором суда, вступившим в законную силу.

Согласно приговору суда, потерпевшим по данному делу было признано ООО «НПК "Спецпроект"».

Таким образом, с учетом установления вины ответчика только в рамках уголовного дела, ООО «НПК "Спецпроект"» мог получить сведения о причиненных убытках и их размере именно ответчиком только по вступлении приговора суда в законную силу.

Следовательно, именно с этого момента у юридического лица возникла реальная возможность получения информации о наличии в действиях ответчика, как руководителя предприятия недобросовестности и неразумности, повлекших причинение убытков.

Течение трехлетнего срока для возмещения ущерба исчисляется со дня, когда истец не только узнал о факте причинения ущерба, но и со дня установления лица, причинившего такой ущерб, что соответствует положениям части 1 статьи 200 Гражданского кодекса.

Таким образом, суды обоснованно отказали в применении срока исковой давности. Изложенная позиция соответствует сложившейся судебной практике (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23.12.2021 по делу № А33-32380/2020).

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что суд первой инстанции не рассмотрел ходатайства о вызове эксперта, наложении судебного штрафа на экспертную организацию, привлечении к предусмотренной законом ответственности экспертов не являются безусловным основанием для отмены судебных актов и не привело к принятию неправильного судебного акта.

Указание подателя жалобы на то, что не рассмотрены встречные исковые требования ФИО2 о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале, не нашло своего подтверждения, поскольку изначально такие требования заявлены ФИО2 в судебном заседании 09.06.2020, в котором суд первой инстанции отказал в принятии названных требований со ссылкой на статью 49 Кодекса. Изложенные требования имеют иной предмет доказывания. Суд первой инстанции отметил возможность обратиться ФИО2 с отдельным иском, что подтверждается записью судебного заседания 09.06.2020. 

Ссылка на то, что длительное рассмотрение судебного спора повлекло увеличение суммы взыскиваемых процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса, подлежит отклонению, поскольку согласно просительной части иска, а также резолютивной части решения проценты взысканы на общую сумму убытков с вступления решения суда до его фактического исполнения.

С учетом изложенных обстоятельств судебные акты подлежат отмене только в части взыскания упущенной выгоды, процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму упущенной выгоды, а также распределения судебных расходов, поскольку выводы о наличии оснований для удовлетворения суммы в взыскиваемом размере и периоде являются преждевременными. В остальной части судебные акты подлежат оставлению без изменения.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Кодекса суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

Поскольку обжалуемые судебные акты в части взыскания упущенной выгоды, процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму упущенной выгоды, а также распределения судебных расходов, не могут быть признаны судом кассационной инстанции законными и обоснованными, то они подлежат отмене в указанной части с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 Кодекса).

При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть указания суда кассационной инстанции, устранить все нарушения, установить и исследовать имеющие значение для дела обстоятельства с учетом требований и возражений сторон, исследовать представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, после чего разрешить спор в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, а также вопрос о распределении судебных расходов в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.12.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2022 по делу № А32-5898/2018  в части взыскания реального ущерба в сумме 2 868 280 рублей 36 копеек, начисления на указанную сумму процентов за пользование чужими денежными средствами с момента вступления в силу решения суда и до момента его фактического исполнения по ставке Банка России, отказе в удовлетворении встречных исковых требований оставить без изменения.

В остальной части судебные акты отменить, в указанной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                     В.В. Аваряскин

Судьи                                                                                                                   О.Л. Рассказов

                                                                                                                              А.В. Садовников