ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

03.05.2023

Дело № А40-255710/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25.04.2023

Полный текст постановления изготовлен  03.05.2023

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Дербенева А.А., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от ООО «Перспектива» - ФИО1 по доверенности от 13.03.2023,

от конкурсного управляющего ООО «Стройземпроект» - ФИО2 по доверенности от 27.12.2022,

рассмотрев 25.04.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «Перспектива» 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2022

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023

в части включения в реестр требований кредиторов должника требования ООО «Стройземпроект» в сумме 41 068 914,28 руб. в третью очередь удовлетворения

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Топливо Ресурсы Технологии»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2022 ООО «Топливо Ресурсы Технологии» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступили требования ООО «Универсал» о включении задолженности в размере 51 573 137,44 руб. и требования ООО «Стройземпроект» в лице конкурсного управляющего ФИО4 о включении задолженности в размере 41 068 914,28 руб. в реестр требований кредиторов должника, которые были объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2022 включены в реестр требований кредиторов должника требования ООО «Стройземпроект» в сумме 41 068 914,28 руб. в третью очередь удовлетворения; включены в реестр требований кредиторов должника требования ООО «Универсал» в сумме                        21 557 845,14 руб. в третью очередь удовлетворения.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами в части включения в реестр требований кредиторов должника требования ООО «Стройземпроект», ООО «Перспектива» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая, что выводы судов сделаны при неполном установлении имеющих значение для дела обстоятельств, а также при неправильном применении норм права, просит определение и постановление в указанной части отменить и направить обособленной спор в данной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Заявитель настаивает на необходимости применения правил о субординации требования ООО «Стройземпроект» в связи с тем, что спорные правоотношения носили характер компенсационного финансирования должника.

Судом округа в порядке статьи 279  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен отзыв конкурсного управляющего ООО «Стройземпроект» на кассационную жалобу.

            В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

            В судебном заседании представитель заявителя кассационной жалобы доводы, изложенные в ней поддержал в полном объеме, представитель конкурсного управляющего ООО «Стройземпроект» против удовлетворения кассационной жалобы возражал по мотивам, указанным в отзыве, полагал обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

   В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, выслушав представителей, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в обжалуемой части в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исходя из норм статей 71, 100 Закона о банкротстве, пункта 26постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных срассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

О применении вышеуказанных правил в деле о банкротстве также указано и в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, где сказано, что к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массыдля пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениямивысшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенныестандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять нетолько формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которымикредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оцениватьразумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности,так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок(мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формированиязадолженности.

Как следует из материалов дела и установлено судами, требования кредитора ООО «Стройземпроект» основаны на неисполнении должником обязательств по договору займа от  08.11.2016 № 081116/АЛМ-ТРТ_(3), заключенного между ООО «Альмира» (заимодавец) и ООО «Топливо Ресурсы Технологии» (заемщик), согласно которому заимодавец обязался предоставить заемщику денежные средства в размере 29 000 000,00 рублей, сроком до 08.11.2019 под 12% годовых (п. 1, 2 договора займа).

Факт предоставления займа в указанном размере подтверждается платежным поручением № 358 от 08.11.2016.

Впоследствии между ООО «Альмира» (цедент) и ООО «Стройземпроект» (цессионарий) был заключен договор уступки прав (требований) № 180917/АЛМ-СЗП-ТРТ_(Ц) от 18.09.2017, в соответствии с условиями которого право требования к должнику по договору займа № 081116/АЛМ-ТРТ_(3) от 08.11.2016 перешло к заявителю.

Суды первой и апелляционной инстанций, в совокупности оценив доказательства, имеющиеся в материалах дела, в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признали требования кредитора в заявленном размере обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

При этом, отклоняя доводы о необходимости понижения требований кредитора, суды первой и апелляционной инстанции исходили из того, что вопрос о понижении очередности, в случае установления обстоятельств, указанных в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, должен разрешаться с учетом того, что кредитор сам находится в процедурах банкротства, направленных на защиту законных интересов его собственных кредиторов (прежде всего независимых), тогда как целью разъяснений, данных в указанном Обзоре, является возложение рисков компенсационного финансирования на лиц, контролирующих должника, а не независимых лиц (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2020 № 305-ЭС19-15240(2)).

Суды указали, что ООО «Стройземпроект» не являлось заимодавцем по договору займа, право требования к должнику приобрело на основании договора уступки прав (требований), обязательство по оплате, которого было исполнено со стороны ООО «Стройземпроект» в полном объеме; заимодавцем являлось ООО «Альмира», доводов о его аффилированности с ООО «ТРТ» участвующими в деле лицами не заявлялось, доказательств предоставления спорного займа должнику в ситуации имущественного кризиса материалы обособленного спора не содержат.

Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для субординации требования ООО «Стройземпроект».

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходит из соответствия установленных судами фактических обстоятельств имеющимся в материалах обособленного спора доказательствам и правильного применения относительно установленных обстоятельств норм материального и процессуального прав, отмечая при этом, что суд кассационной инстанции не вправе в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций.

В пункте 2 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) (далее - Обзор)  разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих, при этом заключение сделки между аффилированными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц.

Если внутреннее финансирование осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

При наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Как разъяснено в Обзоре по субординации, требования контролирующего должника лица подлежат субординации, в частности, если они возникли в условиях имущественного кризиса должника (пункт 3). Контролирующее лицо, пытающееся вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, должно принимать на себя все связанные с этим риски, которые не могут перекладываться на других кредиторов получателя финансирования (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Указанные правовые позиции об очередности удовлетворения требования распространяются и на предоставившее компенсационное финансирование аффилированное с должником лицо, которое не имело прямого контроля над должником, но действовало под влиянием общего для него и должника контролирующего лица (пункт 4 Обзора по субординации).

Так, в пункте 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлении о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора).

Таким образом, отказ во включении в реестр или субординация требований обусловлены, прежде всего, недопущением включения в третью очередь реестра и удовлетворения наравне с внешними кредиторами требований лица, контролировавшего должника (его имущественную сферу), либо имевшего возможность оказывать влияние на должника (его имущественную сферу) при установлении обстоятельств, свидетельствующих о мнимости обязательства, при финансировании в условиях кризиса и предоставлении денег из имущественной сферы группы компаний, предоставлении компенсационного финансирования, уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве, обстоятельств, свидетельствующих о наличии договора о покрытии.

При рассмотрении подобной категории дел в каждом конкретном случае надлежит исследовать правовую природу отношений между аффилированным лицом и должником, цели и экономическую целесообразность сделки. Для установления воли сторон оценке подлежит вся совокупность отношений сторон, в том числе содержание и цель заключения спорного договора, предшествующее и последующее поведение участников сделки.

Поскольку ни одно из указанных обстоятельств судами в отношении действий ООО «Стройземпроект» установлено не было, оснований для понижения очередности требований ООО «Стройземпроект» к должнику применительно к правовым позициям, нашедшим отражение в Обзоре, вопреки доводам кассационной жалобы не имеется.

Вместе с тем, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2020 № 305-ЭС19-15240(2) по делу № А40-174896/2017 сформулирован методологический подход, согласно которому субординация конкурсных кредиторов, самих находящихся в процедуре конкурсного производства, означает переложение ответственности на кредиторов, пострадавших от недействительных расчетных операций и не совершавших каких-либо противоправных действий, что недопустимо.

По общему правилу, основания для субординации устанавливаются на момент возникновения обязательства по возврату компенсационного финансирования. Таким образом, в случае, если суды придут к выводу о предоставлении кредитором компенсационного финансирования, само по себе нахождение его в процедуре конкурсного производства не может является основанием для отказа в субординации реституционного требования о возврате такого финансирования.

В соответствии со статьей  9, частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

В рассматриваемом случае суды первой и апелляционной инстанций с учетом того, что в отношении ООО «Стройземпроект» определением Арбитражного суда Московской области от 29.12.2020 введена процедура наблюдения, принимая во внимание частичное исполнение должником заемных обязательств, как в пользу заемщика, так и в пользу правопреемника, не установили недобросовестного поведения аффилированного с должником кредитора, влияющего на контроль за процедурой и на размер предстоящих удовлетворению требований.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, не установили обстоятельств того, что кредитор в результате приобретения  прав требования к должнику получил возможность контроля над процедурой банкротства, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам, основанным на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Приведенные в кассационной жалобе доводы проверены судом округа и отклонены, поскольку уже были предметом исследования судов при рассмотрении обособленного спора и получили надлежащую оценку, не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а фактически сводятся к несогласию с выводами судов и направлены на переоценку исследованных судами доказательств и установленных обстоятельств, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статей 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что судебные акты в обжалуемой части являются мотивированными, обоснованными, в связи с чем, не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

   Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023 по делу № А40-255710/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

             

Председательствующий-судья                          Н.А. Кручинина

 

Судьи:                                                                      А.А. Дербенев

 

                                                                                              В.З. Уддина