АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5556/19 

Екатеринбург

27 мая 2024 г.

 

Дело № А60-6345/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 мая 2024 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Плетневой В. В., Кудиновой Ю. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и Регионального общественного фонда «Сохранение культурного наследия» на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 по делу № А60-6345/2019 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

представитель ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 24.03.2023 № 66 АА 8101493);

представитель Регионального общественного фонда «Сохранение культурного наследия» – ФИО3 (удостоверение адвоката, доверенность от 11.01.2024);

представитель ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 14.02.2024);

представитель ФИО6 – ФИО7 (паспорт, доверенность от 11.04.2022 № 66 АА 7241420);

представитель Автономной некоммерческой образовательной организации высшего образования «Уральский финансового-юридический институт» в лице конкурсного управляющего ФИО8 – ФИО9 (паспорт, доверенность от 18.03.2024).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Лоза» (далее – общество «Лоза», кредитор) о признании Автономной некоммерческой образовательной организации высшего образования «Уральский финансового-юридический институт» (далее – АНОО ВО «УрФЮИ», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве. 

Определением арбитражного суда от 10.04.2019 заявление общества «Лоза» признано обоснованным, в отношении АНОО ВО «УрФЮИ» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО8. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.09.2019 АНОО ВО «УрФЮИ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО8 

В арбитражный суд 13.07.2023 поступило заявление конкурсного управляющего АНОО ВО «УрФЮИ» о признании недействительными сделки: между АНОО ВО «УрФЮИ» и обществом «1-й Образовательный центр» на сумму 30 477 117 руб.; между АНОО ВО «УрФЮИ» и МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» на сумму 25 100 000 руб.; между АНОО ВО «УрФЮИ» и ФИО1 на сумму 53 497 500 руб.; между АНОО ВО «УрФЮИ» и обществом «1-й Образовательный центр» на сумму 9 438 015,37 руб.; между АНОО ВО «УрФЮИ» и РОФ «СКН» на сумму 32 500 000 руб.; между АОО ВО «УрФЮИ» и обществом «1-й Образовательный центр» на сумму 10 000 000 руб.; между АНОО ВО «УрФЮИ» и обществом «1-й Образовательный центр» на сумму 9 800 000 руб.; между АНОО ВО «УрФЮИ» и ФИО10 на суму 160 300 000 руб. Применения последствия недействительности сделок в виде взыскания: с общества «1-й Образовательный центр» в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» 59 715 132 , 37 руб.; с ФИО1 в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» 53 497 500 руб.; с МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» 25 100 000 руб.; с «Региональный общественный фонд «Сохранение культурного наследия» в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» 32 500 000 руб.; с ФИО10 в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» 160 300 000 руб. (с учетом уточнения). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.12.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Признана недействительной сделка по перечислению денежных средств от должника 23.10.2017 в пользу АНОО ВО «УГТИ» в размере 284 990 000 руб., от АНОО ВО «УГТИ» 27.02.2019 в пользу РОФ «СКН» в размере 284 990 000 руб. с указанием назначения платежа «оплата по договору процентного займа №1/19 от 15.02.2019 без налога (НДС)», далее от РОФ «СКН»: 21.11.2019 в пользу АНОО ВО «УГТИ» в размере 30 477 117 руб. с назначением платежа «Выплата процентов по договору процентного займа № 1/2019 от 15.03.2019. Без НДС», затем в пользу общества «1-й Образовательный центр»; 18.08.2020 в пользу общества «1-й Образовательный центр» в размере 25 100 000 руб. с назначением платежа «Оплата по договору процентного займа №1/2020-РОФ от 14.08.2020 Без НДС», затем 19.08.2020 в пользу МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» в размере 22 959 203,73 руб.; 05.10.2020 в пользу общества «1-й Образовательный центр» в размере 9 438 015,37 руб. с назначением платежа «Возврат по договору процентного займа №1/2020 от 05.03.2020. Без НДС»; 25.01.2021 и 23.03.2021 в пользу МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» в размере 10 000 000 руб. и 22 500 000 руб. соответственно с назначением платежа «Оплата по агентскому договору №3 от 15.01.2021. НДС не предусмотрен»; 01.07.2021 в пользу общества «1-й Образовательный центр» в размере 10 000 000 руб. с назначением платежа «Договор процентного займа №1/21 от 01.07.2021 НДС не предусмотрен»; 21.07.2021 в пользу общества «1-й Образовательный центр» в размере 9 800 000 руб. с назначением платежа «Дополнительное соглашение №1 от 21.07.2021 к договору процентного займа №1/21 от 01.07.2021 НДС не предусмотрен»; 12.10.2021 в пользу ФИО10 в размере 160 300 000 руб. с назначением платежа «Перевод средств по договору займа №1-фл от 11.10.2021. Сумма: сто шестьдесят миллионов триста тысяч рублей 00 копеек. НДС не облагается». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «1-й Образовательный центр» в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» денежных средств в сумме 84 815 132,37 руб.; взыскании с ФИО10 в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» денежные средства в сумме 160 300 000 руб. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 вышеуказанное определение от 04.12.2023 изменено. 

Суд апелляционной инстанции постановил дополнить пункт 1 резолютивной части: «– 19.08.2020 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Дамская лавка – ЗМ» в размере 53 497 500 руб. с назначением платежа «Оплата по договору купли-продажи нежилого здания и земельного участка от 19.08.2020 без НДС»». Пункт 2 резолютивной части изложен в следующей редакции: «2. Применить последствия недействительности сделки: Взыскать с ООО «1-й Образовательный центр» в пользу Автономной некоммерческой образовательной организации высшего образования «Уральский Финансово – Юридический Институт» денежные средства в сумме 73 000 724, 50 руб. Взыскать с ФИО10 в пользу Автономной некоммерческой образовательной организации высшего образования «Уральский Финансово – Юридический Институт» денежные средства в сумме 137 970 888, 16 руб. Взыскать с Регионального общественного фонда «Сохранение культурного наследия» в пользу Автономной некоммерческой образовательной организации высшего образования «Уральский Финансово – Юридический Институт» денежные средства в сумме 27 972 885, 64 руб. Взыскать с ФИО1 в пользу Автономной некоммерческой образовательной организации высшего образования «Уральский Финансово – Юридический Институт» денежные средства в сумме 46 045 501, 70 руб. В остальной части в удовлетворении заявления отказать.».

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 и Региональный общественный фонд «Сохранение культурного наследия» обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых просят постановление от 12.02.2024 отменить.

В своей кассационной жалобе ФИО1 ссылается на то, что апелляционный суд проигнорировал законные и обоснованные выводы суда первой инстанции о недоказанности получения ею спорных денежных средств.

Кассатор указывает, что в настоящем деле конкурсный управляющий заявил исковые требования о признании недействительности иной цепочки сделок, общество «Дамская Лавка-3М» в качестве ответчика не привлекалось, сделки между Фондом и обществом «Дамская Лавка-3М», а также между обществом «Дамская Лавка-3М» и ФИО1 – не оспаривались конкурсным управляющим.

При этом заявитель жалобы считает, что предмет и основания предъявленного конкурсным управляющим иска о признании недействительной цепочки сделок не тождественны рассмотренному апелляционным судом требованию о взыскании с ФИО1 денежных средств с одновременной оценкой всех непоименованных и неисследованных промежуточных сделок, по которым ФИО1 гипотетически могла завладеть спорными деньгами, апелляционный суд не мог по своей инициативе изменить предмет или основание иска.

В своей кассационной жалобе Региональный общественный фонд «Сохранение культурного наследия» ссылается на то, что в ходе рассмотрения дела в течение пяти лет неоднократно представлялись доказательства совершения преступления в отношении АНОО ВО «УрФЮИ», в связи с чем, он мог воспользоваться правом на самозащиту – движение денежных средств является самозащитой от совершенного преступления.

АНОО ВО «УрФЮИ» в лице конкурсного управляющего ФИО8, ФИО6 и ФИО11 предоставили отзывы на кассационную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, жалобы заявителей без удовлетворения. 

Рассмотрев доводы кассационных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, 23.10.2017 между должником АНОО ВО «УрФЮИ» (займодавец) и Автономной некоммерческой образовательной организацией высшего образования «Уральский ГуманитарноТехнологический Институт» (далее – АНОО ВО «УГТИ» заемщик) заключен договор займа № 2/17, в соответствии с условиями которого заимодавец предоставил заемщику для развития образовательной организации в порядке и на условиях предусмотренных настоящим договором заем денежными средствами в сумме 284 990 000 руб. на срок с даты перечисления указанных денежных средств заимодавцем по 31.12.2020, что стороны определили как срок пользования займом, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу указанную сумму в сроки установленные настоящим договором (пункт 1.1 договора от 23.10.2017). 

Определением от 07.02.2020 по настоящему делу признан недействительной сделкой договор процентного займа № 2/17 от 23.10.2017, заключенный между должником и АНОО ВО «УГТИ», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания АНОО ВО «УГТИ» в пользу должника денежных средств в размере 284 990 000 руб. и восстановления задолженности должника перед АНОО ВО «УГТИ» в размере 13 655 086,61 руб. Определение вступило в законную силу. 

Впоследствии, 27.02.2019, денежные средства в сумме 296 470 000 руб. были перечислены АНОО ВО «УГТИ» другому подконтрольному ФИО12 лицу – Региональному общественному фонду «Сохранение культурного наследия» (далее – РОФ «СКН») с указанием в назначении платежа «оплата по договору процентного займа №1/19 от 15.02.2019 без налога (НДС)». 

Далее, как следует из представленной в материалы дела выписки по счету РОФ «СКН», открытому в Банке ВТБ (ПАО), следует, что РОФ «СКН» произведены следующие перечисления: 

1) 21.11.2019 в пользу АНОО ВО «УГТИ» перечислены денежные средства в размере 30 477 117 руб. с назначением платежа «Выплата процентов по договору процентного займа №1/2019 от 15.03.2019. Без НДС», которые последним в этот же день 21.11.2019 в указанном размере перечислены обществу «1-й Образовательный центр» (дата регистрации 26.03.2019, единственный учредитель ФИО12, директор ФИО12; 

2) 18.08.2020 в пользу общества «1-й Образовательный центр» перечислены денежные средства в размере 25 100 000 руб. с назначением платежа «Оплата по договору процентного займа №1/2020-РОФ от 14.08.2020. Без НДС»; 

Общество «1-й Образовательный центр» 19.08.2020 перечислило МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» (учредителями данного лица являются юристы ФИО12 – ФИО13 и ФИО14 денежные средства в размере 22 959 203,73 руб.; 

3) 19.08.2020 в пользу общества «Дамская лавка-ЗМ» (учредитель и руководитель ФИО1) перечислены денежные средства в размере 53 497 500 руб. с назначением платежа «Оплата по договору купли-продажи нежилого здания и земельного участка от 19.08.2020. Без НДС»; 

4) 05.10.2020 в пользу общества «1-й Образовательный центр» перечислены денежные средства в размере 9 438 015,37 руб. с назначением платежа «Возврат по договору процентного займа №1/2020 от 05.03.2020. Без НДС»; 

5) 25.01.2021 и 23.03.2021 в пользу МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» перечислены денежные средства в размере 10 000 000 руб. и 22 500 000 руб. соответственно с назначением платежа «Оплата по агентскому договору №3 от 15.01.2021. НДС не предусмотрен»; 

6) 01.07.2021 в пользу общества «1-й Образовательный центр» перечислены денежные средства в размере 10 000 000 руб. с назначением платежа «Договор процентного займа №1/21 от 01.07.2021. НДС не предусмотрен»; 

7) 21.07.2021 в пользу общества «1-й Образовательный центр» перечислены денежные средства в размере 9 800 000 руб. с назначением платежа «Дополнительное соглашение №1 от 21.07.2021 к договору процентного займа №1/21 от 01.07.2021 НДС не предусмотрен»; 

8)12.10.2021 в пользу ФИО10 (теща ФИО12) перечислены денежные средства в размере 160 300 000 руб. с назначением платежа «Перевод средств по договору займа №1-фл от 11.10.2021.Сумма: сто шестьдесят миллионов триста тысяч рублей 00 копеек. НДС не облагается». 

Полагая, что все оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, сделки носили безвозмездный характер, совершены между заинтересованными лицами в целях причинения вреда кредиторам должника, на момент совершения сделок АНОО ВО «УрФЮИ» отвечало признаку неплатёжеспособности; в действительности имела место цепочка последовательных притворных сделок с разным субъективным составом, прикрывающих одну сделку, направленную на прямое отчуждение АНОО ВО «УрФЮИ» денежных средств в пользу лиц, связанных с ФИО12, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании данных сделок недействительными в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункта 2 статьи 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Суд первой инстанции, требования конкурсного управляющего удовлетворил частично; признал недействительным сделку по перечислению денежных средств от должника 23.10.2017 в пользу АНОО ВО «УГТИ» в размере 284 990 000 руб.; от АНОО ВО «УГТИ» в пользу РОФ «СКН», от РОФ «СКН» в пользу: АНОО ВО «УГТИ», общества «1-й Образовательный центр», МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости», ФИО10; требования о применении последствий удовлетворил частично, взыскав в пользу должника с общества «1-й Образовательный центр» 84 815 132,37 руб. и ФИО10 160 300 000 руб. 

Пересмотрев обособленный спор в порядке апелляционного производства, апелляционный суд, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства и доводы сторон, пришел к выводу о наличии оснований также и для признания недействительной сделки по перечислению денежных средств от РОФ «СКН» 19.08.2020 в пользу общества «Дамская лавка – ЗМ» в размере 53 497 500 руб. с назначением платежа «Оплата по договору купли-продажи нежилого здания и земельного участка от 19.08.2020 без НДС, взыскав в пользу должника с Регионального общественного фонда «Сохранение культурного наследия» 27 972 885, 64 руб. и ФИО1 46 045 501, 70 руб.

При этом апелляционный суд руководствовался следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинен такой вред; в) другая сторона сделки знала (должна была знать) об указанной цели должника к моменту совершения сделки, а при недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по этому основанию (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»; далее – постановление № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 6 постановления № 63).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33, 34 статьи 2 Закона о банкротстве. 

Согласно данным нормам Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (пункт 6 постановления № 63).

В соответствии с пунктом 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судом установлено, что помимо специальных оснований оспаривания, конкурсный управляющий указал, что оспариваемые сделки совершены при наличии у АНОО ВО «УрФЮ» признаков неплатежеспособности с целью причинения вреда кредиторам должника и могут быть оспорены по общим основаниям.

Исходя из пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Исходя из разъяснений, данных в пунктах 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Последствием недействительности притворной сделки является применение к отношениям сторон не правил о реституции, а правил той сделки, которую они имели в виду. Реституция в соответствии со статьей 167 ГК РФ может быть применена в этом случае только тогда, когда сделка, которую прикрывает притворная, также недействительна. При оценке сделки выясняется действительная воля ее сторон, цель договора. При этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства, включая соответствующее поведение сторон. По смыслу статьи 170 ГК РФ притворные сделки направлены на то, чтобы скрыть действительную волю сторон.

При совершении притворной сделки имеет место несовпадение совершенного волеизъявления с действительной волей сторон; в случае заключения притворной сделки целью сторон является достижение определенных правовых последствий, при этом воля сторон направлена на установление между сторонами сделки гражданско-правовых отношений, но иных по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон.

По общему правилу, целью оспаривания является не констатация недействительности сделки сама по себе, а применение последствий ее недействительности, заключающееся в приведении сторон в положение, существовавшее до совершения сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ) – для наиболее полного удовлетворения требований кредиторов, исходя из принципов очередности и пропорциональности.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Как было указано ранее, что дело о банкротстве возбуждено 08.02.2019. Все оспариваемые сделки совершены после возбуждения дела о банкротстве, без предоставления встречного предоставления, между заинтересованными лицами в целях причинения вреда кредиторам АНОО ВО «УрФЮИ», на момент совершения сделок АНОО ВО «УрФЮИ» отвечал признаку неплатежеспособности. 

Материалами дела установлено, что РОФ «СКН» учреждён ФИО15 (мать ФИО12), ФИО12, ФИО1 (жена ФИО12), ФИО16 (бывший юрист АНОО ВО «УрФЮИ»). Президентом Фонда является – ФИО12. 

Согласно договору займа от 15.02.2019 № 1/19, заключенному между АНОО ВО «УГТИ» (заимодавец) и РОФ «СКН» (заемщик), денежные средства в сумме 296 470 000 руб. предоставлены для реализации уставной деятельности заемщика со сроком возврата до 15.02.2024 под 15% от суммы дохода, полученного в результате инвестиционного размещения суммы займа, с уплатой процентов одновременно с возвратом суммы займа (пункты 1.1, 1.2, 2.2, 3.1). 

В рассматриваемом споре конкурсный управляющий настаивал, что РОФ «СКН» создан ФИО12 совместно с ФИО1, ФИО15 и ФИО16 для дальнейшего перевода денежных средств с АНОО ВО «УГТИ», за счет которых могли быть погашены требования кредитора, с целью их сокрытия. Об этом свидетельствует и то обстоятельство, что договор займа с РОФ «СКН» заключается АНОО ВО «УГТИ» 15.02.2019, а денежные средства переводятся РОФ «СКН» 27.02.2019, то есть непосредственно после обращения общества «Лоза» с заявлением о банкротстве АНОО ВО «УрФЮИ» (01.02.2019). При этом полученные от АНОО ВО «УрФЮИ» денежные средства не использовались АНОО ВО «УГТИ» и более года аккумулировались на депозитном счете (с 23.10.2017 по 27.02.2019), при этом АНОО ВО «УГТИ» получало новые займы и рассчитывалось по долгам АНОО ВО «УрФЮИ». 

Из материалов обособленного спора следует, что ответчики не представили в материалы дела пояснений относительно экономической целесообразности заключения с РОФ «СКН» договора займа от 15.02.2019 №1/19 при том, что его условия предполагали получение по окончании действия договора вероятного дохода, поставленного в зависимость от доходности фонда в результате инвестиционной деятельности, тогда как вложение в банковский продукт имело стабильный доход. Также не представлено обоснований того, за счет какой конкретно деятельности планировалось получение прибыли фондом и на какие цели будут направлены данные заемные средства. 

Как указали суды, договор займа с РОФ «СКН» заключается «УГТИ» на срок до 15.02.2024, в то время как срок возврата займа по договору с АНОО ВО «УрФЮИ» истекал 31.12.2020, при этом, как указывалось ранее и не оспаривается сторонами, АНОО ВО «УГТИ» какую-либо деятельность не осуществлял, фактически существовал за счет заемных денежных средств, поступающих от АНОО ВО «УрФЮИ». Пояснений относительно того, за счет каких средств планировалось погашение задолженности перед АНОО ВО «УрФЮИ», в ходе рассмотрения настоящего дела не представлено. 

Также в материалы дела не представлены документы, свидетельствующие о том, что с момента учреждения РОФ «СКН» были предприняты какие-либо действия, направленные на реализацию целей, с которыми данный фонд создавался, – формирование имущества на основе добровольных взносов, иных не запрещенных законом поступлений и использование данного имущества на сохранение объектов культурного наследия в Свердловской области и общественно полезные цели. 

Напротив, было отмечено, что в материалах дела имеются доказательства и РОФ «СКН» не опровергнуто, что им фактически приобреталось и аккумулировалось имущество, принадлежащее АНОО ВО «УрФЮИ», посредством использования денежных средств, полученных от «УГТИ» по договору займа. 

Материалами дела подтверждается, что полученные РОФ «СКН» денежные средства не имели цели получения финансового результата от сделки для АНОО ВО «УГТИ», не подлежали возврату, а были направлены на вывод имущества подконтрольных ФИО12 юридических лиц от обращения взыскания кредиторов. 

Далее, РОФ «СКН» использовался как транзитная организация по аккумулированию и дальнейшему переводу денежных средств в пользу других аффилированных ФИО12 лиц. Договоры, указанные в назначениях платежей, произведенных от РОФ «СКН» иным подконтрольным ФИО12 ответчикам и родственникам, в материалы дела не представлены. 

Таким образом, суды заключили, что сторонами сделок создана видимость вовлечения денежных средств в хозяйственную деятельность юридического лица, иллюзия последовательного перечисления их на основании гражданско-правовых сделок другому юридическому лицу. 

Также суды констатировали, что денежные средства после перечисления их от должника АНОО ВО «УрФЮИ» все время находились под контролем ФИО12, который принимал решения относительно данного имущества, а юридические лица использовались в качестве инструмента для сокрытия денежных средств от обращения на них взыскания по требованиям кредитора. 

На основании вышеизложенного суд констатировал, что денежные средства должника в размере 284 990 000 руб., переданы цепочкой последовательных притворных сделок от «УрФЮИ» в пользу связанных с ФИО12 лиц, а именно, в пользу АНОО ВО «УГТИ», РОФ «СКН», а затем конечным приобретателям Обществу «1-й Образовательный центр», ФИО10, с единой целью сохранения контроля бенефициара группы юридических лиц ФИО12 над денежными средствами с возможностью их использования не для расчетов с кредитором, а на иные цели. 

Как было указано, такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной (ничтожной) на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемые сделки признаются судом недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В отношении денежных средств в размере 53 497 500 руб., перечисленных 19.08.2020 в пользу общества «Дамская Лавка-ЗМ», суд первой инстанции не усмотрел оснований для заключения вывода о том, что надлежащим ответчиком по указанной сделке является ФИО1, указав, что в отсутствие доказательств получения ФИО1 от общества «Дамская Лавка-ЗМ» денежных средств в размере 53 497 500,00 руб., конкурсным управляющим не доказано, что ФИО1 является конечным приобретателем 53 497 500,00 руб. Требований к обществу «Дамская Лавка-ЗМ» о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств на сумму 53 497 500,00 руб. конкурсным управляющим не заявлено. При этом конкурсный управляющий не лишен при наличии к тому оснований обратится с данным заявлением.

Апелляционный суд в указанной части с выводами суда первой инстанции не согласился, отметив следующее. 

ФИО1 – жена ФИО12 - признана контролирующим лицом АНОО ВО «УрФЮИ» (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу от 27.07.2021); 

является одним из четырёх учредителей РОФ «СКН»; 

является единственным учредителем и руководителем общества «Дамская лавка-3М» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). 

ФИО1 (единственный участник и директор общества «Дамская Лавка-ЗМ») 27.09.2019 принято решение о ликвидации общества «Дамская Лавка-ЗМ», ликвидатором назначена ФИО1 

При этом общество «Дамская лавка-3М» принадлежали: земельный участок с кадастровым номером 66:41:0401027:29, площадь 390 кв.м. по адресу: 

<

...>; здание с кадастровым номером 66:41:0601033:65, ОКН, площадь 323,3 кв.м., адрес: 

<

...>. 

РОФ «СКН» 19.08.2020 перечислил в пользу общества «Дамская Лавка ЗМ» 53 497 500 руб., назначение платежа – оплата по договору купли-продажи нежилого здания и земельного участка, однако суд принял во внимание, что доказательства приобретения обществом «Дамская Лавка ЗМ», либо у указанного общества, земельного участка и нежилого здания, отсутствуют. 

Вместе с тем, было установлено, что 09.09.2020 зарегистрированы права ФИО1 на вышеуказанные объекты. При этом доказательств наличия у ФИО1 денежных средств в объеме, достаточном для приобретения участка и здания, отсутствуют, в материалы дела не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ). 

Как следует из действий ФИО1, заключая договор купли-продажи, от имени ликвидируемого лица, она не имела фактических намерений передать имущество. 

ИФНС по Ленинскому району Екатеринбурга обращалась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании общества «Дамская Лавка ЗМ» банкротом (дело № А60-9203/2022). 

На стадии проверки обоснованности заявления производство по указанному делу 13.07.2022 прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. 

В ходе проверки обоснованности заявление было установлено, что согласно данным ПК АИС Налог-3 у должника – общества «Дамская Лавка-ЗМ» отсутствует имущество, достаточное для осуществления расходов по делу о банкротстве. 

Учитывая данные обстоятельства, апелляционный суд констатировал, что ФИО1, заключая договор с РОФ «СКН», действовала исключительно от своего имени. 

Следовательно, как указал суд апелляционной инстанции, общество «Дамская Лавка-ЗМ» безвозмездно получило от РОФ «СКН» 53 497 500 руб. за приобретение участка и здания, но имущество не приобрело и лишилось собственных здания и участка, тогда как ФИО1 средств для приобретения здания и участка не имела, но получила от общества «Дамская Лавка ЗМ» земельный участок и здание. 

Как было отмечено, при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. 

В данном случае на арбитражном управляющем лежит бремя доказывания возложения ответственности по возврату денежных средств на соответствующего ответчика. 

В то же время отсутствие у недобросовестных аффилированных лиц, участвующих в цепочке сделок по выводу денежных средств из АНОО ВО «УрФЮИ», заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности управляющего, защищающего интересы должника и кредиторов. 

Конкурсный управляющий, объективно ограничен в возможности по предоставлению в суд прямых доказательств. При таких обстоятельствах, конкурсный управляющий может выстраивать свою процессуальную позицию, в частности, на косвенных доказательствах и хотя бы в какой-то степени подтвердить обоснованность своих претензий, запустив тем самым состязательную процедуру доказывания. 

При этом, как учел апелляционный суд, противоположная сторона спора – ФИО1 и общество «Дамская лавка-ЗМ», могут либо проигнорировать выдвинутые против них доводы и доказательства под риском принятия судебного решения не в свою пользу, либо опровергнуть доводы заявителя, опорочив его доказательства или представив собственные. 

В заявлении управляющим указано, что получить банковские выписки по счетам ФИО1 и общества «Дамская Лавка-ЗМ» конкурсный управляющий самостоятельно не может. 

Вместе с тем, ФИО1 и общество «Дамская лавка ЗМ» проигнорировали выдвинутые против них доводы, не предоставили суду соответствующих банковских выписок, опровергающих доводы конкурсного управляющего. В этом случае нежелание ФИО1 и общества «Дамская лавка ЗМ» представить дополнительные доказательства должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, что ФИО1 является конечным приобретателем денежных средств в размере 53 497 500,00 руб. как единственный учредитель и руководитель общества «Дамская Лавка ЗМ». 

Касаемо эпизода № 3 суд апелляционной инстанции счел, что данные нарушения привели к тому, что денежные средства, незаконно выведенные из АНОО ВО «УрФЮИ», не взысканы в конкурсную массу, тогда как недобросовестные лица, участвующие в притворных сделках, и причинившие вред должнику и кредиторам, не понесли ответственности в виде возложения обязанности по возврату незаконно полученного. 

Поэтому указал, что денежные средства в размере 53 497 500 руб. подлежали взысканию с ФИО1, как конечного выгодоприобретателя денежных средств. 

Относительно эпизода № 5 требований к РОФ «СКН», апелляционным судом установлено следующее. 

РОФ «СКН» 25.01.2021 и 23.03.2021 перечислил МОО 32 500 000 руб. в виде оплаты по агентскому договору № 3 от 15.01.2021. 

На данные денежные средства МОО на торгах приобрела имущество АНОО ВО «УрФЮИ» – здание с кадастровым номером 66:41:0701019:98 и земельный участок с кадастровым номером 66:41:0401025:11. 

В результате обращения МОО с иском к РОФ «СКН» по делу № А60- 59470/2022 07.12.2022 право собственности на названные объекты недвижимости было зарегистрировано за РОФ «СКН». 

Суд первой инстанции указал, что РОФ «СКН» является конечным получателем денежных средств должника на общую сумму 32 500 000 руб., признал недействительными сделки по перечислению от РОФ «СКН» 25.01.2021 и 23.03.2021 в пользу МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости» в размере 10 000 000 руб. и 22 500 000 руб. соответственно с назначением платежа «Оплата по агентскому договору №3 от 15.01.2021. НДС не предусмотрен». 

В данной ситуации, подлежат применению правила частей 1 и 2 статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве о том, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке. 

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции в нарушение требований частей 1 и 2 статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, не применил названные нормы, указав, что оснований для взыскания с РОФ «СКН» денежных средств в сумме 32 500 000 руб., не усматривается, поскольку полученные денежные средства должника от АНОО ВО «УГТИ» в размере 284 990 000 руб. исчерпываются суммами перечислений в пользу общества «1-й Образовательный центр», ФИО10, ООО «Дамская Лавка ЗМ» (84 815 132,37 + 160 300 000 + 53 497 500). 

Как указал апелляционный суд, общим последствием недействительности сделки является двусторонняя реституция - согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость. 

По пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. 

Действующее законодательство не исключает возможности применения односторонней реституции. 

Суд первой инстанции взыскал с общества «1-й Образовательный центр» денежные средства в сумме 84 815 132,37 руб., и с ФИО10 денежные средства в сумме 160 300 000 руб., освободив от взыскания ФИО1, МОО «Общество защиты прав собственников и арендаторов недвижимости и РОФ «СКН». 

Как правомерно было отмечено апелляционным судом, при факте признания недействительными всех сделок последствия недействительности должны быть применены в полном объеме и ко всем лицам. 

Также существенным является тот факт, что, требование к РОФ «СКН» обеспечено наличием объекта недвижимости (здание по адресу Екатеринбург, ул. Горького, 6), то есть реально к взысканию. 

Суд учел, что размер денежных средств, подлежащих взысканию с ответчиков, должен быть ограничен суммой 284 990 000 руб. (полученное от должника по недействительной сделке), в связи с чем, в данном случае последствием недействительности оспариваемых сделок является взыскание с ответчиков денежных средств пропорционально полученных, а именно: с общества «1-й Образовательный центр» в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» денежные средства в сумме 73 000 724, 50 руб.; с ФИО10 в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» денежные средства в сумме 137 970 888, 16 руб.; с РОФ «СКН» в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» денежные средства в сумме 27 972 885, 64 руб.; с ФИО1 в пользу АНОО ВО «УрФЮИ» денежные средства в сумме 46 045 501, 70 руб. 

Выводы суда апелляционной инстанции – соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства, основаны на полном и детальном исследовании и оценке имеющихся в деле доказательств с применением установленного по такой категории споров распределения бремени доказывания, доводами кассационных жалоб – не опровергаются.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 АПК РФ являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права. 

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемого судебного акта следует, что апелляционным судом правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку. 

Выводы суда апелляционной инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2024 по делу № А60-6345/2019 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и Регионального общественного фонда «Сохранение культурного наследия» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            В.В. Плетнева 

 

                                                                                             Ю.В. Кудинова