ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 09АП-6518/2024

Дело № А40-232120/21

город Москва

20 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 20 марта 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Башлаковой-Николаевой Е.Ю.,

судей Вигдорчика Д.Г., Веретенниковой С.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 на определение Арбитражного суда города Москвы от 28 декабря 2023 года  по делу № А40-232120/21 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего гражданина ФИО2 ФИО3 о признании недействительной сделкой договора установления долей и купли-продажи доли в праве общей собственности на земельный и участок с долей в праве общей собственности на жилой дом и с долей в праве общей собственности на здание от 31.03.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО4, и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (13.06.1969г.р., ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: Поповских А.П. по дов. от 28.03.2023

от ФИО4: ФИО5 по дов. от 26.06.2023

от ф/у ФИО2: ФИО6 по дов. от 09.02.2024

иные лица не явились, извещены,

                                                                  УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2022 в отношении должника ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7 (ИНН 

<

***>), являющаяся членом САУ «СРО «ДЕЛО».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2022г. в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3 (ИНН 

<

***>), являющийся членом Союза арбитражных управляющих "Саморегулируемая организация "ДЕЛО".

Определением  Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего гражданина ФИО2 ФИО3 о признании недействительной сделкой договора установления долей и купли-продажи доли в праве общей собственности на земельный и участок с долей в праве общей собственности на жилой дом и с долей в праве общей собственности на здание от 31.03.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО4, и применении последствий недействительности сделки отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 - ФИО3 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой, в которой просил указанное определение  суда отменить.   

   Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель  финансового управляющего ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил ее  удовлетворить. Представители  ФИО2, ФИО4 возражали.    

  Исследовав доказательства, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

Должник состоял в зарегистрированном браке с ФИО4 с 03.02.2001.

Брак был расторгнут 22.12.2016, о чем 10.01.2017 сделана запись Гагаринским отделом ЗАГС Управления ЗАГС Москвы.

31.03.2017 между Должником и бывшей супругой ФИО4 был заключен Договор установления долей и купли-продажи доли в праве общей собственности на земельный и участок с долей в праве общей собственности на жилой дом и с долей в праве общей собственности на здание от 31.03.2017. Договор удостоверен нотариусом и зарегистрирован в реестре за №2-1788.

На основании Договора ФИО2 и ФИО4 определили, что следующее недвижимое имущество является их общей совместной собственностью:

- Земельный участок с кадастровым № 50:20:0090301:5, площадью: 3 038 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, с/п Никольское, 

<

...>;

- Жилой дом с кадастровым № 50:20:0090301:358, площадью: 407,2 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, 

<

...>;

- нежилое здание (сторожка-гараж) с кадастровым № 50:20:0090301:359, площадью: 126,4 кв.м., расположенное по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, 

<

...>, далее совместно именуются – «Объекты недвижимости».

Стороны установили, что каждому из них принадлежит по ? доли в общей собственности на Объекты недвижимости.

В соответствии с п.7 Договора Должник продал свою долю в общей собственности на Объекты недвижимости ФИО4 Цена продажи на основании п.10 Договора определена сторонами в размере 17 000 000 руб., из которых: доля в праве общей собственности на земельный участок – 5 000 000 руб., доля в праве на жилой дом – 10 000 000 руб., доля в праве на здание (сторожку-гараж) – 2 000 000 руб.

Согласно п.10 Договора расчет между сторонами произведен до подписания договора.

Согласно выпискам из ЕГРН по состоянию на 01.10.2022 собственником Объектов недвижимости является ФИО4

Финансовый управляющий должника указывает, что ни оснований для проведения таких расчетов, ни подтверждения получения Должником денежных средств нет.

В отсутствие фактической оплаты по Договору он является притворной сделкой, прикрывающей дарение доли Должника в пользу ФИО4

По мнению финансового управляющего, действия сторон Договора о передаче от Должника доли ФИО4 в совместно нажитом имуществе направлены исключительно на причинение вреда кредиторам Должника и на обход действующего законодательства.

Поскольку отсутствует подтверждение получения ФИО2 денежных средств в размере 17 000 000 руб. за отчуждаемую долю, Договор прикрывает собой дарение.

На основании п.4 ст.213.25 Закона о банкротстве В конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским законодательством, семейным законодательством.

Согласно п.7 ст.213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей.

В соответствии с п.1 ст.39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Соответственно, стороны Договора действовали в обход норм Закона о банкротстве о включении общего имущества супругов (Объектов недвижимости) в конкурсную массу для целей его последующей реализации и распределения вырученных денежных средств между кредиторами. В результате Должник без какого-либо встречного предоставления лишился своей 1/2 доли в праве собственности на Объекты недвижимости.

Стоимость отчужденной доли была занижена по отношению к рыночной стоимости.

Согласно Договору, стоимость принадлежащей Должнику ? доли в праве общей собственности супругов на Объекты недвижимости составляла 17 000 000 рублей.

Финансовым управляющим был произведен поиск аналогичных объектов недвижимости.

Из открытых источников информации (объявления на ЦИАН) следует, что стоимость жилых домов с аналогичным расположением выше, чем установленная Договором.

Так, стоимость жилого дома сопоставимой площадью (455 кв.м.), расположенного в том же округе, составляет 67 000 000 руб. Соответственно, половина стоимости (соответствующая размеру отчужденной доли) составляет 33 500 000 руб., что существенно выше того, что Должник должен был получить по Договору.

Таким образом, Объекты недвижимости были отчуждены по существенно заниженной стоимости, что повлекло уменьшение конкурсной массы Должника и утрату кредиторами возможности удовлетворить часть своих требований.

При этом оспариваемый Договор был заключен 31.03.2017, то есть незадолго до отзыва лицензии у АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) (21.04.2017), где Должник занимал должность генерального директора. Должник и ФИО4, являющаяся заинтересованными лицом по отношению к Должнику по смыслу ст.19 Закона о банкротстве, могли предполагать отзыв лицензии у банка и вероятность последующего привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка. Тем не менее, 31.03.2017 был заключен оспариваемый Договор, по результатам которого Должник лишился части имущества. Впоследствии Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2020 по делу №А40-79815/2017 Должник был привлечен к субсидиарной ответственности.

Таким образом, по мнению финансового управляющего, целью заключения оспариваемого Договора являлось уменьшение конкурсной массы Должника и лишение кредиторов возможности получить частичное удовлетворение своих требований, то есть стороны Договора действовали в обход закона с целью причинения вреда кредиторам Должника.

Отказывая у удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции указал следующее.

Оспариваемая сделка совершена 31.03.2017г., то есть более чем за три года до принятия к производству заявления о банкротстве гражданина ФИО2 (08.12.2021г.).

Как установлено п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

Согласно п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно п. 3 ст. 19 Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В судебном заседании суда первой инстанции установлено, что согласно решению мирового судьи судебного участка № 217 района Гагаринский г. Москвы от 22.11.2016г. брак между супругами ФИО2 и ФИО4 расторгнут.

Таким образом, и на дату совершения оспариваемой сделки, и на дату отзыва лицензии у Банка, ФИО4 являлась бывшей супругой ФИО2 в течение нескольких месяцев.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что после расторжения брака ФИО2 и ФИО4 проживали совместно, вели общее хозяйство за счет совместно нажитого имущества, в связи с чем ФИО4 могла быть осведомлена о наличии обстоятельств для отзыва лицензии у Банка, в котором ее супруг занимал должность генерального директора. При этом дочери должника постоянно проживают с матерью.

Указанные доводы финансового управляющего основаны исключительно на предположениях и родственных связях ФИО2 и ФИО4, надлежащим образом не подтверждены.

Неосведомленность ФИО4 о наличии обстоятельств для отзыва лицензии у Банка исключает ее цель причинения сделкой какого-либо вреда, поскольку нельзя преследовать цель причинения вреда кредитору в условиях неосведомленности о его наличии.

Финансовый управляющий указывает, что спорный договору был заключен менее чем за месяц до отзыва лицензии у АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) (21.04.2017), где Должник занимал должность генерального директора.

Должнику должно было быть известно о предстоящем отзыве лицензии в силу следующего.

Как следует из текста Приказа Банка России от 21.04.2017, лицензия у Банка была отозвана в связи с неисполнением кредитной организацией федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, и нормативных актов Банка России, неоднократным" нарушением в течение одного года требований, предусмотренных статьей 7 (за исключением пункта 3 статьи 7) Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», также требований нормативных актов Банка России, изданных соответствии с указанным Федеральным законом, установлением фактов существенной недостоверности отчетных данных, неспособностью удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, учитывая неоднократное применение в течение одного года мер, предусмотренных Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)».

Таким образом, в отношении Банка в течение года неоднократно применялись меры регулирования, предусмотренные действующим законодательством, нарушения Банком действующего законодательства носили системный характер. Очевидно, что, являясь генеральным директором АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО), Должник, должен был знать обо всех нарушениях и вынесенных предписаниях и предполагать возможность отзыва лицензии. Должник также должен был осознавать, что отзыв лицензии связан с его действиями (бездействием).

Соответственно, с учетом обстоятельств дела, имеются основания полагать, что в попытке нивелировать заранее риски возникновения обязательств перед АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) и его кредиторами, Должник произвел отчуждение имущества в пользу бывшей супруги.

В результате совершения оспариваемой сделки из владения Должника выбыло недвижимое имущество. Даже с учетом позиции ФИО4 об оплате сделки, сам факт того, что в преддверии отзыва лицензии Должник реализовал недвижимое имущество указывает на его намерение скрыть имущество, поскольку сокрытие денежных средств гораздо проще осуществить, чем скрыть имущество, информация о правах на которое содержится в государственном реестре.

Кроме того, непонятна цель совершения сделки: раздел имущества супругов был осуществлен позднее, в июле 2017 года. Почему отдельным соглашением произведен выдел доли – не ясно.

При этом по соглашению о разделе имущества от 28.07.2017 в распоряжение ФИО2 были также переданы денежные средства вместо объектов недвижимости. В совокупности это указывает на замену недвижимого имущества Должника исключительно денежными средствами, которые легче вывести из конкурсной массы, что и было сделано (имущество в процедуре банкротства ФИО2 отсутствует).

Таким образом, по мнению финансового управляющего должника, целью заключения оспариваемого Договора было лишить потенциальных кредиторов ФИО2 (банк) возможности получения удовлетворения требований за счет имущества Должника.

Указанные доводы судом первой инстанции были отклонены в связи со следующим.

На момент совершения оспариваемой сделки у должника не имелось обязательств по долгам АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО), ФИО2 не отвечал признакам неплатежеспособности.

Дело о банкротстве в отношении АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) было возбуждено 04.05.2017, спор о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности инициирован только 20.02.2020, то есть через три года после совершения оспариваемой сделки.

Как указывает сам финансовый управляющий спорная сделка от 31.03.2017 совершена до отзыва лицензии у банка и соответственно до установления требований кредиторов в рамках дела о банкротстве АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО).

Таким образом, финансовым управляющим не доказано наличие неисполненных обязательств у ФИО2 перед кредитором АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) на дату совершения спорной сделки, что могло бы свидетельствовать о наличии у сторон цели причинения вреда кредитору. О наличии каких-либо иных неисполненных обязательств на дату совершения оспариваемой сделки в заявлении финансового управляющего не указано.

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2020г. о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) установлено, что существенное ухудшение финансового состояния Банка произошло в период с 10.04.2017 г. по 13.04.2017 г. в результате совершения советником Генерального директора ФИО8 24-ех кредитных договоров с заемщиками, заведомо не способными исполнить свои обязательства.

Приговором Гагаринского районного суда от 05.06.2017 г. ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ. В период с 23.03.2017 г. по 10.04.2017 г., действуя на основании доверенности, выданной ФИО2, ФИО8, осознавая, что у Банка в скором времени будет отозвана лицензия ввиду неисполнения Банком федеральных законов, решил незаконно обогатиться путем хищения денежных средств путем кредитования заемщиков с сомнительной платежеспособностью и заведомо не обладающих способностью исполнить свои обязательства; имеющих признаки фиктивности, свидетельствующие об отсутствии у организаций реальной хозяйственной деятельности. Для реализации преступного замысла в период с 10.04.2017 г. по 13.04.2017 г., ФИО8, действуя умышленно, из корыстных побуждений и материальной заинтересованности, осознавая фактическую опасность своих действий, без заседания кредитного комитета и рассмотрения на нем вопросов относительно кредитования юридических лиц, заключил вышеуказанные кредитные договоры. При заключении кредитных договоров ФИО8 и неустановленные следствием лица заведомо знали, что обязательства по возврату денежных средств заемщиками исполнены не будут, поскольку участникам преступления было достоверно известно о том, что генеральные директора указанных компаний являются номинальными; данные компании свою финансово-хозяйственную и фактическую деятельность не осуществляют; обладают признаками фиктивности; являются «фирмами-однодневками», в связи с чем не способны исполнить взятые на себя обязательства. Денежные средства по кредитным договорам поступили на счета заемщиков, а в дальнейшем – на счета подконтрольных ФИО8 юридических лиц. Приговор Гагаринского районного суда от 05.06.2017 г. вступил в законную силу.

Таким образом, решением суда общей юрисдикции установлено, что ликвидное имущество Банка (денежные средства) было похищено. Имущество Банка в виде денежных средств было заменено на неликвидное имущество (права требования к заемщикам, не способным исполнить обязательства), что привело к тому, что на дату отзыва лицензии у Банка имелся признак несостоятельности (банкротства), предусмотренный ст. 189.8 Закона о банкротстве – стоимости имущества Банка недостаточно для исполнения обязательств перед кредиторами.

В рамках уголовного дела конкурсным управляющим заявлен гражданский иск, который удовлетворен судом; с ФИО8 в пользу Банка взыскана сумма ущерба в размере 23 315 040 тыс. руб. Конкурсному управляющему выдан исполнительный лист.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что признак неплатежеспособности у АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) возник в период с 10.04.2017 г. по 13.04.2017 г., то есть после совершения оспариваемой сделки.

При этом, ликвидное имущество Банка (денежные средства) было похищено не ФИО2, что установлено вступившим в законную силу приговором суда.

Во вступившим в законную силу определении Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2020г. о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) суд пришел к выводу, что генеральный директор Банка ФИО2, являющийся единоличным исполнительным органом Банка, полностью отказался от контроля за Банком, отстранился от его руководства, доверив заключение кредитных договоров ФИО8, который заключил договоры с техническими заемщиками.

Однако виновных действий ФИО2 по выводу имущества АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО), в том числе в свою пользу либо в пользу аффилированных лиц, либо наращиванию кредиторской задолженности судом не было установлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства того, что ФИО2 предполагал банкротство АКИБ «ОБРАЗОВАНИЕ» (АО) и намеренно совершил сделку по отчуждению своего имущества, чтобы не допустить обращения взыскания на него.

Согласно отзыву ФИО2 сделка была направлена исключительно на урегулирование хозяйственных взаимоотношений бывших супругов в отношении имущества, нажитого в период брака и определения места проживания бывших супругов.

В отношении оплаты по договору и финансовой возможности такой оплаты со стороны ФИО4 суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно отзыву ФИО4 стоимость ? доли в объектах имущества, определенная бывшими супругами в оспариваемом Договоре составила 17 000 000 руб.

При этом бывшему супругу ФИО2 было переданы денежные средства в полном объеме, что отражено в договоре.

Данные денежные средства были получены ФИО4 от сделок по купле-продаже недвижимого имущества, расположенного в пос. Заречье, Одинцовского района Московской области, общей стоимостью 40 000 000 рублей, что подтверждается договорами купли-продажи, заключенными 22.09.2016г. с ФИО9 и платежными поручениями на вышеуказанную сумму, копии которых представлены в материалы дела.

Таким образом, у ФИО4 имелась финансовая возможность оплаты.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2023г. удовлетворено ходатайство ФИО4 о назначении проведения судебной экспертизы; назначена судебная (оценочная) экспертиза по делу № А40-232120/2021-66-517; проведение судебной экспертизы по делу № А40-232120/2021-66-517 поручено эксперту ООО «Оценка-Консалтинг» (адрес: 141033, Московская область, г. Мытищи, мкр. 

<

...>) ФИО10.

На разрешение эксперта ФИО10 поставлены следующие вопросы:

- Какова рыночная стоимость следующего имущества на состоянию на 31.03.2017г.: земельный участок с кадастровым № 50:20:0090301:5, площадью: 3 038 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, с/п Никольское, 

<

...>;

жилой дом с кадастровым № 50:20:0090301:358, площадью: 407,2 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, 

<

...>;

нежилое здание (сторожка-гараж) с кадастровым № 50:20:0090301:359, площадью: 126,4 кв.м., расположенной по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, 

<

...>?

Согласно проведенной судом оценочной экспертизе, результаты которой отражены в Заключении эксперта № 110 от 19 августа 2023 года, рыночная стоимость объектов:

- земельный участок с кадастровым № 50:20:0090301:5, площадью: 3 038 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, с/п Никольское, 

<

...>;

- жилой дом с кадастровым № 50:20:0090301:358, площадью: 407,2 кв.м., расположенный по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, 

<

...>;

- нежилое здание (сторожка-гараж) с кадастровым № 50:20:0090301:359, площадью: 126,4 кв.м., расположенное по адресу: Московская обл., р-н Одинцовский, 

<

...>, в общем размере составила 19 285 909 руб.

Действующим законодательством о банкротстве не предусмотрена разница, которая свидетельствовала бы о наличии признака предпочтении при совершении сделки.

Между тем судебная практика, применяя по аналогии ст.20 НК РФ, исходит из того, что допустимым признается 20% отклонение в цене (например, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 29.05.2018 N Ф03-1963/2018 по делу N А51-825/2015, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 24.12.2020 N Ф06-57795/2020 по делу N А12-22290/2018; постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2019 N 12АП-7423/2019 по делу N А12-39975/2017).

Суд первой инстанции пришел к выводу, что цена продажи объектов недвижимости по условиям заключённого Договора сопоставима с их общей стоимостью, определённой по результатам оценки и проведённой судебной экспертизы. Разница в показателях является несущественной и составляет всего около 12%.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка не обладает признаками неравноценности встречного исполнения, поскольку отсутствует критерий существенного занижения стоимости, фактически отклонение от рыночной стоимости (разница) составляет менее 20%.

Доказательств неравноценности встречного предоставления, как и доказательств существенного занижения сторонами при заключение данного Договора стоимости объектов недвижимости, и уменьшения таким путем объема конкурсной массы должника финансовым управляющим не представлено.

Имущество по оспариваемому договору было оплачено ФИО4 и в настоящее время используется и обслуживается ею единолично, что подтверждается предоставленными ранее в материалы дела Договорами с газоснабжающей организацией, с охранной организацией, страховой компанией, заключенными ФИО4 и платежными документами, подтверждающими произведение затрат на содержание имущества за счет личных средств ФИО4, в связи с чем оснований полагать, что право собственности было передано ей лишь для вида, без намерения породить соответствующие правовые последствия, либо с целью недопущения обращения на него взыскания, не имеется.

В отношении довода финансового управляющего об отсутствии в конкурсной массе должника денежных средств от совершенной сделки суд приходит к выводу, что финансовым управляющим не представлены сведения о счетах должника, в том числе сведения о поступлении денежных средств, об остатках денежных средств, о расчетных операциях, об иных сделках должника, помимо сделок с его бывшей супругой и дочерьми.

Суд первой инстанции обратил внимание, что спорный договор нотариально удостоверен, в связи с чем у суда отсутствуют основания для сомнения в факте оплаты договора со стороны ФИО4

Таким образом, факт отсутствия в конкурсной массе должника денежных средств, полученных от спорной сделки, не должен негативным образом учитываться по отношению к добросовестному приобретателю ФИО4

Признаков злоупотребления правом, мнимости или притворности оспариваемой сделки не установлено.

Апелляционный суд не находит оснований для  переоценки указанных выводов  суда первой инстанции. Все доводы заявителя исследованы судом первой инстанции , им дана надлежащая оценка.

Несогласие заявителя жалобы с произведенной судом первой инстанции оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы рассматриваться в качестве безусловного основания для отмены оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

  Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов определения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства. 

  При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции судебного акта, с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

   Руководствуясь ст.ст. 176,266-268,269,270,271,272 АПК РФ, апелляционный суд,

                                                            ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 28 декабря 2023 года  по делу № А40-232120/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                           Башлакова-Николаева Е.Ю.

 

Судьи:                                                                                               Вигдорчик Д.Г. 

 

Веретенникова С.Н.