ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-11182/2018

28 февраля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/-32

Резолютивная часть постановления объявлена  22 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 февраля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи М.Г. Титовой,

судей В.Б. Слобожаниной, И.Ю. Тойвонена,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при неявке участвующих в обособленном споре лиц,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-1635/2022) конкурсного управляющего ООО «Балтремстройсеть» на определение Арбитражного суда Калининградской области от 08.12.2021 по обособленному спору № А21-11182/2018/-32 (судья А.В. Брызгалова), принятое по заявлению АО «ВЭБ-лизинг» о включении в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Балтремстройсеть», 

установил:

ООО «Вертикаль» 19.09.2018 обратилось в Арбитражный суд Калининградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ООО «Балтремстройсеть» (далее – Общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 25.10.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации СРО ОАУ «Лидер».

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 203 от 03.11.2018, а также на сайте ЕФРСБ сообщение № 3166391 от 29.10.2018.

Решением арбитражного суда от 12.04.2019 Общество признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2, публикация произведена в газете «Коммерсантъ» № 76 (6556) от 27.04.2019. 

Определением арбитражного суда от 13.04.2021 ФИО2 отстранён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом.

Определением арбитражного суда от 20.07.2021 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3, член Ассоциации СРО ОАУ «Лидер». 

12.10.2021 АО «ВЭБ-лизинг» обратилось арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 3 596 499 руб. 99 коп., составляющего неосновательное обогащение должника по договору лизинга от 10.03.2015, досрочно расторгнутого сторонами в связи с ненадлежащим исполнение последним условий данного договора по своевременной уплате лизинговых платежей. 

Определением арбитражного суда от 08.12.2021 требование АО «ВЭБ-лизинг» в размере 3 596 499 руб. 99 коп. признано подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника просил указанное определение отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на пропуск АО «ВЭБ-лизинг» срока исковой давности по требованиям о взыскании сумм по договору лизинга, полагая, что такой срок подлежит исчислению от даты расторжения договора, от даты изъятия предмета лизинга и от даты последнего платежа, а также необоснованное непринятие судом аргументов о неразумном сроке реализации заявителем предмета лизинга; указывает на отсутствие доказательств, подтверждающих несение заявителем расходов по хранению предмета лизинга и его транспортировке; отмечает, что лицензия банка, в котором был открыт счёт, по которому осуществлялись денежные переводы по договору лизинга, отозвана, в связи с чем отсутствует возможность подтверждения перевода денежных средств во исполнение условий договора лизинга.

Конкурсным управляющим (подателем жалобы) заявлено ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, апелляционный суд, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права с учетом следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 142 Закона о банкротстве установление требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Закона.

В силу положений статьи 100 Закона о банкротстве свои требования к должнику кредитор направляет в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами обособленного спора, АО «ВЭБ-лизинг» (лизингодатель) и должник (лизингополучатель) заключили договор лизинга № Р15-02997-ДЛ от 10.03.2015 (далее – договор лизинга), в соответствии с которым лизингодатель принял на себя обязательство приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца (ООО «Автоцентр Кардан») самосвал (Камаз 65201-73 Р15-02997-ДЛ), указанный в спецификации, и предоставить его лизингополучателю за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей, с правом последующего приобретения права собственности.

Пунктом 3.2 договора лизинга предусмотрено внесение лизингополучателем лизинговых платежей в размерах и сроках, установленных в графике платежей.

Условия договора лизинга согласованы сторонами в общих условиях договоров финансовой аренды (лизинга) от 10.03.2015 № Р15-02997-ДЛ (далее - Общие условия лизинга).

В связи с неоплатой лизингополучателем задолженности по лизинговым платежам, ссылаясь на п. 5.2.5. Общих условий лизинга, лизингодатель в одностороннем внесудебном порядке расторг договор лизинга, направив Обществу соответствующее уведомление, известив его об обязанности уплатить сумму задолженности по лизинговым платежам, которая по состоянию на 06.10.2015 составляла 221 686 руб. 49 коп., возвратить за свой счёт предмет лизинга, уплатить пени из расчёта 0,18 % от просроченной суммы за каждый день просрочки, начиная с третьего рабочего дня, пени за просрочку возврата предмета лизинга в размере второго лизингового платежа по договору лизинга за каждый день задержки возврата предмета лизинга лизингодателю. 

Уведомление вручено лизингополучателю 29.10.2015, после чего предмет лизинга изъят АО «ВЭБ-лизинг» 01.12.2015, о чем имеется соответствующий комиссионный акт.

Поскольку обязанности по договору лизинга Обществом не исполнены, и поскольку лизингополучатель объявлен банкротом, АО «ВЭБ-лизинг» заявило к нему требование в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя требование АО «ВЭБ-лизинг», суд первой инстанции исходил из того, что требование заявителя подтверждено документально, задолженность образовалась в период до принятия к производству суда заявления о признании должника банкротом, однако заявление подано в суд после закрытия реестра.

При оценке доводов об истечении исковой давности суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что в рассматриваемом случае такой срок заявителем не пропущен.

Апелляционный суд находит указанный вывод суда правильным, а довод апелляционной жалобы об указанном обстоятельстве подлежащим отклонению как несостоятельный.

Согласно статьям 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года. 

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, если законом не установлено иное. 

Как отражено в пункте 23 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного суда РФ 27.10.2021, исковая давность по требованиям как лизингополучателя, так и лизингодателя об исполнении завершающего обязательства одной стороны в отношении другой в случае расторжения договора лизинга, по общему правилу, исчисляется с момента реализации предмета лизинга.

В случае возврата предмета лизинга наличие у одной из сторон права требовать исполнения денежного обязательства определяется в момент, когда истцу должна была стать известна стоимость возвращенного предмета лизинга.

Стоимость предмета лизинга определяется из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»).

Следовательно, исковая давность по требованию об исполнении завершающего обязательства как лизингополучателя, так и лизингодателя в случае расторжения договора выкупного лизинга, по общему правилу, исчисляется с момента реализации предмета лизинга.

Как следует из материалов обособленного спора, спор между сторонами возник из правоотношений по договору выкупного лизинга, который расторгнут до окончания срока его действия. 

Как видно из дела, реализация предмета лизинга произведена заявителем 20.11.2020 по договору купли-продажи № Р15-02997-БУ. Следовательно, о нарушении своего права заявитель не мог знать ранее указанной даты, учитывая дату его обращения в суд (12.10.2021), поэтому, вопреки утверждению подателя жалобы, срок исковой давности по заявленному требованию лизингодателем не пропущен.

Удовлетворяя настоящее заявление, суд первой инстанции принял за основу представленный заявителем расчет сальдо встречных обязательств, применив в этой связи в расчете сальдо фактическую цену реализации предмета лизинга, не усмотрев в действиях заявителя недобросовестности и  нарушений, которые могли привести к продаже предмета лизинга по заниженной цене, счел подтвержденными материалами дела расходы по хранению изъятого имущества и его транспортировке.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к не согласию с расчетом сальдо встречных обязательств, приведенных заявителем и принятых за основу судом, поскольку  реализация транспортного средства в неразумный срок влияет на определение стоимости предмета лизинга, в связи с чем, по мнению подателя жалобы, в итоге судом была неверно определена стоимость возвращенного предмета лизинга.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», судам необходимо учитывать, что по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

Пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» разъяснено, что указанная в пунктах 3.2 и 3.3 настоящего постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательства необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика. 

Таким образом, сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств в силу того, что именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме.

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий должника сослался на неразумность и недобросовестность поведения заявителя (лизингодателя), что выразилось в реализации предмета лизинга в неразумные сроки (по его мнению, чрезмерно длительные).

Однако, такого возражения, по мнению апелляционного суда, недостаточно для отказа в удовлетворении заявленного требования. 

Как разъяснено в пункте 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. (пункт 3.4).

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским  законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга (пункт 3.6).

Принимая во внимание возникшую при досрочном расторжении договора лизинга разнонаправленность интересов сторон, а также составление сальдо расчетов с учетом фактической стоимости изъятого предмета лизинга, которая определяется на момент его продажи лизингодателем, одним из способов защиты прав лизингополучателя является доказывание недобросовестности или неразумности действий лизингодателя, приведших к занижению продажной стоимости предмета лизинга.   

В данном случае на конкурсном управляющем, как представителе должника-лизингополучателя, заявившем соответствующее возражение, в силу разъяснений, приведенных в пункте 4  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», лежала обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий лизингодателя при определении продажной стоимости предмета лизинга, поскольку разумность срока продажи имущества является оценочным фактором и в рассматриваемом случае напрямую связана с доказанностью того, что  это повлекло снижение стоимости предмета лизинга.

Поскольку в ходе рассмотрения дела данное обстоятельство не было предметом обсуждения и исследования суда первой инстанции, то судом апелляционной инстанции конкурсному управляющему было предложено представить в материалы дела соответствующий отчет оценщика о стоимости предмета лизинга, поскольку наличие такого документа в деле позволило бы соотнести полученную заявителем от продажи имущества сумму с той суммой, которая, может быть использована при расчете сальдо встречных обязательств с учетом стоимости предмета лизинга, определенного на основании отчета оценщика, и оценить таким образом разумность и добросовестность действий заявителя. 

Из ответа подателя жалобы на предложение суда апелляционной инстанции следует, что предоставление такого документа входит в обязанность заявителя, и не является обязанностью лизингополучателя. Одновременно конкурсный управляющий ссылался на отсутствие у него предмета лизинга и достаточных сведений для проведения его оценки.

Данные действия подателя жалобы апелляционный суд оценивает как отказ от предоставления доказательства в подтверждение своего довода о недобросовестности действий заявителя и иной в этой связи стоимости предмета лизинга, и считает возможным проверить законность принятого по делу судебного акта на основании доказательств, представленных заявителем, которому закон в данном случае позволяет осуществить расчет сальдо встречных обязательств с учетом цена предмета лизинга, полученной от его реализации.

При этом отсутствие у конкурсного управляющего транспортного средства и сведений о нем не являлось препятствием в получении соответствующего отчета оценщика. Кроме того, при намерении опровергнуть довод заявителя и представить доказательства иной стоимости предмета лизинга, подлежащего учету при расчете сальдо встречных обязательств, сторона не была лишена возможности ходатайствовать перед апелляционным судом о назначении по делу оценочной экспертизы, однако, таким право конкурсный управляющий не воспользовался. 

Учитывая, что подателем жалобы не представлены доказательств иной стоимости предмета лизинга, апелляционной суд приходит к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно принял во внимание предоставленный заявителем расчет сальдо встречных обязательств по расторгнутому по вине должника договору лизинга от 10.03.2015.  

Вопреки утверждению подателя жалобы, АО «ВЭБ-лизинг», обращаясь с настоящим заявлением, представило подробный расчёт сальдо встречных обязательств по договору лизинга, в том числе обосновало и подтвердило расходы по хранению предмета лизинга и его транспортировке, что подтверждается актами об оказании услуг хранения (№№ 000011 от 30.11.2015, 000012 от 31.12.2015, 000002 от 29.02.2016, 00008 от 05.09.2016), счетами на оплату услуг по хранению (№№ 12 от 03.12 2015, 1 от 12.01.2016, 2 от 04.02.2016, 3 от 03.03.2016, 4 от 06.04.2016, 5 от 05.05.2016, 6 от 06.06.2016, 7 от 11.06.2016, 8 от 02.08.2016, 9 от 05.09.2016, 10 от 04.10.2016, 11 от 03.11.2016, 12 от 02.12.2016, 1 от 09.01.2017, 2 от 02.02.2017, 3 от 01.03.2017, 4 от 03.04.2017, 5 от 03.05.2017, 37, от 09.06.2017, 43 от 07.07.2017, 49 от 04.08.2017, 7 от 23.05.2017, 62 от 18.09.2017, 67 от 16.10.2017, 86 от 01.12.2017, 77 от 01.11.2017, 1 от 10.01.2018, 2 от 02.02.2018, 7 от 02.03.2018, 15 от 02.04.2018, 3 от 02.02.2018, 21 от 03.05.2018, 27 от 04.06.2018, 45 от 02.07.2018, 76 от 10.08.2018, 97 от 03.09.2018, 125 от 03.10.2018, 154 от 06.11.2018, 175 от 03.12.2018, 196 от 31.12.2018, 5 от 01.02.2019, 15 от 01.03.2019, 26 от 02.04.2019, 65 от 07.05.2019, 91 от 31.05.2019, 115 от 01.07.2019, 168 от 31.07.2019, 250 от 04.09.2019, 304 от 02.10.2019, 375 от 05.11.2019, 418 от 04.12.2019, 453 от 31.12.2019, 25 от 01.02.2020, 65 от 02.03.2020, 123 от 02.04.2020, 163 от 04.05.2020, 212 от 02.06.2020, 297 от 02.07.2020, 387 от 03.08.2020, 444 от 01.09.2020, 506 от 01.10.2020, 560 от 02.11.2020, 616 от 01.12.2020, 4 от 12.01.2021), платежным поручением об оплате транспортных услуг № 32469 от 29.06.2017, из которых усматривается, что АО «ВЭБ-лизинг» является грузополучателем ряда транспортных средств, в том числе предмета лизинга Камаза 65201-73 Р15-02997-ДЛ, который был передан на хранение ООО «Бизон». Тот факт, что услуги по транспортировке транспортного средства были оплачены заявителем 29.06.2017, не лишает его права на получение такой платы за счет должника, поскольку такие расходы могли быть понесены им в любой момент после прекращения договора лизинга до отчуждения предмета лизинга, и не должны быть в обязательном порядке связаны с датой изъятия транспорта от лизингополучателя при расторжении договора в 2015 году. Доказательств завышения стоимости услуг в отыскиваемом заявителем размере конкурсным управляющим в порядке статей 65, 67 АПК РФ не представлено.

Довод подателя жалобы на отзыв лицензии у банка, в котором был открыт счёт, по которому осуществлялись денежные переводы по договору лизинга, как на невозможность подтверждения перевода денежных средств во исполнение условия такого договора,  какими-либо доказательствами не подтвержден, а потому не может быть принят во внимание судом апелляционной инстанции и служить основанием к иным выводам, нежели пришел суд первой инстанции. 

Учитывая, что доводы кредитора не опровергнуты достаточными, достоверными и допустимыми доказательствами, то объективных оснований для отказа во включении его требования в реестр не имеется, в этой связи обжалуемый судебный акт по доводам апелляционной жалобы отмене не подлежит. 

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 08.12.2021 по обособленному спору № А21-11182/2018/-32 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.   

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

М.Г. Титова

 

Судьи

 

В.Б. Слобожанина

 И.Ю. Тойвонен