СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                  Дело № А45-28028/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  17 июня 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                  Логачева К.Д.,

судей                                                                  Дубовика В.С.,

                                                                            Михайловой А.П., 

при ведении протокола судебного заседания  секретарем судебного заседания Бакаловой М.О., с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1 (№07АП-12035/2022 (8)), ФИО2 (№07АП-12035/2022 (9)) на определение от 08.04.2024 Арбитражного суда Новосибирской области (судья М.В. Бродская) по делу № А45-28028/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (г. Новосибирск), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 об оспаривании сделок.

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1, лично,

от финансового управляющего: ФИО4, доверенность от 23.01.2024.

УСТАНОВИЛ:

решением от 28.06.2023 Арбитражного суда Новосибирской области должник - ФИО1, признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО3. 

05.07.2023 финансовый управляющий обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения об уступки прав требования (Цессии) от 31.05.2021, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Промо» (ИНН 

<

***>), и применении последствий недействительности сделки в виде восстановления задолженности по Договору займа № б/н от 14.09.2020 (в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 20.02.2021), заключенного с заемщиком - ФИО2 перед должником - ФИО1 (займодавец).

Определением от 08.04.2024 Арбитражного суда Новосибирской области заявление финансового управляющего должника ФИО3 удовлетворено: признано недействительным соглашение об уступки прав требования (Цессии) от 31.05.2021, заключенное между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Промо» (ИНН 

<

***>). Применены последствия недействительности ничтожной сделки: восстановлена задолженность по Договору займа № б/н от 14.09.2020 (в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 20.02.2021), заключенного с заемщиком - ФИО2 перед должником - ФИО1 (займодавец).

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 и ФИО2 обратились в апелляционный суд с жалобами, в которых просят обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. 

Апелляционные жалобы мотивированы тем, что судом при рассмотрении спора была применена норма права, неподлежащая применению, а именно статья 170 ГК РФ (мнимость сделки), и не была применена норма права, подлежащая применению, а именно статья 61.2 Закона о банкротстве. Сделка была признана судом недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ, как мнимая сделка. В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Применяя положения ст. 170 ГК РФ, судебные инстанции не учли, что признание сделки недействительной в обоих случаях возможно, если недобросовестно в обход закона действуют обе стороны сделки, либо обе стороны сделки совершают ее лишь для вида без намерения создать ее реальные последствия. Вынесенное решение суда основано на ненадлежащих доказательствах – копиях двух расписок к Договору займа № б/н от 14.09.2020 ФИО2, на суммы 3 725 000 рублей и 5 350 000 рублей датированные 14.09.2020 и 20.02.2021, приобщенных в материалы дела по ходатайству АО «Банк Интеза». Данные фиктивные документы-доказательства, подтверждают действительность обязательств заемщика – ФИО2 по Договору займа № б/н от 14.09.2020. суд первой инстанции не только не исключил копии расписок из доказательств по делу, но и вынес свое решение, основываясь на этих расписках, как надлежащих доказательствах, действительности обязательств по Договору займа. В том числе, в нарушение ст. 161 АПК РФ, не рассмотрел, как это требует закон, заявление о фальсификации ФИО2 Обжалуемое определение основано на выборочной (по усмотрению финансового управляющего) преюдиции фактов, установленных ранее в решении от 23.06.2022 Арбитражным судом Новосибирской области в деле № А45-13452/2022, что не соответствует законодательству и обстоятельствам судопроизводства. Сам факт наличия настоящего обособленного спора о признании недействительным Соглашения об уступки прав требования (Цессии) от 31.05.2021г., является основанием утверждать, что в деле № А45-13452/2022, судом не оценивалась недействительность Соглашения об уступки прав требования (Цессии) от 31.05.2021г. и недействительность предмета этого соглашения – Договора займа № б/н от 14.09.2020г. (недействительность обязательств по нему).

В отзыве на апелляционные жалобы финансовый управляющий отклонила доводы апеллянтов за необоснованностью.

ФИО1 в судебном заседании с использованием системы веб-конференции доводы апелляционных жалоб поддержал по изложенным в них основаниям, представитель  финансового управляющего против удовлетворения апелляционной жалобы возражала.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Податели апелляционных жалоб представили заявления о фальсификации доказательств – двух расписок к договору займа, заявили ходатайства о проведении судебной экспертизы давности создания документа.

Заявления о фальсификации доказательств с ходатайством о назначении экспертизы не подлежат удовлетворению судом, исходя из следующего.

Применительно к статье 161 АПК РФ заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

В силу части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает не только относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, но и достаточность, и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Факт фальсификации доказательств устанавливается в рамках судебного разбирательства.

Содержание статьи 161 АПК РФ определяет, что арбитражный суд может вынести законное и обоснованное решение только на основе достоверных доказательств, в связи с чем, нормами данной статьи для арбитражного суда установлен ряд обязанностей.

Так, суд обязан приступить к совершению процессуальных действий, направленных на предотвращение использования фальсифицированных доказательств.

Пунктом 3 статьи 161 АПК РФ не устанавливает конкретный перечень способов проверки судом заявления о фальсификации доказательства. Однако по смыслу указанной нормы, способы проверки заявления судом определяются исходя из того, в чем заключается характер подложности документа, о фальсификации которого заявлено.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ для проверки достоверности заявления о фальсификации суд может принять любые, предусмотренные законом меры.

Фактически проверка заявления о фальсификации доказательства сводится к оценке оспариваемых доказательств до принятия окончательного судебного акта по делу.

Суд первой инстанции, оценив в совокупности и взаимной связи представленные документы, а также пояснения и доводы участвующих в деле лиц, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о фальсификации.

Суд апелляционной инстанции, в совокупности оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, также не усмотрел оснований для удовлетворения заявленного ходатайства в суде апелляционной инстанции.

Коллегия судей отмечает, что по смыслу действующего процессуального законодательства, фальсификация доказательств может быть направлена на создание видимости правоотношений, обоснование несуществующих обязательств и иных целей, направленных на введение суда в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела, что может привести к вынесению незаконного решения, которым одна из сторон получит необоснованную выгоду.

В данном случае анализ фактических обстоятельств, действий сторон в ранее рассмотренных спорах, подтверждающих реальность правоотношений сторон, установленных на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, лишает заявление о фальсификации какого-либо процессуального значения.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. 

Из части 2 статьи 64 АПК РФ следует, что заключение эксперта является судебным доказательством. 

В соответствии с частью 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. 

В соответствии с частью 1 статьи 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 9, 41, 64, 65, 71, 82, 159, 268 АПК РФ, также не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных ходатайств о назначении по делу экспертизы.

Подателями апелляционных жалоб заявлены ходатайства об отложении судебного разбирательства в связи с состоянием здоровья ФИО2 и намерением представить оригиналы расписок, которые необходимы для проведения экспертизы.

Апелляционный суд оставляет без удовлетворения ходатайства об отложении рассмотрения дела исходя из следующего.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

На основании части 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Следовательно, отложение судебного разбирательства является правом суда, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела. При этом приведенные в обоснование заявленного стороной ходатайства об отложении рассмотрения дела доводы оцениваются судом с точки зрения необходимости и уважительности.

Явка сторон по данному делу не признана обязательной, участники процесса вправе реализовать свои процессуальные права в порядке статьи 41 АПК РФ, в том числе посредством представления письменных пояснений, которые в соответствии со статьей 64 АПК РФ признаются доказательствами, подлежащими оценке судом наравне с иными доказательствами. Истец не представил доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих о невозможности рассмотрения дела в его отсутствие, а также доказательств состояния здоровья, препятствующего участию в судебном заседании.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзыва на них, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что отсутствие доказательств реального исполнения обязательств по оплате за уступленное ООО «ПРОМО» (цессионарий) право, являющегося заинтересованным лицом по отношению к должнику, заключение сделки в период неплатежеспособности должника с заинтересованным лицом, повлекшее причинение вреда кредиторам должника, свидетельствует о наличии оснований, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а так же о том, что оспариваемое соглашение является мнимой сделкой, совершенной со злоупотреблением правом и с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника путем вывода им имущества из конкурсной массы.

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы арбитражного суда первой инстанции, в связи с чем, отклоняет доводы апелляционных жалоб, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)». 

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ). 

По правилам пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В статье 1 ГК РФ отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

 Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. 

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. 

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны. 

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ. 

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или  кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов. 

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 ГК РФ, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделок недействительными. 

На основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

 В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 25), при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В силу пункта 4 статьи 1 Кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

По смыслу статьи 170 ГК РФ мнимость сделки устанавливается на момент заключения данной сделки, юридически значимым обстоятельством для признания сделки мнимой является отсутствие у нее основания, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки. 

Совершая мнимую сделку, стороны хотят создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. Дефект мнимой сделки как раз и проявляется в отсутствии направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

В пункте 86 постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, однако это не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Кодекса. 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. 

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. 

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. 

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)». 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В соответствии с пунктами 5 и 6 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (применительно к этому обстоятельству законодательство о банкротстве вводит ряд презумпций, в силу которых наличие указанной цели предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, совершение сделки в отношении заинтересованного лица. При этом установленные абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки); 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов (при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества); 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки: при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ). 

В судебном заседании установлено, что 31.05.2021 года между должником – ФИО1 (Цедент) и ООО «ПРОМО» ИНН 

<

***> (Цессионарий) заключено Соглашение об уступки прав требования (Цессии), согласно которому: Цедент уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме все права Займодавца, в том числе право требования задолженности, принадлежащее Цеденту по Договору займа № б/н от 14.09.2020 (в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 20.02.2021 к Договору займа № б/н от 14.09.2020.), заключенные с заемщиком ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; Цедент уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме все права Залогодержателя, в том числе право обратить взыскание на предмет ипотеки, принадлежащее Цеденту по Договору ипотеки от 20.02.2021, заключенным с залогодателем ООО «СОЮЗ-10», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>. 

Финансовый управляющий заявила, что заключённый 31.05.2021 года должником – ФИО1 (Цедент) и подконтрольным Должнику лицом – ООО «ПРОМО», договор уступки прав требования задолженности по договору займа от 14.09.2020 (в редакции доп. соглашения № 1 от 20.02.2021) и права на обращение взыскания по договору ипотеки от 20.02.2021, заключенного с залогодателем ООО «СОЮЗ-10», является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 170 ГК РФ, поскольку отсутствуют доказательства встречной оплаты со стороны ООО «ПРОМО», а также при этом ещё и сделка совершена в период неплатежеспособности Должника.

Оспариваемая финансовым управляющим сделка заключена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также под действие пункта 1 статьи  61.2 Закона о банкротстве. 

Заинтересованность ООО «ПРОМО» по отношению к должнику – ФИО1, установлена определением Арбитражного суда Новосибирской области от 10.07.2023 по настоящему делу при рассмотрении заявления ООО «Промо» о включении требований в размере 113 573 149, 79 коп. в реестр требований кредиторов Должника ФИО1 

Установлено, что ООО «ПРОМО» - организация, в которой до 2016 года должник являлся учредителем. Должник сохраняет контроль над ней и в настоящее время, поскольку ФИО1 работает в ООО «ПРОМО» на должности и.о. директора, что подтверждается Приказом № 1/22-К от 17.05.2022 и установлено определением Арбитражного суда Новосибирской области от 01.02.2023 по делу № А45-28109/2022, а также доверенностью на представление интересов ООО «ПРОМО» в суде (подтверждено определением Арбитражного суда Новосибирской области от 14.02.2023 по делу № А45-28109/2022), фактом оплаты юридических услуг, оказанных ООО «ПРОМО» (установлено Заочным решением Калининского районного суда г. Новосибирска по делу № 2-2811/2021 от 22.07.2021, а также решением Центрального районного суда г. Новосибирска по делу № 2- 973/2022 от 28.03.2022, протоколом судебного заседания от 20.02.2019, представленного в дело Банком ИНТЕЗА). 

Согласно пункту 2 статьи 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Материалами дела установлено, что заключение должником ФИО1 спорного Соглашения об уступки прав требования (Цессии) от 31.05.2021 было совершено в период неплатежеспособности должника, поскольку на момент подписания данного соглашения имелись вступившие в законную силу судебные акты о взыскании с должника задолженности. 

Так, неплатежеспособность должника ФИО1 на момент заключения им Соглашения об уступки прав требования (Цессии) от 31.05.2021 с ООО «ПРОМО» подтверждена решением Калининского районного суда г. Новосибирска от 17.01.2019 по делу 2-1/2019, которым исковые требования АО «Банк Интеза» к ФИО1 о взыскании задолженности удовлетворены, взыскана солидарно с ФИО1 задолженность по кредитному договору КД № НСФ/051-1548 от 01.10.2007 в сумме 280 495,90 долларов США, в том числе основной долг 274 850,07 долларов США, проценты в размере 1 077,44 долларов США, пени в размере 4 568,39 долларов США, по договору КД № НСФ/0511-913 от 02.06.2008 - 349125,38 долларов США, из них основной долг 338 921,83 долларов США, проценты в размере 2 429,83 долларов США, пени в размере 7 773,72 доллара США, а всего 629 621,28 долларов США по курсу на день вынесения решения о взыскании задолженности с основного заёмщика — ООО «Стройтранстехнология», то есть на 09.06.2018 года, который составлял 62.668 рублей.

Суд первой инстанции правомерно отклонил доводы должника, что на дату совершения сделки он не обладал признаком недостаточности имущества, поскольку ему ещё принадлежал предмет залога, обеспечивающий его обязательства по указанным кредитным договорам перед АО «Банк Интеза» не опровергает факт прекращения исполнения должником денежных обязательств, установленных решением Калининского районного суда г. Новосибирска от 17.01.2019 по делу 2-1/2019. 

Кроме того, ни должником, ни ООО «ПРОМО» не представлено доказательств осуществления расчетов по оспариваемой сделке, из чего суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о том, что цессионарием так и не была осуществлена оплата цеденту за уступленное право требования по Договору займа № б/н от 14.09.2020 (в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 20.02.2021 к Договору займа № б/н от 14.09.2020).

Иного материалами дела не установлено. 

Согласно пунктам 2.2., 2.3. Соглашения об уступки прав требования (Цессии) от 31.05.2021г: «стоимость уступки прав, указанных в п. 1.1. настоящего Договора, составляет 10 554 230 рублей; на момент подписания настоящего Соглашения стоимость уступки прав оплачена полностью, денежные средства в размере 10 554 230 рублей Цессионарий передал Цеденту полностью, наличными денежными средствами до подписания настоящего Соглашения». 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о том, что оспариваемая сделка должника – Соглашение об уступки прав требования (Цессии) от 31.05.2021, фактически имеет безвозмездный характер, заключена в период неплатежеспособности должника с заинтересованным лицом и повлекла причинение вреда кредиторам должника, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является основанием для признания сделки недействительной.

Суд первой инстанции правомерно признал обоснованным довод финансового управляющего, что соглашение об уступке прав требования (Цессии) от 31.05.2021 направленно на вывод в процедуре банкротства или исполнительного производства из обращения взыскания на активы должника - права требования денежных средств с ФИО2, обеспеченного залогом – имущества ООО «СОЮЗ-10», указа следующее. 

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.06.2022 по делу А45-13452/2022 был удовлетворен иск ООО «Промо» к ООО «СОЮЗ 10»: суд обратил взыскание в пользу ООО «Промо» на предмет ипотеки: - нежилое здание (сооружение), площадью 63,40 кв.м., кадастровый номер 54:19:164601:1454, расположенное на земельном участке с кадастровым номером: 54:19:164601:495. Назначение: трансформаторная подстанция ТП-27х (в комплекте с технологическим оборудованием); сооружение (кабельная линия 2КЛ-10 кВ), кадастровый номер 54:00:000000:20349, по договору ипотеки от 20.02.2021, находящиеся в собственности ООО «Союз-10» (ОГРН 

<

***>) путем продажи с публичных торгов с установлением начальной продажной цены в размере 13 294 000 руб. 

При рассмотрении данного иска к участию в деле привлечены третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО1 и ФИО2. 

Указанным решением были установлены следующие обстоятельства: 

-14.09.2020 между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (займодавец) и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (заемщик) заключен договор займа № б/п от 14.09.2020 с дополнительным соглашением № 1 от 20.02.2021 к нему, согласно которому заемщик получил заемные денежные средства (кредит) в сумме 9 075 00 руб., приняв обязательства возвратить заемные средства до 31.12.2021 и уплатить проценты за кредит в размере 3 % от суммы заемных средств в месяц. 

- В обеспечение исполнения заемщиком принятых обязательств по договору займа, 20.02.2021 заключен обеспечительный договор: договор ипотеки от 20.02.2021, залогодателем по нему выступило ООО «СОЮЗ-10», ИНН 

<

***>. Договор ипотеки надлежащим образом зарегистрирован в ЕГРН. 

-31.05.2021 займодавец и залогодержатель ФИО1 уступил свои права по договору займа и договору ипотеки ООО «ПРОМО» - между ФИО1 и ООО «ПРОМО» было заключено соглашение об уступке прав требования (цессии) от 31.05.2021, в соответствии с которым произведена замена залогодержателя, а именно вместо ФИО1 залогодержателем заложенного недвижимого имущества стало ООО «ПРОМО». О данных изменениях уведомлен залогодатель (ответчик) и Заемщик. 

- Соглашение об уступке надлежащим образом зарегистрировано в ЕГРН. 29.04.2022 заемщик ФИО2 подтвердил факт не выполнения им обязательства (наличие просроченного обязательства) и размер не выполненного просроченного обязательства по состоянию на 29.04.2022. Составлен и подписан акт сверки задолженности по договору займа, которая составила 13 534 105 руб. 29.04.2022 залогодатель ООО «СОЮЗ-10» был уведомлен о невыполнении обязательства заемщиком. 

Таким образом, факт наличия задолженности ФИО2 перед ФИО1 по договору займа № б/п от 14.09.2020 с дополнительным соглашением № 1 от 20.02.2021 установлен вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.06.2022 по делу А45-13452/2022, не оспоренным никем из лиц, участвующих в деле, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно отнесся критически к заявлениям ФИО2 и ФИО1 о мнимости договора займа № б/п от 14.09.2020 и расписок, подтверждающих факт передачи денежных средств, сделанным после обращения финансового управляющего с заявлением об оспаривании соглашения об уступке прав требования (цессии) от 31.05.2021 по договору займа № б/п от 14.09.2020. 

С учетом изложенного, а также установленных ранее решением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.06.2022 по делу А45-13452/2022 обстоятельств наличия задолженности ФИО2 перед ФИО1 по договору займа № б/п от 14.09.2020,  суд первой инстанции обоснованно установил отсутствие оснований для квалификации договора займа № б/п от 14.09.2020 и к нему двух расписок ФИО2 (от 14.09.20230 на сумму 3 725 000 руб. и от 20.02.2021 на сумму 5 350 000 руб.) в качестве мнимых сделок.

Апелляционный суд отклоняет доводы апеллянтов о том, что судом приняты в качестве ненадлежащих доказательств копии двух расписок к Договору займа № б/н от 14.09.2020 ФИО2, на суммы 3 725 000 рублей и 5 350 000 рублей, датированные 14.09.2020 и 20.02.2021, а также о том, что в нарушение статьи 161 АПК РФ суд первой инстанции не рассмотрел, как это требует закон, заявление о фальсификации ФИО2

Так, по смыслу положений абзаца второго пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ. 

Исходя из этого, суд первой инстанции правомерно указал, что в решении Арбитражного суда Новосибирской области от 23.06.2023 по делу А45-12452/2022 установлено, что 29.04.2022 заемщик ФИО2 подтвердил факт не выполнения им обязательства (наличие просроченного обязательства) и размер не выполненного просроченного обязательства по состоянию на 29.04.2022, подписав акт сверки задолженности в сумме 13 534 105 руб. по договору займа от 14.09.2020. 

Следовательно, в рамках дела А45-12452/2022 ФИО2 была признана реальность сделки, в силу чего и наличие у него просроченного обязательства по договору займа от 14.09.2020. 

Таким образом, передача денежных средств по договору займа от 14.09.2020 подтверждается расписками. Задолженность по договору займа от 14.09.2020 в редакции дополнительного соглашения № 1 перед ФИО1 у ФИО2 на сумму 13 534 105 рублей подтверждается актом сверки задолженности между ФИО2 и ООО «ПРОМО» от 29.04.2022. 

Оспариваемые расписки, акт сверки задолженности от 29.04.2022, договор займа от 14.09.2020, дополнительное соглашение №1 от 20.02.2021 были представлены в суд ФИО1, как исполняющим обязанности директора ООО «ПРОМО» в рамках дела № А45-13452/2022 совместно с исковым заявлением 19.05.2022, ФИО2 был привлечен к делу в качестве третьего лица, приобщенные вышеуказанные документы им не оспаривались.

Апелляционный суд поддерживает позицию суда первой инстанции, согласно которой при действительном наличии фальсификации, у ФИО2 была возможность заявить соответствующее ходатайство в рамках дела А45-13452/2022, обжаловать судебный акт, заявить под расписку о предупреждении об уголовной ответственности за дачу ложного заявления о фальсификации, либо о совершении ФИО1 противоправных действий, однако, этого сделано не было, что свидетельствует о том, что расписки от 14.09.2020 и 20.02.2021 не являются сфальсифицированными. 

Ходатайство об истребовании оригиналов документов также правомерно признано не подлежащим удовлетворению ввиду того, что эти расписки были приобщены в материалы дела № А45- 13452/2022 самим ФИО1, именно из материалов дела и взята информация об их наличии. 

О наличии оригиналов в суде первой инстанции не заявлялось, что также препятствовало их проверке.

Суд первой инстанции, оценив в совокупности и взаимной связи представленные документы, а также пояснения и доводы участвующих в деле лиц, правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о фальсификации. Заявление о фальсификации судом рассмотрено и отклонено, суд первой инстанции не допустил нарушений норм процессуального права.

Судом первой инстанции верно отмечено, что в рамках настоящего обособленного спора финансовый управляющий оспаривает договор уступки прав требования от 31.05.2021, заключенного между должником и ООО «Промо», а не сам договор займа между должником и ФИО2 

Согласно пункту 1 статьи 390 ГК РФ передача недействительного (несуществующего) права требования влечет ответственность передающей стороны (цедента), а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право.

Исследовав представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, установив, что заключение спорного соглашения от 31.05.2021 направленно на вывод из конкурсной массы актива и сохранения контроля должника над ним, совершено с целью причинения вреда кредитору Банк «Интеза», перед которым у должника уже имелась просроченная задолженность, подтвержденная решением Калининского районного суда г. Новосибирска по делу № 2-1/2019 от 17.01.2019, что свидетельствует о злоупотреблении должником правом, а также установив отсутствие доказательств реального исполнения обязательств по оплате за уступленное ООО «ПРОМО» (цессионарий) право, являющего заинтересованным лицом по отношению к должнику, суд первой инстанции законно и обоснованно сделал вывод, что оспариваемое соглашение является также и мнимой сделкой, совершенной со злоупотреблением правом и с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника путем вывода им имущества из конкурсной массы о наличии оснований для удовлетворения заявленного требования.

Арбитражный апелляционный суд полагает, что доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Несогласие подателя жалобы с выводами суда первой инстанции не является процессуальным основанием отмены судебного акта, принятого с соблюдением норм материального и процессуального права.

На основании вышеизложенного, по результатам рассмотрения апелляционных жалоб установлено, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

С учетом определения от 10.06.2024 Арбитражного суда Новосибирской области об исправлении опечатки, суд первой инстанции судебные расходы распределил правильно.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционные жалобы не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 08.04.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-28028/2022  оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

                    Председательствующий                                                               К.Д. Логачев 

 

           Судьи                                                                                             В.С. Дубовик

 

                                                                                                                  А.П. Михайлова