ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-2160/2019

г.Самара

03 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 марта 2022 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей Гадеевой Л.Р., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от конкурсного управляющего ООО «Нефтепромснаб» ФИО2 - лично (паспорт) и представитель ФИО3 по доверенности от 21.02.2022;

от ФИО4 - представитель ФИО5 по доверенности от 14.10.2020;

от ФИО6 - представители ФИО7 и ФИО8 по доверенности от 24.07.2020;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №4, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Нефтепромснаб» ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 20 декабря 2021 года о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Нефтепромснаб» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, взыскании убытков, (вх.№187566 от 09.09.2020), по делу №А55-2160/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Нефтепромснаб», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18.02.2019 на основании заявления ФИО9 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 29.05.2019 (резолютивная часть оглашена 23.05.2019) в отношении ООО «Нефтепромснаб» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 20.11.2019 (резолютивная часть оглашена 13.11.2019) ООО «Нефтепромснаб» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в котором просит:

- признать обоснованным заявление конкурсного управляющего ООО «НПС» о привлечении к солидарной субсидиарной ответственности бывших руководителей должника ФИО6, ИНН 

<

***>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО4, ИНН 

<

***>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего ООО «НПС» о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков, до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.09.2020 заявление принято, назначено предварительное судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.12.2020, завершена подготовка по заявлению, назначено основное судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.02.2021 в соответствии со ст. 46 АПК РФ привлечен при рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве соответчика ФИО11.

С учетом принятых судом уточнений заявленных требований, конкурсный управляющий просит:

- Взыскать с ФИО6, и ФИО4, убытки за непередачу оригиналов первичной документации по поставке КОБ 1 (каталитическое облагораживание бензина) на сумму 21 594 000 рублей;

- Признать обоснованным заявление конкурсного управляющего ООО «НПС» о привлечении к солидарной субсидиарной ответственности бывших руководителей ФИО12 Раисовича (ИНН

<

***>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., Место рождения: гор. Нурлат, Октябрьского района, ТАССР. Зарегистрирован: 423030, 

<

...>) и ФИО4 (ИНН

<

***>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., Место рождения: гор. Нурлат, Октябрьского района, ТАССР Зарегистрирован: 423042, 

<

...>);

- Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего ООО «НПС» о привлечении к субсидиарной ответственности Ответчиков, до окончания расчетов с кредиторами.

При этом оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим не заявлено.

Однако кредитор ООО «Гранат-Стан Трейд», с учетом конструкции группового иска, указал в качестве основания для привлечения то, что ФИО13 обладал правом первой подписи и имел ключ от Клиент Банка всех расчетных счетов.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20 декабря 2021 г. по делу № А55-2160/2019 заявление конкурсного управляющего (вх.№187566 от 09.09.2020) ООО «Нефтепромснаб» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, взыскании убытков и приостановления производства по обособленному спору удовлетворено частично. 

Взысканы с ФИО4 (ИНН

<

***>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., Место рождения: гор. Нурлат, Октябрьского района, ТАССР Зарегистрирован: 423042, 

<

...>) в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Нефтепромснаб», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> убытки в размере 816 000 руб. 

В удовлетворении остальной части заявления о взыскании убытков, привлечения к субсидиарной ответственности и приостановления производства по обособленному спору отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Нефтепромснаб» ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части отказа в привлечении ФИО6 и ФИО4 к субсидиарной ответственности и в отменённой части принять новый судебный акт которым признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «НефтеПромСнаб», рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера приостановить до окончания расчётов с кредиторами.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 января 2022 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 24 февраля 2022 г.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 24 февраля 2022 г. конкурсный управляющий ООО «Нефтепромснаб» ФИО2 и его представитель  свою апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просили определение Арбитражного суда Самарской области от 20 декабря 2021 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представители ФИО4  и ФИО6 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Также, с учётом требований апелляционной жалобы и пояснений представителя заявителя апелляционной жалобы в рассматриваемом случае заявителем обжалует судебный акт только в части отказа в привлечения к субсидиарной ответственности бывших руководителей, в связи с не передачей имущества должника и в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом, а также совершением сделок.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу ч. 5 ст. 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника обратился с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО6 по следующим основаниям:

- не обращение в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом). Для ФИО4 указана дата 20.08.2018 (с учетом уточнения и указания на опечатку - письменная позиция от 17.06.2021) и 20.09.2018 (в итоговом заявлении); Для ФИО6 - не позднее 31.01.2018, а также 18.02.2018.

- причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, установленных пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве. У конкурсного управляющего нет сведений и доказательств того, что ФИО13, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по причине заключения сделок и доведения Должника до банкротства.

Кроме того по отношению к ФИО4 конкурсным управляющим также было заявлено в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности неисполнение бывшим руководителем должника, установленной п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче имущества должника, повлекшее невозможность пополнения конкурсной массы.

Суд апелляционной инстанции, с учётом установленных обстоятельств приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника в части привлечения к субсидиарной ответственности бывших руководителей, в связи с не передачей имущества должника и в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом, а также совершением сделок, в силу следующего.

В соответствии с п. 4 ст. 4 Федерального закона № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», вступившего в силу со дня его опубликования на официальном интернет-портале правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в случае если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Кроме того, общие правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 АПК РФ, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Однако, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных, в том числе, в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Также в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

При этом, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Таким образом, в ситуации, когда контролирующее должника лицо совершило действия (бездействие) до 01.07.2017, а заявление о привлечении этого лица к субсидиарной ответственности подано в суд после указанной даты, подлежат применению процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве и материально-правовые правила, закрепленные в статье 10 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям с учетом разъяснений, данных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Аналогичный подход изложен и в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Поскольку основания обращения в суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности возникли после 01.07.2017, к данным отношениям как верно указал суд первой инстанции, подлежат применению положения Закона о банкротстве, с учетом изменений, внесенных в него Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В силу подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника, в силу чего директор является контролирующим должника лицом.

ФИО6, руководивший Должником в период с 31.03.2015 до 10.07.2018 (решение № 1 от 10.07.2018 единственного учредителя) и ФИО4, руководивший должником в период с 10.07.2018 по 13.11.2019 (дата признания Должника банкротом), признаны судом первой инстанции в качестве контролирующих должника лиц, в силу закрепленных презумпций.

Отказывая в удовлетворении требований заявления конкурсного управляющего должника в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО6 в связи с не передачей имущества должника и в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом, а также совершением сделок, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в частности в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закон о банкротстве).

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При этом, привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности возможно при наличии совокупности следующих условий: неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона; возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

При этом доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве срока, точная дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо (лица).

Из разъяснений содержащихся в п. 15 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 следует, что если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий должника были указаны следующие даты подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом):

- Для ФИО6 - не позднее 31.01.2018, а также 18.02.2018, и «до 01.05.2018»,

- Для ФИО4 указана дата 20.08.2018 (с учетом уточнения и указания на опечатку - письменная позиция от 17.06.2021) и «в срок до 20.09.2018» (в итоговом заявлении).

Однако, как верно отмечено судом первой инстанции, конкурсным управляющим не указана точная дата возникновения у ответчика обязанности по обращению в суд, сама формулировка, с использованием таких конструкций как «не позднее...» или «в срок до....», указывает на временной период, а не точную дату и создает неопределенность в установлении остальных презумпций (определение обязательств возникших после конкретной даты и определения размера ответственности).

Кроме того, ФИО4 избран директором решением единственного учредителя № 1 от 10.07.2018 и именно с этой даты он является директором Общества, а не с 19.07.2018, как было указано конкурсный управляющий должника.

В соответствии с п. 4 ст. 32 Закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закона № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Согласно п. 1 ст. 40 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Из совокупности положений п. 2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, подп. 4 п. 2 ст. 33 и абз. 2 п. 1 ст. 40 Закона № 14-ФЗ следует, что решение о прекращении полномочий генерального директора, в том числе досрочно, вправе принимать только участники общества или совет директоров общества. Таким образом, полномочия лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, прекращаются с момента принятия уполномоченным органом управления общества, а не со дня внесения сведений в ЕГРЮЛ.

Таким образом, конкурсным управляющим должника в рассматриваемом случае не было учтено, также и положения пункта 15 Пленума № 53, содержащий указание на то, что последующий директор (в настоящем деле это ФИО4) должен обратиться в суд с заявлением «со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока», при этом конкурсным управляющим не указано как им исчислялся «разумный срок». Сама констатация временного периода / конкретной даты без представления соответствующих доказательств, обоснований и выводов, умаляет права иных участников процесса, поскольку лишает их возможности представить контрдоводы или объяснения.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность оснований для привлечения бывших директоров к субсидиарной ответственности по основанию не обращения с заявлением о банкротстве.

Конкурсный управляющий должника полагает, что должник начал отвечать признакам неплатежеспособности с 18.02.2018г. - дата просрочки отгрузок от ООО «Электрокомплект» на сумму 590 555, 65 рублей. Данная задолженность образовалась в результате кассового разрыва, вызванного внешними факторами.

Конкурсный управляющий должника, как в первоначальном заявлении, так и в апелляционной жалобе, в обосновании обязанности обратиться с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) указывает только на наличие превышения кредиторской задолженности, что по его мнению и подтверждает факт недостаточности имущества должника.

При этом, как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, не является безусловным основанием для обращения с заявлением о банкротстве, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника. Такое превышение не может рассматриваться как единственный необходимый критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. Указанная позиция согласуется с разъяснениями, изложенными в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 14-П от 18.07.2003.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (постановление Пленума ВС РФ N 53). Речь идет об объективном банкротстве - когда должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Пункт 4 постановления Пленума ВС РФ № 53 имеет целью разграничить ситуации временного кассового разрыва, который сам по себе не свидетельствует о банкротстве компании и преодолевается стандартными процедурами, и ситуации действительного банкротства, которые характеризуются превышением долговых обязательств над суммарным объемом активов.

В данном Пленуме обращено внимание именно на необходимость соблюдения баланса между разнонаправленными обязанностями руководителя юридического лица: обязанностью по обращению в суд, с одной стороны, и обязанностью принимать меры по преодолению кризисной ситуации при временной нехватке денежных средств и возникновении угрозы обращения взыскания на заложенное имущество - с другой.

Для возложения на привлекаемых лиц субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия, признанного несостоятельным (банкротом), необходимы доказательства того, что эти лица давали указания, прямо или косвенно направленные на доведение предприятия до банкротства, и заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) предприятия. Наступление для юридического лица негативных последствий в виде наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий его руководителя и участников, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472).

Из материалов дела следует, что между должником и ООО «РН-Снабжение» заключен договор № РСН-0772/18 от 27.03.2001 на поставку «Подогреватель нефти путевой ПП-1,6» на общую сумму 39 000 000 руб. Срок поставки не позднее 30.09.2018.

Однако из-за того, что институтом (конструкторским бюро) соответствующая документация происходила длительное согласование, что привело к нарушению сроков поставки оборудования. Документация согласована только в конце ноября, что подтверждается письмом ООО «СевКомНефтегаз» от 03.12.2018.

Оплата по данному договору осуществляется только после поставки оборудования.

В связи с этим у должника образовался кассовый разрыв, что подтверждает в своём объяснении оперуполномоченному отдела МВД России по Нурлатскому району РТ ФИО4 Производство крупнотоннажного оборудования производилось на площадке ООО «Ижнефтегаз», с последующим односторонним расторжением контракта.

С целью преодоления кассового разрыва ФИО4 заключались мировые соглашения с контрагентами, оплату по которым должник планировал произвести после оплаты поставки ООО «РН-Снабжение».

Из совокупности установленных обстоятельств суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о наличие кассового разрыва, а не о наличии признаков недостаточности имущества на которые указывал конкурсный управляющий должника.

Отклоняя довод конкурсного управляющего должника о не передаче документов и имущества ФИО4 суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.08.2020 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании имущества на общую сумму 60 520 443 руб. 68 коп. у бывшего директора должника ФИО4

При этом вышеуказанным судебным актом было установлено, что документация была передана конкурсному управляющему должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.11.2020 в удовлетворении заявления ФИО4 о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Арбитражного суда Самарской области от 26.08.2020 было отказано.

При рассмотрении спора было установлено, что у ФИО4 отсутствует истребуемое имущество, так как основная его масса являлась комплектующими, из которых собиралось оборудование, поставляемое третьим лицам по договорам. Указанные действия соотносятся с основным видом деятельности Общества.

В обосновании своих доводов заявитель представил накладные, акты о списании групп основных средств, акт на списание материалов, акты о списании объектов ОС № 1 и №2, а также пояснение по каждому из истребуемых объектов по порядковым номерам (далее П.п) п.п 2-5,7,15-22, 28-78, 79 - Инвентарь до 40.000 руб., списываются автоматически при поступления в эксплуатацию (согласно Положения бух. учета), Основные средства были списаны ввиду поломки и неправильной эксплуатации, материалы списаны на изготовление производимого оборудования - все документы (оригиналы и 1С) переданы конкурсному управляющему в объёме передаваемых документов.

П.п 1,6,10 - на требование и объяснение, что данное оборудование необходимо вернуть после увольнение инженера ОТК, который осуществлял свою работу находясь на производственной площадке ООО «Ижнефтегаз» был получен отказ.

П.п 8,9,86-90,94-108 - реализовано в ООО «Магнат» Договор № 3 (предмет договора: выполнение Субподрядчиком комплекса работ включающие в себя: поставку оборудования и комплектующих, строительно - монтажные, наладочные работы на холостом ходу системы автоматики печей ПП и ПТБ, а так же устранению замечаний РТН, проведение испытаний и подготовительных работ по передаче объекта Заказчику). Требование накладной №15 от 13.08.2019 в состав поставляемого оборудования входят контрольно-измерительные приборы КИПиА, блочно-модульное здание (БАО, МПУ и др.), система автоматики (шкаф управления (ШУ, ША), шкаф силовой (ШС) и кабельная продукция. Все документы (оригиналы и 1С) переданы конкурсному управляющему.

П.п 11-14,81-84,91-93,110,111,116,119-125 - реализовано в ООО «Нефтехимпром» Договор № 14 «Техническое перевооружение УКПН» (предмет договора: выполнение Субподрядчиком комплекса работ включающие в себя: поставку оборудования и комплектующих, строительно-монтажные, наладочные работы на холостом ходу системы автоматики печей ПП и ПТБ, а так же устранению замечаний РТН, проведение испытаний и подготовительных работ по передаче Объекта Заказчику) Требование накладной №1 от 14.01.2019 в состав поставляемого оборудования входят контрольно-измерительные приборы КИПиА, блочно-модульное здание (БАО, МПУ и др.), система автоматики (шкаф управления (ШУ, ША), шкаф силовой (ШС) и кабельная продукция. Все документы (оригиналы и 1С) переданы конкурсному управляющему.

П.п. 23-25 - реализовано в ООО «РНГ» (товарно-транспортная накладная передана конкурсному управляющему),

П.п. 27 (Металлоизделия (колокол 6 кг, колокол 9 кг, колокол 15)) - передано в храм ФИО14 в РТ в качестве благотворительности, что также подтверждается фотографиями.

П.п. 80 - реализовано в ООО «Монтажэнерго»,

П.п. 85 - реализовано в ПАО «Татнефть»,

П.п. 109, 112, 115, 117, 118, 126, 127 - реализовано в ООО «Юг Ресурс». Оригиналы документов (договор поставки №04/17 от 02.10.2017, акт сверки 2 кв.2018, счет-фактура № 13 от19.04.2018, товарная накладная № 12 от 19.04.2018) направлялись стороне для подписания, что подтверждено представленными в материалы дела почтовыми уведомлениями и реестром отправки писем, однако возращены не были.

В силу указанных обстоятельств у ФИО4 отсутствует реальная возможность представить испрашиваемое имущество.

Кроме того, согласно ст. 582 ГК РФ пожертвованием признается дарение вещи или права в общеполезных целях. Следовательно, пожертвование не может оспариваться по правилам п.1, 2 ст.61.2 Закона о банкротстве, поскольку не предусматривает встречного предоставления. В силу чего передача в храм металлоизделий не нанесло вреда имущественным правам кредиторов, и директор не может быть привлечен к ответственности за данные действия. Факт наличия заинтересованности не доказан и на него лица не ссылаются.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что сам факт не передачи конкурсному управляющему документов и имущества не создал существенных затруднений проведения процедур банкротства и не препятствовал поиску имущества должника и составлению соответствующего анализа.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника о том, что судом первой инстанции был сделан противоречивый вывод относительно поставки в адрес ООО «Юг Ресурс» подлежит отклонению, так как не нашёл своего подтверждения в материалах настоящего обособленного спора имеющегося в распоряжении суда апелляционной инстанции при рассмотрении настоящей апелляционной жалобы.

В соответствии с п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

В соответствии с позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12, ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21 ноября 1996 года № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете»), и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Доказывание указанных обстоятельств является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Возложение на ФИО4 обязанности передать конкурсному управляющему документацию должника и имуществао не является безусловным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности исходя, в том числе, из периода осуществления им полномочий руководителя должника и формальной констатации такой обязанности у него как у лица, фигурирующего в ЕГРЮЛ в качестве единоличного исполнительного органа на момент принятия решения о признании должника банкротом без исследования и оценки круга обстоятельств, подлежащих установлению при разрешении споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в том числе о номинальном статусе руководителя.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, когда передача документации становится невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля директора, соответствующая презумпция применена быть не может.

Истребуемое имущество, как следует из совокупности доказательств, у ФИО4 отсутствует и доказательств свидетельствующих об обратном конкурсным управляющим представлено не было ни при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции.

Кроме того не усматривается и обстоятельства наличия искажения сведений в бухгалтерской отчетности, поскольку искажение бухгалтерской отчетности - это неверное отражение и представление данных в бухгалтерской отчетности в связи с нарушением со стороны персонала экономического субъекта установленных нормативными документами Российской Федерации правил ведения и организации бухгалтерского учета и подготовки бухгалтерской отчетности (Перечень терминов и определений, утвержденном Комиссией по аудиторской деятельности при Президенте РФ).

Сам факт не раскрытия обстоятельств по использованию определенных комплектующих в производстве определенного оборудования (конструкторская, техническая или иная документация) не является основанием для удовлетворения заявления, поскольку с учетом принципа распределения бремени доказывания, ответчик, представив документы и пояснения, не может нести иные дополнительные обязанности, связанные с возражениями заявителя в отсутствии документов, подтверждающих, что указанное имущество не могло быть использовано в технологическом процессе.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, не взыскание дебиторской задолженности в рамках конкурсного производства не может быть отождествлено с искажением бухгалтерской отчетности, оснований для привлечения к ответственности ФИО4 не установлено.

Отказывая в части привлечения к субсидиарной ответственности в виде убытков в силу совершения спорных сделок суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Так, ответчиками (ФИО4 и ФИО6) от имени Должника был совершён ряд сделок на общую сумму 36 005 804 руб.16 коп., а именно:

№

Контрагент с кем заключена сделка

Дата заключения сделки

Сумма сделки

Руководитель на момент совершения сделки

1

ООО «Юг-Ресурс»

19.04.2018

21 594 000,00

ФИО6

2

ФИО15

01.01.2019

2 400 000,00

ФИО4

3

ФИО16

06.02.2019

1 780 000,00

ФИО4

4

ФИО17

09.02.2019

1 820 000,00

ФИО4

5

ООО"Виланд Электрик"

27.12.2018

97 572,21

ФИО4

6

ООО «КАМПЕР»

01.02.2019

1 994 200,00

ФИО4

7

ООО НВФ «СМС»

29.01.2019

500 000,00

ФИО4

8

ООО НВФ «СМС»

13.02.2020

200 000,00

ФИО4

9

СРО Союз «Содружество строителей»

29.01.2019

120 000,00

ФИО4

10

СРО Союз «Содружество строителей»

10.10.2019

12 000,00

ФИО4

11

ООО ТД «Толедо»

26.12.2018

234 728,74

ФИО4

12

ООО ТД «Толедо»

13.02.2019

43 103,21

ФИО4

13

ООО «ТатИнтек»

26.12.2018

1 500 000,00

ФИО4

14

ООО «ТатИнтек»

29.01.2019

1 500 000,00

ФИО4

15

АО КБ «Солидарность»

27.12.2018

121 240,00

ФИО4

16

ООО «ГРАД»

29.04.2019

642 960,00

ФИО4

17

ООО «НефтеАвтопром»

13.02.2019

315 000,00

ФИО4

18

ООО «НефтеАвтопром»

22.02.2019

354 000,00

ФИО4

19

ООО "Строй-Альянс"

24.01.2019

97 000,00

ФИО4

20

ООО ЮК «Кредо»

22.01.2019

50 000,00

ФИО4

21

ООО «РН Снабжение»

05.03.2019

630 000,00

ФИО4

Итого:

36 005 804,16

 

По сделке с ООО «Юг-Ресурс», в суд было подано исковое заявление (дело № А55-9394/2020). В удовлетворении отказано, по причине того, что у конкурсного управляющего отсутствовали оригиналы договора, товарно-транспортной накладной, в обоснование реальности поставки. Довод о совершении сделки (поставки ООО «Юг-Ресурс» по договору поставки КОБ 1 от 02.10.2017) на сумму 21 594 000 руб. положен в обосновании привлечения ответчиков к убыткам.

При рассмотрении дела № А55-9394/2020 в его материалы не было представлено ни одного подлинного документа в подтверждение возникновения каких-либо обязательств между сторонами. ФИО18 не подписывал договор поставки № 04/17 от 02.10.2017 с ООО «Юг Ресурс», а также не подписывал никаких накладных и иных документов. Отсутствие между ООО «НПС» и ООО «Юг Ресурс» финансово-хозяйственных отношений по договору поставки 02.10.2017 подтверждается сведениями ИФНС России № 43 по г. Москве, а именно книгой покупок ООО «Юг Ресурс» за 2018г., которая имеется в материалах дела № А55-9394/2020.

Вывод о том, что никаких обязательств между ООО «НПС» и ООО «Юг Ресурс» не возникло, а также факт отсутствия доказательств поставки оборудования в адрес ООО «Юг Ресурс», а также факт оплаты данного оборудования подтверждаются вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Самарской области от 18.12.2020.

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС №62 указано, что в случае привлечения общества к публично-правовой ответственности по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с такого директора.

Однако, в данном случае, как указал суд первой инстанции, договорных отношений с ООО «Юг Ресурс» не возникло по причине их отказа от заключения договора, поставка не была осуществлена, никакой задолженности перед должником не имеется. Довод апелляционной жалобы о наличии противоречивых выводов суда первой инстанции в отношении передачи документов и отсутствия реальной поставки, при наличии иных сделок должника по поставке и сборке оборудования, подлежит отклонению так как комплектующие на которые указывает конкурсный управляющий могли быть использованы при исполнения иных обязательств должника перед третьими лицами, анализ которых конкурсным управляющим представлен не был. 

По сделке с ООО «РН Снабжение»заявителем указано на то, что у конкурсного управляющего отсутствует доказательство поставки. ФИО4, передана лишь товарно-транспортная накладная, подписанная Продавцом (ООО «НПС»). Данный факт, по мнению конкурсного управляющего привел к невозможности взыскания задолженности, несмотря на то, что в базе 1С: Предприятие, ООО «РН Снабжение» указано как дебитор. Однако, указанные обстоятельства не являются основанием для привлечения к ответственности, поскольку материалами дела подтверждено, что указанная сделка не совершена в предусмотренные срока по причине долгого согласования проектной документации.

В оспаривании сделок №2-13 и №15-16, при рассмотрении было отказано судом.

Кроме того, определением суда от 31.07.2020 прекращено производство по заявлениям конкурсного управляющего, в котором он просил признать недействительными сделки по отчуждению транспортных средств, а именно договор купли - продажи транспортного средства Toyota Hilux, 2018 г.в. от 01.04.2019, заключенный между должником и ФИО15, договор купли - продажи транспортного средства Toyota Camry, 2018 г.в. от 06.02.2019, заключенный между должником и ФИО16, договор купли - продажи транспортного средства Toyota Camry, 2018 г.в. от 09.02.2019, заключенный между должником и ФИО17, и применить последствия недействительности сделок. Причиной отказа от заявлений послужило установление отсутствия задолженности в связи с анализом переданных документов.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Общий размер задолженности должника составляет 44 695 734,71 руб., при этом спорные сделки (признанные недействительными), совершены на общую сумму 2 316 000 руб., что составляет 5,18 % от общей задолженности.

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришёл к верному выводу об отсутствия признака существенной убыточности и значительности для признания указанных сделок в качестве необходимого обстоятельства для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, наличие существенного вреда не доказано.

Указанные сделки не могли повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы были направлены на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству, поскольку наличие указанных средств не привело бы к существенному улучшению финансового состояния должника.

В силу указанных обстоятельств, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о признании презумпций, заявленных конкурсным управляющим, опровергнутыми, а ФИО4, ФИО6 не подлежащими привлечению к субсидиарной ответственности, в силу чего в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по рассмотрению требования было обосновано отказано. 

Согласно пункту 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

По смыслу указанных разъяснений институт субсидиарной ответственности применяется только в случае недобросовестных действий руководителя, нарушивших интересы конкурсных кредиторов, но не может применяться в случае принятия неверных управленческих решений, находящихся в пределах обычного делового предпринимательского риска.

Коль скоро суд не наделен правом проверки экономической целесообразности принимаемых решений, институт субсидиарной ответственности применяется только в случае если данные решения явно и очевидно для всех выходили за пределы разумного предпринимательского риска и любой разумный и добросовестный предприниматель в таких условиях не стал бы совершать сделку на предлагаемых условиях.

По смыслу абзаца 7 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности    имущества    должника    может    быть    возложена    субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц закреплена также в абзаце втором пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса РФ в редакции, применяемой к спорным правоотношениям: если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01 июля 1996 года N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (абзац второй пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания.

Из содержания приведенных правовых норм следует, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), а также наличие вины ответчика в банкротстве должника.

При обращении с требованием о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по долгам предприятия, заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) директор довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Указанная презумпция совершения невыгодной сделки может применяться только тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе применительно к масштабам деятельности должника.

Суд первой инстанции обосновано отклонил доводы конкурсного управляющего в силу отсутствия сведений о наличии признаков существенной невыгодности сделок.

Согласно пункту 17 постановления ВС РФ от 21.12.2017 № 53 контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53). Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника действия необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника действия не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

В соответствии с правовой позицией, которая нашла отражение в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника; удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т. д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

В качестве причины банкротства суд первой инстанции обосновано признал не недобросовестные действия ответчиков по выводу имущества (как указывает конкурсный управляющий), а иные объективные обстоятельства, а именно кассовый разрыв, возникший у должника в связи с заключенным договором с ООО «РН-Снабжение» и долгим согласованием проектной документации.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Самарской области от 20 декабря 2021 г. по делу № А55-2160/2019 в обжалуемой части является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 20 декабря 2021 года по делу №А55-2160/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          Л.Р. Гадеева

 

Е.А. Серова