АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6/26

Екатеринбург

27 февраля 2026 г. Дело № А47-11286/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2026 г. Постановление изготовлено в полном объеме 27 февраля 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Кочетовой О.Г., Новиковой О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Сипатиным А.В., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 30.07.2025 по делу № А47-11286/2024 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством веб-конференции принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 28.10.2025 № 56АA3759806.

Иные лица в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.09.2024 ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.12.2024 арбитражный управляющий ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника, в указанном статусе утвержден ФИО4.

Финансовый управляющий 14.05.2025 обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры банкротства должника.

Кредитором акционерным обществом Коммерческий банк «ЛОКО-Банк» (далее – Банк) заявлено ходатайство о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед ним.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.07.2025 ходатайство финансового управляющего ФИО5 о завершении реализации имущества должника удовлетворено, процедура реализации имущества должника завершена с неприменением в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед Банком.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2025 определение от 30.07.2025 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда от 30.07.2025 и постановление апелляционного суда от 16.12.2025 отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что при рассмотрении вопроса о не освобождении должника от исполнения обязательств перед Банком суд пришел к необоснованному выводу о том, что должник изначально ввел Банк в заблуждение о цели получения кредита, предоставил заведомо ложные сведения. Кассатор указывает, что действительной целью получения от Банка денежных средств было приобретение автомобиля БМВ Х6, данные сведения были представлены кредитору, что подтверждается самим кредитным договором, договором купли-продажи транспортного средства, заключенным между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Авто-Финанс» (далее – общество «Авто-Финанс»), актом приема-передачи автомобиля от 20.10.2021, доказательств заведомо ложной цели кредита не представлено, между тем должник добросовестно заблуждался в том, что цели кредита будут достигнуты, был введен в заблуждение относительно реального собственника автомобиля, которым, как он полагал, являлся ФИО6, заключал договор с обществом «Авто-Финанс», которое занималось реализацией легковых автомобилей, и, как он предполагал, проведет проверку наличия и технического состояния автомобиля. Должник указывает, что вывод суда относительно его осведомленности об отсутствии предмета залога не подтвержден доказательствами, тогда как из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 ввели в заблуждение относительно указанного обстоятельства. Также кассатор считает необоснованным вывод суда о передаче им денежных средств третьему лицу, чем были нарушены кредитные обязательства и нормы законодательства о залоге, так как кредитные средства были перечислены обществу «Авто-Финанс», сам ФИО1 кредитными денежными средствами не распоряжался.

В суд округа 17.02.2026 поступил отзыв Банка на кассационную жалобу, который судом округа не принимается, так как к нему в нарушение абзаца 2 пункта 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не приложены доказательства направления или вручения копий отзыва другим лицам, участвующим в деле.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал, настаивал на ее удовлетворении.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284 – 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд округа заключил, что оснований для их отмены не имеется.

При рассмотрении дела о банкротстве судами установлены следующие обстоятельства.

В реестр требований кредиторов должника в третью очередь реестра включены требования в общей сумме 10 646 746 руб., в том числе:

требования Банка в размере 3 089 215 руб., проистекающие из кредитного договора от 20.10.2021;

требования акционерного общества «Банк Русский Стандарт» в размере 501 327 руб., проистекающие из кредитного договора от 23.10.2021;

требования публичного акционерного общества «Сбербанк в общем размере 4 836 675 руб., проистекающие из кредитных договоров от 20.10.2021 и от 22.10.2021;

требования публичного акционерного общества «Банк ВТБ» в размере 1 686 247 руб., проистекающие из кредитного договора от 20.10.2021;

требования общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «АктивБизнесКонсалт» в размере 649 506 руб., проистекающие из кредитного договора от 23.10.2021;

требование общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Филберт» в размере 264 136, проистекающие из кредитного договора от 02.07.2019;

требования общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «АйДиКоллект» в общем размере 69 750 руб., проистекающие из договоров потребительского кредита (займа) от 25.10.2011 и 19.05.2022;

требование Федеральной налоговой службы в размере 29 844 руб.

Требования Банка, включенные в реестр требований кредиторов должника, основаны на кредитном договоре от 20.10.2021 № 2021/АК/7979, заключенным с ФИО1 путем подписания индивидуальных условий договора потребительского кредита № 2021/АК/7979 и присоединения к общим условиям кредитования в Банке физических лиц.

В соответствии с условиями договора Банк предоставил должнику денежные средства в сумме 2 992 150 руб., со ставкой 27,9 % годовых с даты предоставления кредита по дату первого очередного платежа, далее 15,9 % годовых, со сроком действия договора 90 месяцев и сроком возврата кредита - 20.04.2029, а должник принял на себя обязательства по возврату суммы кредита, процентов и иных платежей в соответствии с условиями кредитного договора.

В соответствии с пунктом 10 индивидуальных условий в целях обеспечения исполнения кредитного договора заемщик передает Банку в залог приобретаемый по договору купли-продажи автомобиль БМВ Х6, год выпуска – 2020, VIN: 

<

***> (далее – автомобиль БМВ), указанное транспортное средство приобретен ФИО1 у общества «Авто-Финанс» по договору купли-продажи от 20.10.2021.

Подтверждением залога в пользу Банка послужило уведомление о внесении сведений о предмете залога в Федеральную нотариальную палату № 2021-006-488851-892 от 21.10.2021.

Банком кредитные средства должнику предоставлены в установленном кредитным договором объеме, однако, должник принятые на себя по кредитному договору обязательства исполнял ненадлежащим образом, в связи с чем 23.11.2022 нотариусом вынесена исполнительная надпись, с ФИО1 в пользу Банка взыскана неуплаченная в срок за период с 20.06.2022 по 07.11.2022 задолженность в размере 2 881 889 руб., проценты, предусмотренные договором, в размере 189 225 руб., а также сумма расходов, понесенных взыскателем в связи с совершением исполнительной надписи – 18 355 руб.

Определением суда от 19.12.2024 требование Банка в сумме 3 089 215 руб. включено в третью очередь реестра кредиторов должника как обеспеченное залогом имущества - автомобиля БМВ.

Финансовым управляющим на указанный судебный акт подана апелляционная жалоба с указанием на то, что указанное транспортное средство во владении должника отсутствует и никогда за ним не регистрировалось.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2025 определение суда от 19.12.2024 в части признания требования Банка обеспеченным залогом отменено. Суд апелляционной инстанции установил, что на дату заключения кредитного договора от 20.10.2021 № 2021/АК/7979 автомобиль БМВ физически отсутствовал в натуре ввиду гибели в результате пожара 17.04.2021, информация о его приобретении и предоставлении в качестве обеспечения исполнения обязательств должника перед Банком является недостоверной, документов, подтверждающих правомочие общества «Авто- Финанс» выступать от имени продавца по договору купли-продажи от 20.10.2021, заключенному с ФИО1, не представлено. Апелляционная коллегия указала, что при обращении с заявлением о признании себя банкротом должник представил данные органов ГИБДД о зарегистрированных и снятых с учета на его имя транспортных средствах за период с 10.06.2021 по 10.06.2024, согласно которым за ним значилось с марта 2021 по 18.08.2022 только транспортное средство ФИО7; финансовым управляющим представлены документы об имевшем место 17.04.2021 поджоге указанного автомобиля, принадлежавшего на тот момент обществу с ограниченной ответственностью «Ария Дизайн», о чем 18.04.2021 возбуждалось уголовное дело. Согласно поступившим в качестве ответа на запрос суда документам, автомобиль снят с учета по заявлению представителя общества с ограниченной ответственностью «РЕСО-Лизинг», с которым у общества «Ария Дизайн» был заключен договор лизинга от 29.01.2021, в связи с утилизацией.

В связи с этим требования Банка учтены в реестре как незалоговые.

Финансовым управляющим приняты меры по выявлению имущества должника и формированию конкурсной массы, направлены запросы в регистрирующие и компетентные органы в отношении ФИО1, имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, не выявлено.

Погашение требований кредиторов не производилось.

По результатам своей деятельности финансовый управляющий 13.05.2025 представил отчет о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина, обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Банком заявлено ходатайство о неприменении в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств, в обоснование которого кредитор указал, что должник, при получении кредита ввел Банк в заблуждение, предоставив заведомо ложные сведения о цели получения кредита, о наличии предмета залога; должник, зная об отсутствии предмета залога в натуре, передал денежные средства третьему лицу, тем самым нарушив договорные отношения с Банком и правовые нормы о залоге, указанные действия совершались по предварительной договоренности должника с третьими лицами без ведома Банка как залогодержателя.

Завершая процедуру банкротства в отношении ФИО1, суд первой инстанции, выводы которого поддержала апелляционная коллегия, руководствовался положениями статей 213.9, 213.25, 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и исходил из того, что мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника управляющим выполнены, обстоятельств, свидетельствующих о возможности дальнейшего пополнения конкурсной массы, не усматривается.

В указанной части судебные акты кассатором не обжалуются.

Предметом кассационного обжалования со стороны должника является неприменение к нему правила об освобождении от исполнения обязательств перед Банком по итогам процедуры банкротства.

Разрешая спор в данной части, суды исходили из следующего.

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» следует, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

В данном случае судами обеих инстанций по результатам исследования и оценки материалов дела банкротстве, приведенных сторонами спора доводов, возражений и пояснений заключено, что ФИО1 получил в Банке целевой кредит, указав при получении кредита заведомо ложную информацию о цели кредитования (приобретение автомобиля), предоставив в Банк договор купли-продажи автомобиля БМВ от 20.10.2021 с обществом «Авто-Финанс» и акт приема-передачи от 20.10.2021, в соответствии с которым якобы приобрел в собственность согласованный с Банком предмет залога, в то время как в действительности приобретение автомобиля должником не предполагалось, автомобиль ему не передавался, о чем ФИО1 не могло быть неизвестно, при этом должник не сообщил Банку о данных обстоятельствах.

Судами приняты во внимание пояснения ФИО1 и представленные им сведения из материалов уголовного дела, из которых следует, что должник официально не трудоустроен, подрабатывает в «Яндекс такси» на должности водителя, на учете в психиатрическом, наркологическом диспансере не состоит, по предложению ранее знакомого ФИО8 и его друга ФИО6 оформил на себя кредиты с целью закупки оборудования для майнинга, так как у ФИО1 была хорошая кредитная история. В частности, по просьбе ФИО8 оформил автокредит в Банке под залог автомобиля БМВ, денежные средства были перечислены на счет ФИО9; также должником оформлены иные многочисленные кредитные договоры, из полученных по ним денежных средств 1 800 000 руб. он оставил себе наличными, а остальную сумму в размере 6 174 000 руб. также передал ФИО6, последний обещал денежные средства вернуть, однако через неделю сообщил, что вернуть должнику денежные средства не сможет, попросил еще денег на оборудование, в связи с чем должник передал еще 1 500 000 руб. наличными.

При этом судами первой и апелляционной инстанций справедливо отмечено, что кредитный договор заключен 21.10.2021, однако ФИО1 обратился в полицию по факту мошеннических действий лишь 21.06.2024, в преддверии собственного банкротства (08.07.2024).

Суды верно исходили из того, что обман должника со стороны третьих лиц состоял в невозврате денежных средств, вложенных им якобы в приобретение майнингового оборудования с целью извлечения прибыли, однако, сведения о наличии предмета залога и целях получения кредита на его приобретение должник сознательно сам предоставил в Банк, заведомо сознавая их ложность.

Судами заключено, что подобное поведение должника свидетельствует о его недобросовестности при вступлении в правоотношения с Банком, указанные действия совершались по сути по предварительной договоренности должника с третьими лицами без ведома Банка и в конечном итоге привели к утрате залогового обеспечения, на которое Банк добросовестно рассчитывал, предоставляя должнику кредитные средства.

При изложенных обстоятельствах суды пришли к выводу о наличии оснований для не применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед Банком.

Суд округа оснований для несогласия с выводами судов, постановленными по спорному вопросу, не усматривает.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств, связаны с наличием недобросовестности в поведении должника.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Квалификация поведения должника как незаконного зависит от совершения должником именно умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора. Под предоставлением заведомо ложных (заведомо недостоверных) сведений понимается умышленное указание в документах недостоверных данных с целью получения каких-либо выгод путем обмана, сопряженное, как правило, с нарушением прав и (или) законных интересов других лиц.

В данном деле судами установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что при возникновении кредитного обязательства, на котором Банк основывает свое требование, должник действовал незаконно, предоставил заведомо ложные сведения при получении кредита, что исключает применение в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Доводы кассационной жалобы судом округа рассмотрены и отклоняются.

В судебном заседании суда округа представитель должника изначально настаивал на том, что целью кредитования являлось приобретение должником автомобиля, и обмана Банка с его стороны не имелось. Между тем, поведение разумного и добросовестного лица при приобретении для себя подержанного автомобиля предполагает его осмотр в натуре, проверку технического состояния, чего в данном случае сделано быть не могло, поскольку автомобиль БМВ уже не существовал в натуре. Кроме того, при неполучении автомобиля от продавца покупатель в кратчайший срок принимает меры к защите своих нарушенных прав, чего также сделано не было. При этом должником подписаны документы о приобретении автомобиля и представлены в Банк для получения автокредита. Убедительных аргументов в обоснование того, что такие действия совершены по неосторожности, обусловлены добросовестным заблуждением, не приведено. Представитель должника не смог пояснить причины столь явного отклонения

поведения должника от ожидаемого от любого участника гражданского оборота в подобной ситуации, после чего заявил, что целью кредитования являлись инвестиции в майнинговое оборудование, на что им и указывалось при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции. Однако в таком случае судами верно заключено, что должник, зная об отсутствии автомобиля БМВ, что им не опровергнуто, и не имея намерения его приобретать, заведомо ввел кредитора в заблуждение относительно цели кредита и его обеспечения залогом, тогда как Банк, обладая полной и достоверной информацией, вероятно, отказал бы в предоставлении кредита.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, о неправильном применении судами норм материального права, регулирующих институт потребительского банкротства, либо о нарушении норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не свидетельствуют, по сути, выражают несогласие кассатора с оценкой судами поведения ФИО1 в его взаимоотношениях с Банком. Оснований для постановки иных по сравнению со сделанными судами выводов относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, у суда округа не имеется (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, определение от 30.07.2025 и постановление от 16.12.2025 отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 209 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 30.07.2025 по делу № А47-11286/2024 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.В. Шершон

Судьи О.Г. Кочетова

О.Н. Новикова