ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-3289/2019

г. Вологда

03 апреля 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 03 апреля 2024 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и Селецкой С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии ФИО2 лично, ФИО3 лично, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тверской области от 23 июня 2023 года по делу № А66-3289/2019, 

 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Тверская генерация»               (далее – ООО «Тверская генерация») обратилось 06.03.2019 в Арбитражный суд Тверской области (далее – суд) с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью управляющая компания «Слобода» (адрес: 170040, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>;  далее – ООО УК «Слобода», общество, должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 11.03.2019 заявление принято к производству.

Определением суда от 06.06.2019 заявление признано обоснованным, в отношении ООО УК «Слобода» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4, член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий» (адрес для направления корреспонденции: 123557, Москва, 557, а/я 11).

Решением суда от 23.03.2020 ООО УК «Слобода» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство на срок шесть месяцев до 23.09.2020, конкурсным управляющим утверждена ФИО5, член ассоциации саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих» (адрес для направления корреспонденции: 105064, Москва, ул. Земляной Вал, д. 2, а/я 54); сообщение об этом опубликовано в издании «Коммерсантъ» от 04.04.2020 № 61.

Определением суда от 29.09.2020 срок конкурсного производства продлен до 23.03.2021.

Конкурсный управляющий обратился 08.02.2021 в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ФИО2, ФИО6, ФИО3; о приостановлении производства по рассмотрению заявления в части определения окончательного размера субсидиарной ответственности и последующего взыскания с ФИО2, ФИО6 и ФИО3 до завершения мероприятий по формированию конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

Определением суда от 12.02.2021 ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО УК «Слобода».

Определением суда от 26.02.2021 конкурсным  управляющим общества  утвержден ФИО7.

Определением суда от 23.06.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц: ФИО2, ФИО6, ФИО3 к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества. Рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности указанных лиц в части определения размера требования приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО2 с этим определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить, принять по спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

В обоснование своей позиции ссылается на то, что обязанность обращения 30.12.2018 с заявлением о признании должника банкротом отсутствовала, поскольку у последнего имелась дебиторская задолженность собственников жилых и не жилых помещений, находящихся в управлении ООО УК «Слобода». Работа по взысканию данной задолженности проводилась в рабочем режиме. 

ООО УК «Слобода» не имело отрицательных показателей своей финансово-хозяйственной деятельности.

Должник также выступал инициатором передачи дебиторской задолженности по договору цессии ООО «Тверская генерация», но данное предложение отклонено.

В реестр требований кредиторов включены требования, основанные на мнимых сделках или фиктивной задолженности. 

Вывод суда о непередаче документов должника конкурсному управляющему в полном объеме не соответствует материалам дела.

Бухгалтерский баланс за 2019 год подлежал сдаче в налоговую инспекцию до 31.03.2020, тогда как решением суда от 23.03.2020 должник признан банкротом, полномочия ФИО2 прекратились с указанной даты.

ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы ФИО8 по изложенным в ней основаниям, просят проверить судебный акт в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав мнение явившихся сторон, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО6 являлась учредителем должника, ФИО2 являлся директором должника с 22.05.2015 по 24.03.2020, ФИО3 являлась главным бухгалтером должника в период с 23.10.2013 по 23.08.2020.

Вступившим в законную силу определением суда от 27.04.2022 признаны недействительными сделки по перечислению должником с расчетных счетов  № 

<

***> и 40702810505000023667 в пользу ФИО2              465 014 руб. 74 коп., с ФИО2 в пользу должника взыскано 465 014 руб. 74 коп.; в удовлетворении требований в остальной части отказано.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельства:

– совершение ФИО2 вышеупомянутых сделок;

– непередачу конкурсному управляющему информации об образовании дебиторской задолженности, руководителем должника не переданы регистры бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, вследствие чего работа по взысканию дебиторской задолженности в сумме 403 489 руб. 66 коп. не проведена;

– искажение главным бухгалтером ФИО3 бухгалтерской отчетности;

– необращение ФИО2 и ФИО6 в суд с заявлением о банкротстве должника.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено по заявлению конкурсного кредитора – ООО «Тверская генерация» в связи с тем, что решениями суда по делам № А66-9756/2018,  А66-3417/2018, А66-4675/2018 с ООО УК «Слобода» взыскана задолженность в общей сумме 2 311 617 руб. 82 коп.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что признаки неплатежеспособности возникли у должника не позднее 30.11.2018.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 60-61, 61.11, 127, 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пришел к выводу о признании доказанным наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц: ФИО2, ФИО6 и ФИО3 к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приостановив рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности указанных лиц в части определения размера требования до окончания расчетов с кредиторами.

Апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Вступившим в законную силу определением суда от 27.04.2022 установлено, что ФИО2 с 2016 года по 2019 год в подотчет было получено 465 014 руб. 74 коп., доказательств расходования которых на нужды Должника не представлено.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третьем пункта 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения конкурсной массы.

Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8)).

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим не приведено обоснования, каким образом указанные им сделки стали причиной возникновения признаков банкротства.

С учетом разъяснений, приведенных в пункте 23 Постановления № 53 и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» существенным является вред, причиненный сделками с активами на сумму, эквивалентную 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника.

Из вышеуказанного определения от 27.04.2022 следует, что оспариваемые конкурсным управляющим сделки осуществлялись в период с 11.01.2016 по 06.11.2018, размер оспоренных перечислений в среднем составлял 13 676 руб. 90 коп. в месяц (исходя из размера удовлетворенных требований).

Согласно данным бухгалтерской отчетности Должника, стоимость активов Должника составляла: в 2016 году 4 182 тыс. руб., в 2017 году 10 789 тыс. руб.; в 2018 году 6 209 тыс. руб.

Применительно к балансовой стоимости активов Должника размер оспоренных перечислений в совокупности составляет 2,16 % балансовой стоимости активов только за указанные периоды (бухгалтерский баланс за 2019 год не сдавался). Если учесть пояснения главного бухгалтера Должника и за активы баланса 2017 года принять реальную дебиторскую задолженность в сумме 3 855 тыс. руб., то размер сделки составит 3,26 % балансовой стоимости активов.

Таким образом, предоставление денежных средств ФИО2 под отчет не являлось существенной сделкой относительно масштабов деятельности должника, что является квалифицирующим признаком наличия вреда имущественным правам кредиторов при рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности, соответственно указанная сделка не могла повлечь банкротство должника.

По мнению апелляционной коллегии, ненадлежащее оформление авансовых отчетов по выданным под отчет денежным средствам, равно как и необеспечение сохранности оправдательных документов не может быть поставлено в вину ФИО2 в совершении последним действий по доведению Общества до банкротства. 

Какие-либо иные сделки Должника недействительными не признавались, доказательств умышленного вывода активов Должника ответчиками при их совершении конкурсным управляющим не представлено.

Следовательно, само по себе признание недействительной сделки с ФИО2 не может свидетельствовать о вине руководителя в банкротстве организации; наличие убытка в результате совершения гражданско-правовой сделки не является безусловным основанием для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности, поскольку не доказывает наличие причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и неплатежеспособностью должника.

Относительно эпизода, связанного с непередачей конкурсному управляющему бухгалтерской документации, в том числе информации об образовании дебиторской задолженности третьих лиц суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника – унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

В соответствии с данной нормой руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуется руководителем экономического субъекта.

В рассматриваемом случае решением от 23.03.2020 по настоящему делу суд обязал руководителя должника в течение трех дней с момента вынесения судебного акта передать конкурсному управляющему должника по акту приема-передачи имущество, документацию, печати и штампы должника. 

Определением суда от 28.01.2021 конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления об обязании бывшего генерального директора                     ООО УК «Слобода» ФИО2 передать конкурсному управляющему ФИО5 документы (надлежащим образом заверенные копии), содержащие сведения о перечне имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника, в том числе документы, обосновывающие дебиторскую задолженность. 

Мотивом вынесения определения явилось указание в резолютивной части решения суда от 23.03.2020 на обязанность руководителя должника в течение трех дней с момента вынесения указанного судебного акта передать конкурсному управляющему должника по акту приема-передачи имущество, документацию, печати и штампы должника.

Определением суда от 21.12.2022 из-за отсутствия доказательств исполнимости отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об обязании ФИО2 и ФИО3 предоставить документы и сведения относительно причин резкого увеличения размера дебиторской и кредиторской задолженности на конец 2017 года и также резкого уменьшения на конец                   2018 года, расшифровку статей баланса: 1230 (дебиторская задолженность) и 1520 (кредиторская задолженность) за период с 2016 года и позднее; расшифровку дебиторской задолженности ООО «УК Слобода» на 31.12.2018 год с указанием ФИО и адресов должников, сумме долга по каждому должнику.

Согласно описи документов от 08.08.2019 временному управляющему ФИО4 переданы, в том числе списки должников по состоянию на июль                   2019 года по 12 домам (том 19, листы 104-106). 

Получение конкурсным управляющим документов от временного управляющего не оспаривается.

По актам приема-передачи от 05.08.2020, от 10.02.2021 директором и главным бухгалтером документы и печать должника переданы конкурсному управляющему ФИО5, а по актам от 17.06.2021, 08.06.2021, 09.08.2021 конкурсному управляющему ФИО7 (представлены ФИО2 в Картотеку арбитражных дел 06.10.2023).

Согласно акту инвентаризации от 01.08.2022 № 6 конкурсным управляющим ФИО7 выявлена дебиторская задолженность 157 физических и юридических лиц в общем размере 3 329 961 руб. 51 коп. (сообщение об этом опубликовано в ЕФРСБ 03.08.2022 № 9342004).

С учетом изложенного ссылка конкурсного управляющего на непередачу полного объема документов противоречит приведенным выше определениям суда и актам приема-передачи, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по указанному основанию не имеется. 

В нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсный управляющий не указывает, какие конкретно документы не были переданы бывшим руководителем должника, а также не представил суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства (пункт 24 Постановления № 53), равно как и не указал, отсутствие каких документов существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства должника и не позволило сформировать конкурсную массу должника.

В силу подпункта 5 пункта 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик обязан представлять в налоговый орган по месту нахождения организации годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность не позднее трех месяцев после окончания отчетного года.

Апелляционной коллегией учитывается, что ООО УК «Слобода» признано несостоятельным (банкротом) решением суда от 23.03.2020, что согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве влечет прекращение полномочий ФИО2 как руководителя должника и сдачу отчетности в пределах обозначенного срока.

Кроме того, отсутствие бухгалтерской отчетности за 2019 год не может отрицательно повлиять на мероприятия процедуры банкротства; доказательств обратного конкурсным управляющим не представлено.

Вывод суда первой инстанции об искажении бухгалтерской отчетности неправомерен, поскольку сделан исключительно на основании сведений о дебиторской задолженности в бухгалтерской (финансовой) отчетности общества: в 2016 году 0 руб., в 2017 году 10 721 тыс. руб.; в 2018 году 4 109 тыс. руб.

Выявление конкурсным управляющим в ходе инвентаризации 01.08.2022 дебиторской задолженности в размере 3 329 961 руб. 51 коп. само по себе не свидетельствует о каком-либо искажении бухгалтерской отчетности, поскольку  в связи с осуществлением хозяйственной деятельности дебиторская задолженность находится в постоянной динамике, как по составу, так и по суммам. 

Каким образом уменьшение размера дебиторской задолженности в течение 3,5 лет повлияло на возможность формирования конкурсной массы конкурсный управляющий также не указывает.

Более того, специфика деятельности управляющей компании сводится к большому объему дебиторской задолженности, которая связана с нерегулярностью и неполнотой оплаты коммунальных услуг населением. Управляющая компания осуществляет, в том числе, полномочия по сбору денежных средств с населения и оплате потребленной им энергии, водоснабжения и водоотведения, при этом обязанность по оплате подлежит исполнению вне зависимости от наличия (отсутствия) в распоряжении управляющей организации денежных средств. 

Тем самым ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с кредиторской задолженностью населения, является обычной для функционирования управляющих организаций.

В рассматриваемом случае, поскольку основной источник финансирования деятельности должника - это платежи за коммунальные услуги от населения, банкротство ООО УК «Слобода» наступило не в результате действий контролирующих лиц, а обусловлено внешними факторами (неоплата коммунальных услуг населением).

По вопросу об искажении бухгалтерской отчетности главным бухгалтером ФИО3 последней даны соответствующие пояснения, согласно которым причинами резкого увеличения размера дебиторской задолженности на конец 2017 года явилась техническая ошибка в программе бухгалтерского учета, а именно в строке баланса 1230 (дебиторская задолженность) отражается результат сложения дебетовых сальдо счетов 60, 62, 68, 69, 70, 71, 73, 75, 76 за минусом счета 63. Оплата от собственников за услуги ЖКХ поступали на дебет счета 62, но при формировании бухгалтерского баланса не произошло закрытие внутренних проводок между субсчетами, в связи с чем в балансе было отражено не дебетовое сальдо 62 счета, а оборот компании по дебету счету 62 за 2017. Сумма оборота подтверждена декларацией по УСН, которую ООО УК «Слобода» представило в МИФНС № 10 по Тверской области. Дебиторская задолженность на 31.12.2017 составляла по данным оборотно-сальдовой ведомости по счету 62 сумму 3 854 726 руб. 38 коп. В связи с данной ошибкой объяснятся и уменьшение задолженности на конец 2018 года, так как в 2018 году расчет бухгалтерского баланса произведен без ошибок.

Данные пояснения не опровергнуты. 

Таким образом, основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по приведенному основанию отсутствуют.

Относительно нарушения ФИО2 обязанности по обращению с заявлением о признании ООО УК «Слобода» несостоятельным (банкротом), а  ФИО6 – по принятию решения о подаче заявления должника в суд, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 Постановления № 53).

Указанная правовая позиция сформирована в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда от 06.07.2016 (далее – Обзор от 06.07.2016), в дальнейшем выражена в положениях статьи 61.12 Закона о банкротстве и развита в постановлении № 53.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора от 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых тем же Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий связывает возникновение у ответчиков обязанности по обращению в суд с заявлением о признании общества банкротом (по принятию соответствующего решения) с тем, что решениями суда по делам № А66-9756/2018, А66-3417/2018,                        А66-4675/2018 с ООО УК «Слобода» взыскана задолженность в общей сумме                 2 311 617 руб. 82 коп. Полагает, что признаки неплатежеспособности возникли у должника не позднее 30.11.2018.

Судом первой инстанции сделан вывод о том, что обязанность по подаче заявления о признании общества банкротом должна быть исполнена руководителем должника ФИО2 не позднее 30.04.2018, а единственный участник ФИО6 обязана принять решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве не позднее 10.05.2018, поскольку должник прекратил исполнять свои обязательства перед кредитором с                            2016 года, а ООО УК «Слобода» отвечало признакам неплатежеспособности.

Согласно финансовому анализу, выполненному в процедуре наблюдения, собственные активы должника покрывали его обязательства на протяжении 2016-2018 годов, но общество было не в состоянии немедленно оплатить долговые обязательства, просроченная кредиторская задолженность имела место во всем анализируемом периоде.

Также сделан вывод о неэффективной работе по взыскании дебиторской задолженности.

Вместе с тем как указано ранее, само по себе наличие невзысканной дебиторской задолженности является обычной для управляющих компаний ситуацией, поэтому не может являться по смыслу указанных выше положений Закона о банкротстве безусловным основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В данном случае расчеты должником с ресурсоснабжающими организациями производились исходя из фактически получаемых от населения денежных средств за оказанные услуги, полная оплата не состоялась в связи с несвоевременной и частичной оплатой собственниками помещений.

Из разъяснений пункта 9 постановления № 53 следует, что наличие и обстоятельства наличия и исполнения экономически обоснованного плана подлежат выяснению в рамках обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, органами публичной власти, протоколами совещаний и т.п.). При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для совершения противоправных действий, причиняющих вред кредиторам.

Как следует из материалов дела, в том числе, размещенных в Картотеке арбитражных дел, определением суда от 03.10.2019 в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Тверская генерация» в сумме 5 518 561 руб. 67 коп. – основной долг, 786 275 руб. 82 коп. – неустойка.

Из указанного определения следует, что требование основано на задолженности по договору № 902821 за период ноябрь 2016 – февраль 2017, апрель 2017, июль 2017, август 2017, октябрь 2017, декабрь 2017, январь 2018 – апрель 2018, август 2018 – январь 2019, март 2019 – май 2019, по договору                 № 790280 за период ноябрь 2018 – май 2019 и подтверждено вступившими в законную силу судебными актами по делам № А66-10784/2018,                                   А66-4538/2017, А66-872/2019, А66-8552/2017, А66-11788/2017, А66-17411/2018, А66-12974/2018, А66-4670/2019. 

В частности, с Должника в пользу ООО «Тверская генерация» взысканы:

по делу № А66-10784/2018 - 656 854 руб. 28 коп. – задолженность за потребленную тепловую энергию за январь – март 2016, 289 458 руб. 07 коп. – пени;

по делу № А66-872/2019 - 716 670 руб. 38 коп., в том числе: 515 091 руб. 77 коп. - задолженность по оплате тепловой энергии, поставленной в январе 2017 года, 201 578 руб. 61 коп. – неустойка;

по делу № А66-17411/2018 - 296 395,97 руб. задолженности по договору от 04.09.2015 №90282 за август 2017, за период с мая по июль 2018 года, 14 310,35 руб. неустойки; 

по делу № А66-12974/2018 – 1 750 611,89 руб. - задолженности за январь – апрель 2018, пени в размере 69 674,25 руб. за период с 21.02.2018 по 25.07.2018;

по делу № А66-4670/2019 - 490 952 руб. 28 коп. – задолженность по оплате тепловой энергии, поставленной в период с августа по октябрь 2018 по договору № 90282 от 04.09.2015, 27 820 руб. 40 коп. – неустойка.

Кроме того, определениями суда утверждены мировые соглашения:

- от 22.06.2017 по делу № А66-4538/2017 (до 10.01.2018), предметом которого являлась задолженность по оплате тепловой энергии, отпущенной в период с ноября по декабрь 2016 в сумме 1 100 362 руб. 84 коп. и неустойка за период с 21.12.2016 по 20.03.2017 в сумме 30 939 руб. 81 коп.;

- от 15.07.2017 по делу № А66-8550/2017 (до 10.04.2018), предметом которого являлась задолженность за февраль 2017 в размере 491 132 руб. 34 коп., а пени в размере 15 330 руб. 66 коп.; 

- от 26.10.2017 по делу № А66-11788/2017 (до 10.08.2018), предметом которого являлась задолженность за потребленную тепловую энергию за март 2017 в сумме 542 653 руб. 25 коп. и 16 375 руб. 36 коп. пени.

Требования прочих кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов, сформировались в следующие периоды: 

акционерного общества «Газпром газораспределение Тверь» в феврале 2019 году в сумме 7294,13 руб. (определение от 03.10.2019), 

акционерного общества «АтомЭнергоСбыт» в период с августа 2017 по февраль 2019 в сумме 1 309 815,01 руб. основного долга, 4915,37 руб. неустойки за период с августа 2017 по февраль 2019 годы (определение от 17.02.2020); 

ФИО9 из причинения 27.01.2019 вреда по решению Пролетарского районного суда г. Твери от 30.09.2019 по делу № 2-814/2019 в сумме 639 115,50 руб. (определение от 06.07.2020); 

общества с ограниченной ответственностью «Тверь Водоканал» за февраль 2019 в сумме 18 628,54 руб. основного долга (определение от 29.07.2020). 

В обоснование наличия плана преодоления финансовых затруднений, ФИО2 представлены доказательства совершения действий, направленных на его преодоление и погашение кредиторской задолженности.

В частности, в период 2017-2021 годы принимались меры по увеличению обслуживаемой площади путем заключения договоров управления МКД в совокупности на 20 660,7 кв.м. и расторжению некоторых договоров управления в связи с убыточностью (приказ ГУ «ГЖИ» Тверской области от 17.04.2020 № 752-Л), проводилась претензионно-исковая работа, в подтверждение чего представлены сохранившиеся у ФИО2 копии претензий, уведомлений, исковых заявлений о взыскании задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг, судебных приказов от 25.12.2017 № 2-1067-1/2017, 25.12.2017 № 2-1068-1/2017, решение Арбитражного суда Тверской области от 18.01.2019 по делу № А66-10924/2018, решение Пролетарского районного суда г. Твери от 30.08.2018 по делу № 2-1109/2018, решение мирового судьи судебного участка № 2 Центрального района г. Твери от 21.12.2017 по делу № 2-1703-3/2017, определения Арбитражного суда Тверской области об утверждении мирового соглашения от 22.06.2017 по делу № А66-4538/2017, 15.09.2017 по делу № А66-8550/2017, от 26.10.2017 по делу № А66-11788/2017. Также проводились переговоры с ООО «Тверская генерация» по вопросу рассрочки погашения задолженности, корректировалось штатное расписание в целях оптимизации расходов на обслуживающий персонал.

Соответствующие подтверждающие документы представлены ФИО2 в «Картотеку арбитражных дел» 05.02.2024.

Оценка представленных доказательств имеет непосредственное отношение к предмету спора и подлежит исследованию применительно к разъяснениям пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».

Учитывая проведение Должником мероприятий, направленных на  погашение кредиторской задолженности, у ФИО6 отсутствовала безусловная обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в суд.

С учетом изложенного само по себе наличие у общества кредиторской задолженности не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующим лицом действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник не был способен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

С учетом изложенного определение суда подлежит отмене в связи с несоответствием его выводов обстоятельствам дела.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 23 июня 2023 года по делу № А66-3289/2019 отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью управляющей компании «Слобода» отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

К.А. Кузнецов

 

Судьи

О.Г. Писарева

 

С.В. Селецкая