ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

30.05.2024                                                                                 Дело № А40-305811/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16.05.2024

Полный текст постановления изготовлен 30.05.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М.,

судей: Калининой Н.С., Коротковой Е.Н.

при участии в заседании:

от АО «Мосэнергосбыт» – ФИО1, (доверенность от 27.12.2023),

от ФИО2 – ФИО3, (доверенность от 26.01.2024),

рассмотрев в судебном заседании

кассационную жалобу конкурсного управляющего должника

на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.12.2023

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024

по заявлениям конкурсного управляющего должника и АО «Мосэнергосбыт» к ФИО2 о признании недействительными сделок, и применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТЭК-ДОМ»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.02.2023 в отношении ООО «ТЭК-ДОМ» открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

В Арбитражный суд города Москвы поступили заявления АО «Мосэнергосбыт» и конкурсного управляющего должника к ФИО2 о признании сделки по начислению и выплате заработной платы за период с мая 2019 года по январь 2022 года в размере, превышающем оклад, установленный дополнительным соглашением от 14.05.2019 № 5 к трудовому договору от 02.11.2015 № 191 недействительной и применении последствий ее недействительности.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 06.12.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024, и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, в связи с допущенными судами нарушениями норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель АО «Мосэнергосбыт» на доводах кассационной жалобы настаивала, просила обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

В материалы дела от ФИО2 поступил письменный отзыв на кассационную жалобу, в котором указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы, в силу следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами, заявители указывали на совершение должником действий по начислению и выплате ФИО2 заработной платы за период с мая 2019  года по январь 2022 года  в размере, превышающем оклад, установленный дополнительным соглашением от 14.05.2019 № 5 к трудовому договору от 02.11.2015 № 191, которые являются недействительными в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Судами установлено, что 01.11.2018 между должником и ФИО2 был заключен договор подряда, согласно которому она обязалась выполнять работы по проведению общих собраний собственников помещений на объектах, находящихся под управлением должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств для признания спорных сделок недействительными, так как отсутствует факт причинения вреда, сделка является реальной, при этом не нашли оснований для признания спорных сделок недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Поскольку указанная сделка была заключена между сторонами более чем за год до принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), суды пришли к выводу о том, что она не может быть рассмотрена в порядке пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того судами указано, что все встречные обязательства, взятые на себя ФИО2 в рамках указанного договора подряда, были исполнены до начала спорного периода, в то время как оплата выполненной работы по соглашению между сторонами должна была осуществляться в течение длительного периода времени.

Конкурсный управляющий указывал, что согласно штатному расписанию по состоянию на 01.01.2019 в штате должника была предусмотрена ставка заместителя директора по экономике с окладом 711 839 руб. за 1/2 ставки (до вычета НДФЛ).

Вместе с тем суды признали, что представленное штатное расписание не может являться доказательством, подтверждающим соответствующие начисления ФИО2, тем более, что ей никогда не производились выплаты в размере 711 839 руб. за 1/2 ставки или 1 423 678 руб. за 1 ставку.

Факт внесение в базу 1С «Зарплата и управление персоналом» сведений о переводе ФИО2 на должностной оклад в размере 768 683 руб., последующем ее переводе с 01.02.2020 на должностной оклад в размере 650 000 руб. и последующем переводе 01.07.2020 на должностной оклад в размере 500 000 руб., согласно выводам судов, является технической операцией для выплаты всех заработанных ФИО2 денежных средств, согласно трудовому договору и договору подряда.

Таким образом, суды пришли к выводу о том, что сокрытия и искажения сведений о размере фактической заработной платы ФИО2 от конкурсного управляющего и кредиторов с последующим выводом высоколиквидного актива не происходило.

Суды установили, что выплачиваемые ФИО2 денежные средства не являются заработной платой, поскольку заработная плата выплачивалась в соответствии с трудовым договором и дополнительными соглашениями к нему, заключенными между сторонами, а последующие выплаты распределялись автоматически судебными приставами-исполнителями в рамках исполнительного производства № 29290/19/77011-СД.

Отклоняя довод о том, что оспариваемые платежи совершены аффилированными лицами без предоставления равноценного встречного исполнения в целях уменьшения активов должника и причинения вреда конкурсным кредиторам, суды указали, что на момент заключения договора подряда (01.11.2018) предпосылки к банкротству должника отсутствовали, следовательно, стороны имели право на основании статьи 421 ГК РФ определять условия договора по собственному усмотрению.

Также, по мнению судов непредставление в материалы дела промежуточных отчетов о выполнении работ не могло свидетельствовать о их отсутствии в течение выполнения самих работ, и исходя из материалов дела заказчик работ признал, что подрядчик выполнил все существенные условия работ надлежащим образом.

Довод о том, что должник располагал достаточным количеством работников, которые во исполнение трудовых обязанностей должны были осуществлять содействие в проведении собраний, признан судами необоснованным, поскольку должник не был управляющей компанией в с. Немчиновка, поэтому расходы на проведение общих собраний не могли включаться в ставку содержания и ремонта и, следовательно, работы не могли выполняться штатными сотрудниками за зарплату.

Суды пришли к выводу, что конкурсный управляющий располагал всеми сведениями о полной стоимости работ и порядке оплаты, поскольку из пункта 4 акта сверки задолженности от 07.02.2022 по договору подряда от 01.11.2018 следовало, что расчет между сторонами произведен в полном объеме.

Суды не усмотрели признаков злоупотребления в том, что стороны согласовали в договоре подряда направление отчетов о выполненных работах в электронном виде, а также установили условие о значительной отсрочке платежа за выполненные работы. 

Обосновывая наличие признаков неплатежеспособности, конкурсный управляющий ссылался на сведения о наличии задолженности перед конкретными кредиторами должника, вместе с тем суды указали, что факт наличия непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности либо о недостаточности имущества должника.

Как установлено судами, должник вел активную деятельность по защите своих прав и интересов в рамках судебных дел о размере взыскиваемой, в связи с чем непринятие мер по погашению задолженности до принятия итогового судебного акта является обычным поведением лиц в аналогичных ситуациях.

Об отсутствии признаков неплатежеспособности должника также свидетельствовали данные бухгалтерской отчетности, из которых следовало, что показатели активов имели положительную динамику.

Учитывая указанную совокупность имеющихся сведений об экономическом состоянии должника на момент совершения оспариваемых сделок, суды констатировали, что они свидетельствует об отсутствии у него признаков несостоятельности.

Суды также не усмотрели в действиях сторон намерения причинить вред имущественным правам конкурсных кредиторов, поскольку должник в течение оспариваемого периода, в том числе после принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (21.11.2019) и до признания должника несостоятельным (банкротом) (15.02.2022), осуществлял обычную хозяйственную деятельность.

Указывая на то, что при разрешении спора не могут быть применены положения статей 10 и 168 ГК РФ, суды исходили из того, что заявителем не указано, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделок обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отказе в удовлетворении заявлений о признании сделки по начислению и выплате заработной платы за период с мая 2019 года по январь 2022 года в размере, превышающем оклад, установленный дополнительным соглашением от 14.05.2019 № 5 к трудовому договору от 02.11.2015 № 191 недействительной, и применении последствий ее недействительности.

Между тем, по результатам рассмотрения кассационной жалобы, суд округа пришел к выводу, что при вынесении обжалуемых судебных актов судами не учтено следующее.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В силу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу положений статьи 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно статьи 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Статьей 22 ТК РФ установлено, что работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со статьей 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

При этом заработная плата (оплата труда работника) согласно статье 129 ТК РФ представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Под окладом (должностным окладом) понимается фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

В соответствии со статьей 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда; системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 5 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

Наличие указанных презумпций дает возможность признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

Пунктом 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суд кассационной инстанции полагает заслуживающим внимания довод кассатора о том, что при вынесении судебных актов судами не учтено то, что материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих реальность оказания ФИО2 услуг в рамках договора подряда от 01.11.2018, сам договор подряда не позволяет определить стоимость оказанных ФИО2 услуг по проведению общих собраний собственников, справки 2-НДФЛ за оспариваемый период не содержали сведений о выплате ФИО2 денежных средств по договору подряда.

Кассатор обоснованно обращал внимание судов на то, что  представленный ФИО2 акт сверки задолженности от 07.02.2022 не является первичным учетным документом и не может подтверждать в отсутствие иных первичных документов реальность сложившихся отношений сторон в рамках договора подряда, наличие или отсутствие каких-либо обязательств, в связи с чем сам по себе не мог служить надлежащим доказательством фактического оказания услуг.

Является заслуживающим внимания  довод кассатора о том, что работы, предусмотренные договором подряда, могли выполняться в счет рабочего времени ФИО2, поскольку она осуществляла еще и трудовую деятельность с восьмичасовым рабочим днем, заключения для этого отдельного гражданско-правового договора не требовалось. А действия по начислению и выплате ФИО2 заработной платы в размере, превышающем должностной оклад, по сути, представляют собой вывод из имущественной массы должника денежных средств для последующего обналичивания и направлены на личное материальное обогащение контролирующих должника лиц в ущерб интересам кредиторов.

Кроме того суд кассационной инстанции не может признать обоснованными выводы судов об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности в рассматриваемом периоде и считает их преждевременными.

Так, отклоняя доводы конкурсного управляющего, ссылающегося на наличие в спорный период признаков неплатежеспособности должника, суды указали, что факт наличия непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности либо о недостаточности имущества должника.

Между тем, остались без проверки и судебной оценки доводы заявителя о том, что кредиторская задолженность (перед всеми кредиторами) начала формироваться со второй половины 2017 года, в связи с чем к концу 2017 года, то есть непосредственно после начала совершения оспариваемых сделок, должник прекратил надлежащее исполнение обязательств перед всеми независимыми кредиторами.

При этом являются заслуживающими внимания доводы заявителя о том, что показатели бухгалтерской отчетности должника за 2017-2020 годы не являются доказательством, свидетельствующим об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности не имеют решающего значения, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. Заявитель обращал внимание судов, что рост активов должника в период в 2017-2020 годах произошел за счет значительного увеличения дебиторской задолженности, что свидетельствует лишь о том, что руководством должника не велась надлежащая работа по взысканию с населения задолженности, а никак о нахождении общества в благоприятном финансовом положении. Таким образом, информация, отраженная в бухгалтерских балансах должника, на которую ссылались ответчики и суды, а также выводы финансового анализа, сделанные на основании расчетов коэффициентов на базе данных бухгалтерской отчетности, не могут однозначно опровергать вывод о том, что должник на момент совершения оспариваемых сделок являлся неплатежеспособным.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710, применимой к рассматриваемым правоотношениям, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной; в частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

При этом ответчик, замещая должность заместителя генерального директора по экономике, являлся лицом, имеющим заинтересованность по отношению к должнику в силу статьи 19 Закона о банкротстве, что в совокупности с изложенным выше опосредует наличие у сторон цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника, а также осведомленность ответчика о такой цели.

Кроме того, наличие признаков аффилированности между сторонами сделки повышает стандарт доказывания в обособленных спорах, в том числе путем иного распределения бремени доказывания, а также возлагает обязанность опровержения возражений либо требований относительно реальности обязательств (заявленных внешними кредиторами и конкурсным управляющим) - на аффилированное лицо.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции считает, что судебные акты вынесены при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для полного и правильного рассмотрения заявленного требования, что является основанием для отмены принятых по спору судебных актов согласно части 1 статьи 288 АПК РФ.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует правильно распределить бремя доказывания между участниками спора,  учесть изложенное, после чего всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 06.12.2023 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024 по делу № А40-305811/2019 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                                Н.М. Панькова

 

Судьи:                                                                                                            Н.С. Калинина

 

                                                                                                                         Е.Н. Короткова