ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-6100/2018

г. Челябинск

26 июня 2018 года

Дело № А47-8482/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 июня 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Бабкиной С.А., Пивоваровой Л.В.,    

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Комплексная переработка нефти» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 23.03.2018 по делу № А47-8482/2015 (судья Калитанова Т.В.).

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Комплексная переработка нефти» - ФИО2 (паспорт, доверенность от 15.06.2018).

Общество с ограниченной ответственностью «Комплексная переработка нефти» (г.Бузулук Оренбургской области, ОГРН 

<

***>. далее - истец) обратилось в арбитражный суд с иском (с учетом уточнений) к ФИО3, г.Бузулук Оренбургской области, о взыскании убытков в размере 3 485 719,74 рублей.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №3 по Оренбургской области, г.Бузулук, Оренбургской области.

Решением суда от 23.03.2018 (резолютивная часть от 15.03.2018) в удовлетворении иска отказано.

С решением суда не согласился истец, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просил решение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований.

По мнению заявителя, суд пришел к необоснованному выводу о том, что спорные документы (о фальсификации которых заявлено) представлялись в налоговый орган в копиях, в период, когда ответчик директором истца не являлся. В письме инспекции от 28.07.2017 отражено, что при проведении выездной проверки были использованы документы, представленные как самостоятельно обществом, так и имеющиеся в инспекции, полученные в рамках камеральных проверок налоговых деклараций за 2010-2012 годы, материалы встречных проверок; заверенные копии документов вручены лично директору общества ФИО4 в качестве приложений к акту выездной проверки. Из письма инспекции не следует, что документы представлялись в копиях и в период, когда ответчик не являлся руководителем. Документы (договоры, соглашения к ним) представлены истцу  налоговым органом в форме надлежащим образом заверенных копий, что следует из писем от 27.09.2017, 28.07.2017. Судом не дана оценка возражениям ответчика в отношении достоверности документов, с учетом того обстоятельства, что ответчик не представил доказательств в подтверждение своих возражений, использовал спорные документы для оценки стоимости услуг по собственной инициативе (отчет от 11.04.2016). Кроме того, по мнению подателя жалобы, судом нарушены требования пункта 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представление в суд оригинала необходимо при наличии нетождественных копий и невозможности установления подлинного содержания первоисточника с помощью других доказательств. Между тем, в дело копий документов с иным содержанием не представлялось, что не может влечь за собой исключение документов из числа доказательств. Кроме того, в удовлетворении заявления о фальсификации отказано. Выводы суда по оценке доказательств как недостоверных противоречит вступившим в силу  судебным актам по делу А47-3404/2015, в рамках которого установлено наличие заключенных договоров с дополнительными соглашениями. Апелляционная жалоба общества «СКАТ» (подписанной ФИО3) не содержит  доводов, направленных на оспаривание достоверности доказательств, используемых при проведении налоговой проверки. По мнению заявителя, суд не рассмотрел уточнение к иску, поскольку указал на отсутствие конфликта интересов, однако данный вывод противоречит приговору Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 28.05.2013, решению Арбитражного суда Оренбургской области по делу № А47-5/2013, которыми подтверждается наличие корпоративного конфликта в обществе с 30.04.2009 до 18.10.2013. Судом не дана оценка доводам истца о том, что деятельность общества систематически носила убыточный характер, сумма убытков за 2010-2012 годы составила 1 362 620 рублей, что подтверждает, по мнению подателя жалобы, что выручка предприятия от заключенных и исполненных договоров на оказание услуг не только не соответствовала рыночной стоимости оказанных услуг, но и не покрывала затраты на себестоимость оказываемых услуг. По мнению подателя жалобы, факт оказания услуг по заниженной стоимости фактически признан ответчиком в документе, именуемом дополнительные пояснения ФИО3 по обстоятельствам, изложенным в иске от 11.04.2016. При этом, пояснения ответчика относительно стоимости оказываемых услуг (с учетом того, что клиенты привлекали необходимый персонал) документально не подтверждены. 

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель истца поддержал доводы жалобы.

В приобщении отзыва ответчика на жалобу отказано ввиду непредставления доказательств заблаговременного направления отзыва в адрес лиц, участвующих в деле, и позиции истца, указавшего на не получение отзыва (жалоба принята к производству определением от 10.05.2018 с назначением к рассмотрению в заседании на 19.06.2018 (вторник), отзыв направлен 13.06.2018 в районе около 21.00, по сведениям сайта Почты России прибыло в место вручения и неудачная попытка вручения 16.06.2018 /суббота/, статьи 9, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились. 

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле. 

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, общество  «Комплексная переработка нефти» зарегистрировано 12.11.2008 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №10 по Оренбургской области.

Должностными лицами общества «Комплексная переработка нефти» (директорами) в различные периоды являлись:

- руководитель общества - ФИО3 с 13.11.2008 по 16.04.2013 (приказ № 1 от 12.11.2008);

- руководитель общества - ФИО5 с 17.04.2013 по 06.03.2014 (приказ № 2 от 17.04.2013, приказ № 3 от 07.03.2014);

- руководитель общества - ФИО4 с 06.03.2014 (приказ № 1 от 06.03.2014).

Общество фактически осуществляло перевалку, хранение, отпуск углеводородного сырья и компаундирование нефтепродуктов.

Решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 3 по Оренбургской области (далее – инспекция) №11-29/752 от 28.05.2014 при проверке правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2010 по 31.12.2012 по налогам на прибыль организации; на добавленную стоимость; на имущество организаций, транспортный налог; земельный налог; налог на доходы физических лиц установлена:

- неуплата налога на прибыль организации, зачисляемая в федеральный бюджет в сумме 132 668 рублей;

- неуплата па налога на прибыль организации, зачисляемая в бюджет субъекта РФ в сумме 1 194 008 рублей;

- неуплата налога на добавленную стоимость в сумме 1 508 466 рублей;

Как утверждает истец, всего с общества взыскано налогов на сумму 2 835 142 рублей, а также истец привлечен к налоговой ответственности на общую сумму штрафов 267 441 рублей и с него взыскано пени за несвоевременную уплату налогов в размере 654 060 рублей.

Таким образом, общество обязано уплатить в соответствии с названным решением 3 756 643 рублей.

Из решения инспекции №11-29/752 от 28.05.2014 следует, что общество «КПН» систематически сумму оказанных услуг по договорам с ООО «Юпитер», ООО «Стимул», ООО «Юни Трэйд», ООО «Юником», ООО «Трансхимресурс» и другими по перевалке, хранению и отпуску углеводородного сырья и суммы, полученные за данные услуги не отражало, а отражало лишь суммы услуг по перевалке.

По мнению истца, размер причиненных убытков за указанный период, сложившийся в результате занижения стоимости    оказанных    услуг составил 3 485 719,74 рублей.

Истец полагая, что названные убытки причинены обществу «КПН» в результате недобросовестных и неразумных действий со стороны единоличного исполнительного органа в лице директора ФИО3 в период за 3 квартал 2010 года, 2011 года и 3 квартала 2012 года, обратился в арбитражный суд с исковым заявлением.

Ответчик возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве на иск, просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме; указал, что при избрании общим собранием участников на должность директора ему не были обозначены пути поиска контрагентов, не переданы длительно существующие хозяйственные связи, в связи с чем, формированием клиентуры, поиском объема работы для общества ФИО3 занимался сам (т.3 л.д. 22-29). Также, ответчик полагает, что решение инспекции не может являться доказательством его виновных и недобросовестных действий, причинивших убытки обществу, поскольку является письменным доказательством и подлежит оценке наряду с другими представленными в дело доказательствами, преюдициальной силы не имеет. Ответчик не согласен с требованием общества о взыскании с него сумм, начисленных обществу при проведении выездной налоговой проверки, в том числе недоимки, пени и штрафов; ФИО3 полагает, что они являются предстоящими в будущем, однако, истец их называет «убытками».

Ответчик обращался с заявлением о фальсификации доказательств (т.11 л.д. 89-93), указывая на то, что истцом и в материалы дела и в инспекцию в ходе проведения выездной налоговой проверки от 09.12.2013 №11-29/1584 (указанное следует из письма инспекции исх.№11-29/09284 от 28.07.2017, т.12 л.д. 54) в копиях (без подтверждающих оригиналов) представлены следующие документы: 1.Дополнительное соглашение №1 к договору № 07/2010 на оказание услуг по перевалке и хранению углеводородного сырья от 28.07.2010; 2.Дополнительное соглашение №2 к договору № 1 на оказание услуг по компаундированию нефтепродуктов от 28.07.2010; 3.Дополнительное соглашение №1 к договору № 1 на оказание услуг по компаундированию нефтепродуктов от 28.07.2010; 4.Счет-фактура № 00000002 от 30.09.2010; 5.Акт № 00000001 от 30.09.2010; 6.Дополнительное соглашение №1 к договору №ЮТ/хр-03/11 от 09.03.2011; 7.Счет-фактура от 31.07.2011; 8.Акт № 00000005 от 31.07.2011; 9.Счет-фактура от 31.08.2011; Ю.Акт № 00000007 от 31.08.2011; 11.Счет-фактура от 30.09.2011 (дата указана предположительно); 12.Акт № 000000007 от 30.09.2011; 13.Счет-фактура от 31.10.2011; 14.Акт № 00000008 от 31.10.2011; 15.Счет-фактура № 00000009 от 30.11.2011; 16.Акт № 000000009 от 30.11.2011; 17.Счет-фактура № 000000010 от 31.12.2011; 18.Акт № 000000010 от 31.12.2011; 19.Дополнительное соглашение № 1 к договору № С/хр-03/11 от 09.03.2011; 20.Акт № 00000001 от 31.03.2011; 21.Счет-фактура № 00000002 от 30.08.2011; 22.Акт № 00000002 от 30.08.2011; 23.Счет-фактура № 00000004 от 31.05.2011; 24.Акт № 00000004 (исправлено на 3) от 31.05.2011; 25. Акт № 00000005 (исправлено на 4) от 30.06.2011; 26.Счет-фактура № 000000001 от 31.01.2012; 27.Акт № 00000001 от 31.01.2012; 28.Счет-фактура № 00000002 от 29.02.2012; 29.Акт № 00000002 от 29.02.2012; 30.Счет-фактура № 00000003 от 31.03.2012; 31.Акт № 00000003 от 31.03.2012; 32.Счет-фактура № 00000004 от 30.06.2012; 33.Акт № 00000004 от 30.06.2012.

Суд, с учетом мнения сторон, с целью проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, на основании ст. 161 АПК РФ, определением от 13.09.2017 обязал инспекцию представить информацию об условиях, времени, способах и обстоятельствах получения налоговым органом документов, указанных в ходатайстве о фальсификации доказательств.

Из письма-ответа инспекции (исх.№03-14/1 от 27.09.2017) следует, что данные, поименованные в определении суда от 13.09.2017, представлены в инспекцию в рамках проведенных камеральных проверок за 2010-2012 г.г. в соответствии со ст. 88 Налогового кодекса Российской Федерации, представить указанные документы не представляется возможным ввиду истечения срока хранения согласно приказу ФНС России от 15.02.2012 №ММВ-7-10/88@ (с учетом приказа от 31.05.2012 №ММВ-7-10 369@ (т.13 л.д. 1).

В судебном заседании от 04.10.2017 стороны отказались от проведения судебной почерковедческой экспертизы в целях всестороннего рассмотрения заявления ответчика о фальсификации доказательств, суд отказал в удовлетворении заявления ответчика о фальсификации доказательств, поскольку как следует из письма инспекции исх.№03-14/1 от 27.09.2017 спорные документы представлялись обществом «КПН» в налоговый орган в копиях (т. 12 л.д. 54, т. 13 л.д. 119-оборот, 120), в том числе в период, когда ФИО3 директором общества «КПН» уже не являлся.

Третье лицо ссылалось на доводы, изложенные им в отзыве на исковое заявление (т. 2 л.д. 58, т.7 л.д. 137).

Определением суда от 20.10.2016 по ходатайству истца назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Оценка и экспертиза» эксперту ФИО6, с целью установления рыночной стоимости услуг по компаундированию, перевалке и хранению углеводородного сырья (нефтепродуктов), оказанных обществом «Комплексная переработка нефти» в период с 28.07.2010 по 31.12.2012 (по состоянию на 2010, 2011, 2012 года). 

05.12.2016 в материалы дела от эксперта ООО «Оценка и экспертиза» ФИО6 поступило заключение №083/16-З от 24.11.2016 (т.6 л.д. 71-140).

Вместе с тем, в письме исх.№09 от 30.01.2017 эксперт ООО «Оценка и экспертиза» ФИО6 сообщил, что заключение №083/16-З от 24.11.2016 отзывает, просит его не рассматривать в качестве доказательства по делу, поскольку вновь открывшиеся обстоятельства не позволяют считать выводы заключения достоверными; информация, изложенная в аналогах, не подтверждена лицами их представившими (т. 8 л.д. 15).

Определением суда от 13.03.2017 по ходатайству истца назначена вторая судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту Союза «Торгово-Промышленная палата Оренбургской области» ФИО7, с целью установления величины рыночной стоимости услуг по компаундированию, перевалке и хранению углеводородного сырья (нефтепродуктов), оказанных обществом «Комплексная переработка нефти» в период с 28.07.2010 по 31.12.2012 (по состоянию на 2010, 2011, 2012 года).

22.05.2017 в материалы дела от эксперта Союза «Торгово- Промышленная палата Оренбургской области» ФИО7 поступило заключение №092-09-00724 от 18.05.2017 (т.10 л.д. 6-32), согласно которому определена рыночная стоимость услуг по компаудированию, перевалке и хранению углеводородного сырья (нефтепродуктов), оказанных обществом «Комплексная переработка нефти» по состоянию на 2010, 2011, 2012 г.г.

Вместе с тем, в письме исх.№1344/5 от 28.09.2017 эксперт Союза «Торгово-Промышленная Палата Оренбургской области» на запрос суда о возможности проведения повторной экспертизы сообщил, что услуги по компаудированию очень специфичны, компаний, которые способны предоставить информацию о стоимости запрашиваемых услуг недостаточно и большая часть оказывает комплекс услуг по перевалке и компаудированию, без деления по видам услуг, учитывая данный факт эксперты Союза «ТПП Оренбургской области» не имеют возможности подготовить обоснованное заключение по определению рыночной стоимости отдельных услуг, указанных в запросе (т.13 л.д.5).

Определением суда от 04.10.2017 по ходатайству истца назначена третья судебная экспертиза (комиссионно), проведение которой поручено экспертам Автономной некоммерческой организации «Центр судебных экспертиз» ФИО8, ФИО9, с постановкой перед экспертами следующих вопросов:

1) какова величина рыночной стоимости объекта оценки - услуг по компаундированию углеводородного сырья, оказанных ООО «Комплексная переработка нефти» в период с 28.07.2010 по 31.12.2010?

2) какова величина рыночной стоимости объекта оценки - услуг по перевалке углеводородного сырья, оказанных ООО «Комплексная переработка нефти» в период с 28.07.2010 по 31.12.2012 включительно?

31.01.2018 в материалы дела от экспертного учреждения - Автономной некоммерческой организации «Центр судебных экспертиз» поступило заключение №114-АНО-2017 от 30.01.2018 (т.16 л.д. 1-95), из которого следует, что величина рыночной стоимости услуг по компаундированию углеводородного сырья за период с 28.07.2010 по 31.12.2010 составляет 62,50 рублей/1 тонна, с 28.07.2010 по 31.12.2010 составляет 26,226,13 рублей; величина рыночной стоимости услуг по перевалке углеводородного сырья за период с 28.07.2010 по 31.12.2012 включительно составляет в период с 28.07.2010 по 2011 - 135,0 рублей/1 тонна, в период с 2011 по 31.12.2012 - 105,0 рублей/1 тонна; величина рыночной стоимости услуг по перевалке углеводородного сырья, оказанных ООО «КПН» за период с 28.07.2010 по 31.12.2012 в разрезе по годам составляет: 2010 год - согласно материалам дела данные услуги ООО «КПН» в указанный период не оказывались, 2011 год – 3 020 353.77 рублей, 2012 год – 1 040 199,83 рублей.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков.

Апелляционный суд не усматривает наличие оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

Возможность предъявления требования о взыскании убытков с исполнительного органа общества, причиненных последнему его виновными действиями (бездействием), предусмотрена нормами пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Критерии оценки возможности привлечения к ответственности определены постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 302-ЭС15-3580 по делу № А19-7887/2011, если истец не доказал наличие каких-либо особых процедур согласования контрагентов до заключения договора, при этом контрагенты являлись на момент заключения договора действующими юридическими лицами, по смыслу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, директор, заключая договоры с такими лицами действует в пределах обычного делового (предпринимательского) риска, допустимого в условиях гражданского оборота.

Проанализировав доводы иска, возражений, исследовав представленные в дело доказательства, суд первой инстанции верно отметил, что истец не указал какие именно внутрикорпоративные процедуры общества «КПН» были нарушены при выборе заказчиков, которые являлись действующими юридическими лицами. 

Как обоснованно указал суд первой инстанции, доводы истца о недобросовестности бывшего директора общества «КПН» ФИО3 при заключении им спорных договоров в период осуществления функций единоличного исполнительного органа, изложенные в иске и дополнениях к нему, не нашли своего подтверждения в материалах настоящего дела.

Доказательств того, что деятельность общества в результате исполнения спорных договоров убыточна, не представлено. Балансы и отчеты о прибылях и убытках доводы истца не подтверждают. Размер убытков (упущенной выгоды) истцом не подтвержден. Само по себе наличие в отчетности сведений об убытках не подтверждает факта его возникновения в результате исполнения исключительно спорных сделок и с учетом их условий.

Указывая цену убытков как разницу между рыночной и фактической стоимостью услуг, по которым услуги обществом предположительно могли бы быть оказаны, истец не представил данных, свидетельствующих о возможности безусловной реализации услуг по иной, по его мнению, рыночной цене.

Истцом не доказано, что заключая спорные сделки, директор ФИО3 действовал вопреки интересам общества (исключительно в своих интересах).

Доказательств наличия признаков заинтересованности контрагентов по отношению к ответчику не имеется. А ссылки на наличие корпоративного конфликта правового значения не имеют, поскольку из материалов дела не следует, что характер такого конфликта обусловил возможность реализации услуг общества ответчиком на спорных условиях. Следовательно, и вывод суда об отсутствии конфликта между личными интересами ответчика и юридического лица нельзя признать не соответствующим фактическим обстоятельствам.

Имеющиеся в материалах дела сведения о возможной стоимости услуг (заключение Автономной некоммерческой организации «Центр судебных экспертиз» №114-АНО-2017 от 30.01.2018 (т.16 л.д. 1-95)), сами по себе не доказывают наличие конкретного предложения по оказанию услуг от конкретного заказчика на дату совершения сделок и не являются гарантией того, что услуги могли бы быть оказаны на свободном рынке по цене, равной их рыночной стоимости.

Суд первой инстанции верно указал, что разногласия сторон касаются экономической целесообразности заключения и исполнения контрактов, договоров по ценам, которые отличаются от средних рыночных цен на аналогичные услуги. Между тем, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, учитывая, что судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами.

При принятии решения судом первой инстанции обоснованно учтено то, что ни законодательством, ни корпоративными нормами общества для услуг, оказываемых обществом по спорным договорам, не установлено обязательное применение определенных рыночных цен на услуги, не установлено обязательное правило, предписывающее оказывать услуги по каким-то конкретным ценам (иного из материалов дела не следует). Сделки не заключались на заведомо невыгодных условиях либо с заведомо неспособными исполнить обязательства лицами либо же с нарушением обычно приятых в обществе процедур или с нарушением требований закона.

Довод истца о том, что ответчик не совершал действий по поиску наиболее выгодных предложений, также отклоняется судом, поскольку указанный довод является предположительным, не подтвержденным относимыми и допустимыми доказательствами. Из пояснений экспертов следует, что рынок оказываемых истцом услуг является специфическим, тогда как доказательств наличия потенциальных клиентов, с которыми ответчиком как руководителем общества, не были заключены договоры, не представлено.

Достаточных оснований признавать недостоверными документы, положенные в основу материалов налоговой проверки, исходя из доводов жалобы и имеющихся в деле доказательств (писем инспекции, материалов проверки, того обстоятельства, что в ходе проверки использованы материалы камеральных проверок и документов, представленных обществом, когда полномочиями обладал ответчик, судебных актов, касающихся результатов проведенной проверки), не имеется. Однако выводы суда об обратном не привели к принятию неверного судебного акта.

Вопреки утверждению подателя жалобы, позиция ответчика, изложенная в дополнительных пояснениях, исходя из характера таковых, не может рассматриваться как признание им факта оказания услуг по заниженной стоимости. 

Таким образом, доводы направлены на переоценку выводов суда, оснований для которой, исходя из доводов жалобы, установленных обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не имеется.

Следовательно, решение отмене, а жалоба удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Поскольку оснований для удовлетворения жалобы на судебный акт не имеется, государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителя жалобы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 23.03.2018 по делу № А47-8482/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Комплексная переработка нефти»   – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья        Л.В. Забутырина

Судьи: С.А. Бабкина

Л.В. Пивоварова