ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-9503/2017

город Ростов-на-Дону

31 января 2018 года

15АП-18615/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 января 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Малыхиной М.Н.,

судей Галова В.В., Попова А.А,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 17.01.2018,

от ответчик: ФИО3, лично, представитель ФИО4 по доверенности от 11.02.2016, ФИО5 по доверенности от 01.09.2017 (после перерыва),

от третьего лица: представитель ФИО6 по доверенности от 06.09.2017,

эксперт: ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы комитета по управлению имуществом Орловского района Ростовской области, индивидуального предпринимателя ФИО8

на решение Арбитражного суда Ростовской области

от 02.10.2017 по делу № А53-9503/2017 

по иску комитета по управлению имуществом Орловского района Ростовской области

к индивидуальному предпринимателю - главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3

при участии третьего лица: индивидуального предпринимателя ФИО8

о признании постройки самовольной,

принятое в составе судьи Димитриева М.А.,

УСТАНОВИЛ:

комитет по управлению имуществом Орловского района Ростовской области обратился в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю - главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 о признании самовольными постройками, расположенные на участке площадью 41 921 кв.м с кадастровым номером 61:29:0600001:154, находящимся по адресу: Ростовская область, Орловский район, примерно 1 км по направлению на северо-восток от ориентира х. Майорский следующие объекты:

- нежилое здание для овец, инвентарный номер 60:242:001:630039190, общей площадью 129 кв.м, материал стен: ракушечник, фундамент из ракушечника, адрес: Ростовская область, Орловский район, 1,25 км на северо-восток от х. Майорский;

- здание для охраны производственной базы, инвентарный номер 60:242:001:630039200, общей площадью 20,8 кв.м, материал стен: саман обложенный кирпичом, фундамент из ракушечника, адрес: Ростовская область, Орловский район, 1,2 км на северо-восток от х. Майорский.

- навес для хранения сена, инвентарный номер 60:242:001:63003 9210, общей площадью 98,7 кв. м, материал стен: металлический профнастил, фундамент бетонный, адрес: Ростовская область, Орловский район, 1,3 км на северо- восток от х. Майорский;

- об обязании в течение тридцати дней с момента вступления судебного акта в законную силу снести указанные самовольно возведенные объекты.

Исковые требования мотивированы тем, что ответчиком на земельном участке, находящемся в государственной собственности, возведены капитальные объекты (вторая группа капитальности), которые обладают признаками недвижимой вещи, закрепленными в статье 130 ГК РФ. Истец полагает данные строения самовольными, ввиду чего обратился с требованием об их демонтаже.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён индивидуальный предприниматель ФИО8.

Решением суда Арбитражного суда Ростовской области от 02.10.2017 в удовлетворении исковых требований отказано.

Суд указал, что в 2005 году ОАО «Возрождение-М» и индивидуальный предприниматель ФИО3 осуществили обмен земельными участками, в результате которого ответчик получил земельный участок под зданием, площадью 4,2 Га. Ввиду наличия спора между сторонами, судом назначена экспертиза, по результатам которой получено заключение № 00643/Э от 31.08.2017, по результатам исследования, экспертами сделаны выводы о соответствии исследуемых объектов градостроительным, строительным, санитарным, противопожарным нормам и правилам, а также о том, что спорные объекты угрозу жизни и здоровью граждан не создают. Суд признал заключение допустимым доказательством. Суд указал на наличие легитимации у истца, пришел к выводу, что комитет обратился с иском в защиту публичных интересов. Суд указал, что спорные объекты относятся к объектам недвижимости, оценив представленные доказательства суд пришел к выводу, что все иные объекты, расположенные на земельном участке имеют вспомогательное назначение и образуют состав производственной базы. Суд принял во внимание, что решением арбитражного суда по делу № А353-25717/2016 на комитет возложена обязанность заключить договор аренды спорного земельного участка с ответчиком, доля земельного участка должна соответствовать доле в праве предпринимателя в здание. Суд пришел к выводу, что спорные объекты недвижимости расположены на земельном участке, который принадлежит ответчику, угрозы жизни не создают, ввиду чего оснований для их демонтажа судом не установлено. Суд отклонил ходатайство ответчика о применении срока исковой давности.

Индивидуальный предприниматель ФИО8 обжаловал решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил решение суда отменить, исковые требования Комитета удовлетворить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд неправомерно отклонил в качестве доказательств заключение № ПСК-140.439.06-17-ОБ и заключение о результатах экспертного исследования № 24/17, не принял во внимание, что указанные заключения подтверждают, что спорные постройки имеют самостоятельное значение. В отсутствие специальных познаний, суд пришел к выводу о том, что спорные постройки имеют вспомогательное значение. Суд не учел, что на спорные постройки ответчиком разрешение на строительство не получено. Суд не принял во внимание, что судебная экспертиза была проведена с нарушением норм действующего законодательства, представитель третьего лица не был допущен к экспертному осмотру спорных объектов. Суд не принял во внимание, что ответчиком пользование земельным участком осуществляется с нарушением вида разрешенного использования земельного участка, таким образом, спорные объекты в понимании положений статьи 222 ГК РФ являются самовольными. Суд пришел к неправомерному выводу о наличии договора аренды, поскольку таковой не зарегистрирован. Судом не принято во внимание, что сделки, на основании которых земельный участок был передан ответчика признаны недействительными, ввиду чего, неправомерен вывод суда о том, что спорные объекты возведены на земельном участке, находящемся в собственности у предпринимателя.

Комитет по управлению имуществом Орловского района Ростовской области обжаловал решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил решение суда отменить, исковые требования удовлетворить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что спорные объекты не являются вспомогательными постройками, что подтверждается заключением № ПСК-140.439.06-17-ОБ и заключением о результатах экспертного исследования № 24/17. Суд пришел к неправомерному выводу о наличии договора аренды, поскольку таковой не зарегистрирован.

В отзыве на апелляционные жалобы ответчик просил решение суда оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представители истца поддержали доводы апелляционной жалобы, просили решение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Ответчик, представители ответчика доводам апелляционной жалобы возражали, просили решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третье лицо и его представитель поддержали доводы жалобы по основаниям, изложенным в ней. Дали пояснения по существу спора.

С целью дополнительной оценки доводов сторон относительно капитального характера навеса для хранения сена и вспомогательного характера спорных объектов суд апелляционной инстанции допросил в судебном заседании эксперта специализированного частного учреждения «Ростовский центр судебных экспертиз» ФИО7.

Экспертом даны пояснения по вопросам суда и сторон.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании, проведенном 18.01.2017 был объявлен перерыв до 25.01.2018 до 12 час.30 мин. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда 25.01.2018 в  14 час.  05 мин. Представители сторон и  третьего лица поддержали ранее выраженные по делу позиции.

Изучив материалы дела, доводы жалоб и отзыва на них, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, судебного эксперта, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, с 1994 года ответчик является индивидуальным предпринимателем, главой крестьянского (фермерского) хозяйства, занимается растениеводством и животноводством. Для этих целей в 2002 году ответчик приобрел в собственность (долю в праве) нежилого здания (животноводческого корпуса) с кадастровым номером 61:29:0600001:1527. В связи с тем, что земельный участок под зданием принадлежал открытому акционерному обществу «Возрождение-М» между ответчиком и генеральным открытым акционерным обществом «Возраждение-М» было достигнуто соглашение об обмене равнозначными земельными участками. Постановлением главы Орловского района  от 08.07.2003 № 1049 «Об обмене земель крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 и ОАО «Возрождение-М», был произведен обмен места расположения земельных участков: открытому акционерному обществу «Возраждение-М» передан участок К(Ф)Х ФИО3 площадью 4,2 га пастбищ, а открытое акционерное общество «Возрождение-М» передало К(Ф)Х ФИО3 земельный участок под зданием, площадью 4,2 га с кадастровым номером 61:29:0600001:154. 05 марта 2005 года Постановлением Главы Орловского района Ростовской области № 314 были утверждены границы земельных участков крестьянского фермерского хозяйства ФИО3

22.11.2004 в государственный кадастр недвижимости внесены сведения о земельном участке из земель сельскохозяйственного назначения площадью 41 921 кв. м, с кадастровым номером 61:29:0600001:154, местоположением: Ростовская область, Орловский район, х. Майский, примерно в 1,0 км от ориентира по направлению на северо-восток.

На основании постановления главы Орловского района Ростовской области от 29.07.1997 N 499 в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - реестр) 29.04.2005 зарегистрировано право общей совместной собственности главы крестьянско-фермерское хозяйства ФИО3 и членов его семьи на земельный участок с кадастровым номером 61:29:0600001:154, площадь которого составляла 42 тыс. кв. м и кадастровый учет которого был осуществлен 22.11.2004 (свидетельство о государственной регистрации прав от 29.04.2005 серии 61 АБ N 062564).

Таким образом, изначально данный земельный участок был сформирован для целей эксплуатации здания животноводческого комплекса. На данном земельном участке с кадастровым номером 61:29:0600001:154 располагалось одноэтажное нежилое здание животноводческого корпуса общей площадью 2736,4 кв. м (литера Г; далее - нежилое здание).

Вступившим в законную силу решением Орловского районного суда Ростовской области от 19.06.2008 по иску ФИО9 в реестре аннулирована запись регистрации права общей совместной собственности главы крестьянско-фермерское хозяйства ФИО3 и членов его семьи на земельный участок с кадастровым номером 61:29:0600001:154.

Вступившим в законную силу решением Орловского районного суда Ростовской области от 28.10.2010 прекращено право общей долевой собственности ФИО9, главы крестьянско-фермерское хозяйства ФИО3 и членов его семьи на нежилое здание, произведен раздел нежилого здания на две части путем строительства кирпичной перегородки.

Впоследствии по договору купли-продажи от 25.02.2014 ФИО9 (продавец) продал главе крестьянско-фермерское хозяйства ФИО8 (покупатель) принадлежавшие ему помещения площадью 869,5 кв. м в нежилом здании. Переход права зарегистрирован 12.03.2014 (запись регистрации N 61-61-35/003/2014-291). 

Таким образом,  ФИО3 и ФИО8  в настоящее время являются собственниками помещений здания животноводческого корпуса общей площадью 2 736,4 кв. м, расположенного в Орловском районе Ростовской области, на расстоянии 623 м по направлению на северо-восток от ориентира х. Майский. Иные собственники помещений в указанном нежилом здании отсутствуют.

Данные обстоятельства преюдициально установлены судебными актами по делам № А53-5605/2015, № А53-25717/2016 (ч. 2 ст. 69 АПК РФ).

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ростовской области от 21.02.2017 по делу № А53-25717/2016 признан незаконным отказ администрации поселения в предоставлении ФИО3 в аренду с множественностью лиц на стороне арендатора земельного участка с кадастровым номером 61:29:0600001:154 площадью 41 921 кв. м. На комитет возложена обязанность направить предпринимателю ФИО3 подписанный проект договора аренды спорного земельного участка с множественностью лиц на стороне арендатора, сроком на 49 лет, размер обязательства по договору аренды земельного участка с множественностью лиц на стороне арендатора в отношении земельного участка должен быть соразмерен доле в праве предпринимателя ФИО3 на здание, расположенное на земельном участке, которая составляет 15/22.

Таким образом, в настоящее время данный земельный участок с кадастровым номером 61:29:0600001:154 является объектом публичной собственности и предметом аренды со множественностью лиц на стороне арендаторов (ФИО3, ФИО8).

На данном земельном участке ответчиком возведены и эксплуатируются следующие объекты капитального строительства:

- нежилое здание для овец, инвентарный номер 60:242:001:630039190, общей площадью 129 кв. м, материал стен - ракушечник, фундамент из ракушечника, адрес местоположение: Ростовская область, Орловский район, 1,25 км на северо-восток от х. Майорский;

- здание для охраны производственной базы, инвентарные номер 60:242:001:63003 9200, общей площадью 20,8 кв. м, материал стен - саман обложенный кирпичом, фундамент из ракушечника, адрес местоположение: Ростовская область, Орловский район, 1,2 км на северо- восток от х. Майорский,

- навес для хранения сена, инвентарный номер 60:242:001:630039210, общей площадью 98,7 кв. м, материал стен - металлический профнастил, фундамент бетонный, адрес местоположение: Ростовская область, Орловский район, 1,3 км на северо- восток от х. Майорский.

Согласно техническим паспортам, составленным по состоянию на 24.08.2015, здания отстроены на бетонных и ракушечных фундаментах из кирпича, металла, саманных и ракушечных блоков и имеют вторую группу капитальности.

Истец полагает данные строения самовольными.

Протоколом № 1 от 23.09.2015 заседания межведомственной комиссии по выявлению и пресечению самовольного строительства на территории Орловского района Ростовской области  было принято решение о принятии мер по обращению в суд с иском о сносе данных строений как самовольных, ввиду отсутствия правоустанавливающих документов.

По информации, предоставленной главе администрации Майорского сельского поселения Орловского района Ростовской области Прокуратурой Ростовской области,  ФИО3 обращался в сектор архитектуры и градостроительства администрации Орловского района за разрешениями на ввод объектов в эксплуатацию, однако получил отказ ввиду отсутствия разрешения на строительство данных объектов.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящими исковыми требованиями.

Согласно данным ответчиком суду пояснениям, земельный участок всегда использовался в соответствии с целевым назначением для эксплуатации здания и размещения производственной базы, так как основное значение здания животноводческого корпуса, предполагает необходимость обустройства прилегающей территории, для нормальной эксплуатации здания по назначению. На территории непосредственно прилегающей к части здания было установлено ограждение, необходимое для содержания животных и для охраны территории, возведены вспомогательные постройки - сторожка, сенник и сарай для овцематок и ягнят. Данные постройки являются вспомогательными по отношению к основному зданию, строились в период нахождения земельного участка в собственности фермерского хозяйства в 2004-2005 годах, однако права собственности на постройки оформлены не были. Как указывает ответчик, в соответствии со статьей 51 Градостроительного Кодекса РФ разрешение на строительство спорных вспомогательных построек не требовалось. Также ответчиком заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

В силу пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации строительство, реконструкция объектов капитального строительства, а также их капитальный ремонт, если при его проведении затрагиваются конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности таких объектов, осуществляются на основе разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных данной статьей.

По смыслу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой может быть признан только объект недвижимого имущества.

В пункте 24 постановления совместного Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление N 10/22) разъяснено, что по смыслу абзаца второго пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчиком по иску о сносе самовольной постройки является лицо, осуществившее самовольное строительство. При создании самовольной постройки с привлечением подрядчиков ответчиком является заказчик как лицо, по заданию которого была осуществлена самовольная постройка.

ФИО3 не отрицал факт возведения им спорных построек, следовательно, иск заявлен к  надлежащему ответчику.

Легитимация Комитета по управлению имуществом Орловского района действующего от имени и в защиту интересов соответствующего муниципального образования следует из положений пункта  2 статьи 3.3 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации", согласно которому предоставление земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органом местного самоуправления муниципального района в отношении земельных участков, расположенных на территории сельского поселения, входящего в состав этого муниципального района, и земельных участков, расположенных на межселенных территориях муниципального района. Право распоряжения земельным участком влечет и право на осуществление землеконтроля, в том числе за возведением самовольных построек.

Таким образом, комитет надлежащим образом легитимирован на обращение с настоящим иском.

Судом первой инстанции верно определен предмет доказывания по делу. Так, суд обоснованно указал, что для удовлетворения исковых требований о сносе самовольных построек необходимо установить: факт принадлежности указанных объектов к категории недвижимости, отсутствие разрешительной документации на строительство и (или) возведение спорных объектов на земельном участке, не отведенном для этих целей ответчику,  и (или) возведение объектов с существенным нарушением строительных норм и правил и (или), создание угрозы жизни и здоровью граждан при сохранении спорных объектов.

Любого из указанных оснований достаточно для констатации самовольного характера строительства.

Суд первой инстанции указал, что спорные объекты обладают признаками недвижимых вещей, однако отказал в их сносе, признав вспомогательный характер строений по отношению к основному зданию животноводческого комплекса, в связи с чем указал, что разрешение на возведение спорных объектов не требовалось.

Так, суд отметил, что на спорном земельном участке, расположено здание производственной базы, находящееся в общей долевой собственности ФИО3 и ФИО8, вид разрешенного использования земельного участка - для размещения производственной базы, договор аренды с множественностью лиц на стороне арендатора подписан органом публичной власти и ФИО3 с учетом доли в праве на земельный участок, исходя из площади основного здания. Следовательно, все иные объекты, расположенные на указанном земельном участке имеют вспомогательное назначение и образуют состав производственной базы, их функциональное назначение встраивается в основное функциональное назначение, а именно - размещение производственной базы.

Суд также учел заключение проведенной по делу судебной экспертизы по вопросам соответствия спорных объектов установленным нормативам безопасности и отсутствия угрозы жизни и здоровью граждан.

Так, определением суда первой инстанции от 19.07.2017 была назначена экспертиза, проведение судебной экспертизы было поручено экспертам специализированного частного учреждения «Ростовский центр судебных экспертиз», ФИО10 и ФИО7.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1.Отвечает ли нежилое здание (строение) для овец, инвентарный номер 60:242:001:63003 9190 общей площадью 129 кв.м, расположенное по адресу: Ростовская область, Орловский район, 1,25 км на северо-восток от х. Майорский, градостроительным, строительным и иным требованиям, предъявляемым к данной категории ответственности зданий? Соответствует данное нежилое здание для овец установленным нормативам безопасности и не создает ли угрозы жизни и здоровью граждан?

2.Отвечает ли здание (строение) для охраны производственной базы, инвентарный номер 60:242:001:63003 9200 общей площадью 20,8 кв.м, расположенное по адресу: Ростовская область, Орловский район, 1,2 км на северо-восток от х. Майорский, градостроительным, строительным и иным требованиям, предъявляемым к данной категории ответственности зданий? Соответствует данное нежилое здание для охраны производственной базы установленным нормативам безопасности и не создает ли угрозы жизни и здоровью граждан?

3.Отвечает здание (строение) навеса для хранения сена, инвентарный номер 60:242:001:63003 9210 общей площадью 98,7 кв.м, расположенное по адресу: Ростовская область, Орловский район, 1,2 км на северо-восток от х. Майорский, градостроительным, строительным и иным требованиям, предъявляемым к данной категории ответственности зданий? Соответствует данное нежилое здание для охраны производственной базы установленным нормативам безопасности и не создает ли угрозы жизни и здоровью граждан?

В материалы дела 01.09.2017 от экспертной организации специализированного частного учреждения «Ростовский центр судебных экспертиз» поступило заключение №00643/Э от 31.08.2017.

Согласно представленному в материалы дела заключению специализированного частного учреждения «Ростовский центр судебных экспертиз» №00643/Э от 31.08.2017, по результатам исследования, экспертами сделаны выводы о соответствии исследуемых объектов градостроительным, строительным, санитарным, противопожарным нормам и правилам, а также о том, что спорные объекты угрозу жизни и здоровью граждан не создают.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, включая технические паспорта и фотографии в составе экспертного заключения, усомнился в правильности оценки судом спорных объектов в качестве объектов недвижимости, в связи с чем вызвал и допросил в судебном заседании эксперта как лицо обладающее специальными познаниями и согласно заданию на производство судебной экспертизы и предмету таковой исследовавшее технические характеристики спорных строений.

В силу пункта первого статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Согласно техническому паспорту, изготовленному ФГУП «Российский государственный центр инвентаризации и учета объектов недвижимости – Федеральное бюро технической инвентаризации» (Орловское отделение Ростовского филиала) от 24.08.2015, здание для охраны производственной базы 2005 года постройки возведено на фундаменте из ракушечника, имеет саманные стены, обложенные кирпичом, печное отопление, электроосвещение посредством открытой проводки, относится к пятой группе капитальности.

Согласно заключению экспертов здание размещено на монолитном ленточном фундаменте в виде сплошной ленты под наружными стенами здания, цокольная часть фундамента выполнена из ракушечника, наружные и внутренние несущие стены выполнены из керамического кирпича, сложенного на цементно-песчаном растворе, толщина стен 140-380мм.

Указанные технические характеристики (в частности наличие фундамента под несущими стенами, принимающего на себя вертикальные нагрузки от таковых и кирпичная кладка стен) не вызывают у суда сомнений в наличии прочной связи указанного объекта с землей и невозможности его перемещения без несоразмерного ущерба назначению (то есть как целой сохраняющей эксплуатационные свойства конструкции). Таким образом, суд апелляционной инстанции в полной мере разделяет вывод суда первой инстанции о том, что здание для охраны производственной базы относится к объектам недвижимости.

Согласно техническому паспорту, изготовленному ФГУП «Российский государственный центр инвентаризации и учета объектов недвижимости – Федеральное бюро технической инвентаризации» (Орловское отделение Ростовского филиала) от 24.08.2015, здание навеса для хранения сена 2004 года постройки возведено на бетонном фундаменте, имеет стены и крышу из металлического профнастила, металлические ворота, не подключено к инженерным коммуникациям.

Согласно заключению судебной экспертизы конструктивная схема объекта каркасная, в виде металлических колонн, ферм, пространственная жесткость обеспечивается работой колонн, ферм, образующих геометрически неизменяемую систему. Фундамент монолитный, столбчатый под одиночную колонну. Несущими конструкциями являются стоечно-балочные конструкции, состоящие из вертикальных и горизонтальных стержней несущих элементов. На вертикальные конструкции из профильной трубы  крепится металлический профилированный лист (наружные стены).

На вопрос суда в судебном заседании эксперт указал, что исходя из названных технических характеристик, полагает навес для хранения сена  перемещаемым временным объектом.

Из представленных фотографий указанные экспертом признаки конструктивного устройства спорного здания навеса в полной мере усматриваются. В частности видно, что связь строения с землей обеспечивается исключительно за счет того, что места погружения в землю несущих металлических колонн (столбов) забетонированы, при этом металлические стены сопряжения с землей не имеют, в землю не заглублены, прочной связи с землей не имеют.

Суд апелляционной инстанции при таких обстоятельствах полагает неверным вывод суда первой инстанции о наличии у данного объекта признаков недвижимого имущества. Сам по себе способ закрепления легкой металлической конструкции на местности путем замоноличивания столбов, образующих ее каркас, недостаточен для констатации такой прочной связи с землей, которая исключала бы перемещение данной конструкции без несоразмерного ущерба ее назначению. Апелляционный суд не усматривает признаков долговечной капитальной конструкции у спорного здания навеса для хранения сена.

Указанное само по себе исключает возможность применения положений статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации к данному сооружению, в связи с чем отказ в иске в указанной части апелляционный суд полагает правильным. Учитывая, что ответчик является арендатором земельного участка, на котором размещается данное сооружение, а также принимая во внимание, что доказательств явного противоречия назначения данного объекта разрешенному виду использования участка не имеется, основания к его сносу отсутствуют. Отказ в иске в указанной части правомерен.

Согласно техническому паспорту, изготовленному ФГУП «Российский государственный центр инвентаризации и учета объектов недвижимости – Федеральное бюро технической инвентаризации» (Орловское отделение Ростовского филиала) от 24.08.2015, нежилое здание для овец (овин) 2005 года постройки III группы капитальности возведено на фундаменте из ракушечника, имеет стены и перегородки  из ракушечника, из  инженерных коммуникаций – электроосвещение путем открытой проводки.

Согласно заключению судебной экспертизы конструктивная схема объекта каркасная, в виде металлических колонн, ферм, пространственная жесткость обеспечивается работой колонн, ферм, образующих геометрически неизменяемую систему. Фундамент монолитный, столбчатый под одиночную колонну. Наружные и внутренние стены самонесущие, заполняют пространство между конструкциями металлического каркаса, выполнены из блоков ракушечника, сложенных на цементно-песчаном растворе.

Из представленных фотографий усматривается, что стены из ракушечника не представляют из себя классическую геометрическую конструкцию, ограждающую пространство внутри здания от пола и до кровли. Несущие конструкции металлических ферм и балок в стены не включены, стены выложены по периметру внутри несущих конструкций, высота стен до кровли не доходит, зазоры между стенами и кровлей закрыты профилированными металлическими листами, листами шифера, закрепленными на несущих металлических опорах посредством деревянных балок.

По мнению эксперта, выраженному в ходе допроса в судебном заседании, овин относится к перемещаемым объектам, поскольку выполненные из ракушечника стены не являются несущими конструкциями для данного объекта, на них не опираются фермы и иные конструкции овина. Между тем, для характеристики строения как капитального учитываются только несущие конструкции. Полагает овин объектом пониженного уровня ответственности в терминологии Технического регламента о безопасности зданий и сооружений.

По пояснениям ответчика, стены были возведены позднее металлической конструкции в целях утепления.

Представитель Комитета на вопрос суда пояснил, что согласен с тем, что признаки капитальности в виде стен из ракушечника овин получил впоследствии, а не изначально при возведении.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что в настоящее время стены из ракушечника представляют собой конструктивный элемент здания, определяют его технические характеристики и индивидуальный облик. Между тем, наличие таких стен делает объект в существующем виде неперемещаемым и придает ему свойства объекта недвижимости (кладка из блоков ракушечника не является сборно-разборной, не может быть перемещена без разрушения). Следовательно, возведением стен был вновь создан новый недвижимый объект.

Ответчик не отрицает факт отсутствия у него разрешительной документации на возведение здания для охраны производственной базы и здания для овец. Доказательства принятия ответчиком мер по получению такого разрешения до начала строительства, равно как и доказательства  неправомерно отказа в выдаче такого разрешения не представлены. 

Вместе с тем, судом первой инстанции при разрешении спора учтены положения пункта 3 части 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, согласно которым выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования.

При этом, нормы Градостроительного кодекса Российской Федерации не раскрывают определение понятия "объект вспомогательного использования".

Вывод о вспомогательном характере спорных объектов суд основал на соответствии назначения таковых разрешенному виду использования земельного участка, изначально сформированного для эксплуатации здания животноводческого комплекса.

Допрошенный в судебном заседании эксперт также настаивал на выводе о вспомогательном характере строений, пояснив, что согласно РД-АПК 1.10.03.02-12 «Методические рекомендации по технологическому проектированию овцеводческих объектов выделяются основные здания и сооружения и здания сооружения обслуживающего характера (подсобные производственные, складские, административно-бытовые) (отражено в исследовательской части экспертного заключения, см.л.д. 61-67 т.3). Именно с позиции указанных методических рекомендаций эксперт и характеризует овин  (как карантинное помещение ветеринарного назначения с учетом пояснений ответчика о сезонном характере его использования для целей отдельного содержания  ягнят) и здание для охраны (как бытовое помещение) в качестве вспомогательных.

Между тем, суд апелляционной инстанции полагает, что такой подход не является безусловно верным, достаточным и допустимым для целей определения применимости положений пункта 3 части 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации к спорным строениям без учета дополнительных обстоятельств. Так, его применение влечет возможность неограниченного и бесконтрольного (в отсутствие разрешения) строительства в целях расширения любой производственной базы со ссылкой на то, что вновь возводимые строения создаются с целью, сопряженной с использованием уже существующих строений для обслуживания и удобства эксплуатации таковых (возведение складов для хранения производимой или реализуемой продукции, возведение административно-бытовых помещений для размещения, питания, отдыха, проживания и пр. сотрудников, создание цехов для производства кормов, деталей и пр.).

Исходя из системного анализа действующего законодательства и значения и целей выдачи разрешения на строительство как документа, который подтверждает соответствие проектной документации требованиям, установленным градостроительным регламентом, проектом планировки территории и проектом межевания территории при осуществлении строительства, реконструкции объекта капитального строительства, а также допустимость размещения объекта капитального строительства на земельном участке в соответствии с разрешенным использованием такого земельного участка и ограничениями, установленными в соответствии с земельным и иным законодательством Российской Федерации (ч. 1 ст. 51 ГрК РФ) судебная практика применяет для целей идентификации строений в качестве вспомогательных положения пункта 10 статьи 4 Федерального закона от 30.12.2009 N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений", согласно которым к зданиям и сооружениям пониженного уровня ответственности относятся здания и сооружения временного (сезонного) назначения, а также здания и сооружения вспомогательного использования, связанные с осуществлением строительства или реконструкции здания или сооружения либо расположенные на земельных участках, предоставленных для индивидуального жилищного строительства.

Апелляционный суд учитывает, что единообразный подход к квалификации строений в качестве вспомогательных выработан и кассационным судом округа.

Так, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в постановлении от 24.08.2017 N Ф08-6022/2017 по делу N А32-3438/2015 отметил, что под строениями и сооружениями вспомогательного использования следует понимать сооружения пониженного уровня ответственности по ГОСТу 27751-2014 "Надежность строительных конструкций и оснований. Основные положения", введенному в действие приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 11.12.2014 N 1974-ст. Согласно пункту 10.1 и приложению А указанного ГОСТа к классу сооружений пониженного уровня ответственности (КС-1) относятся теплицы, парники, мобильные здания (сборно-разборные и контейнерного типа), склады временного содержания, в которых не предусматривается постоянного пребывания людей. Пункт 10.1 указанного ГОСТа включен в Перечень национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона от 30.12.2009 N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений". Из указанного следует, что объектом вспомогательного назначения следует понимать постройки, предназначенные для обслуживания и эксплуатации основного объекта и не имеющие конструктивной возможности самостоятельного использования для иной деятельности.

В Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.06.2017 N Ф08-3256/2017 по делу N А32-17295/2016 также указано, что согласно разъяснений Ростехнадзора по применению положений Градостроительного кодекса в части осуществления государственного строительного надзора и Постановления Правительства Российской Федерации от 1 февраля 2006 г. N 54 "О государственном строительном надзоре в Российской Федерации" под строениями и сооружениями вспомогательного использования следует понимать сооружения пониженного уровня ответственности по ГОСТ 27751-88 "Надежность строительных конструкций и оснований" (в настоящее время заменен на "ГОСТ 27751-2014. Межгосударственный стандарт. Надежность строительных конструкций и оснований. Основные положения". К таким сооружениям относятся парники, теплицы, летние павильоны, небольшие склады и подобные сооружения. Кроме того, критерием для отнесения строений и сооружений к вспомогательным является наличие на рассматриваемом земельном участке основного здания, строения или сооружения, по отношению к которому новое строение или сооружение выполняет вспомогательную или обслуживающую функцию. К таким сооружениям можно отнести мобильные сборно-разборные и контейнерные здания и склады, гаражи, блокпосты для охраны объектов и другие подобные сооружения.

В Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.01.2017 N Ф08-10117/2016 по делу N А53-13021/2016 отмечено, что нахождение на одном земельном участке нескольких объектов недвижимости не является безусловным доказательством того, что один из этих объектов является вспомогательным по отношению к другому, а функциональное назначение спорного объекта и цель его постройки - длительное использование в предпринимательских целях. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований полагать здание для охраны (сторожку) объектом вспомогательного назначения, поскольку возможно самостоятельное использование данного здания в качестве бытового помещения. Здание оборудовано инженерными коммуникациями. При этом здание с очевидностью не является сооружением блок-поста для охраны, предназначенным исключительно для размещения одного-двух охранников в положении стоя либо сидя, но представляет собой строение из двух комнат, имеющее также пристройку. В здании имеется газовая плита для приготовления пищи, холодильник, мебель, посуда. То есть здание может эксплуатироваться самостоятельно в качестве бытового. По своим техническим характеристикам не может быть отнесено к строениям пониженного уровня ответственности, строениям временного либо сезонного использования.

Поскольку доказательств возведения указанного строения в установленном порядке – с получением до начала строительства разрешения на строительство – ответчик не доказал, постольку истец обоснованно квалифицирует здание для охраны как самовольную постройку и требует ее сноса. Соответственно суд первой инстанции необоснованно отказал в иске в указанной части, строение подлежит сносу по правилам статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В отношении овина (нежилого здания для овец) суд апелляционной инстанции полагает отказ в иске правомерным, исходя из того, что конструктивные особенности данного строения и его целевое предназначение свидетельствуют о том, что постройка относится к зданиям пониженного уровня ответственности, предназначена для сезонного использования (временное на период карантина размещение маток с ягнятами после окота). Данный вид использования подтвержден фотоматериалом (фотографии от 18.01.2018). Объект является вспомогательным по отношению к основному строению животноводческого комплекса, предназначенного для постоянного размещения овец. Апелляционный суд соглашается с мнением суда первой инстанции и эксперта о том, что на возведение данного строения не нужно было получать разрешение. Соответственно отказ в иске в данной части также правомерен.

Апелляционный суд отклоняет доводы комитета о том, что поскольку предметом экспертного исследования не охватывалось основное строение животноводческого комплекса, постольку эксперт не может делать выводы о вспомогательном характере овина.

Совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждено назначение основного здания и сохранение соответствующего вида его использования ответчиком на момент рассмотрения спора. Доказательств обратного истец не представил. Суждения эксперта основаны на пояснениях ответчика, подтвержденных документально и на правоустанавливающих документах на основное строение.

Как видно, назначение навеса и овина  не нарушает разрешенного вида использования земельного участка, ответчик является титульным владельцем данного земельного участка, принадлежность истцу на праве собственности помещений в основном строении животноводческого комплекса свидетельствует о том, что ответчик в период строительства также сохранял право землепользования (в том числе учитывая незначительную удаленность спорных строений от основного (легально возведенного) здания). Согласно заключению эксперта спорные объекты не создают угрозы жизни и здоровью граждан, возведены без существенных нарушений градостроительных норм и правил. Таким образом, здание для овец (овин) и здание навеса (сенник) сносу не подлежат.

Ответчиком заявлено о применении исковой давности. Суд первой инстанции указал, что на спорные правоотношения распространяется срок исковой давности, однако доказательств его пропуска истцом суд не установил, отметив, что ответчик не доказал факт информированности истца о спорных постройках ранее, чем за три года до подачи иска.

Суд апелляционной инстанции полагает, что исходя из фактических обстоятельств дела срок исковой давности, в принципе, не применим к спорным правоотношениям сторон по следующим основаниям.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На иски о сносе самовольной постройки согласно правовым подходам, изложенным в пунктах 6 и 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 09.12.2010 N 143 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации» исковая давность не распространяется в двух случаях: в случае, если самовольная постройка создает угрозу жизни и здоровью граждан и в случае, если истец является владеющим собственником земельного участка.

Согласно материалам дела, спорные объекты угрозы жизни и здоровью граждан не создают.

Ответчик является обладателем обязательственно-правового  титула на земельный участок, на котором возведены спорные строения (право аренды). Указанное свидетельствует о том, что истцом сохранено опосредованное владение участком (так как владение ответчика осуществляется по воле истца). Следовательно, истец не может считаться утратившим владение спорным участком. При этом, право публичной собственности на землю восстановлено еще в 2008 году, в то время как иск подан в 2017, то есть комитет не нуждается в защите фактического владения, а значит, нарушение права не сопряжено с защитой владения.

Соответственно срок исковой давности на исковые требования комитета в силу положений статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяется. Возражения ответчика в указанной части основаны на ошибочном понимании норм материального права.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что решение суда первой инстанции надлежит отменить в части отказа в признании самовольной постройкой и сноса здания для охраны производственной базы. В указанной части принять новый судебный акт об удовлетворении иска. Поскольку действующим законодательством не предусмотрен в качестве самостоятельного такой способ защиты как признание постройки самовольной, а надлежащим  и влекущим восстановление прав истца является иск о сносе самовольной постройки, апелляционный суд оценивает формулировку комитетом исковых требований как единое требование о сносе самовольных строений (применительно к каждому из объектов) и полагает, что наиболее корректной формулировкой для удовлетворения иска в соответствующей части (в части сноса здания охраны) является указание на обязание ответчика к сносу здания для охраны как самовольной постройки.

            В порядке статьи 110 Гражданского кодекса Российской Федерации государственная пошлина по иску относится на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Учитывая, что истцом заявлено три неимущественных требования о сносе трех строений как самовольных, государственная пошлина по иску составляет 18 000 руб. При этом Комитет от уплаты государственной пошлины освобожден, в связи с чем частичное удовлетворение иска влечет возложение на ответчика обязанность оплатить в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по иску.

Поскольку Комитет также освобожден и от уплаты государственной пошлины по поданной им апелляционной жалобе и при этом апелляционная жалоба Комитета как истца частично удовлетворена, с ответчика в доход федерального бюджета надлежит взыскать 1 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе Комитета пропорционально удовлетворенным требованиям.

При подаче апелляционной жалобы третьим лицом ФИО8 уплачено 150 руб., в то время как подлежало уплате 3000 руб.

Учитывая частичное удовлетворение указанной жалобы, с ответчика в доход федерального бюджета надлежит взыскать 1 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе ФИО8 пропорционально удовлетворенным требованиям. В остальной части государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на ФИО8 как заявителя, в связи с чем с последнего в доход федерального бюджета надлежит довзыскать 1 850 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 02.10.2017 по делу№ А53-9503/2017 отменить в части отказа в признании самовольной постройкой и сноса здания для охраны производственной базы.

В указанной части принять новый судебный акт об удовлетворении иска.

            Изложить абзац первый резолютивной части решения в следующей редакции:

            «Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 в течение тридцати дней с момента вступления решения суда в законную силу снести самовольную постройку – здание для охраны производственной базы, инвентарный номер 60:242:001:630039200, общей площадью 20,8 кв.м, материал стен: саман обложенный кирпичом, фундамент из ракушечника, расположенное по адресу: Ростовская область, Орловский район, 1,2 км на северо-восток от х. Майорский на земельном участке с кадастровым номером 61:29:0600001:154».

            Дополнить резолютивную часть решения абзацами следующего содержания: «Взыскать с индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по иску».

            В остальной части решение суда оставить без изменения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 в доход федерального бюджета 2 000 руб. государственной пошлины по апелляционным жалобам.

            Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО8 в доход федерального бюджета 1 850 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты изготовления полного текста постановления.

Председательствующий                                                           М.Н. Малыхина

 

Судьи                                                                                             В.В. Галов

 

                                                                                                        А.А. Попов