ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А62-2843/2024

20АП-355/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 13.03.2025

Постановление изготовлено в полном объеме 21.03.2025

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Девониной И.В., судей Волошиной Н.А., Волковой Ю.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Никматзяновой А.А.,

при участии в судебном заседании: представителя KOMERCNI BANKA A.S. – ФИО1 (паспорт, доверенность от 19.04.2024), ФИО2 (паспорт, доверенность от 19.04.2025), ФИО3 (паспорт, доверенность от 19.04.2024). представителя ПАО «Дорогобуж» - ФИО4 (паспорт, копия диплома, доверенность от 20.09.2022), ФИО5 (паспорт, копия диплома, доверенность от 29.12.2023),

рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом путем использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), апелляционную жалобу KOMERCNI BANKA A.S. PRAHA 1, NA PRIK.OPE 33 СР. 969, PSC 114 07, ID. NO.: 453 17 054, CZECH REPUBLIC (КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК, ЧЕШСКАЯ РЕСПУБЛИКА, ПРАГА, НА ПРИКОПЕ 33 СП. 969, ПСС 114 07, ИД № 453 17 054) на решение Арбитражного суда Смоленской области от 04.12.2024 по делу № А62-2843/2024, принятое по исковому заявлению публичного акционерного общества «Дорогобуж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к KOMERCNI BANKA A.S. PRAHA 1, NA PRIK.OPE 33 СР. 969, PSC 114 07, ID. NO.: 453 17 054, CZECH REPUBLIC (КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК, ЧЕШСКАЯ РЕСПУБЛИКА, ПРАГА, НА ПРИКОПЕ 33 СП. 969, ПСС 114 07, ИД № 453 17 054),

 третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество «ЮниКредит Банк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 77I0030411), о взыскании задолженности по банковским гарантиям в размере 1 095 778,29 Евро. 

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Дорогобуж» (далее – истец, бенефициар) обратилось в Арбитражный суд Смоленской области с исковым заявлением к KOMERCNI BANKA A.S. PRAHA 1, NA PRIK.OPE 33 СР. 969, PSC 114 07, ID. NO.: 453 17 054, CZECH REPUBLIC (КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК, ЧЕШСКАЯ РЕСПУБЛИКА, ПРАГА, НА ПРИКОПЕ 33 СП. 969, ПСС 114 07, ИД № 453 17 054) (далее – ответчик, Гарант, Коммерческий банк)   о взыскании задолженности по банковским гарантиям в размере   1 095 778,29 Евро.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено акционерное общество  «ЮниКредит Банк».

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 04.12.2024 взыскано с KOMERCNI BANKA A.S. PRAHA 1, NA PRIK.OPE 33 СР. 969, PSC 114 07, ID. NO.: 453 17 054, CZECH REPUBLIC (КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК, ЧЕШСКАЯ РЕСПУБЛИКА, ПРАГА, НА ПРИКОПЕ 33 СП. 969, ПСС 114 07, ИД № 453 17 054) в пользу публичного акционерного общества «Дорогобуж» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) задолженность по банковским гарантиям в размере   1 095 778,29 Евро, а также 200 000 руб. в возмещение судебных расходов.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, KOMERCNI BANKA A.S. PRAHA 1, NA PRIK.OPE 33 СР. 969, PSC 114 07, ID. NO.: 453 17 054, CZECH REPUBLIC (КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК, ЧЕШСКАЯ РЕСПУБЛИКА, ПРАГА, НА ПРИКОПЕ 33 СП. 969, ПСС 114 07, ИД № 453 17 054) обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое решение. 

В обоснование своей позиции заявитель ссылается на то, что суд первой инстанции неверно определил право, подлежащее применению к отношениям между Дорогобужем и чешским Коммерческим банком. Суд первой инстанции применил нормы российского права, хотя согласно условиям Банковских гарантий и в результате применения российских коллизионных норм Банковские гарантии регулируются правом Чешской Республики. 

Указывает, что суд первой инстанции ошибочно установил наличие у него исключительной компетенции на рассмотрение настоящего спора, неверно применил положения статьи 248.1 АПК РФ и пришел к не подтвержденному материалами дела выводу о том, что у Дорогобужа отсутствует доступ к правосудию на территории Чехии. 

По мнению заявителя, суд первой инстанции не дал правовой оценки ни одному из шести доводов Коммерческого банка о том, что Требования не соответствуют условиям Банковских гарантий. Каждый из перечисленных Коммерческим банком недостатков Требований подтверждается материалами дела и даже по отдельности влечет отсутствие оснований для выплат по Требованиям в силу принципа строгого соответствия.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2025 произведена замена председательствующего судьи Тучковой О.Г. на судью Девонину И.В., в автоматизированном режиме.

От ПАО «Дорогобуж» поступил отзыв на апелляционную жалобу, приобщенный к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

В судебном заседании представитель KOMERCNI BANKA A.S. – ФИО1 поддержал апелляционную жалобу, просил решение суда отменить, представители ПАО «Дорогобуж» - ФИО4 и ФИО5 возражали относительно апелляционной жалобы, просили решение суда оставить без изменения. 

Определением суда от 18.02.2025 судебное заседание отложено.

В связи с обстоятельствами, предусмотренными статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с пунктом 37 Регламента арбитражных судов, утверждённого постановлением Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 7 от 05.06.1996 произведена замена судьи Макосеева И.Н. на судью Волкову Ю.А.

От ПАО «Дорогобуж» поступили дополнения к отзыву, от KOMERCNI BANKA A.S. поступили письменные пояснения.

Представители KOMERCNI BANKA A.S. – ФИО1, ФИО2, ФИО3 поддержали апелляционную жалобу, просили решение суда отменить. 

Представители ПАО «Дорогобуж» - ФИО4 и ФИО5 возражали относительно апелляционной жалобы, просили решение суда оставить без изменения. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, что между публичным акционерным обществом «Дорогобуж» и компанией ONDRSTROJ ENGINEERING s.r.o. (далее также – принципал, продавец) был заключен контракт №  203/00203815/126681 от 21.05.2021 (далее по тексту - контракт) на поставку парового котла с вспомогательным оборудованием, комплектом запасных частей и иными товарами (далее по тексту - товар) на условиях поставки DAP (Инкотермс 2020), Дорогобуж, Российская Федерация и оказанию услуг.

Согласно п.3.1 контракта общая стоимость контракта устанавливается в Евро (EUR), кроме платежей, перечисляемых в бюджет РФ в соответствии с подпунктом 3.2.2. контракта, которые осуществляются в рублях РФ.

Общая стоимость  контракта составляет 2 274 959,76 EUR, в том числе НДС в сумме 16,770,00 (Шестнадцать тысяч семьсот семьдесят и 00/100) EUR и состоит из цены Котла в сумме 2 174 339,76 EUR,  в  цену Котла включены стоимость Документации, включая ее  разработку, стоимость упаковки, маркировки, погрузки, страховки и доставки в место поставки.

Разделом 5 Контракта предусмотрено, что оплата Товара по Контракту производится путем открытия безотзывного документарного аккредитива.

В соответствии с Соглашением № 001/0406L/19 об общих условиях предоставления револьверной линии для осуществления документарных операций от 20.09.2019 года, ПАО «Дорогобуж» является аппликантом по выпущенному АО «ЮниКредит Банк» аккредитиву № 00171-01-0135180 в пользу продавца с условиями отложенного платежа в 2023, 2024 и 2025 годах.

В обеспечение надлежащего исполнения продавцом его обязательств перед истцом, на основании пунктов 5.1.1 и 5.1.2 контракта по поручению продавца ответчиком -KOMERCNI BANKA A.S. были выданы банковские гарантии возврата авансовых платежей №  2110040029 от 28.06.2021 года на сумму 658 293,45  Евро и  №  2110760029 от 13.09.2021 года на сумму 437 484,84 Евро.

Согласно указанным банковским гарантиям ответчик (гарант) принял на себя обязательство уплатить истцу (бенефициару) незамедлительно и без возражений, в безотзывном и безусловном порядке денежную сумму после получения от истца первого письменного требования об ее уплате.

В силу условий банковских гарантий, требование бенефициара об уплате денежной суммы по гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту, содержать идентификационные данные клиента (продавца), контракта и невыполненное обязательство по контракту.

Кроме того, условиями предусмотрено, что банковские гарантии регулируются (подчиняются) Унифицированным правилам для гарантий по требованию (редакция 2010 года, публикация Международной торговой палаты №758, далее - Унифицированные правила).

Условиями контракта (раздел 4) установлен срок поставки товара - не позднее 18.04.2022 года.

В нарушение принятых на себя обязательств, продавец не исполнил обязательства по поставке товара, сославшись в письме от 01.06.2022 № L-ZA-2539-OSE-DRG на возникновение форс-мажорных обстоятельств, подтверждаемых сертификатом № 70С/5000/2022 о возникновении форс-мажорных обстоятельств, выданным 27.05.2022 года Экономической палатой Чешской Республики, а также на меры ограничительного характера, принятыми Европейским Советом, в том числе, включение 08.04.2022 гражданина Вячеслава Кантора - конечного бенефициара ПАО «Дорогобуж», в санкционный список ЕС согласно Регламенту; Совета (ЕС) № 269/2017 от 17.03.2014, а также запрет на экспорт товара, являющегося предметом договора, в Российскую Федерацию согласно Регламенту Совета (ЕС) № 833/2014 от 31.07.2014 года.

В связи с неисполнением обязательств по поставке товара, ПАО «Дорогобуж» обратилось к Гаранту с требованием об уплате денежных сумм в размере 658 293,45 Евро по банковской гарантии № 2110040029 от 28.06.2021 года и уплате денежной суммы в размере 437 484,84 Евро по банковской гарантии  № 2110760029 от 13.09.2021 года.

Требования об уплате денежных средств в установленный пятидневный срок ответчик не удовлетворил, а направил в адрес истца уведомления об отклонении требований по гарантиям № 2110040029 и №  2110760029.

Не согласившись с формальными основаниями отклонения требований, изложенными в уведомлениях, ПАО «Дорогобуж» направило претензионные письма в адрес гаранта с приведением доводов об их необоснованности.

Досудебная претензия от 26.02.2024 года также оставлена гарантом без ответа и удовлетворения.

Неудовлетворение требований ПАО «Дорогобуж» по возврату авансовых платежей в рамках выданных банковских гарантий послужило основанием для предъявления настоящего искового заявления.

Не признавая исковые требования, ответчиком в суде первой инстанции заявлено ходатайство о прекращении производства по настоящему делу в связи с отсутствием у суда компетенции на рассмотрение спора между истцом и Коммерческим банком.

В обоснование доводов указав, что между Коммерческим банком и истцом достигнуто соглашение о подсудности, которое предусматривает разрешение споров судом по месту нахождения Коммерческого банка (Чехия).

Как указано истцом в исковом заявлении, Банковские гарантии регулируются Унифицированными правилами для гарантий по требованию, включая типовые формы (URDG 758) в редакции 2010 года («Унифицированные правила»).

Указание в Банковских гарантиях на применение Унифицированных правил не являлось односторонней волей Коммерческого банка, а, напротив, было согласовано с истцом и определено в Приложении 15 к контракту между Дорогобужем и Ondrstroj Engineering s.r.o. («Контракт»), в котором он предусмотрел, что подлежащие выдаче банковские гарантии должны подчиняться Унифицированным правилам.

В соответствии с пунктом (а) статьи 35 Унифицированных правил любой спор между гарантом и бенефициаром в отношении гарантии подлежит разрешению исключительно компетентным судом страны местонахождения отделения гаранта, выдавшего эту гарантию, если в гарантии не предусмотрено иное. Поскольку Банковские гарантии не содержат указания о применении иного правила, действует общее правило пункта (а) статьи 35 Унифицированных правил.

Поскольку истец прямо согласовал текст Банковских гарантий и предусмотрел применение Унифицированных правил, содержащих положения о подсудности, а Коммерческий банк выдал Банковские гарантии на этих условиях, между Коммерческим банком и истцом есть пророгационное соглашение, согласно которому споры в отношении Банковских гарантий подлежат рассмотрению по месту нахождения Коммерческого банка, то есть в Чехии. Банковские гарантии регулируются чешским правом.

По мнению ответчика у суда отсутствует исключительная компетенция на рассмотрение настоящего спора на основании статьи 248.1 АПК РФ.

Коммерческий банк не согласен с доводами о наличии оснований для применения статьи 248.1 АПК РФ: в отношении настоящего спора не выполняются условия части 1 статьи 248.1 АПК РФ, поскольку в отношении истца ограничительные меры отсутствуют, соглашение о выборе подсудности, заключенное между Коммерческим банком и истцом, исключает применение части 1 статьи 248.1 АПК РФ.

Кроме этого, указал на нарушение со стороны истца порядка и срока предъявления требований об исполнении обязательств, предусмотренных банковскими гарантиями.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

Как установлено выше, в обеспечение надлежащего исполнения продавцом его обязательств перед истцом, на основании пунктов 5.1.1 и 5.1.2 контракта по поручению продавца ответчиком - KOMERCNI BANKA A.S. были выданы банковские гарантии возврата авансовых платежей №  2110040029 от 28.06.2021 года на сумму 658 293,45  Евро и  №  2110760029 от 13.09.2021 года на сумму 437 484,84 Евро.

Согласно указанным банковским гарантиям ответчик (гарант) принял на себя обязательство уплатить истцу (бенефициару) незамедлительно и без возражений, в безотзывном и безусловном порядке денежную сумму после получения от истца первого письменного требования об ее уплате.

Предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство (статья 370 Гражданского кодекса Российской Федерации). Независимость банковской гарантии от основного обязательства обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 названного Кодекса), а также отсутствием права гаранта отказать в выплате при предъявлении к нему повторного требования (пункт 2 статьи 376 данного Кодекса).

В предмет доказывания по делу по иску бенефициара к гаранту входит проверка судом соблюдения истцом (бенефициаром) порядка предъявления требований по банковской гарантии с приложением указанных в гарантии документов и указанием на нарушение принципалом основного обязательства.

В связи с неисполнением обязательств по поставке Товара, у ПАО «Дорогобуж» возникло право для обращения к Гаранту с требованием об уплате денежных сумм по банковским гарантиям. Истец, до истечения срока действия банковских гарантий, обратился с соответствующими требованиями к Ответчику об уплате денежной суммы в размере 658293,45  Евро по банковской гарантии N 2110040029 от 28.06.2021 года и уплате денежной суммы в размере 437484,84 Евро по банковской гарантии N 2110760029 от 13.09.2021 года.

Статьей 20 Унифицированных правил предусмотрено, что гарант должен в течение пяти рабочих дней, следующих за днем представления требования, определить, является ли требование по независимой гарантии надлежащим. Когда гарант установит, что требование является надлежащим, он обязан платить.

Согласно пункту «а» ст. 24 Унифицированных правил гарант вправе отклонить требование, если оно является ненадлежащим. При этом гарант в силу п. «б» ст. 24 Унифицированных правил обязан направить лицу, предъявившему требование, одно единственное уведомление с указанием на то, что гарант отклоняет требование, а также на каждое расхождение, на основании которого гарант отклоняет требование.

В соответствии с п. «С» ст. 24 Унифицированных правил при не направлении уведомления об отклонении требований, соответствующего требованиям п.п, «б» и «е» ст. 24 Унифицированных правил, гарант лишается права ссылаться на то, что требования и любые связанные с ними документы не являются надлежащими требованиями.

Согласно условиям банковских гарантий (т. 2 л.д. 49-52, 56-59) удовлетворение требований должно быть совершено по первому письменному требованию, которое должно соответствовать всем условиям гарантий и должно содержать письменное заявление о том, что не выполнены обязательства по договору. Требование должно содержать идентификационные данные клиента, договора и невыполненного обязательства по договору. Подписи на требовании должны быть заверены банком (третьим лицом) как подлинные и имеющие обязательную юридическую силу для бенефициара. Требование должно быть доставлено  в бумажном варианте в оригинале  не позднее даты истечения срока действия гарантий (до 15.06.2022). Требование также может быть принято, если оно будет передано ответчику в полной формулировке в форме кодированного сообщения по системе СВИФТ через банк (третье лицо) с подтверждением того, что последний переслал курьерской службой в адрес ответчика оригинал требования. Дата получения аутентифицированного СВИФТа будет считаться датой представления требования по спорным гарантиям.

В силу пункта 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», а также постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.10.2010 № 6040/12 толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, являющееся профессионалом в соответствующей сфере, требующей специальных познаний. Поскольку банк является субъектом, осуществляющим профессиональную деятельность на финансовом рынке, толкование условий банковской гарантии должно осуществляться в пользу бенефициара в целях сохранения обеспечения обязательства.

Вопреки доводам ответчика, с учетом представленных в материалы дела доказательств (т. 4 л.д. 32-35), суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что требования бенефициара, а также приложенные к ним документы соответствуют условиям банковской гарантии, а  также порядку предъявления их в адрес ответчика посредством СВИФТ-сообщения, с последующим досылом в адрес ответчика оригиналов посредством курьерской почты, до истечения сроков действия гарантий.

В связи с чем у ответчика возникла обязанность относительно исполнения требований бенефициара об уплате денежных средств в установленный пятидневный срок, которую ответчик не исполнил.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования о взыскании суммы долга по банковским гарантиям в общем размере 1 095 778 29 Евро.

По смыслу п. "a" ст. 5 Правил N 758, гарантия по своей природе не зависит от основной сделки и заявления, а гарант никоим образом не связан и не ограничен такими сделками.

При этом, согласно ст. 2 Правил N 758, под заявлением понимается запрос на выдачу гарантии. В Руководстве к правилам, опубликованным за номером 702 Международной торговой палатой (далее - Руководство к правилам), при толковании нормы п. "a" ст. 5 Правил N 758, отдельно обращено внимание на то, что независимость обязательства по гарантии является основополагающим принципом данного вида обязательства. Гарантия представляет собой абстрактное платежное обязательство, независимое от основного договора или других отношений, на которых оно основано.

В п. "a" ст. 5 Правил N 758 также указано, что обязательство гаранта платить по гарантии не зависит от требований или возражений, вытекающих из каких-либо отношений помимо отношений между гарантом и бенефициаром.

В Руководстве к правилам указанная норма разъясняется таким образом, что гарант не имеет права принимать во внимание внешние факты, наступление которых не указано в гарантии.

Гарант должен исполнить требование, даже если между заявителем и бенефициаром не существовало основного договора или если предполагаемый договор между ними был недействителен.

В развитие принципа независимости обязательства из гарантии, в ст. 6 Правил N 758 указано, что гаранты имеют дело с документами, а не с товарами, услугами или работами, к которым документы могут иметь отношение.

При толковании указанного положения в Руководстве к правилам указано, что гарант не вправе устанавливать обстоятельства исполнения обеспечиваемого обязательства, а должен проверить исключительно формальное соответствие представленных документов установленным требованиям.

Как обоснованно указано судом, основанием для предъявления требования по банковской гарантии является отказ поставщика исполнять обязанности по договору поставки и возвратить денежные средства ссылаясь на меры ограничительного характера.

На основании вышеизложенных обстоятельств, суд делают правильный вывод о том, что у ответчика отсутствуют правовые основания для отказа от исполнения обязанности по банковской гарантии.

Утверждение Ответчика об отсутствии полной формулировки требования и указание на то, что полный текст требования не передан в аутентифицированном СВИФТ-сообщении в соответствии с условиями гарантии, не подтверждено доказательствами.

Проанализировав довод ответчика, о том, что у суда отсутствует исключительная компетенция на рассмотрение настоящего спора, оценив материалы дела в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у него исключительной компетенции на рассмотрение настоящего спора в соответствии с ч. 4 ст. 248.1 АПК РФ.

В соответствии с пунктами 1 и 5 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что:

- в производстве арбитражного суда, суда общей юрисдикции, третейского суда имеется дело по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям;

- имеется соглашение сторон о рассмотрении данного спора третейским судом, если любая из сторон не позднее дня представления своего первого заявления по существу спора в арбитражном суде первой инстанции заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде, за исключением случаев, если арбитражный суд установит, что это соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено.

В соответствии с частью 2 статьи 247 АПК РФ арбитражные суды в Российской Федерации рассматривают экономические споры и другие дела, связанные с предпринимательской и иной экономической деятельностью с участием иностранных лиц и отнесенные в соответствии со статьями 248 и 248.1 АПК РФ к их исключительной компетенции.

Вопросы исключительной компетенции российских арбитражных судов по спорам с участием лиц, в отношении которых иностранные публично-правовые образования применили меры ограничительного характера, урегулированы статей 248.1 АПК РФ. 

Согласно части 1 этой статьи отсутствие между сторонами арбитражного соглашения (арбитражной оговорки) относит спор между ними к исключительной компетенции российских арбитражных судов.

В то же время согласно части 4 этой статьи к исключительной компетенции арбитражных судов в Российской Федерации относятся также и дела, если подобное соглашение не исполнимо по причине применения в отношении одного из лиц, участвующих в споре, мер ограничительного характера иностранным публично-правовым образованием, создающим такому лицу препятствия в доступе к правосудию. По смыслу названной нормы само по себе применение мер ограничительного характера уже создает российской стороне препятствия в доступе к правосудию, в силу чего для перевода спора под юрисдикцию российских арбитражных судов достаточно ее одностороннего волеизъявления, выраженного в процессуальной форме.

Отсутствие необходимости в обязательном порядке доказывать влияние ограничительных мер на возможность исполнения арбитражной оговорки подтверждается и использованным законодателем способом изложения пункта 4 части 2 статьи 248.2 АПК РФ, согласно которому обстоятельства, подтверждающие невозможность исполнения арбитражной оговорки, указываются заявителем при их наличии. Такая редакция этой нормы подчеркивает факультативность доказывания этих обстоятельств.

Процессуальный закон дополнен статьями 248.1 и 248.2 Федеральным законом от 08.06.2020 № 171-ФЗ «О внесении изменении в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации в целях защиты прав физических и юридических лиц в связи с мерами ограничительного характера, введенными иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза». Из пояснительной записки к проекту данного федерального закона следует, что цель принятия указанных норм заключалась в установлении гарантии обеспечения прав и законных интересов отдельных категории граждан Российской Федерации и российских юридических лиц, в отношении которых недружественными иностранными государствами были введены меры ограничительного характера, поскольку подобные меры фактически лишают их возможности защищать свои права в судах иностранных государств, международных организациях или третейских судах, находящихся за пределами территории Российской Федерации.

Таким образом, из системного толкования приведенных правовых норм и с учетом целей законодательного регулирования следует, что сам по себе факт введения в отношении российского лица, участвующего в споре в международном коммерческом арбитраже, который находится за пределами территории Российской Федерации, мер ограничительного характера, предполагается достаточным для вывода об ограничении доступа такого лица к правосудию.

Ограничительные меры имеют, во-первых, личный характер, т.е. адресованы конкретному лицу персонально, а во-вторых, публичный характер, то есть общеобязательны и основаны на силе и авторитете публичной государственной власти. Введение иностранными государствами ограничительных мер (запретов и персональных санкции) в отношении российских лиц поражает их в правах как минимум репутационно и тем самым заведомо ставит их в неравное положение с иными лицами. В таких условиях вполне оправданны сомнения в том, что спор с участием лица, находящегося в государстве, применившем ограничительные меры, будет рассмотрен на территории иностранного государства, также применившего ограничительные меры, с соблюдением гарантии справедливого судебного разбирательства, в том числе касающихся беспристрастности суда, что составляет один из элементов доступности правосудия.

Названная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2021 № 309-ЭС21-6955(1-3) и неоднократно поддерживалась российскими судами в рамках иных дел (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.02.2023 № Ф05-35601/2022 по делу № А40-98865/2022, Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31.01.2023 № Ф01-6970/2022 по делу № А28-6575/2022 и др.).

Таким образом, с учетом приведенных разъяснении, сам по себе факт введения в отношении российского лица, участвующего в споре в международном коммерческом арбитраже, который находится за пределами территории Российской Федерации, мер ограничительного характера, является достаточным для вывода об ограничении доступа такого лица к правосудию и о наличии в соответствии с частью 4 статьи 248.1 АПК РФ у арбитражных судов в Российской Федерации исключительной компетенции на рассмотрение споров, связанных с участием такого лица.

Согласно части 2 статьи 248.1 АПК РФ в целях главы 32 АПК РФ к лицам, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера, относятся:

1) граждане Российской Федерации, российские юридические лица, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера;

2) иностранные юридические лица, в отношении которых иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза применяются меры ограничительного характера и основанием для применения таких мер являются ограничительные меры, введенные иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза в отношении граждан Российской Федерации и российских юридических лиц.

Согласно пп. (b) п. 1 ст. 11 Регламента ЕС, никакие требования, возникшие в связи с каким-либо контрактом или сделкой, исполнение которых было затронуто, напрямую или опосредованно, в целом или частично мерами, введенными в соответствии с настоящим Регламентом, в том числе требования о возмещении убытков или любые иные требования подобного рода, такие как требования о компенсации или требования в рамках обеспечения, а именно требование об увеличении срока или о погашении (выплате) гарантии, поручительства или соглашения о возмещении потерь, в частности, финансовой гарантии или финансовой гарантии от убытков, в любой формулировке не могут быть удовлетворены, если они предъявлены любыми другими российскими физическими, юридическими лицами или организациями.

Таким образом, на истца как на российскую организацию распространяются названные ограничения – следовательно, он является лицом, в отношении которого применяются меры ограничительного характера по смыслу главы 32 АПК РФ, и на него распространяются положения части 4 статьи 248.1 АПК РФ.

Судом правомерно учтен факт введения в отношении Российской Федерации ограничительных мер санкционного характера со стороны ряда иностранных государств, что напрямую препятствует в доступе к правосудию ее резидентов, спор подлежит отнесению к юрисдикции российского арбитражного суда (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.06.2024 г.  № А40-225128/2023).

В качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании статьи 10 ГК РФ (пункт 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 N 27 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии").

Между тем в материалах настоящего дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о недобросовестном поведении Общества и злоупотреблении им правом, и гарант в силу независимости банковской гарантии не вправе оценивать обстоятельства, указанные в требовании о выплате Гарантии, следовательно, суд первой инстанции сделал правомерный вывод об обоснованности иска и на законном основании удовлетворили его.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить судебный акт в обжалуемой части, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Смоленской области от 04.12.2024 по делу № А62-2843/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи

И.В. Девонина

Н.А. Волошина

Ю.А. Волкова