АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 декабря 2024 года

Дело №

А56-17844/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Казарян К.Г., Тарасюка И.М.,

при участии акционерного общества «Банк Город» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» представителя ФИО1 (доверенность от 02.12.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление «Стиль-М» представителя ФИО2 (доверенность от 02.04.2024), от общества с ограниченной ответственностью «ИнжТехСтрой» представителя ФИО3 (доверенность от 01.09.2023), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 01.04.2024),

рассмотрев 20.11.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Банк город» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.03.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2024 по делу № А56-17844/2022/сд.2,

у с т а н о в и л:

акционерное общество «Банк Город» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Банк) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Строительное управление «Стиль-М» (далее – Общество) несостоятельным (банкротом). 

Определением от 01.03.2022 суд первой инстанции принял заявление к производству и возбудил дело о банкротстве Общества. 

Определением от 13.07.2022 арбитражный суд признал заявление Банка обоснованным, ввел в отношении Общества процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО6. 

Решением от 09.03.2023 суд прекратил процедуру наблюдения, признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим ФИО7.

Банк 11.04.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом его уточнения) о признании недействительным договора купли-продажи от 28.06.2019 №13/06, заключенного должником с ООО «ИнжТехСтрой», и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу управления 600 000 руб., а также изъятия из незаконного владения ФИО8 транспортного средства марки «Lada Largus» 2015 года выпуска с идентификационным номером VIN 

<

***> (далее – автомобиль). 

К участию в деле суд привлек ФИО8

Определением суда первой инстанции от 30.03.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2024 определение от 30.03.2024 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Банк просит отменить определение от 30.03.2024 и постановление от 28.07.2024; признать недействительной сделкой договор купли-продажи автомобиля от 28.06.2019 № 13/06, заключенный между ООО «ИнжТехСтрой» и Обществом; вопрос о применении последствий недействительности сделки должника направить на рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Банк с определением от 30.03.2024 и постановлением от 28.07.2024 не согласен, считает, что они подлежат отмене в связи с неправильным применением норм материального права к установленным обстоятельствам дела и нарушением норм процессуального права

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель указывает, что оспариваемая Банком сделка по отчуждению автомобиля была совершена в период наличия у должника просроченной задолженности перед Банком на условиях существенно, в худшую для должника сторону, отличающихся от условий, на которых совершаются аналогичные сделки

По мнению Банка, имеются снования для признания сделки должника недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); совокупность следующих обстоятельств – целевая направленность сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов, причинение сделкой вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность обеих сторон сделки о противоправности ее цели к моменту ее совершения – позволяет прийти к выводу о наличии всех элементов состава недействительности сделки в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Податель кассационной жалобы указывает, что на дату совершения сделки (28.06.2019) должник находился в состоянии имущественного кризиса, имея многолетнюю просроченную задолженность перед Банком, конкурсный управляющий и ответчик не опровергли презумпцию неплатежеспособности должника на дату сделки, в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства, подтверждающие, что должник располагал достаточным имуществом, реальная стоимость и ликвидность которого позволяла бы погасить задолженность перед Банком.

Податель кассационной жалобы считает, что при правильном применении норм процессуального права для установления момента или периода времени, в который наступило объективное банкротство должника, суду следовало назначить судебную экспертизу, в рамках которой эксперт должен был определить рыночную оценку активов должника на каждую отчетную дату и соотнести ее с обязательствами должника перед кредиторами, а именно Банком, размер требований которого превышает 90 % от общего размера требований кредиторов.

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, ФИО4 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В письменном пояснении по кассационной жалобе Банка конкурсный управляющий просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы кассационной жалобы, а представители Общества, ФИО4 и ООО «ИнжТехСтрой» возражали против ее удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не явилось препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, 09.02.2019 ООО «Торговый дом «СПАРЗ» реализовало в пользу Общества автомобиль по цене 466 000 руб. 

Впоследствии 28.06.2019 должник (продавец) и ООО «ИнжТехСтрой» (покупатель) заключили договор купли-продажи этого транспортного средства по цене 25 000 руб. 

В дальнейшем автомобиль отчужден ответчиком в пользу ФИО8 по договору от 15.03.2022 № 15/03-2022 по цене 50 000 руб.

Как полагает заявитель, оспариваемый договор является недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершен в период подозрительности с неравноценным встречным предоставлением, в результате чего произошло явное намеренное уменьшение стоимости имущества должника с целью причинить вред кредиторам; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, и другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника. 

Оценив представленные в материалы обособленного спора доводы и документы в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований, не усмотрев в совершенной сделке признаков причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку на момент совершения спорной сделки Общество не имело признаков объективного банкротства.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

Действия лица, приобретающего имущество по цене, которая явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018). В подобной ситуации предполагается, что покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника, которая может заключаться в намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания, избавиться от имущества по заниженной цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего, или иными подобными замыслами, при этом такой покупатель либо действует совместно с должником, либо осознает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица имеют определенную недобросовестную цель подобных действий (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2), от 04.08.2022 № 305-ЭС21-21196(5)).

В данной конкретной ситуации автомобиль возможно выбыл из владения Общества по цене – многократно ниже рыночной. 

Суд первой и апелляционной инстанций полагают, что, поскольку Банк уступил свои права требования третьим лицам, то имеет место правовая неопределённость в части как существования самой кредиторской задолженности по кредитным договорам, так и лица, которому необходимо производить её погашение; соответственно у Общества не было цели причинить вред имущественным правам кредитора.

При этом суды исходили из следующий установленных обстоятельств.

Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 16.11.2015 № ОД-3182 у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2016 по делу № А40-226053/15-86-220 банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. В рамках производств по делу № А40-226053/2015 о несостоятельности (банкротстве) Банка 04.09.2018 признаны недействительными сделками договор №11 уступки права требования (цессии), а также применены последствия недействительности указанных сделок в виде перевода на «Банк Город» (АО) прав требований к заёмщикам Банка, их поручителям и залогодателям, в том числе и к Обществу. 

Банк 13.09.2019 обратился в Приморский районный суд города Санкт-Петербурга с исковым заявлением о взыскании с Общества, ООО «Ремонтно-строительное управление Стиль-М», ФИО9, ФИО4 и ФИО10 солидарно задолженности по пяти кредитным договорам на общую сумму 115 832 923 руб. Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 18.05.2021 по делу № 33-2599/2021 (2-3499/2020) с Общества в пользу Банка взыскана задолженность по пяти кредитным договорам (по состоянию на 14.07.2016).

Суд кассационной инстанции отмечает, что согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе внести причитающиеся с него деньги в депозит нотариуса, если обязательство не может быть исполнено должником вследствие очевидного отсутствия определенности по поводу того, кто является кредитором по обязательству, в частности в связи со спором по этому поводу между кредитором и другими лицами. Внесение денежной суммы в депозит нотариуса или суда считается исполнением обязательства. Общество с 2016 года не предпринимало реальные действия по погашению Банку просроченных кредитов, что невозможно считать добросовестным поведением в гражданском обороте.

При оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступления объективного банкротства. Так, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Под объективным банкротством подразумевается «момент, когда должник стал неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе касающиеся уплаты обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов» (пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). То есть неплатежеспособность должника и недостаточность его имущества относительно объема обязательств перед кредиторами подлежит определению исходя не из стоимости актива, указанного в бухгалтерском балансе, а из его реальной рыночной цены. 

Конкурсным управляющим сделан вывод, с которым согласились суды первой и второй инстанции, о том, что признаки неплатежеспособности появились у должника в декабре 2021 года. При этом конкурсный управляющий Общества основывался на заключении специалиста «Определение момента наступления объективного банкротства ООО «СУ «СТИЛЬ-М» от 05.11.2023 (далее – заключение специалиста) о моменте возникновения признаков объективного банкротства должника. 

В суд первой инстанции Банком была представлена рецензия на заключение специалиста, содержащая вывод о том, что такое заключение нельзя признать достоверным. Согласно анализу финансово-хозяйственной деятельности должника, проведенному временным управляющим в настоящем деле о банкротстве, должник с 2019 года имеет неудовлетворительную структуру баланса, признаки неплатежеспособности и находился в состоянии имущественного кризиса.

Таким образом, в материалах обособленного спора имеются взаимоисключающие сведения о моменте возникновения у Общества признаков объективного банкротства.

Конкурсный управляющий 09.01.2024 и Банк заявили в суде первой инстанции ходатайства о проведении судебной экспертизы с целью определения времени наступления объективного банкротство, для чего необходимо соотнести рыночную стоимость активов должника с его обязательствами.

Суды первой и апелляционной инстанций отказали в назначении судебной экспертизы, полагая что на момент совершения спорной сделки, то есть 28.06.2019, у Общества отсутствовали признаки объективного банкротства, принимая во внимание бухгалтерскую отчетность и сведения о деятельности Общества. При этом суды первой и апелляционной инстанций отождествили момент судебного присуждения долга в пользу кредитора (Банка) апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 18.05.2021 по делу № 33-2599/2021 с моментом наступления объективного банкротства, что неверно без анализа стоимости активов на указанный момент.

Действительно, неплатежеспособность, с точки зрения законодательства о банкротстве, является юридической категорией, определение наличия которой относится к исключительной компетенции судов (Определение Верховного суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837), однако выводы суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными. В статье 71 АПК РФ суду предписано оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд должен оценить относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Результаты оценки доказательств суд должен отразить в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления от 23.12.2010 № 63, наличие у должника на определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в такой период. При этом не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности. Необходимо также отметить, что законодательство о банкротстве не связывает понятия неплатежеспособности и недостаточности имущества, наличие достаточного у должника имущества не исключает наличие у него признаков неплатежеспособности. Обязательства по возврату кредитов не исполняются Обществом с 15.07.2016, тогда как Банк включен в реестр кредиторов должника с требованием в размере 122 697 278 руб. основного долга. То есть согласно названной правовой позиции презюмируется наличие у должника признаков неплатежеспособности в случае, когда в спорный период у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр, что и имеет место в рассматриваемом случае. Для опровержения указанных обстоятельств должник и ответчик должны были представать доказательства наличия на определенную дату просроченного обязательства у Общества реальных активов, достаточных для погашения требований Банка. Суд кассационной инстанции отмечает, что из обособленных споров №№ А56-17844/2022/тр.6 и А56-17844/2022/тр.7 следует заключение Обществом бестоварных договоров на значительные суммы, что вызывает определенные сомнения в достоверности бухгалтерского учета должника.   

Как видно из материалов настоящего дела, все обособленные споры были приостановлены до разрешения данного спора, так как для всех этих споров имеет значение момент наступления объективного банкротства. В результате рассмотрения данного спора момент наступления объективного банкротства не определен должным образом, что, возможно, создаст правовую неопределенность при рассмотрении последующих споров.

Делая вывод о том, что конкурсным кредитором не представлены доказательства, подтверждающие наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества Общества на дату заключения оспариваемой сделки, суды не учли правовую позицию, названную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), согласно которой наличие у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве, а также то, что при определении признаков неплатежеспособности должника имеет значение не только размер его обязательств, но и размер действительных активов.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что вывод судов об отсутствии основания, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания договора недействительным сделан при неполном исследовании судами обстоятельств дела, имеющих существенное значение для рассматриваемого спора.

Изложенное в силу статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц установить все имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора обстоятельства, дать надлежащую квалификацию отношений, сложившихся между сторонами договора, установить конкретный момент возникновения у должника признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества с учетом реальной стоимости активов Общества для чего поставить на осуждение вопрос проведения судебной экономической экспертизы в целях установления момента возникновения объективного банкротства, повторно проверить наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, при необходимости и в случае признания ее таковой правильно применить соответствующие последствия ее недействительности, по результатам рассмотрения настоящего обособленного спора в соответствии с принятым решением распределить судебные расходы. 

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.03.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2024 по делу № А56-17844/2022/сд.2 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи

К.Г. Казарян

И.М. Тарасюк