﻿/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-559/2010

г. Краснодар

19 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 июня 2020 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Герасименко А.Н., судей Андреевой Е.В. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от Управления Федеральной налоговой службы по Республике Дагестан – Айшалаевой Г.С. (доверенность от 11.02.2020), от МКУ «УЖКХ» – Алиев А.Б. (доверенность от 10.06.2020), конкурсный управляющий муниципального унитарного предприятия «Буйнакскгорводоканал» (ИНН 0543048502, ОГРН 1100507000043) – Нуммагомедов З.З., в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев, с использованием системы видеоконференц-связи Арбитражного суда Республики Дагестан, кассационную жалобу администрации городского округа «город Буйнакск» на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 24.12.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 по делу № А15-559/2010по делу № А15-559/2010, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) МУП «Буйнакскгорводоканал» (далее – должник) Управление Федеральной налоговой службы по Республике Дагестан (далее – уполномоченный орган) обратилось в суд о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании 170 488 533 рублей 12 копеек (уточненные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 21.11.2018, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 13.02.2019, в удовлетворении требований уполномоченного органа отказано. Судебные акты мотивированы отсутствием доказательств, необходимых для привлечения учредителя должника к субсидиарной ответственности.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.05.2019, определение суда от 21.11.2018 и постановление суда апелляционной инстанции от 13.02.2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Определением суда от 24.12.2019, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 20.03.2020, требования уполномоченного органа удовлетворены, с администрации взыскано 170 488 533 рублей 12 копеек в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

В кассационной жалобе администрация просит отменить принятые по делу судебные акты и отказать в удовлетворении требований уполномоченного органа. По мнению подателя жалобы, судебные акты приняты с нарушением норм материального и процессуального права. Администрация ссылается на отсутствие оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности.

В отзыве на кассационную жалобу уполномоченный орган просит судебные акты оставить без изменения, отказать в удовлетворении кассационной жалобы администрации.

В судебном заседании представитель администрации поддержал доводы жалобы, просил судебные акты отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований, представитель уполномоченного органа возражал против доводов жалобы, просил судебные акты оставить без изменения.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, обособленный спор в части размера ответственности по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом в связи с неисполнением свыше трёх месяцев обязанности по уплате налогов и сборов в размере 14 858 959 рублей 18 копеек.

Определением суда от 08.09.2010 требования уполномоченного органа признаны обоснованными, в отношении должника введено внешнее управление, внешним управляющим утверждён Амазанов Д.М. 

Решением суда от 28.06.2012 должник признан банкротом и в отношении него введено конкурсное производство сроком до 25.11.2012, рассмотрение отчета конкурсного управляющего назначено на 20.09.2012, конкурсным управляющим должника утвержден Абдукаримов Х.М. 

Определением суда от 14.09.2012 Абдукаримов Х.М. отстранён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением суда от 24.09.2012 конкурсным управляющим должника утверждён Левицкий А.Е. 

Определением суда от 06.03.2014 конкурсным управляющим должника утверждён Мусаев М.К.

Из материалов дела следует, что в 2011 и 2012 годах администрация обращалась к внешнему управляющему и уполномоченному органу с заявлением о рассмотрении вопроса о мене имущества (т. 2, л. д. 18-21) 

Суды установили, что 25.04.2012, внешний управляющий должника Алиханов А.И. и МКУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства городского округа г. Буйнакск» (далее – учреждение) заключили договор мены основных средств (далее – договор мены), согласно которому должник передает учреждению все водопроводные и канализационные сети города, автомобильную технику, объекты движимого и недвижимого имущества, за исключением водовода Чиркей – Буйнакск протяжённостью 26.5 км., а учреждение передает должнику часть водовода Чиркей – Буйнакск протяжённостью 5,5 км балансовой стоимостью 54 млн рублей (введен в эксплуатацию в 2012 года). 

Постановлением администрации от 14.08.2012 № 505 «О включении имущества в состав казны городского округа», все имущество, полученное МКУ «УЖКХ города Буйнакска» по договору мены, принято в муниципальную собственность и включено в состав муниципальной казны. 

На балансе должника после заключения договора мены остался водовод «Чиркей – Буйнакск» протяженностью 32 км. 

27 ноября 2015 года конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора мены и применении последствий недействительности ничтожной сделки. Заявление мотивировано тем, что водопровод, протяженностью 5500 метров фактически не передан.

Определением суда от 23.06.2017, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 12.09.2017 и суда кассационной инстанции от 22.11.2017, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в связи с истечением срока давности (т. 2, л. д. 59 – 62, 63 – 65, 66 – 67). 

Названные обстоятельства послужили основанием для обращения уполномоченного органа в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя требования уполномоченного органа, суды руководствовались пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ), статьей 15, пунктом 3 статьи 56, пунктом 7 статьи 114, статьей 295, пунктом 2 статьи 296, пунктом 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 18 Закона № 161-ФЗ Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее – Закон № 161-ФЗ), разъяснениями, данным в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовым подходом, изложенным в постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 16.05.2000 № 8-П, правовыми позициями, изложенными в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2008 № 10984/08, от 12.10.2010 № 4838/10.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, на то что судами не принято во внимание каким образом уполномоченный орган  поименовал вид ответственности и на какие нормы права  сослался, суд применительно к положениям  статьей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. Суд кассационной инстанции указал, что при недоказанности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности  противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает в таком случае решение о   возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с пунктом 1 Обзора судебной практики № 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Поскольку деятельность юридического лица характеризуется совершением многочисленных сделок и иных операций, поэтому, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя, инициированная контролирующим лицом, сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суд должен исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства (абзац третий пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, то есть по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью, основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 20 постановления от 21.12.2017 № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности - суд в каждом, конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника путем проверки, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после такого воздействия.

Лишь, если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности.

В том случае, когда вред, причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, не должен был привести, исходя из разумных ожиданий, к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 названного Кодекса.

Судебные инстанции установили, что в данном случае, в процедуре банкротства, при тяжелом финансовом положении должника, убыточной деятельности, растущей кредиторской задолженности и недостаточности у должника оборотных денежных средств, действия администрации, усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника, привели к недофинансированию должника, невозможности осуществления предприятием уставной деятельности и невозможности отвечать по обязательствам перед своими кредиторами.

Заключив договора мены, администрация фактически вывела все ликвидное имущество должника, на которое не было обращено взыскание, в связи с чем, денежные средства от его продажи в конкурсную массу не поступили, что повлекло за собой причинение кредитором вреда. 

Кроме того, договор мены заключен на кабальных для должника условиях, после заключения которого, уставная деятельность должника фактически прекращена, финансовое положение должника ухудшилось. 

Так действия администрации по инициированию проведения собрания кредиторов в целях заключения договора мены, заключение договора мены и последующее издание постановления от 14.08.2012 № 505 о включении имущества в состав казны городского округа фактически является направленным на изъятие имущества предприятия. 

Несмотря на неоднократные письма конкурсного управляющего должника и уполномоченного органа, администрация не предприняла никаких действий по исполнению договора мены, подписанию акта приема-передачи, передаче технической документации на водовод, а также оформлению всех необходимых документов, как на земельный участок под водоводом, так и на сам водовод. 

Заключая договор мены, администрация не наделила должника иным имуществом, которое предприятие могло бы использовать для расчетов с кредиторами, а также не произвела соразмерную компенсацию изъятого имущества в денежном выражении, не представила соразмерное встречное предоставление. 

С учетом того, что сети водоснабжения и водоотведения, изъятые администрацией, не могли быть реализованы в процедуре конкурсного производства должника, суды, приняв во внимание правовой подход, изложенный в постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 16.05.2000 № 8-П, верно указали, что передача имущества муниципальным образованиям предполагает выплату должнику разумной компенсации уменьшения конкурсной массы должника на основе принципа справедливости и при обеспечении разумного баланса между частноправовыми и публичными интересами.

С учетом изложенных фактических обстоятельств и указанных выше разъяснений норм права имеются основания для взыскания с администрации убытков, а не привлечения к субсидиарной ответственности, так как в данном случае имущество изъято, уже в процедуре банкротства, данное обстоятельство не являлось причиной банкротства должника. 

Судами установлено, что администрацией данная обязанность по компенсации за изъятое имущество по договору мены не выплачена.

В виду того, что в данном случае с администрации подлежа взысканию убытки, судами не правильно определен размер ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 данного кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в силу пункта 5 статьи 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Поскольку в данном случае судами неверно определен размер ответственности администрации, судебные акты, в части взыскания всего размера задолженности должника подлежат отмене и направлению обособленного спора на новое рассмотрение.

При определении размера ответственности, судам необходимо учитывать стоимость имущества на момент его фактического изъятия.

В соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Кассационная инстанция считает, что принятые по делу судебные акты подлежат отмене по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 288 АПК РФ. Поскольку оценка имеющихся в деле доказательств и установление фактических обстоятельств дела не входит в полномочия суда кассационной инстанции, дело следует направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду в порядке статьи 71 АПК РФ надлежит установить все имеющие существенное значение обстоятельства на основании полного и всестороннего исследования представленных сторонами доказательств, возможно с привлечением лиц, обладающих специальными знаниями  определить размер подлежащих возмещению убытков с разумной степенью достоверности, с учеты даты изъятия имущества у должника, после чего принять законное и обоснованное решение.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 24.12.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 по делу № А15-559/2010 в части взыскания  с Администрации городского округа «город Буйнакск» 170 488 533 рублей 12 копеек отменить.

В указанной части обособленный спор направить на новое рассмотрение  в арбитражный суд Республики Дагестан.

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 24.12.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 по делу № А15-559/2010 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий                                                                   	А.Н. Герасименко 

Судьи 	Е.В. Андреева

		Ю.В. Мацко