АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;

http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А57-18718/2017

17 ноября 2017 года

город Саратов

 

Резолютивная часть решения оглашена 14 ноября 2017 года

Полный текст решения изготовлен 17 ноября 2017 года

Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Викленко Т.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев материалы дела по исковому заявлению 

Акционерного общества Монтажно-проектное предприятие «Волгостальмонтаж»

о взыскании с ФИО2 ущерба в пользу Акционерного общества Монтажно-проектное предприятие «Волгостальмонтаж» в сумме 3 444 000 руб., причиненный его виновными действиями, о взыскании понесенных убытков в виде оплаты госпошлины в сумме 40 220 руб.

Ответчик:

ФИО2

Третье лицо:

конкурсный управляющий АО МПП «Волгостальмонтаж» ФИО3,

Общество с ограниченной ответственностью «Волгастроймонтаж»

при участии:

от заявителя – ФИО4, по доверенности от 19.06.2017 года,

от ФИО2 – ФИО5, по доверенности от 17.03.2015 года,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

установил:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось Акционерное общество Монтажно-проектное предприятие «Волгостальмонтаж» с исковым заявлением о взыскании с ФИО2 ущерба в пользу Акционерного общества Монтажно-проектное предприятие «Волгостальмонтаж» в сумме 3 444 000 руб., причиненный его виновными действиями, о взыскании понесенных убытков в виде оплаты госпошлины в сумме 40 220 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица был привлечен конкурсный управляющий АО МПП «Волгостальмонтаж» ФИО3.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что генеральный директор ОАО МПП «Волгостальмонтаж» ФИО2, причинил убытки обществу путем подписания договора купли-продажи от 31.08.2004 и реализации по условиям договора объектов недвижимости по заниженной цене, в сумме 3 444 000, 00 рублей.

Представитель ответчика возражает против удовлетворения исковых требований, указывает, что истом не доказано наличие ущерба, вины ответчика, противоправность его поведения. Кроме того, ответчиком заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Представители конкурсного управляющего АО МПП «Волгостальмонтаж» ФИО3, Общества с ограниченной ответственностью «Волгастроймонтаж» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания по правилам ст. 121-123 АПК РФ.

Заказное письмо с определением о времени и месте рассмотрения дела, направленное судом в порядке статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации было получено конкурсным управляющим АО МПП «Волгостальмонтаж» ФИО3, ООО «Волгастроймонтаж»  (почтовые уведомления №№41000215153390, 41000215153376).

Частью 1 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Саратовской области, что подтверждено отчетом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с п. 3 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

В материалах дела имеется отзыв на заявление Общества с ограниченной ответственностью «Волгастроймонтаж», согласно которому общество возражает против удовлетворения исковых требований.

В порядке ст.163 АПК РФ в судебном заседании был объявлен перерыв до 14.11.2017 г. до 17 час. 00 мин., после которого рассмотрение дела продолжено.

Дело рассмотрено по существу заявленных требований по имеющимся в деле документам. 

Как следует из материалов дела, акционерное общество Монтажно-проектное предприятие «Волгостальмонтаж» было образовано путем реорганизации  09.08.1993г., в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за ОГРН 

<

***>. 

Решением внеочередного общего собрания акционеров (протокол от 17.11.2000 г.) на должность Генерального директора ОАО МПП «Волгостальмонтаж» был избран ФИО2. Приказом от 20.11.2000 года № 42к по предприятию ответчик приступил к обязанностям Генерального директора ОАО МПП «Волгостальмонтаж».

31 августа 2004 года между ОАО МПП «Волгостальмонтаж» (Продавец), и ООО «Волгастроймонтаж» (Покупатель), был заключен договор купли-продажи имущества, согласно которому ООО «Волгастроймонтаж» приобретает нежилые помещения, расположенные по адресу: г. Саратов, Ленинский район, проспект Строителей, а/я 944, на первом этаже нежилого одноэтажного здания главного корпуса промбазы литр А, цех №6 - здание РМЦ - общей площадью 6 225,3 кв.м., в том числе:

- нежилое помещение общей площадью 2 859,4 кв.м. в одноэтажном здании литер А (помещение);

- нежилое помещение общей площадью 504,3 кв.м. в одноэтажном здании литер А (помещение 2);

- нежилое помещение общей площадью 2 536,3 кв.м. в одноэтажном здании литер А (помещение 3);

- нежилое помещение (антресоль 1-5) общей площадью 325,3 кв.м. в одноэтажном здании литер А (помещение 4).

Общая сумма договора на момент его заключения составила 3 100 000 (три миллиона сто тысяч) рублей 00 копеек, в т.ч. НДС.

На момент заключения вышеуказанного договора Генеральным директором ОАО МПП «Волгостальмонтаж» являлся ФИО2, а директором ООО «Волгастроймонтаж» ФИО6.

01.09.2004 года ООО «Волгастроймонтаж» п/п №009 согласно счету №149 от 31.08.2004 года перечислило на расчетный счет ОАО МПП «Волгостальмонтаж» денежные средства в размере 3 100 000 рублей.

Истец по настоящему делу утверждает, что следует обратить внимание на заключение эксперта №08/14-28 от 25.08.2014 года, представленное в рамках иного дела А57-25653/2014, согласно которому рыночная стоимость объектов недвижимости по состоянию на 31.08.2004 года и являющихся предметом договора купли-продажи от 31.08.2004 г. установлена экспертом в размере 6 544 000 (шесть миллионов пятьсот сорок четыре тысячи) рублей 00 копеек, что в два раза ниже цены сделки. С учетом изложенного, истец по настоящему делу считает, что бывший директор общества ФИО2, совершая такую сделку, действовал в нарушение ст.53 ГК РФ недобросовестно, заключил сделку на заведомо невыгодных для общества условиях, по заниженной цене, в связи с чем, причинил обществу убытки в сумме 3 444 000 руб., как разницу между рыночной ценой имущества и ценой по сделке, которые в силу ст.393 ГК РФ подлежат взысканию в судебном порядке.

Ответчик считает недоказанным совокупность условий для применения ст.393 ГК РФ в действиях ФИО2 Кроме того утверждает, что истцом пропущен общий срок исковой давности – 3 года, так как ФИО2 прекратил быть директором общества в 2007 г. После прекращения полномочий ФИО2 в качестве директора, в обществе директорами являлись иные лица, которые могли узнать о сделке и убытках в более ранний период, начиная с 2007 г., однако от имени общества с такими исковыми требованиями не обращались в суд, что влечет пропуск срока исковой давности по основаниям, заявленным в данном иске. По мнению ответчика, никаких объективных причин, препятствующих обществу своевременно обратиться с таким иском в суд с 2007 года не имелось.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суд пришёл к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права.

В соответствии со статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

Избранный истцом способ защиты должен обеспечивать восстановление нарушенного права.

Согласно статье 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, если сторонами в них являются юридические лица или индивидуальные предприниматели.

По правилам специальной подведомственности, установленным статьей 33 АПК РФ, к ведению арбитражных судов отнесены и другие дела.

Статьей 225.1 этого же Кодекса определено понятие корпоративных споров, к которым, в силу пункта 4 данной статьи, относятся споры, связанные с назначением или избранием, прекращением, приостановлением полномочий и ответственностью лиц, входящих или входивших в состав органов управления и органов контроля юридического лица, а также споры, возникающие из гражданских правоотношений, между указанными лицами и юридическим лицом в связи с осуществлением, прекращением, приостановлением полномочий указанных лиц.

В соответствии с пунктом 3 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с управлением юридическим лицом, являющимся коммерческой организацией, в том числе и по таким корпоративным спорам, как споры по искам о возмещении убытков, причиненных этому юридическому лицу.

Как разъясняется в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно гражданскому законодательству Российской Федерации по общему правилу деликтная ответственность наступает при наличии следующих условий:

а) неправомерность действий (бездействия) причинителя убытков;

б) причинная связь между незаконным действием (бездействием) ответчика и наступившим вредом (убытками);

в) виновность ответчика в причинении убытков.

При этом обязанность доказывания наличия условий привлечения к ответственности в виде возмещения причиненных убытков возложена на Истца.

Удовлетворение исковых требований о взыскании убытков возможно при доказанности совокупности вышеуказанных условий наступления деликтной ответственности.

Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии с ч.1, 2 ст.69 Федерального закона от 26.12.1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров. К компетенции исполнительного органа общества относятся все вопросы руководства текущей деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров или совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, утверждает штаты, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества.

В соответствии с абз.1 ч.2 ст.71 Закона об ОАО члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

В силу ч.1, 2,. 3 ст.53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (ч.2 ст.53.1 ГК РФ).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (ч.3 ст.53.1 ГК РФ).

Согласно статье 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

Таким образом, в случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе

Указанная позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 N 15201/10 по делу N А76-41499/2009.

Неразумность и недобросовестность действий (бездействия) предполагается, если директор знал или должен был знать о том, что совершенные им действия (бездействие) не отвечают интересам юридического лица.

В то же время в случае недобросовестного или неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 5 постановления № 62 разъяснено, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Кодекса).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

При этом в силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается. Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении ущерба убытков обществу, если он действовал в пределах разумного риска.

Указанная презумпция добросовестности может быть опровергнута путем предоставления соответствующих доказательств заинтересованным лицом.

Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Руководитель не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал, исходя из обычных условий делового оборота либо в пределах разумного предпринимательского риска.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 08 февраля 2011 года N 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей, а также исследованию вопрос о наличии факта уменьшения имущества общества в результате действий ответчика.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

На основании постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.13 №62, в силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом;

скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица;

действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки.

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Ответственность руководителя предусмотрена общими нормами, а именно пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, причем для этого, как уже было указано выше, необходимо доказать истцу не только наличие убытков, но и вины директора (абз. 1), а также противоправность (недобросовестность и (или) неразумность) его поведения (абз. 2).

При обращении в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением истец указывает, что ответчиком, являвшимся на тот момент  генеральным директором  ОАО МПП «Волгостальмонтаж», 31 августа 2004 года был заключен договор купли-продажи имущества с ООО «Волгастроймонтаж», стоимость по которому (3 100 000 руб.), более чем в два раза занижена,  что, по мнению истца, свидетельствует о наличии явного ущерба для общества.

В обоснование своих требований истец ссылается на заключение экспертизы, проведенной в рамках дела №А57-25653/2014, согласно которому рыночная стоимость объектов купли-продажи составляет 6 544 000 (шесть миллионов пятьсот сорок четыре тысячи) рублей 00 копеек.

Между тем, судом установлено, что решение Арбитражного суда Саратовской области по делу А57-25653/2014, которым исковые требования акционера ОАО МПП «Волгостальмонтаж» о признании недействительным договора от 31.08.2004 года купли-продажи имущества, заключенного между ОАО МПП «Волгостальмонтаж» и ООО Волгастроймонтаж» удовлетворены, постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2016 г. - отменено в удовлетворении исковых требований акционера о признании недействительным договора купли-продажи имущества от 31.08.20104 г., заключенного между ОАО МПП «Волгостальмонтаж» и ООО Волгастроймонтаж» - отказано.  Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 18.11.2016 г. постановление суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Суды вышестоящих инстанций критически отнеслись к доводу истца о том, что уменьшение стоимости активов общества вследствие заключения договора от 31.08.2004 г. привело к возникновению убытков.

Суды установили, что в результате оспариваемой сделки спорное имущество не являлось единственным имуществом у общества, а отчуждалась лишь часть производственных помещений общества, которая составила менее 30% производственных площадей, При этом, стоимость объектов недвижимости, реализованного в результате сделки купли-продажи от 31.08.2004 не превышала 10% от балансовой стоимости активов общества на последнюю отчетную дату, предшествующую перед заключением сделки. Судом кассационной инстанции отмечено, что АО МПП «Волгостальмонтаж» получило по сделке встречное эквивалентное исполнение. Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что материалы арбитражного дела не содержат доказательств, что спорное имущество, отчужденное по оспариваемой сделке, являлось единственным производственным имуществом, которое приносило прибыль, что оно являлось основным производственным имуществом, что отчуждение такого имущества привело к приостановлению деятельности акционерного общества, уменьшению прибыли, не выплате дивидендов. Занижение цены договора и впоследствии возможно выявившаяся убыточность заключенной сделки сами по себе не свидетельствуют ни о злоупотреблении правом со стороны покупателя, ни о наличии предусмотренных законом оснований для признания сделки недействительной.

В постановлении также указано, что в нарушение требований статьи 65 АПК РФ ни истцом, ни АО Монтажно-проектное предприятие "Волгостальмонтаж", признавшее исковые требования, и фактически выступившее в споре на стороне истца, не представлено доказательств причинения оспариваемой сделкой убытков.

Кроме того, при рассмотрении настоящего дела суд приходит к выводу, что довод о наличии имущественного ущерба у АО «Волгостальмонтаж» в результате действий ответчика не подтверждается материалами дела, не соответствует фактическим обстоятельствам, противоречит вступившим в законную силу судебным актам, имеющимся в материалах дела. 

Исследовав действия бывшего руководителя, выразившиеся в заключении договора купли-продажи от 31 августа 2004 года между ОАО МПП «Волгостальмонтаж», и ООО «Волгастроймонтаж», арбитражный суд приходит к выводу о том, что  указанная выше сделка была совершена директором АО МПП «Волгастальмонтаж» в процессе осуществления им хозяйственной деятельности и не выходила за пределы обычного предпринимательского риска.

АО МПП «Волгостальмонтаж» получило по сделке встречное эквивалентное исполнение.

В  Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" указано,  что при определении интересов юридического лица следует, в частности учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). 

Истцом не представлены доказательства того, что директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Доказательств подтверждающих, что руководитель (орган юридического лица) вступает с другой стороной в злонамеренное соглашение, приведшее к убыточной для этого юридического лица сделке, суду представлено не было.

С учетом того, что в силу положений ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а также того, что истцом не доказано, наличие противоправных действий и причинно-следственная связь с действиями (бездействиями) директора ФИО2 в причинении ущерба Акционерному общество, а также наличие вины. По изложенным выше обстоятельствам требования истца о взыскании с директора убытков  не подлежат удовлетворению. 

Кроме того, ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, ссылается, в том числе, на пропуск истцом срока исковой давности на обращение в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Истец возражает против довода ответчика о пропуске срока исковой давности на обращение с настоящим  исковым заявлением и ссылается на то, что срок на общение в суд с исковым заявлением следует исчислять с 23.06.2016 – даты вынесения решения по делу №А57-25653/2014, в рамках которого была проведена экспертиза, и установлена рыночная стоимость имущества.

При рассмотрении данного довода ответчика и возражений истца, арбитражный суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Суд отмечает, что гражданское законодательство начало течение срока исковой давности связывает не со временем, когда лицо узнало о нарушении своего права, а со временем, когда лицо должно было узнать о его нарушении.

Судом установлено, что в настоящее время генеральным директором общества является ФИО7, который был назначен на должность Приказом от 04.10.2013 № 1/3. 

Между тем, смена руководителя юридического лица, введение наблюдения, внешнего управления или конкурсного производства в отношении организации не может служить основанием для изменения начального момента течения срока исковой давности, поскольку в данном случае заявлено требование о защите прав юридического лица, а не прав руководителя как физического лица.

Данная позиция также отражена в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 07.10.2015 N Ф06-852/2015 по делу N А65-4155/2015. 

В данном случае судом установлено, что сделка была совершена 31.08.2004 г., бывший руководитель ФИО2 обладал полномочиями директора до 2007 г., с 2007 г. были назначены иные лица на должность директоров данного общества.

Следовательно, принимая во внимание, что сделка заключена 31.08.2004 г. и ФИО2 утратил статус директора с 2007г., то общество могло узнать о данной сделке, ее последствиях и возможных убытках, начиная с 2007г. Факт смены в последующем директоров не может увеличивать срок давности на обращение в суд с настоящим иском для самого общества.

С настоящим исковым заявлением истец обратился в суд – 11.08.2017, т.е. с истечением предусмотренного срока.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" в пункте 15 постановления, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Истцом в качестве самостоятельного требования также заявлено требование о взыскании понесенных убытков в виде оплаты госпошлины в сумме 40 220 руб.

Рассматривая указанные требования, суд исходит из следующего.

В силу части 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В рассматриваемом случае истец предъявил судебные расходы в качестве убытков, которые являются затратами стороны, возникшими в связи с рассмотрением дела в порядке арбитражного судопроизводства.

Суд отмечает, что государственная пошлина представляет собой сбор, взимаемый при обращении лиц в государственные органы, органы местного самоуправления, иные органы и (или) к должностным лицам, за совершением в отношении этих лиц юридически значимых действий, в том числе за рассмотрение судом исковых заявлений (статья 333.16 Налогового кодекса Российской Федерации).

Целью взимания государственной пошлины в сфере судопроизводства является частичное возмещение государству затрат, связанных с обеспечением деятельности судов.

В этой связи понесенные лицами, участвующими в деле, судебные расходы, не являются убытками в гражданско-правовом смысле, поскольку связаны с реализацией не гражданско-правовых, а процессуальных прав и обязанностей сторон в рамках судопроизводства.

Судебные расходы подлежат распределению в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

К аналогичным выводам пришел Арбитражный суд Поволжского округа в постановлении от 25.04.2013 г. по делу № Ф06-5860/2012.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, оплату государственной пошлины арбитражный суд возлагает на истца, в соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований о взыскании с ФИО2 ущерба в пользу Акционерного общества Монтажно-проектное предприятие «Волгостальмонтаж» в сумме 3 444 000 руб., о взыскании понесенных убытков в виде оплаты госпошлины в сумме 40 220 руб. – отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке ст.ст. 257-259 АПК РФ путем подачи через Арбитражный суд Саратовской области апелляционной жалобы в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента принятия решения, в порядке ст.ст. 273-276 АПК РФ путем подачи через Арбитражный суд Саратовской области кассационной жалобы в Арбитражный суд Поволжского округа в двухмесячный срок с момента вступления решения в законную силу.

 Полный текст решения будет изготовлен в течение пяти дней с момента оглашения резолютивной части решения и направлен сторонам по делу в порядке ст.177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Арбитражного

суда Саратовской области                                                                          Т.И. Викленко