АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6434/20 

Екатеринбург

03 февраля 2022 г.

 

Дело № А60-21128/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 февраля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Пирской О.Н., Артемьевой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 на определение Арбитражного суда Свердловской области от  01.06.2021 по делу № А60-21128/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством путем использования системы веб-конференции, приняли участие представители:

ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 07.03.2020);

индивидуального предпринимателя ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 30.03.2021).

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2018 ФИО2 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

В Арбитражный суд Свердловской области 05.02.2020 поступило заявление финансового управляющего Фердинанда М.Б. о признании недействительным договора об уступке права требования (цессии) № 2 к договору долевого участия в строительстве от 17.10.2011, заключенного между ФИО9 (цедент) и ФИО4 (цессионарий), а также о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля Lexus LX 570, VIN 

<

***>, гос. рег. знак 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.07.2020 требование финансового управляющего об оспаривании договора об уступке права требования (цессии) № 2 к договору долевого участия в строительстве от 17.10.2011, заключенного между ФИО9 (цедент) и ФИО4 (цессионарий) в лице представителя должника выделено в отдельное производство.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в споре, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО10, ФИО11, Управление Росреестра по Свердловской области.

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.01.2021 Фердинанд М.Б. освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3 (определение от 10.02.2021).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.06.2021 (судья Веретенникова С.Н.) в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО2 о признании договора об уступке права требования (цессии) № 2 к договору долевого участия в строительстве от 17.10.2011, заключенного между ФИО9 (цедент) и ФИО4, недействительной сделкой отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 (судьи Макаров Т.В., Гладких Е.О., Данилова И.П.) определение суда первой инстанции от 01.06.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, финансовый управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы финансовый управляющий указывает на то, что ответчик не представил в материалы дела доказательства, подтверждающие финансовую возможность оплатить приобретаемое право требования за счет собственных средств. Кредитор указывает, что все фактические обстоятельства отчуждения дорогостоящего актива в пользу ФИО4 по заниженной цене по цепочке сделок, совершенной лицами, аффилированными с должником, при том, что фактически владел и нес бремя содержания объекта недвижимости во все периоды ФИО2, свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка заключена со злоупотреблением правом и является недействительной в силу статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской федерации. По мнению кассатора, для признания сделки недействительной по данному основанию не требуется устанавливать наличие признаков неплатёжеспособности должника на момент её совершения.

ФИО4 по доводам финансового управляющего возражает, просит оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществами с ограниченной ответственностью «Оператив» (дата прекращения деятельности: 23.09.2013 далее – общество «Оператив») и «Торгово-промышленная компания «Партнеры» (дата прекращения деятельности: 06.05.2019, далее – общество «ТПК «Партнеры») 17.02.2010 заключен договор № 141 участия в долевом строительстве нежилого офисного помещения площадью 362,4 кв.м, расположенного в жилом доме по адресу: 

<

...> (далее – спорное помещение).

Учредителем и руководителем общества «Оператив» на момент заключения сделки являлся должник.

28.04.2010 в отношении указанного нежилого помещения между обществом «Оператив» (цедент) и ФИО9 (цессионарий) был заключен договор уступки прав (требования).

В дальнейшем, 17.10.2011 между ФИО9 (цедент) и ФИО4 (цессионарий) заключен договор об уступке права требования (цессии) № 2 к договору долевого участия в строительстве (далее – оспариваемая сделка), по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял право требования, принадлежащее цеденту на основании договора долевого участия в строительстве жилого дома от 17.02.2010 № 141, зарегистрированного Управлением ФРС по Свердловской области 07.05.2010, номер регистрации: 66-66-01/260/2010-609, заключенному с обществом «ТПК «Партнеры» (застройщик) в части спорного объекта е с кадастровым номером 66:41:01:06:055:0019.

Пунктом 2 договора об уступке права требования (цессии) от 17.10.2011 № 2 предусмотрено, что за передачу права требования цедента к ФИО4 цессионарий обязуется выплатить цеденту 3 500 000 руб.

В соответствии с пунктом 4 указанного договора, с момента вступления в силу договора цессионарий приобрел уступаемое по договору право требования и наделялся всеми правами участника по договору участия в долевом строительстве жилого дома от 17.02.2010 № 141; на момент подписания сторонами договора обязанности по уплате цедентом застройщику цены договора исполнены цедентом в полном объеме.

Между обществом «Партнеры» и ФИО4 07.03.2012 составлен акт приема-передачи офисного помещения по договору участия в долевом строительстве.

Право собственности на офисное помещение признано за ФИО4 на основании заочного решения Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга от 16.06.2014 по делу № 2-2877/2014.

ФИО4, 29.02.2016 обратилась в Управление Росреестра по Свердловской области с заявлением о регистрации права собственности на спорное имущество. 15.03.2016 государственная регистрация приостановлена, а 13.04.2016 в государственной регистрации права отказано в связи с отсутствием разрешения на ввод в эксплуатацию офисного помещения.

Запись о регистрации права собственности за ФИО4 на офисное помещение в Единый государственный реестр недвижимости внесена 06.03.2018.

Судами установлено также, что ФИО4 является матерью должника.

Полагая, что ФИО4 произвела оплату за офисное помещение за счет денежных средств должника, который аккумулировал их за счет реализации общего имущества с супругой и других источников поступления денежных средств (накопления, заработная плата, доход от предпринимательской деятельности), ссылаясь на то, что должник пользовался и продолжает пользоваться и владеть спорным имуществом, несет бремя его содержания, а также указывая на недобросовестность поведения должника (статья 10 Гражданский кодекс Российской Федерации), которое, по мнению финансового управляющего, усматривается из того, что  оспариваемая сделка направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделок (приобретение спорного имущества должником, а не ФИО4 (притворная сделка)), финансовый управляющий Фердинанд М.Б. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора уступки права требования недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки в виде признания цессионарием по договору цессии должника, а также возложения на ФИО4 обязанности передать в собственность должника офисное помещение.

Рассматривая заявленные требования, суды руководствовались следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25)).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение, например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче этого имущества, сохранив контроль продавца (учредителя управления) за ним, и осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 86 Постановления № 25).

Мнимость (притворность) сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а, совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Обязательным признаком сделки для квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является ее направленность на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение размера имущества должника, иные последствия сделок, приводящие к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение требований за счет имущества должника, а для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом путем заключения спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле оказательства, суды установили, что оспариваемая сделка совершена за 6 лет до признания должника банкротом и задолго до возникновения обязательств, учтенных в реестре. 

Изучив доказательства, представленные ответчиком в подтверждение финансовой возможности оплатить приобретенное право требования, суды установили, что на дату совершения сделки ФИО4 осуществляла трудовую деятельность, состояла в браке, доказательств того, что финансирование сделки осуществлялось за счет должника, и наличия у него такой финансовой возможности в материалы дела не представлено, доводы об обратном основаны на предположениях. Судами также приняты во внимание пояснения ответчика, что финансирование оспариваемой сделки осуществлялось в том числе за счет другого сына – ФИО12, обладавшего для этого необходимыми финансовыми средствами. Судами было учтено также, что затруднительность представления ответчиком достаточных доказательств аккумулирования необходимых денежных средств осложнено давностью указанных правоотношений (2011 год).

Кроме того, судами установлено, что право требования к обществу «Партнеры» перешло 28.04.2010 ФИО9 и только затем 17.10.2011 ФИО4, при этом ФИО4 имущество перешло по акту приема-передачи 07.03.2012 и в дальнейшем ею принимались меры по оформлению права собственности на спорное имущество: имело место обращение с исковым заявлением в суд в 07.05.2014 о признании права собственности, обращение 29.02.2016 в Управление Росреестра по Свердловской области с заявлением о регистрации права собственности.

Учитывая все вышеизложенные установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, исходя из отсутствия в материалах настоящего обособленного спора доказательств того, что, совершая оспариваемую сделку, должник, используя внешне правомерные способы передачи имущества, в состоянии недостаточности имущества или неплатежеспособности, выводил его из-под обращения взыскания со стороны конкурсных кредиторов дорогостоящее имущество, при том, что сама по себе аффилированность должника и ответчика не может являться достаточным доказательством наличия признаков злоупотребления в действиях сторон, и, следовательно, основанием для признания спорной сделки недействительной, а какие-либо иные доказательства, опровергающие выводы судов, не представлены, суды сделали вывод об отсутствии в данном случае обстоятельств, являющихся основаниями для признания спорной сделки недействительной, ввиду чего отказали в удовлетворении требований.

Суды особо отметили отсутствие на момент совершения оспариваемой сделки каких-либо кредиторов у должника. Обязательства перед кредиторами возникли только лишь в середине 2015 года. Указание финансового управляющего на безусловную возможность признания сделки недействительной по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и в отсутствие признаков неплатёжеспособности основано на ошибочном толковании норм действующего законодательства.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и отсутствия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания спорной сделки недействительной (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами первой и апелляционной инстанций верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, правильно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы заявителя кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, являлись предметом оценки апелляционного суда и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Поскольку определением суда кассационной инстанции от 14.12.2021 при принятии кассационной жалобы финансового управляющего к производству удовлетворено его ходатайство о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства, с ФИО2 подлежит взысканию в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от  01.06.2021 по делу № А60-21128/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину по кассационной жалобе в сумме 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            О.Н. Пирская 

 

                                                                                             Н.А. Артемьева