ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А09-3519/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 21.05.2019

Постановление изготовлено в полном объеме  28.05.2019

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Егураевой Н.В., судей Грошева И.П. и Бычковой Т.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании до перерыва ФИО2 (паспорт), от публичного акционерного общества «Государственная транспортная лизинговая компания» (далее – ПАО «ГТЛК», г. Салехард, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – представителя ФИО3 (доверенность от 07.03.2019), от непубличного акционерного общества «Центр операций с обязательствами» (далее – НАО «Центр операций с обязательствами») – представителя ФИО4 (доверенность от 07.06.2018), в отсутствие акционерного общества «Ситалл» (далее – АО «Ситалл»,            с. Супонево, Брянская обл., ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Сберегающие Энерго Технологии» (далее – ООО «СЭТ»), общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания «Стеклосервис» (далее – ООО «Инжиниринговая компания «Стеклосервис»), общества с ограниченной ответственностью «Стройлюкс» (далее – ООО «Стройлюкс»), общества с ограниченной ответственностью «Бритерпли» (далее – ООО «Бритерпли»), общества с ограниченной ответственностью «Возрождение» (далее – ООО «Возрождение»), Управления Федеральной налоговой службы по Брянской области (далее – УФНС России по Брянской области), извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, после перерыва 21.05.2019: ФИО2 (паспорт) и от ПАО «ГТЛК» - представителя ФИО3 (доверенность от 07.03.2019), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ПАО «ГТЛК» на решение Арбитражного суда Брянского области от 29.12.2018 по делу № А09-3519/2018 (судья Степченко Г.В.),

УСТАНОВИЛ:

Дрынкин К.В. обратился в арбитражный суд с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, АПК РФ), к АО «Ситалл» и к ПАО «ГТЛК» о признании недействительными мнимых сделок: договора лизинга № ДЛ 0346-001-К/2011 от 29.09.2011, договора лизинга № ДЛ 0346-002-К/2011 от 30.11.2011 в редакции дополнительного соглашения от 03.04.2017 № 6, договор лизинга № ДЛ 0346-003-К/2012 от 07.02.2012 в редакции дополнительного соглашения от 03.04.2017 № 6, договора лизинга № ДЛ 0346-004-К/2012 от 19.07.2012 в редакции дополнительного соглашения от 03.04.2017 № 6, договора лизинга № ДЛ 0346-005-К/2012 от 19.07.2012, заключенных между АО «Ситалл» и ПАО «ГТЛК».

Определениями суда от 20.06.2018, от 24.07.2018, от 17.10.2018 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены НАО «Центр операций с обязательствами», ООО «СЭТ», ООО «Инжиниринговая компания «Стеклосервис», ООО «Стройлюкс», ООО «Бритерпли», ООО «Возрождение», УФНС России по Брянской области.

Решением Арбитражного суда Брянского области от 29.12.2018 исковые требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с принятым решением, ФИО2 и ПАО «ГТЛК» обратились в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами,                      ФИО2 просит решение Арбитражного суда Брянской области отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований; ПАО «ГТЛК» просит решение суда оставить без изменения, изменив мотивировочную часть, исключив из нее выводы о наличии в оспариваемых договорах лизинга признаков ничтожности сделок по основаниям ст.ст. 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Дрынкин К.В. мотивирует свою позицию тем, что судом первой инстанции сделан неверный вывод о пропуске срока исковой давности. Указывает, что срок исковой давности следует исчислять с 25.11.2016, даты назначения нового генерального директора ОАО «Ситалл Групп» Дбар М.В. Узнал или мог узнать о мнимости сделок только из общедоступной информации в виде решения судов, вступивших в законную силу в мае 2015г., с иском обратился 06.04.2018, то есть, по мнению истца, в пределах срока исковой давности.

ПАО «ГТЛК» в жалобе указывает на несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что спорные договоры лизинга являются мнимыми сделками.

АО «Ситалл», ООО «СЭТ», ООО «Инжиниринговая компания «Стеклосервис», ООО «Стройлюкс», ООО «Бритерпли», ООО «Возрождение» и УФНС России по Брянской области, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, представителей не направили. Судебное заседание проведено в их отсутствие в соответствии со ст.ст. 156, 266 Кодекса.

От ПАО «ГТЛК» в суд поступило ходатайство о приобщении к материалам дела расшифровки записи разговора, состоявшегося между ФИО2 и другими лицами от 14.04.2017, с доказательствами направления дополнительных документов лицам, участвующим в деле, от НАО «Центр операций с обязательствами» - ходатайство о приобщении к материалам дела анализа импортных поставок компании Склострой ФИО6, С.Р.О. за январь 2000г. – декабрь 2014г. и письменные пояснения.

Представитель ПАО «ГТЛК» в судебном заседании возражал против приобщения к материалам дела представленных НАО «Центр операций с обязательствами» дополнительных документов и удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2, по основаниям, изложенным в отзыве, просил удовлетворить апелляционную жалобу общества.

В судебном заседании ФИО2 не возражал против приобщения к материалам дела представленных НАО «Центр операций с обязательствами» и ПАО «ГТЛК»  дополнительных документов, поддержал доводы своей апелляционной жалобы, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ПАО «ГТЛК».

Представитель НАО «Центр операций с обязательствами» не возражал против приобщения к материалам дела представленных ПАО «ГТЛК» дополнительных документов, поддержал доводы апелляционной жалобы ФИО2, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ПАО «ГТЛК».

Судом ходатайства ПАО «ГТЛК» и НАО «Центр операций с обязательствами» о приобщении к материалам дела дополнительных документов рассмотрены в порядке                         ст. 159 АПК РФ и удовлетворены на основании ст.ст. 262, 268 Кодекса.

УФНС России по Брянской области в отзыве просило удовлетворить апелляционную жалобу ФИО2 и, соответственно, исковые требования, отказав в удовлетворении жалобы ПАО «ГТЛК»; рассматривать апелляционные жалобы в отсутствие представителя налогового органа.

В судебном заседании 14.05.2019 объявлялся перерыв до 21.05.2019 в соответствии со ст. 163 АПК РФ.

После перерыва стороны поддержали изложенные ранее позиции.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке ст.ст. 266 и 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Изучив доводы апелляционных жалоб, заслушав пояснения представителей сторон, оценив представленные доказательства, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,                     ФИО2 является акционером АО «Ситалл». Истцу принадлежит 144 018 штук обыкновенных именных акций общества, что составляет 53% уставного капитала. 

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 20.10.2017 АО «Ситалл» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

Определением Арбитражного суда Смоленской области от 04.10.2017 в реестр требований кредиторов АО «Ситалл» включены требования ПАО «ГТЛК» в размере                               1 762 138 310 руб. 96 коп. основного долга и 211 635 746 руб. 70 коп. пени. 

Определением Арбитражного суда Смоленской области от 04.10.2017 в реестр требований кредиторов АО «Ситалл» включены требования ПАО «ГТЛК» в размере 174 099 693 руб. 81 коп. основного долга и 18 422 491 руб. 53 коп. неустойки. 

Указанная задолженность возникла на основании договоров финансовой аренды (лизинга) №№ ДЛ 0346- 001-К/2011 от 29.09.2011, ДЛ 0346-002-K/2011 от 30.11.2011;                          ДЛ 0346-003-К/2012 от 07.02.2012; ДЛ 0346-004-К/2012 от 19.07.2012; ДЛ 0346-005-К/2012 от 19.07.2012, заключенных между ПАО «ГТЛК» и АО «Ситалл». 

На основании договоров лизинга ПАО «ГТЛК» (лизингодатель) в соответствии с обращением АО «Ситалл» (лизингополучателя) приобрело в собственность, а затем предоставило должнику во временное владение и пользование предметы лизинга. Лизингополучатель по условиям договоров лизинга принял на себя обязанность оплачивать лизинговые платежи в сумме и сроки согласно договорам лизинга (п. 3.1 договора).

Полагая, что договоры лизинга, заключенные между ПАО «ГТЛК» и АО «Ситалл», являются мнимыми сделками, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассматривая исковые требования по существу, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1 ст. 166 ГК РФ). 

Согласно ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ). 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ). 

В обоснование исковых требований истец указывает, что вся первичная документация, относящаяся к пяти оспариваемым договорам лизинга, имеет исключительно внешний характер, какие-либо реальные хозяйственные и экономические отношения между лизингодателем и лизингополучателем отсутствовали. Дорогостоящее оборудование, указанное в договорах лизинга, никогда не передавалось АО «Ситалл» и не использовалось последним в хозяйственной деятельности. 

Так, в отношении договора № ДЛ 0346-003-К/2012 от 07 февраля 2012г. налоговыми органами была проведена выездная налоговая проверка с целью проверки обоснованности примененного АО «Ситалл» налогового вычета. 

По результатам проведенной проверки решением Межрайонной ИФНС № 1 по Смоленской области № 09 от 25 июня 2014 года установлена и детально обоснована мнимость договора лизинга № ДЛ 0346-003-К/2012, полностью идентичного остальным четырем оспариваемым договорам. 

В рамках проведенной налоговой проверки было установлено, что оборудование, являющееся предметом лизинга, никогда не приобреталось ПАО «ГТЛК» у поставщика данного оборудования ООО «СтройЛюкс», указанного в договоре лизинга.                                       ООО «СтройЛюкс» не предоставило документы, касающиеся проданного лизингодателю дорогостоящего оборудования, участник и директор поставщика уклонился от дачи пояснений. Компания поставщика обладает признаками компании-однодневки. Налоговым органом был сделан вывод о том, что ООО «СтройЛюкс» никогда не являлось собственником дорогостоящего промышленного оборудования, никогда не продавало его ПАО «ГТЛК» и, как следствие, ПАО «ГТЛК» не могло передать данное оборудование в лизинг АО «Ситалл».

Налоговым органом были проанализированы все финансовые операции ООО «СтройЛюкс». Общество не перечисляло денежные средства третьим лицам за оборудование, в отношении которого был заключен мнимый договор лизинга. Все денежные средства, полученные от ПАО «ГТЛК» за оборудование, ООО «СтройЛюкс» направило на приобретение единственного векселя физического лица, аффилированного с АО «Ситалл».

В ходе осуществления налогового контроля налоговый орган установил, что оборудование, указанное в мнимых договорах лизинга, может производиться только за рубежом немецкой фирмой Waltec. Конкретные единицы оборудования, указанные в договоре лизинга, никогда не ввозились на таможенную территорию РФ, что подтверждено Федеральной таможенной службой.

В суд апелляционной инстанции НАО «Центр операций с обязательствами» в подтверждение довода об отсутствии реальных поставок оборудования и ничтожности оспариваемых сделок дополнительно представило анализ импортных поставок компании Склострой ФИО6, С.Р.О. за январь 2000г. – декабрь 2014г., полученный третьим лицом после вынесения обжалуемого решения, из которого следует, что стеклоформующие машины АЛ108-4 и АЛ118-2, комплектующие к ним приобретались иными лицами (ООО «Сити Гласс» и ЗАО «Клин-Стеклотара») у производителя Склострой ФИО6, С.Р.О.

Представителями налогового органа были осмотрены все принадлежащие АО «Ситалл» и арендованные обществом помещения и территории. Оборудования, указанного в договоре лизинга, на территориях, принадлежащих АО «Ситалл», обнаружено не было. Опрошенные работники общества не сообщили никаких сведений о местонахождении данного оборудования. 

По факту отражения в бухгалтерском учете АО «Ситалл» фиктивных договоров лизинга 30 июля 2013г. было возбуждено уголовное дело № 777659. В рамках данного дела были проведены обыски в помещениях ПАО «ГТЛК», были изъяты документы, относящиеся к договорам лизинга. Следователями был допрошен представитель изготовителя оборудования компании Waltеc, который подтвердил, что компания не имеет дилеров оборудования на территории РФ и все поставки осуществляются компанией напрямую, при этом компания Waltec никогда не поставляла оборудование, указанное в договоре лизинга, ни ООО «СтройЛюкс», ни ПАО «ГТЛК», ни АО «Ситалл». 

Суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о том, что все пять заключенных договоров лизинга являются взаимосвязанными: были подписаны примерно в одно и тоже время одними и теми же представителями, на аналогичных условиях, текст договоров совпадает. Поэтому выводы о мнимости одного из пяти договоров лизинга, сделанные налоговым органом, являются достаточным основанием для обоснованных сомнений в действительности остальных четырех договоров лизинга, по которым приобретено аналогичное промышленное оборудование, поставщиками которого выступали компании с минимальным уставным капиталом, учредителями которых являются физические лица. 

Из вышеизложенного следует, что исполнение по договорам лизинга носило формальный характер, действительной целью заключения договоров было искусственное наращивание кредиторской задолженности перед связанной компанией и последующее уменьшение объема требований независимых кредиторов.

В п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. 

В соответствии с п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве. 

При наличии возражений о невозможности исполнения договора (нереальности поставки) и представлении в материалы дела подтверждающих эти возражения косвенных доказательств на заявившее требование лицо, согласно части 1 статьи 65 АПК РФ, возлагается бремя опровержения сомнений в исполнении сделки.

К числу доказательств, ставящих под сомнение исполнение сделки, согласно ст. 75 АПК РФ могут быть отнесены, в том числе, материалы налоговой проверки должника и (или) его контрагента (акт налоговой проверки, принятое по ее результатам решение), указывающие, в частности, на: 

невозможность реального осуществления должником и (или) его контрагентом операций, исходя из времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг;

отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности ввиду того, что не имелось в наличии должных управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета. 

Уполномоченным органом со ссылкой на материалы налоговой проверки были высказаны обоснованные сомнения в реальности исполнения договора купли-продажи.

Эти возражения мотивированы отсутствием информации о совершенных в рамках данного договора хозяйственных операциях в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности поставщика (заявителя по обособленному спору), невозможностью поставки товаров в связи с отсутствием сведений об их складировании, условиях хранения, перевозки и принятия должником, а также отсутствием разумных экономических причин (целей делового характера) в приобретении данных товаров должником, исходя из фактически осуществляемых им видов деятельности. 

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016г.). 

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в Обзоре судебной практики № 5 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки. 

Как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также – «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора. 

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Проверяя доводы о дефектах сделки, надлежит установить, имелось ли у лизингодателя или у поставщика предмета лизинга имущество, подлежащее передаче лизингополучателю. 

Материалами налоговых проверок, проведенных в отношении должника, было установлено отсутствие работников у фирм-поставщиков лизингового оборудования, что поставило под сомнение саму возможность его поставки, отсутствие оплаты со счетов этих фирм за поставленное оборудование, отсутствие доказательств ввоза оборудования на таможенную территорию Российской Федерации. 

Как следует из письма Федеральной таможенной службы № 23-19/62987 оборудование, являющееся предметом договора от 07.02.2012 № ДЛ 0346-003-Л/2012, на таможенную территорию Российской Федерации не ввозилось. Из представленных НАО «Центр операций с обязательствами» таможенных деклараций следует, что оборудование, выступающее предметом договора от 30.11.2011 №ДЛ 0346-002-Л/2011, было ввезено на таможенную территорию в 2000 году и с тех пор ни поставщиком, ни ПАО «ГТЛК», ни АО «Ситалл» не приобреталось. 

ПАО «ГТЛК» не доказан довод о том, что на лизинговом оборудовании имелись разные шильдики (бирки) на разных сторонах. Указанное обстоятельство не подтверждено пояснениями фирм-производителей, из которых бы следовало, что на одном и том же оборудовании производитель мог разместить несовпадающие идентификационные знаки на разных сторонах. 

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО7, являющийся консультантом немецкой фирмы WALTEC – производителя оборудования, выступающего предметом договора от 07.02.2012 г. № ДЛ 0346-003-Л/2012, в своих пояснениях указал на то, что оригинальным способом крепления бирок являются клепки, тогда как в конкретном случае бирки были приклеены. 

В отношении оборудования, выступающего предметом договора от 30.11.2011           № ДЛ 0346-002-л/2011, находившегося на территории ГПП «Литий», установлено как несоответствие идентификационных номеров, указанных в договоре, и имеющихся на оборудовании, а также старая система смазки, использовавшаяся до 2005г., отставители, использовавшиеся до 2005г., подводка воздушных клапанов, использовавшаяся до 1998г. 

Решением Инспекции ФНС № 14 по г. Москве от 14.10.2015 № 1543 было установлено, что поставщик Мини-ТЭЦ серии TCG 2020 V20 с заводским номером 2210006 и серии TCG 2020 V12 с заводским номером 2210035 (являющейся предметом лизинга по договору, заключенному между ПАО «ГТЛК» и АО «Ситалл» (акты приема-передачи от 28.08.2012 №№ 1 и 2) с момента постановки на налоговый учет в ИФНС России № 4 по г. Краснодару налоговую и бухгалтерскую отчетность не предоставлял, требования налогового органа о предоставлении документов проигнорировал. Предприятие имеет минимальный набор основных средств, оборотные активы отсутствуют, численность предприятия составляла 20 человек, склада не было. За период 2011-2012гг. налоговая нагрузка на доходы общества составляла 0,096 % и -0,05%, соответственно, что свидетельствует о «транзитном» характере деятельности ООО «СЭТ». Допрошенный руководитель общества ФИО8 не смог пояснить, от какого конкретно поставщика была приобретена Мини-ТЭЦ, заказ на которую поступил от ОАО «Ситалл» (оплату продукции производило ПАО «ГТЛК»), осуществлялось ли растомаживание данного оборудования и кто осуществлял его транспортировку. В разное время им давались различные показания: первоначально, что поставщиками Мини-ТЭЦ выступали ООО «ГазСтройКомплект», ООО «Меридиан», ООО «Перспектива», ООО «Технологии будущего», ООО «Фаворит», а впоследствии, что данные организации оборудование не поставляли и не исключается его поставка иностранным поставщиком. Авансы за оборудование ПАО «ГТЛК» перечислялись на счета ООО «СЭТ», а также на счета иных организаций. 

ООО «Стройлюкс» является организацией, не осуществляющей финансово-хозяйственных операций, а является лишь техническим звеном, учрежденным для создания видимости реальности осуществляемых взаиморасчетов (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2014 № 09АП-4753/2013). 

Также было установлено, что ООО «ГПП Литий» (поставщик) за период с 01.01.2011 по 31.12.2013 договоры поставки оборудования с ООО «СЭТ» (покупателем) не заключались, ООО «Литий» не приобретало и не реализовывало Мини-ТЭЦ серии TCG 2020 V20 и серии TCG 2020 V12. 

ООО «ГПП Литий» является лицом аффилированным с ОАО «Ситалл» (лизингополучателем), поскольку учредителями обеих организаций является одно и то же физическое лицо – ФИО9 

В 1 квартале 2012г. (период взаимодействия между ООО «ПРОМСТРОЙ» и ООО «Сберегающие Энерго Технологии») налоговая нагрузка на доходы ООО «ПРОМСТРОЙ» составила 0,01%, что свидетельствовало о «транзитном» характере деятельности общества, при этом среднесписочная численность его сотрудников составила 1 человек. 

Аналогичные выводы были сделаны налоговым органов и в отношении других организаций, участвовавших в цепочке движения денежных средств, сопровождающих поставку Мини-ТЭЦ в адрес ПАО «ГТЛК» для последующей передачи ее ОАО «Ситалл». 

Указанные обстоятельства, установленные налоговыми органами в ходе проведения проверок, подтверждаются определением Арбитражного суда Смоленской области от 28.01.2016 по делу № А62-7149/2014, в соответствии с которым Мини-ТЭЦ серии TCG 2020 V20 в количестве 1 единицы и серии TCG 2020 V12 в количестве 2 единицы были приобретены ОАО «Ситалл» по договору с ООО «МКБ-Лизинг» от 02.03.2012, окончательный расчет за данное оборудование ОАО «Ситалл» был произведен в 2014- 2015гг. 

В отношении договора лизинга от 30.11.2011 № ДЛ0346-002-Л/2011 решением межрайонной инспекции ФНС России №14 по г. Москве от 30.06.2014 № 1373, решением Арбитражного суда г. Москвы от 02.03.2015 по делу № А40-191687/2014-115-1078 и постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2015 установлено, что в соответствие с трехсторонним актом приема-передачи оборудования от 13.12.2011 № 1, составленным ООО «Инжиниринговая компания «Стеклосервис» (поставщиком), ОАО «ГТЛК» (покупателем) и ОАО «Ситалл» (лизингополучателем) произведена передача следующего оборудования: секционная стеклоформирующая машина АЛ-118-2-2 с электронной системой управления 2011 года выпуска с заводским номером 008; секционная стеклоформирующая машина АЛ-118-2-2 с электронной системой управления 2011 года выпуска с заводским номером 009.

Из анализа финансовой отчетности поставщика следовало, что реализация оборудования в 4 квартале 2011г. со стоимостью 319 млн. руб. является не характерной для данного юридического лица по размеру выручки. На расчетный счет ООО «ИК «Стеклосервис» 26.12.2011 поступили денежные средства в размере 293 400 тыс. руб. с назначением платежа «оплата согласно п. 2.2 договора поставки № ДКП0346-002-К/2011 от 10.11.2011 за секционную стеклоформирующую машину АЛ118-2-2 с электронной системой управления. 27.12.2011 со счета ООО «ИК «Стеклосервис» на счет ООО «Стройлюкс» денежные средства перечисляются в размере 287 676 тыс. руб. с назначением платежа: «оплата 90% по договору поставки № 30/11/11 от 30.11.2011 за секционную стеклоформирующую машину АЛ118-2-2 с электронной системой управления. 03.02.2012 на расчетный счет ООО «ИК «Стеклосервис» со счета ПАО «ГТЛК» поступают денежные средства в размере 32 600 тыс. руб. с назначением платежа: оплата согласно п. 2.3 договора поставки № ДКП0346-002-К/2011 от 30.11.2011 за секционную стеклоформирующую машину АЛ118-2-2 с электронной системой управления; 06.02.2011 со счета ООО «ИК «Стеклосервис» на счет ООО «Стройлюкс» перечисляются денежные средства в размере 31 964 тыс. с назначением платежа: окончательный расчет 10% по договору поставки № 30/11/11 от 30.11.2011 за секционную стеклоформирующую машину АЛ118-2-2 с электронной системой управления.

В штате ООО «Стройлюкс» на момент проведения вышеуказанных операций отсутствовали работники и лица, привлеченные по договорам гражданско-правового характера, основные средства отсутствовали, директор ООО доход, в т.ч. и в должности генерального директора общества в период с 2011г. по 2014г. не получал.

Аналогичные обстоятельства были установлены и по сделкам, совершенным с ООО «Бритерпли». 

УФНС России по Брянской области поддерживает требования истца и полагает, что, исходя из проведенных в отношении АО «Ситалл» проверок, совершенные между АО «Ситалл» и ПАО «ГТЛК» сделки: договор лизинга № ДЛ 0346-001-К/2011 от 29.09.2011, договор лизинга № ДЛ 0346-002-К/2011 от 30.11.2011, договор лизинга № ДЛ 0346-003-К/2012 от 07.02.2012, договор лизинга № ДЛ 0346-004- К/2012 от 19.07.2012, договор лизинга № ДЛ 0346-005-К/2012 от 19.07.2012 являются недействительными, поскольку имущество, указанное в спецификациях к договорам, АО «Ситалл» не передавалось; сделки были совершены без намерения создать соответствующие правовые последствия, что подтверждается обстоятельствами, изложенными в решениях налоговых органов по материалам налоговых проверок: решение МИФНС № 1 по Смоленской области № 09 от 25.06.2014, решение ИФНС России № 14 по г. Москве № 3802 от 19.12.2012, решение ИФНС России № 14 по г. Москве № 1373 от 30.06.2014, решение ИФНС России № 14 по     г. Москве № 1543 от 14.10.2015, в отношении оспариваемых договоров финансового лизинга, которыми подтверждается фиктивность их заключения.

Данные выводы налоговых органов были основаны на следующих обстоятельствах: руководители организаций-поставщиков являлись номинальными лицами, не были в состоянии ответить на вопросы, касающиеся предметов лизинга, показания руководителей и работников юридических лиц противоречили сведениям, указанным в первичных учетных документах; нереальности выполнения хозяйственных операций вследствие отсутствия необходимых производственных ресурсов, персонала, наличия у организаций, в адрес которых в дальнейшем перечислялись денежные средства, признаков фирм-«однодневок» и фактов отсутствия финансово-хозяйственной деятельности; занижение налоговых обязательств, невозможности закупки оборудования у иностранного поставщика, отсутствие платежей в ФСТ России, отсутствие информации о растомаживании товара, несоответствие характеристик, заявленных в первичных документах на товар (год выпуска, серии и т.д.), показаниям свидетелей.

Довод ответчика ПАО «ГТЛК» о том, что лизингодатель не отвечает перед лизингополучателем за выполнение продавцом требований, вытекающих из договора купли-продажи, кроме случаев, когда ответственность за выбор продавца лежит на арендодателе, обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку при оценке договора лизинга по приведенным истцом основаниям устанавливается не вопрос о распределении рисков (убытков), а факт мнимости сделки, исходя из воли сторон на ее исполнение.

Не имеет правового значения и довод ПАО «ГТЛК» о том, что налоговым органом проверялись сделки купли-продажи, а не лизинга, так как для фактической передачи предмета лизинга обязательно его реальное приобретение.

Лизингодатель, действуя разумно, добросовестно и осмотрительно, должен проверить наличие у продавцов реальной возможности поставки дорогостоящего оборудования, соблюдения условий приобретения данного имущества продавцами при его пересечении таможенной границы РФ, его соответствие спецификации, чтобы, как верно указал суд области, в случае расторжения договора лизинга и изъятия лизингового имущества гарантировать возврат вложенных им денежных средств.

Единственным правовым последствием совершения спорных сделок явилось обращение ПАО «ГТЛК» в Арбитражный суд г. Москвы с иском к АО «Ситалл» о взыскании долга, и, впоследствии, с заявлением в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника. 

При таких обстоятельствах судом первой инстанции сделан правильный вывод о наличии признаков ничтожности сделок по основаниям статьи 170 ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции обоснованно применил срок исковой давности по следующим основаниям. 

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

В силу ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года. В соответствии со ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Ответчиком – ПАО «ГТЛК» заявлено о пропуске срока исковой давности, установленного п. 1 ст. 181 ГК РФ (в редакции, действующей на момент совершения сделок). Считает, что срок для подачи иска истек 30.06.2016, пояснил, что годовое собрание акционеров должно было пройти не позднее 1 июня, таким образом, течение срока начинается не позднее июня 2013г., соответственно, срок исковой давности на оспаривание сделок для ОАО «Ситалл Групп» (правопредшественник истца) истек не позднее июня 2016г., тогда как истец обратился в арбитражный суд с иском в апреле 2018г. 

Кроме того, ответчик ПАО «ГТЛК» указывает на то, что о совершенных сделках ОАО «Ситалл Групп» знало из судебных дел №№ А40-119122/2013 и по иску ОАО «ГТЛК» к ОАО «Ситалл» о взыскании по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ 0346-001-К/2011 от 29.09.2011 просроченной задолженности по лизинговым платежам за ноябрь 2012г. – июль 2013г. в размере 34 830 949 руб. 03 коп., неустойки за неуплату лизинговых платежей по состоянию на 26.07.2013 в размере 7 253 081 руб. 42 коп.; о взыскании по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ 0346-002-К/2011 от 30.11.2011 просроченной задолженности по лизинговым платежам за ноябрь 2012г. – июль 2013г. в размере 59 493 387 руб., неустойки за неуплату лизинговых платежей по состоянию на 26.07.2013 в размере 12 638 791 руб. 92 коп.; о взыскании по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ 0346-003-К/2012 от 07.02.2012 просроченной задолженности по лизинговым платежам за октябрь 2012г. – июль 2013г. в размере 125 992 972 руб., неустойки за неуплату лизинговых платежей по состоянию на 26.07.2013 в размере 28 280  570 руб. 21 коп.; А40-119091/2013 по иску ОАО «ГТЛК» к ОАО «Ситалл», ООО «ГПП Литий» о солидарном взыскании задолженности и неустойки в размере 191 939 653 руб. 02 коп по договору финансовой аренды (лизинга) № ДЛ 0346-004-К/2012 от 19.07.2012 и № ДЛ 0346- 005-К/2012 от 19.07.2012, рассмотренных Арбитражным судом г. Москвы. 

Возражая против указанного довода ответчика, истец указывает на то, что даже если ОАО «Ситалл Групп» одобряло сделки, это не имеет правового значения для начала течения давности по иску об оспаривании сделки по мотиву ее мнимости, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Если сделка оспаривается по мотиву ее мнимости, то течение давности начинается не со дня, когда истец узнал о самой сделке, а со дня, когда он узнал о ее мнимости. 

Истец полагает, что впервые о мнимости сделок ОАО «Ситалл Групп» могло узнать только из решения Арбитражного суда Смоленской области от 25.02.2015 по делу № А62-6576/2014, опубликованного в открытом доступе, и в котором были изложены обстоятельства, явившиеся основанием для настоящего иска. Решение суда вступило в законную силу 15.05.2015, иск предъявлен 06.04.2018, то есть в пределах срока исковой давности. 

ФИО2 стал акционером АО «Ситалл» после вступления в законную силу решения Арбитражного суда Брянской области по делу № А09-6031/2017, подтвердившего его право на акции, в феврале 2018г.

Поскольку ОАО «Ситалл Групп» являлось акционером ОАО «Ситалл», суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ОАО «Ситалл Групп» о характере совершенных сделок было известно как в момент проведения собрания акционеров, так и при рассмотрении Арбитражным судом г. Москвы дел №№ А40-119122/2013, А40-119091/2013 по искам ОАО «ГТЛК» к ОАО «Ситалл» о взыскании по договорам финансовой аренды (лизинга) долга и неустойки.

Следовательно, к моменту приобретения ФИО2 права собственности на акции срок исковой давности по требованиям об оспаривании вышеуказанных сделок истек. 

По общему правилу, установленному ст. 201 ГК РФ, перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Поскольку, перемена лица в обязательстве возможна лишь в силу конкретных, установленных законом или договором оснований.

Из разъяснений, данных в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» следует, что по смыслу ст. 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Согласно абз. 2 подп. 2 п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» переход доли (акции) к иному лицу не влияет на течение срока исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности. 

При применении п. 1 ст. 200 АПК РФ суд должен учитывать не только то, когда лицо, чье право было нарушено, действительно узнало об этом, но и то, когда это лицо должно было узнать о таком нарушении.

ОАО «Ситалл Групп» должно было узнать о нарушении своего права в 2013 году при проведении годового собрания акционеров, утверждении годового баланса за 2012 год, а также при рассмотрении арбитражным судом дел №№ А40-119122/2013, А40-119091/2013, производства по которым прекращены в связи с утверждением мировых соглашений.

Иные доводы истца правомерно отклонены судом первой инстанции в связи с их необоснованностью, равно как и отказано в восстановлении срока, который был пропущен до приобретения ФИО2 права собственности на акции.

Довод истца об оспаривании договоров в редакции дополнительных соглашений, подписанных в пределах трехлетнего срока исковой давности, также подлежит отклонению, поскольку дата заключения дополнительного соглашения, распространившего свое действие на предшествующие отношения сторон (стороны определили характеристики предметов лизинга, переданных в 2011г. – 2012г. (т.12 л.д.143-148)), не является событием, с которым закон связывает начало течения срока исковой давности. Кроме того, заключение дополнительного соглашения к договору само по себе не прерывает срока исковой давности. Аналогичный правовой подход изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25 мая 2016г. № 302-ЭС16-372.

В рассматриваемом случае права заинтересованного лица нарушаются договором не с момента заключения к нему дополнительного соглашения, то есть не с даты заключения указанного соглашения истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ), кроме самостоятельных соглашений, которыми три соглашения № 6 от 03.04.2017 к трем договорам не являются, поскольку как неотъемлемые части первоначальных договоров дополнительные соглашения следуют его судьбе.

Более того, рассматриваемые дополнительные соглашения сами по себе не нарушают прав истца и не являются предметом оспаривания.

ПАО «ГТЛК» было заявлено ходатайство об оставлении искового заявления ФИО2 без рассмотрения, мотивированное тем, что иск должника, поданный ФИО2, о признании недействительными сделок по общим основаниям мог быть принят судом к производству до признания АО «Ситалл» несостоятельным банкротом.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленное ПАО «ГТЛК» ходатайство об оставлении искового заявления ФИО2 без рассмотрения в порядке ст. 159 АПК РФ, не нашел оснований для его удовлетворения, в силу следующего.

Действительно, Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» содержит процессуальные нормы о порядке оспаривания сделок, согласно которым заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в этом деле (ст. 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Статьей 103 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», утратившей силу с принятием Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ, предусматривалась возможность оспаривания сделок должника вне рамок дела о банкротстве.

Согласно ч. 4 ст. 3 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

При таких обстоятельствах, процессуальные нормы о порядке оспаривания сделок должника подлежат применению судом согласно Федеральному закону от 28.04.2009                      № 73-ФЗ независимо от даты совершения оспариваемой сделки или возбуждения производства по делу. Данный вывод также нашел свое отражение и в рекомендациях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 1 Информационного письма от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которому предусмотренные Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона № 73-ФЗ процессуальные нормы о порядке оспаривания сделок (ст. 61.8 Закона о банкротстве), подлежат применению судами после вступления в силу Федерального закона № 73-ФЗ независимо от даты совершения сделки или возбуждения производства по делу о банкротстве.

Истец (ФИО2) оспаривает сделки должника (АО «Ситалл») по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «Об акционерных обществах», а не по основаниям, предусмотренным ГК РФ и Федеральным законом «О несостоятельности «банкротстве». Из материалов дела следует, что между сторонами возник корпоративный спор по иску акционера АО «Ситалл» о признании недействительными мнимых сделок, совершенных данным юридическим лицом.

При этом, процессуальный порядок оспаривания сделок акционерного общества регламентирован специальной главой 28.1 АПК  РФ (рассмотрение дел по корпоративным спорам), которая введена Федеральным законом от 19.07.2009 № 205-ФЗ, вступившей в силу с 22.10.2009. 

Согласно ст. 225.1 АПК РФ арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, а также в некоммерческом партнерстве, ассоциации (союзе) коммерческих организаций, иной некоммерческой организации, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей, некоммерческой организации, имеющей статус саморегулируемой организации в соответствии с федеральным законом (далее - корпоративные споры), в том числе по следующим корпоративным спорам:

1) споры, связанные с созданием, реорганизацией и ликвидацией юридического лица;

2) споры, связанные с принадлежностью акций, долей в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, паев членов кооперативов, установлением их обременений и реализацией вытекающих из них прав (кроме споров, указанных в иных пунктах настоящей части), в частности споры, вытекающие из договоров купли-продажи акций, долей в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ, партнерств, товариществ, споры, связанные с обращением взыскания на акции и доли в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ, партнерств, товариществ, за исключением споров, вытекающих из деятельности депозитариев, связанной с учетом прав на акции и иные ценные бумаги, споров, возникающих в связи с разделом наследственного имущества или разделом общего имущества супругов, включающего в себя акции, доли в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, паи членов кооперативов;

3) споры по искам учредителей, участников, членов юридического лица (далее - участники юридического лица) о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок;

4) споры, связанные с назначением или избранием, прекращением, приостановлением полномочий и ответственностью лиц, входящих или входивших в состав органов управления и органов контроля юридического лица, споры, возникающие из гражданских правоотношений между указанными лицами и юридическим лицом в связи с осуществлением, прекращением, приостановлением полномочий указанных лиц, а также споры, вытекающие из соглашений участников юридического лица по поводу управления этим юридическим лицом, включая споры, вытекающие из корпоративных договоров;

5) споры, связанные с эмиссией ценных бумаг, в том числе с оспариванием ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, решений органов управления эмитента, с оспариванием сделок, совершенных в процессе размещения эмиссионных ценных бумаг, отчетов (уведомлений) об итогах выпуска (дополнительного выпуска) эмиссионных ценных бумаг;

6) споры, вытекающие из деятельности держателей реестра владельцев ценных бумаг, связанной с учетом прав на акции и иные ценные бумаги, с осуществлением держателем реестра владельцев ценных бумаг иных прав и обязанностей, предусмотренных федеральным законом в связи с размещением и (или) обращением ценных бумаг;

7) споры о созыве общего собрания участников юридического лица;

8) споры об обжаловании решений органов управления юридического лица;

9) споры, вытекающие из деятельности нотариусов по удостоверению сделок с долями в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью.

Статьей 225.2 АПК РФ предусмотрено, что дела по корпоративным спорам рассматриваются арбитражным судом по общим правилам искового производства, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными настоящей главой.

Статьей 126 Закона о несостоятельности (банкротстве) предусмотрена возможность предъявления исков о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности не только в ходе конкурсного производства.

Более того, оспаривание сделок конкурсным управляющим по основаниям, предусмотренным Законом о несостоятельности (банкротстве), не препятствует акционерам оспаривать ничтожную сделку по обще-гражданским основаниям в порядке искового производства.

Различия лиц и оснований оспаривания сделки не позволяют применить положения ст. 148 АПК РФ.

Таким образом, корпоративный спор, возникший между акционером ФИО2 и АО «Ситалл», ПАО «ГТЛК» о признании недействительными ничтожных мнимых сделок подлежит рассмотрению в общеисковом порядке.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы значение для вынесения судебного акта по существу, повторяют утверждения, которые являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции, получили соответствующую правовую оценку и обоснованно были отклонены, в связи с чем не являются основанием для отмены принятого судебного акта.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), не установлены.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб в размере по 3 000 руб. за каждую относятся на их заявителей на основании ч.ч. 1, 5 ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Брянской области от 29.12.2018 по делу № А09-3519/2018  оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи                                                                                                                                                                           

                Н.В. Егураева

                И.П. Грошев

                Т.В. Бычкова