СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                               Дело № А27-25850/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 февраля 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                                         Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Сбитнева А.Ю.,

                                                                       Фроловой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гребенюк Е.И., с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№ 07 АП-1110/23 (3)) на определение от 27.11.2023 Арбитражного суда Кемеровской области (судья – Язова М.А.) по делу № А27-25850/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промсвязьавтоматизация» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 654079, 

<

...>) по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными сделками договор оказания услуг № 8/11/17 от 01.11.2017, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО «Промсвязьавтоматизация», перечисление денежных средств по нему в общей сумме 2 948 000 рублей, применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 14.04.2022.

от конкурсного управляющего ФИО3: ФИО4 по доверенности от 16.06.2023.

Суд

УСТАНОВИЛ:

11.03.2022 Арбитражным судом Кемеровской области возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промсвязьавтоматизация».

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 22.06.2022 в отношении ООО «Промсвязьавтоматизация» введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Определением от 06.02.2023 принято к производству заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании по основаниям статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) недействительными сделками договор оказания услуг № 8/11/17 от 01.11.2017 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО «Промсвязьавтоматизация», и перечисление денежных средств по нему в общей сумме 2 948 000 рублей, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО1 в конкурсную массу должника  2 948 000 рублей.

Определением от 27.11.2023 (резолютивная часть от 20.11.2023) Арбитражный суд Кемеровской области признал недействительными сделки по перечислению денежных средств ООО «Промсвязьавтоматизация» в пользу ИП ФИО1 в размере 2 948 000 рублей; применил последствия недействительности сделки, взыскав с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ООО «Промсвязьавтоматизация» 2 948 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на отсутствие доказательств мнимости выполненных услуг. Полагает, что наличие у общества-должника в штате начальника отдела кадров, не исключает возможности привлечения сторонней организации для оказания кадровых услуг. Указывает на отсутствие доказательств аффилированности с должником и признаков неплатежеспособности должника на момент совершения спорной сделки.

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором конкурсный управляющий ФИО3 возражает против её удовлетворения.

В судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции, представитель ФИО1 настаивал на доводах апелляционной жалобы, представитель конкурсного управляющего ФИО3 просил оставить судебный акт без изменения.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, с расчетного счета должника в период с 23.11.2017 по 22.01.2019 ООО «Промсвязьавтоматизация» были совершены операции по перечислению ИП ФИО1 денежных средств с назначением платежа «оплата по договору», «оплата по договору услуг № 8/11/17 от 01.11.2017»: 150 000 рублей по платежному поручению № 516 от 23.11.2017, 150 000 рублей по платежному поручению № 650 от 29.12.2017, 150 000 рублей по платежному поручению № 649 от 29.12.2017, 150 000 рублей по платежному поручению № 162 от 28.02.2018, 208 000 рублей по платежному поручению № 303 от 02.04.2018, 150 000 рублей по платежному поручению № 496 от 01.06.2018, 300 000 рублей по платежному поручению № 1337 от 27.12.2018, 842 000 рублей по платежному поручению № 8 от 10.01.2019, 848 000 рублей по платежному поручению № 89 от 22.01.2019. Всего в пользу ИП ФИО1 перечислено 2 948 000 рублей.

Суд первой инстанции, признавая сделку недействительной, исходил из того, что сделка заключена со злоупотреблением правом, направлена на уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем перечисления 2 948 000 рублей в отсутствие доказательств реального встречного исполнения.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел к следующим выводам.

Согласно положениям статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федеральным законом  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Исходя из содержания пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в частности, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Признаки, подлежащие установлению по данному основанию: противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки, а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Ретроспективный период глубины проверки по специальным основаниям, составляет три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. 

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в абзаце четвертом пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Конкурсное производство по упрощенной процедуре открыто 22.06.2022, с настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился 01.02.2023.

Оспариваемый договор подписан от 01.11.2017, а произведенные по договору платежи были осуществлены в период с 23.11.2017 по 22.01.2019. При этом дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 11.03.2022. Соответственно сделки совершены в период, превышающий трехлетний срок до даты возбуждения дел о банкротстве.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 - 2 статьи 168 ГК РФ). Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Следуя подходу, изложенному в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, согласно которому, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). 

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 Постановления № 63.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности, к сделкам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. 

В связи с этим, установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным основанием для квалификации ее, как ничтожной (пункт 1 статьи 170 ГК РФ, пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая подобную сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения (определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015 № 22-КГ15-9), волеизъявление сторон сделки не совпадает с их внутренней волей (определение Верховного Суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что у ООО «Промсвязьавтоматизация» фактически отсутствовала необходимость заключения договора оказания кадровых услуг № 8/11/17 от 01.11.2017, так как в штате самого ООО «Промсвязьавтоматизация» имелся начальник отдела кадров, который приказом № 9 от 28.12.2017 был назначен ответственным за ведение, хранение и выдачу трудовых книжек. 

Также у должника имелось утвержденное на 27.11.2017 Положение по ведению табельного учета рабочего времени, в котором не указано, что табельный учет сдается подразделениями предприятия стороннему лицу ИП ФИО1, тогда как пункт 2.1.5 заключенного с ним договора предусматривает ведение табельного учета.

Кроме того, 25.06.2018 и 01.04.2019 между должником и ФИО5 были заключены договоры № 4-ИП и № 7-ИП на оказание услуг, в том числе, кадрового учета, реальность которых подтверждается тем, что возникшая из исполнения этих договоров задолженность была взыскана решением Арбитражного суда Кемеровской области от 23.06.2020 по делу № А27-28157/2019 и установлена в деле о банкротстве должника.

При этом, одновременно в штате должника имелся главный бухгалтер, бухгалтер-расчетчик, юрист, специалист договорного отдела, что также свидетельствует об отсутствии необходимости иметь ООО «Промсвязьавтоматизация» какие-либо правоотношения с ИП ФИО1

В подтверждение оказания услуг по договору 8/11/17 от 01.11.2017 были представлены акты за период с 30.11.2017 по 30.06.2019, отчеты об оказанных услугах по кадровому делопроизводству, отчеты дирекции по персоналу, которые содержат один и тот же вид оказанных услуг: осуществление подбора квалифицированного персонала для повышения эффективности деятельности организации; организация своевременного приема, перевода, перемещения, увольнения работников в соответствии с трудовым законодательством; ведение первичной кадровой документации; ведение журналов учета регистрации; формирование и ведение «личных дел» работников (форма Т-2), внесение в них изменений; заполнение и хранение трудовых книжек, подсчет трудового стажа (ФСС, ПФР); внесение информации о работниках в банк данных 1С; составление и оформление трудовых договоров и дополнительных соглашений; ведение табельного учета; обеспечение своевременного ведения кадровой работы и отчетности с законодательно установленными сроками.

Вместе с тем, ФИО1 не представлены доказательства фактического оказания услуг по договору. Доказательства наличия экономической целесообразности заключения данного договора с учетом наличия в штате соответствующих специалистов также не представлено.

Акты, отчеты об оказанных услугах по договору № 8/11/17 от 01.11.2017, подписанные ИП ФИО1 и генеральным директором ООО «Промсвязьавтоматизация» ФИО6, содержат ссылку на отчет дирекции по персоналу, который в свою очередь содержит лишь перечень оказанных услуг, при этом, доказательства реальности оказания этих услуг, помимо самих отчетов дирекции по персоналу, в материалы дела не представлены.

Из пояснений ФИО1 судом первой инстанции установлено, что задания в соответствии с пунктом 1.1 договора выдавались исполнителю в устной форме, что вызвало обоснованные сомнения в реальности оказания кадровых услуг.

Кроме того, документы, направляемые в соответствующие государственные фонды, подписывались руководителем должника и направлялись непосредственно должником, однако пункт 3.1.4 договора предусматривает выдачу исполнителю доверенности на совершение этих действий.

Абзац 10 пункта 2.1.5 оспариваемого договора предусматривает оказание услуг по подготовке документов и сдаче отчетности в пенсионный фонд, центр занятости населения и статистики. 

При этом, согласно ответу Отделения Пенсионного фонда по Кемеровской области – Кузбассу от 18.07.2022 № 97-4521К услуги по сдаче отчетности в Пенсионный фонд не оказывались – отчетность в 2018-2019 годы либо не сдавалась, либо сдавалась с нарушениями (с нарушением срока или предоставлением неполных/недостоверных сведений), за что общество привлекалось к ответственности в виде штрафа (указанная задолженность установлена в деле о банкротстве должника в качестве требований ФНС России определением суда от 17.01.2023).

Кроме того, судом первой инстанции выявлен нетипичный порядок расчетов сторон по договору. 

Согласно акту сверки расчетов между сторонами и платежным поручениям, после заключения договора должник вопреки пункту 5.2 договора до подписания первого акта и отчета об оказанных услугах двумя разными платежными поручениями произвел предоплату по договору. 

Далее 22.01.2019 при отсутствии задолженности по оплате услуг на указанную дату должник произвел предоплату по договору в крупной сумме 848 000 рублей (не кратной ежемесячной стоимости оказываемых услуг).

Пунктом 5.1. договора установлена стоимость услуг в размере 150 000 рублей, которая представляется завышенной (в частности, при наличии в штате начальника отдела кадров с заработной платой 29 250 рублей в месяц). При этом, последний акт оказанных услуг № 97 от 30.06.2019 был выставлен на иную сумму – 98 000 рублей, что полностью покрывает остаток ранее внесенной предоплаты по договору.

Из документов, подписанных сторонами, не следует, что услуги в июне 2019 года были оказаны не полностью, иная причина снижения стоимости оказанных услуг не указана. Стороны ежемесячно подписывали однотипные отчеты об оказанных услугах по договору. 

Все отчеты по договору со стороны ИП ФИО1 были подписаны по доверенности ФИО7, при этом, на документах, датированных с 01.11.2017по 30.06.2019, выполнена подпись ФИО7 по доверенности от 09.06.2021, что свидетельствует о том, что фактически документы были выполнены и подписаны позже указанной в них даты, а услуги фактически не оказаны.

Таким образом, перечисление денежных средств при отсутствии доказательств экономической целесообразности заключения договора оказания кадровых услуг, отсутствии доказательств фактического исполнения услуг по данному договору свидетельствует о совершении оспариваемых платежей со злоупотреблением правом.

Вопреки доводу апелляционной жалобы о недоказанности аффилированности с должником, судом первой инстанции установлены устойчивые экономические связи между обществом-должником (через ФИО8) и ФИО1

Так, ФИО8 с 16.03.2020 являлся единственным участником должника, с 30.04.2022 по дату введения процедуры конкурсного производства являлся единоличным исполнительным органом должника.

Также ФИО8 с 13.04.2020 являлся единственным участником ООО «УГР» (ИНН 

<

***>), с 29.04.2020 по дату введения в отношении общества конкурсного производства являлся единоличным исполнительным органом должника.

При этом, ФИО1 являлся участником ООО «УГР» в период по 11.10.2016 с долей участия 85%. На основании договора купли-продажи от 03.10.2016 ФИО1 продал ФИО9 указанную долю уставного капитала ООО «УГР».

Должник и ООО «УГР» предоставляли друг другу многочисленные займы в общей сумме 9 млн. рублей по действующим ключевым ставкам без какого-либо обеспечения исполнения обязательств, что подтверждается выпиской по банковскому счету должника в АО ВБРР Банк.

Кроме того, в течение 2015-2019 годов ФИО1 предоставлял ООО «УГР» в аренду недвижимое имущество: здание площадью 19,7 кв. м., расположенное по адресу: 

<

...>; земельный участок площадью 20 кв.м по тому же адресу (договоры аренды от 01.12.2015, от 01.07.2016 № 1/угр/2016, от 01.07.2016 № 2/угр/2016). 

Между ФИО1 (арендодатель) и ООО «УГР» (арендатор) заключён договор аренды от 25.06.2018 № 2/угр/2018, по условиям которого арендодатель передал арендатору во временное пользование под офис и склад нежилое здание площадью 19,7 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...> – на период с 25.06.2018 по 22.06.2019. 

Между ООО «УГР» (заказчик) и предпринимателем ФИО1 (исполнитель) был заключён договор оказания услуг от 09.01.2018 № 9/01/18, по условиям которого исполнитель обязался оказать заказчику юридические, бухгалтерские, финансовые, консультационные услуги, услуги по кадровому учёту (указанные обстоятельства установлены постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.05.2023  в рамках дела о банкротстве ООО «УГР»).

Таким образом, сложившиеся между сторонами сделки отношения позволяют прийти к выводу, что ФИО1 не являлся для должника сторонним лицом.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии признаков неплатежеспособности у ООО «Промсвязьавтоматизация» на момент совершения сделки опровергается фактическими обстоятельствами дела.

Так, в период действия оспариваемого договора и осуществления платежей по нему у должника формировалась кредиторская задолженность в значительном размере:

- ООО «ФинансыАнализАудит» - согласно заявлению о включении требований в реестр и решению Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-20224/2020 от 05.11.2020 обязательства в сумме 162 400 рублей должны быть исполнены должником 22.05.2019. Обязательства не исполнены до настоящего момента;

- ООО «Геосфера» - согласно заявлению о включении требований в реестр и решению Арбитражного суда Кемеровской области от 30.05.2022 по делу № А27-2211/2022 задолженность должника в сумме 1 000 000 рублей возникла 30.10.2018. Задолженность не погашена до настоящего момента;

- АО «Ванкорнефть» - согласно заявлению о включении требований в реестр и уведомлениям об одностороннем отказе от исполнения договора срок окончания работ и возврата давальческих материалов истекал 31.08.2018, 30.10.2018, 30.11.2018.

Однако, работы так и не были выполнены, а материалы не возвращены, в связи с чем в 2019 году образовалась задолженность в размере 2 381 209.35 рублей. Задолженность не погашена до настоящего момента;

- АО «Сузун» - согласно уведомлениям об одностороннем отказе от исполнения договоров подряда срок окончания работ и возврата давальческих материалов 31.05.2018, 30.10.2018, 30.03.2019. Однако, работы не были выполнены, а материалы не возвращены, в связи с чем, в 2019 году образовалась задолженность в размере 5 424 274,60 рубля стоимости невозвращенных давальческих материалов, а также 1 198 462,15 рубля неустойки за нарушение сроков выполнения работ, взысканной решением Арбитражного суда Красноярского края от 30.11.2020 по делу № А33-23642/2020;

- Ассоциация «СРО «Кузбасский ПНЦ» - согласно заявлению о включении требований в реестр и приложенным документам 09.01.2019 и 01.07.2019 у должника возникла задолженность перед Ассоциацией «СРО «Кузбасский ПНЦ» по уплате членских взносов в сумме 60 000 рублей;

- ФНС России - согласно заявлению о признании должника банкротом и последующим заявлениям о включении требований в реестр задолженность должника в общем размере 1 824 395,75 рублей основного долга сформировалась преимущественно в период с 4 квартала 2015 года по 4 квартал 2019 года, часть задолженности образовалась в период с 2020 по 2021 год;

- ООО «Контент» - согласно заявлению кредитора о включении в реестр и приложенным к нему первичным документам, задолженность по оплате работ в размере 4 178 592,99 рубля образовалась в период с апреля по июнь 2019 года и не погашена до настоящего момента;

- ООО «Новотехком» - согласно заявлению кредитора о включении в реестр и приложенным к нему первичным документам задолженность по оплате поставленного товара в размере 21 641 129,17 рублей нарастала в период с 2015 года по 28.03.2019  и не погашена до настоящего момента.

- ФИО5 - согласно заявлению кредитора о включении в реестр и приложенным к нему первичным документам задолженность по оплате оказанных услуг в размере 307 008,70 рублей образовалась на 31.07.2019 и не погашена до настоящего момента;

- ФИО10, ФИО11, ФИО12 – согласно вынесенным решениям судов о взыскании заработной платы в пользу указанных лиц задолженность перед ними в общей сумме 1 138 375,13 рублей сформировалась на 05.07.2019.

Всего за указанный период у общества сформировалась кредиторская задолженность порядка 40 млн. рублей, которую должник не погасил ни в указанные даты, ни позже. При этом, платежи в адрес ИП ФИО1 по оспариваемому договору были произведены предоплатой в полном размере.

Принимая во внимание все установленные по делу обстоятельства, а именно: наличие у должника неисполненных обязательств в значительном объеме на момент совершения сделок, отсутствие экономической целесообразности заключения договора, недоказанность факта оказания услуг, а также представление доказательств, имеющих признаки их составления не в дату подписания (во всех отчетах об оказанных услугах, датированных с 01.11.2017 по 30.06.2019, стоит подпись ФИО7 по доверенности, выданной 09.06.2021), суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что стороны действовали с намерением причинить вред кредиторам.

Проанализировав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 10, 168, пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, пришел к обоснованному выводу о том, что стороны данной сделки не имели намерений на исполнение договора, их действия носили формальный характер, действительной целью данной сделки являлся вывод имущества должника и недопущение возможности обращения на него взыскания, что в свою очередь свидетельствует о наличии у рассматриваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, и доказанности совокупности условий для признания ее недействительной (ничтожной) по основанию мнимости.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 ГК РФ и статьей 61.6 Закона о банкротстве, согласно которым при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании приведенных правовых норм и разъяснений, суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности в виде взыскания с ИП ФИО1 в пользу ООО «Промсвязьавтоматизация» 2 948 000 рублей.

Доводы апелляционной жалобы фактически содержат лишь несогласие ФИО1 с выводами суда первой инстанции и с трактовкой судом первой инстанции действующего законодательства. Вместе с тем, выводы суда первой инстанции обоснованы и законны, суд апелляционной инстанции оснований для их переоценки не усматривает.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену оспариваемого акта (часть 4 статьи 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании статьи 110 АПК РФ, судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на ФИО1

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 27.11.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-25850/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий                                                                   Е.В. Кудряшева

 

Судьи                                                                                                 А.Ю. Сбитнев

 

                                                                                                            Н.Н. Фролова