ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                           Дело № А63-23396/2017

22.03.2024                                                                          

Резолютивная часть постановления объявлена 19.03.2024

Полный текст постановления изготовлен 22.03.2024

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Белова Д.А., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 (по доверенности от 09.03.2021), представителя финансового управляющего ФИО2 - ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 09.01.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО4 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 10.11.2023 по делу № А63-23396/2017, принятое по заявлению финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО4 о признании недействительной сделки договора купли-продажи недвижимости от 03.03.2017 и применении последствий ее недействительности, третьи лица - ГУ Управление пенсионного фонда Российской Федерации по городу Ставрополю Ставропольского края и управление Росреестра по СК, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 317265100047981),

УСТАНОВИЛ:

определением от 26.02.2018 заявление гражданина признано обоснованным, в отношении ИП ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО6 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликованы в газете «Коммерсантъ» 24.03.2018 № 50. 

Решением суда от 28.01.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении ИП ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7. 

Определением от 27.08.2019 суд освободил арбитражного управляющего ФИО7 от исполнения возложенных на него обязанностей финансового управляющего ФИО2 и утвердил на должность финансового управляющего должника ФИО4. 

10.08.2021 в Арбитражный суд Ставропольского края поступило заявление финансового управляющего должника ФИО4 о признании недействительной сделкой отчуждение ФИО2 в пользу ФИО8 (далее – ответчик) квартиры, расположенной по адресу: 

<

...> в квартале 530, кад. № 26:12:012502:4215, применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО8 1 500 000 руб. в конкурсную массу должника. 

Определением от 17.08.2021 суд принял заявление к рассмотрению; признал лицами, участвующими в деле, ФИО9, ФИО10. 

Определением от 07.10.2021 суд привлёк к участию в деле в качестве лица, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований ПАО Сбербанк. 

Определением от 02.12.2021 суд привлёк к участию в деле в качестве лица, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований - ГУ – Управление пенсионного фонда Российской Федерации по городу Ставрополю Ставропольского края, Управление Росреестра по СК. 

Определением от 16.06.2022 суд привлёк к участию в деле в качестве лица, участвующего в рассмотрении заявления, ФИО11.

Определением от 10.11.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего должника отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий должника ФИО4 обратилась в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления. Апеллянт считает, что сделка является ничтожной в силу п.1 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также обращает внимание, что сделка совершена со злоупотреблением права, в нарушение ст. 10 ГК РФ. 

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 не согласен с доводами, изложенными в жалобе, просит определение суда перовой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц изложили свои позиции по рассматриваемой апелляционной жалобе. Дали пояснения по обстоятельствам спора.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав позицию лица, участвующего в судебном заседании, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение суда от 10.11.2023 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 03.03.2017 между ФИО2 и ФИО8 заключен договор купли-продажи недвижимости по адресу: 

<

...> в квартале 530. Стоимость отчуждаемого по договору имущества составила 1 500 000 руб. 

02 июня 2017 года стороны подали заявление в Управление Федеральной регистрационной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю о регистрации перехода права собственности, что подтверждается заявлениями от 02.07.2017 (л.д. 55-63, т.д. 1). 

Вместе с тем, государственная регистрация права собственности на указанное помещение за ФИО8 произведена Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю только 08 мая 2019 года, номер государственной регистрации права: 26:12:012502:4215-26/001/2019-8. 

Финансовый управляющий, посчитав, что переход права собственности на ФИО8 по указанной сделке осуществлен с нарушением действующего законодательства, обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку оспариваемая сделка совершена после 01 октября 2015 года, то может быть оспорена в рамках дела о банкротстве должника по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор заключен 03.03.2017, сдан на государственную регистрацию 02.06.2017, при этом зарегистрирован в установленном порядке 08.05.2019. 

Согласно статье 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 статьи 434 ГК РФ). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность. 

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (статья 551 ГК РФ).

Действительно, для соотнесения момента совершения сделки, переход права на основании которой подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. Подобная правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4), от 16.12.2019 N 306-ЭС19-13841.

Подобный подход относительно момента совершения сделки, которая подлежит регистрации в публичном реестре, основан на презумпции добросовестной реализации нереестровым владельцем обязанности по подачи заявления о регистрации перехода права собственности (пункт 2 статьи 1, статьи 8.1, 223 и 551 ГК РФ, пункт 60 постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

Иными словам, предполагается, что добросовестный приобретатель имущества не будет утаивать от общественности факт совершения распорядительной сделки и совершит действия, направленные на фиксацию перехода права собственности в публичном реестре в самые сжатые сроки. Равным образом, предполагается, что и регистрирующий орган исполнит обязанность по отражению права в публичном реестре сразу после поступления соответствующего заявления. Необходимость совершения указанных действий в пределах небольшого временного отрезка прослеживается и положениях статьи 16 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", которые устанавливают достаточно сжатые сроки для регистрации прав с даты приема заявления. Подобные сроки помимо прочего гарантируют актуальность сведений, отображаемых в публичном реестре, таким образом, чтобы третьи лица, не являющиеся стороной сделки, могли полагаться на данные сведения.

Однако общие положения закона не позволяют охватить весь перечень жизненных ситуаций. Непосредственное применение таких норм к отдельным ситуациям, которые существенно выходят за рамки ожидаемого поведения участников гражданского оборота, может привести как к нарушению охраняемых законом интересов и нарушению баланса прав. Для разрешения подобных случаев в абзаце пятом пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" содержатся разъяснения, предписывающие обеспечивать защиту интересов добросовестной стороны при рассмотрении споров в суде.

Судом апелляционной инстанции был направлен запрос в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю для предоставления сведений относительно наличия ограничений и периода действия, приведшие к невозможности регистрации перехода права собственности в отношении  квартиры, расположенной по адресу: 

<

...> в квартале 530, кад. № 26:12:012502:4215,  в период с 2017 года по 2019 год.

От Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю в суд поступил ответ, согласно которому в период с 2017 по 2019 годы в отношении вышеуказанного объекта недвижимости были зарегистрированы следующие аресты (запреты):

- арест, наложенный постановлением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 20.03.2017, запись об аресте внесена 31.05.2017, погашена 09.11.2017 на основании постановления Промышленного Ставрополя от 18.10.2017;

- запрет на совершение действий по регистрации, наложенный постановлением Промышленного районного отдела судебных приставов города Ставрополя от 21.06.2017 в рамках исполнительного производства № 41848/17/26039-ИП, запись о запрете внесена 26.05.2017, погашена 26.03.2019 на основании постановления Промышленного районного отдела судебных приставов города Ставрополя от 25.03.2019;

- запрет на совершение действий по регистрации, наложенный постановлением Промышленного районного отдела судебных приставов города Ставрополя от 21.06.2017 в рамках исполнительного производства № 45865/17/26039-ИП, запись о запрете внесена 27.06.2017, погашена 26.03.2019 на основании постановления Промышленного районного отдела судебных приставов города Ставрополя от 25.03.2019.

Из установленных обстоятельств по делу следует, что несмотря на своевременное обращение в орган государственной регистрации с соответствующими заявлениями участниками сделки (02.06.2017), регистрация перехода права собственности осуществлена несвоевременно - спустя практически два года (08.05.2019) по независящим от ФИО8 (покупателя) причинам (наложены аресты на указанное имущество после подачи заявления о переходе права собственности на объект недвижимости).

При таких обстоятельствах, апелляционный суд полагает, что вина ФИО8 в несвоевременной регистрации отсутствовала. Доказательств обратного управляющим не представлено.

В целях соблюдения прав добросовестного приобретателя, которые он приобрел в установленном законом порядке, в рассматриваемой ситуации апелляционный суд полагает необходимым исходить из того, что моментом совершения оспариваемой сделки является дата подачи заявления о государственной регистрации перехода права собственности. Подобный вывод следует из положений пункт 2 статьи 1 ГК РФ, которые связывают приобретение гражданами и юридическими лицами прав посредством выражения своей воли и в своем интересе.

Поскольку правило о переходе права собственности с момента его отражения в публичном реестре преследует цель обеспечить стабильность гражданского оборота (т.е. довести до неопределенного круга лиц сведения о совершении распорядительной сделки), то добросовестный приобретатель имущества, не намеревающийся скрывать данный факт от третьих лиц, не должен нести негативных последствий в результате несвоевременной регистрации его права.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.01.2021 по делу № А63-19863/2018.

С учетом изложенного, моментом совершения оспариваемой сделки, подлежащей государственной регистрации, в данном случае следует считать 02.06.2017 - дату подачи соответствующего заявления, направленного на добросовестное раскрытие сведений о совершении распорядительной сделки для неопределенного круга лиц. 

Таким образом, довод управляющего о том, что оспариваемая сделка заключена после введения в отношении должника процедуры банкротства, а следовательно, является ничтожной в силу пункта 1 статьи 174 ГК РФ, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку как указано выше, моментом совершения оспариваемой сделки следует считать 02.06.2017 - дату подачи соответствующего заявления. В связи с чем, сделка заключена до возбуждения в отношении должника процедуры банкротства и не может быть признана ничтожной на основании статьи 174 ГК РФ.

Из материалов дела следует, что сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом (12.01.2018), то есть попадает под период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63) разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Соответственно, юридически значимым обстоятельством для признания договора недействительным по указанному основанию является продажа имущества по заведомо заниженной цене, при отсутствии которого заявление не может быть удовлетворено.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ № 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств.

Так из материалов дела следует, что спорное имущество отчуждено за наличные денежные средства в размере 1 500 000 рублей. При этом стороны определили, что 400 000 руб. погашаются по графику. Оплата произведена в полном объеме, что подтверждено распиской от 03.03.2017 на сумму 1 100 000 руб. и распиской от 17.04.2017 на сумму 400 000 руб. (оригиналы расписок были представлены на обозрение суда в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции), претензий по оплате не имеется.

Вместе с тем, из представленного в материалы дела отчета об оценке рыночной стоимости объекта недвижимости, подготовленного ООО «Еврофинанс», следует, что рыночная стоимость спорного имущества составляет от 1 490 000 до 2 000 000 руб. процентная разница между объектами должника и стоимости оспариваемой сделки составляет от 0 до 26 %.

Отклонение цены имущества по оспариваемой сделке от его рыночной стоимости на 26% не признается судами в качестве существенной разницы, свидетельствующей о неравноценном встречном предоставлении. Данный вывод апелляционного суда согласуется с судебной практикой, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 N 306-ЭС21-4742 по делу N А12-42/2019, постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 14.10.2020 по делу N А362540/2017).

Согласно правовому подходу Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отраженному в постановлении от 28.06.2011 N 913/11, существенная разница в стоимости объекта определена стоимость, имеющая отклонение в размере более 30%.

Данный правовой подход (признание в качестве существенного занижения цены имущества на 30% и более) изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2019 по делу N А32-41623/2015, от 09.06.2018 по делу N А4049715/2016, от 09.01.2018 по делу N А33-14543/2015, а также в постановлениях Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 10.03.2022 по делу N А29-7126/2019, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.11.2021 по делу N А56-137667/2018.

В связи с этим, при установлении обстоятельств неравноценности встречного предоставления в рамках рассмотрения заявлений об оспаривании сделок на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо руководствоваться указанным процентным критерием.

Указанный критерий не может оцениваться в качестве единственно допустимого критерия существенности занижения цены сделки. Данный процентный критерий отклонения цены имущества по оспариваемой сделке от его рыночной стоимости является примерным ориентиром для судов, свидетельствующим о необходимости тщательного анализа сделки и обстоятельств, при которых данная сделка совершена.

Поскольку в рассматриваемом случае отклонение цены реализации имущества не превышает 30%, сделка не может быть оценена, как совершенная с неравноценным встречным исполнением.

При таких обстоятельствах, спорное имущество отчуждено по рыночной стоимости. Доказательств обратного не представлено. Управляющий в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал главное условие для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве - неравноценность встречного исполнения, следовательно, с учетом представленных доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что рыночная стоимость спорного имущества соответствует стоимости, указанной в договоре.

При таких обстоятельствах, арбитражный апелляционный суд полагает, что оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 не имеется, поскольку управляющий неравноценность встречного исполнения обязательств при совершении оспариваемой сделки не доказал.

Совершение оспариваемой сделки в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления допускает возможность признания ее недействительной по одним только основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но и не исключает одновременное применение оснований, определенных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановлении Пленума ВАС РФ № 63 в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом при наличии заинтересованности сторон сделки и неплатежеспособности должника предполагается, что сделка совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве определено, что под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо доказать совокупность условий, в т.ч. что в результате совершенной сделки был причинен имущественный вред кредиторам.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемом.

Соглашаясь с данным выводом суд апелляционной инстанции, исходит из следующего.

В уточненных требования финансовый управляющий ссылается на наличие у должника неисполненных обязательств перед ПАО Банк «ФК Открытие» по договору поручительства № 3400-12/ПЗ от 09.12.2012, которым обеспечивались обязательства ООО «Сервисгеофизика» по кредитному договору № 

<

***> от 09.11.2012. Генеральным директором ООО «Сервисгеофизика» является отец должника – ФИО12 

Вместе с тем финансовый управляющий в своих пояснениях указывает, что в соответствии с направленным 31.10.2017 ПАО Банк «ФК Открытие» уведомлением ООО «Сервисгеофизика» было допущено нарушение обязательств по договору, выразившееся в несвоевременном возврате процентов за пользование кредитом, причитающихся к оплате 30.09.2017, при этом оспариваемый договор заключен 03.03.2017, то есть до уведомления общества о наличии задолженности. 

Из указанных обстоятельств следует, что по состоянию на март 2017 года ООО «Сервисгеофизика» своевременно исполняло обязательства по кредитному договору. 

В отзыве на заявленные требования уполномоченный орган указывает, что в соответствии с решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28.10.2016 № 20 в момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед бюджетом. 

Вместе с тем судом первой инстанции установлено, что должник инициировал налоговый спор в Арбитражном суде Ставропольского края, в соответствии с которым просил признать недействительным решения Межрайонной ИФНС России № 12 по Ставропольскому краю о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 20 от 28.10.2016. 

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 17.01.2018 по делу А63-7087/2017 требования должника были удовлетворены частично. Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.07.2018 решение суда первой инстанции отменено и направлено на новое рассмотрение. И только решением от 21.12.2018 в удовлетворении требований должника было отказано.

Таким образом, должник воспользовался своим правом на обжалование действий налогового органа. Безусловная обязанность по погашению задолженности перед бюджетом возникла после вступления в законную силу решения Арбитражного суда Ставропольского края от 21.12.2018 по делу А63-7087/2017. 

Сведений об иных кредиторах, перед которыми у должника имелись неисполненные обязательства на дату совершения спорной сделки, материалы дела не содержат.

Из изложенного следует, что по состоянию на дату совершения спорной сделки ФИО2 не обладал признаками недостаточности имущества.

В ходе рассмотрения обособленного спора уполномоченным органом, финансовым управляющим также указано на аффилированность ответчика и должника. 

В соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Критерии аффилированных лиц приведены в статье 4 Закон РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». Согласно указанной норме аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами считаются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо. 

В соответствии с пунктами 2-3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: 

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; 

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; 

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

Как установлено судом первой инстанции, ФИО8 в период с 01.03.2017 по 01.06.2020 состоял в трудовых отношениях с ООО «СКСМ» и занимал должность заведующего гаражом. Исходя из должностной инструкции, ФИО8 принял на себя обязанности по руководству над производственным участком по производству изделий из железа-бетона. 

ФИО2 с 21.09.2015 по 14.03.2017 являлся генеральным директором ООО «СКСМ», а до 19.05.2017 являлся единственным участником общества. 

Принимая во внимание положения пунктов 1 и 2 статьи 19 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции приходит  к выводу о доказанности факта наличия аффилированности ответчика и должника в период заключения спорного договора купли-продажи.

При этом сам по себе факт аффилированности участников сделок не является основанием для признания их недействительными. В определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3) указано, что заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении.

Принимая во внимание отсутствие доказательств совершения сделки при неравноценном встречном исполнении, равно как доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также учитывая отсутствие неплатежеспособности должника в момент совершения сделок, апелляционный суд полагает, что в данном случае сама по себе аффилированность сторон сделок не является достаточным основанием для признания договора недействительным при наличии доказательств реальности сделок, в отсутствие относимых и допустимых доказательств противоправного поведения их участников.

При таких обстоятельствах, учитывая, что спорное имущество отчуждено по рыночной стоимости в период отсутствия неплатежеспособности должника, апелляционный суд полагает, что оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не имеется.

Отказывая в удовлетворении заявлений, суд первой инстанции, рассмотрев ходатайство должника, пришел к выводу о пропуске срока исковой давности.

Соглашаясь с данным выводом суда первой инстанции, апелляционный суд исходит из следующего.

Стабильность экономических отношений обеспечивается установлением срока для защиты права по иску лица, право которого нарушено - исковая давность (статья 195 ГК РФ).

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. По общему правилу, срок исковой давности составляет три года. Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статьи 195, 196, 199 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении права.

Возражая против применения срока исковой давности, управляющий указывает, что мог узнать о сделке только в сентябре 2021 года, после истребования судом копии реестровых дел в отношении объекта недвижимости на основании определения от 17.08.2021. 

Апелляционный суд не принимает данную позицию управляющего на основании следующего.

Пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных указанным Федеральным законом.

Таким образом, для определения начала течения срока исковой давности важно определить не только то, когда финансовый управляющий фактически узнал об основаниях для оспаривания сделок, но и то, когда он должен был узнать об этом.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

На основании действующего законодательства о банкротстве и правоприменительной практики финансовый управляющий обязан исполнять возложенные на него Законом о банкротстве обязанности в рамках соответствующей процедуры банкротства в сроки, установленные указанным законом, а если такие сроки им не установлены, то в как можно кратчайшие сроки, но в любом случае в пределах срока, на который первоначально была введена соответствующая процедура банкротства.

На основании пункта 8 статьи 231.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий среди прочего обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества, проводить анализ финансового состояния гражданина, выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства, исполнять иные предусмотренные указанным законом обязанности.

Несмотря на отсутствие в Законе о банкротстве конкретных сроков проведения указанных мероприятий, в том числе действий по оспаривание подозрительных сделок должника, арбитражный управляющий, действуя разумно и добросовестно, должен оперативно осуществить такие мероприятия, направленные на выявление имущества и его дальнейшую реализацию для расчетов с кредиторами в пределах общих сроков для проведения процедур банкротства, выявить и принять меры к оспариванию подозрительных сделок, и т.д.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных оснований.

Принимая во внимание, что утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве) срок исковой давности начал течь с момента возложения на ФИО6 (первоначально утвержденного управляющего) обязанностей финансового управляющего имуществом должника, т.е. с 26.02.2018.

С учетом изложенного, срок исковой давности для обращения с настоящим заявлением истекает 26.02.2019, т.е. по истечении годичного срока с момента признания должника банкротом и утверждения финансового управляющего имуществом должника ФИО6 (26.02.2018).

Материалами дела подтверждается, что заявление об оспаривании сделки подано финансовым управляющим  ФИО4 09.08.2021, то есть за пределами срока исковой давности для оспаривания сделки должника.

Управляющий ссылается на ничтожность сделки, указывая на переход права собственности в отношении объекта недвижимости после введения процедуры банкротства в отношении должника, соответственно полагает применение в рассматриваемом случае трехгодичного срока исковой давности.

Учитывая дату введения процедуры реструктуризации долгов и утверждения финансового управляющего имуществом должника ФИО6 26.02.2018, апелляционный суд приходит к выводу о том, что трехгодичный срок исковой давности на оспаривание сделки по общим основаниям ГК РФ также пропущен управляющим (назначен управляющий - 26.02.2018, заявление подано- 09.08.2021, трехгодичный срок истек -26.02.2021). 

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявителями пропущен как годичный срок, так и трехгодичный срок подачи заявления об оспаривании сделок должника, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ.

Учитывая пропуск срока на оспаривание сделок, апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции обоснованно отказал в заявленных требованиях.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 10.11.2023 по делу № А63-23396/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             Д.А. Белов

             С.И. Джамбулатов