ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А65-37640/2019

г. Самара

16 октября 2024 года

11АП-12468/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 16 октября 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Александрова А.И.,

судей Бессмертной О.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Горянец Д.Д.,

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Грузтранс» ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 июля 2024 года о частичном удовлетворении заявления ООО «Транспортная экспедиционная компания Вита» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (вх.22696), по делу №А65-37640/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Грузтранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 октября 2020 г. ООО «Грузтранс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.07.2023 г. конкурсным управляющим ООО «Грузтранс» утвержден ФИО1.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 17 мая 2023 г. поступило заявление ООО «Транспортная экспедиционная компания Вита», (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед заявителем в размере 1 800 000 руб. (вх.22696).

Суд в прядке ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, привлек в качестве соответчика ФИО3.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 июля 2024 г. заявление удовлетворено частично. Суд определил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Грузтранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2 (ИНН 

<

***>); приостановить производство в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Грузтранс» ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в части отказа в удовлетворении требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности и принять в указанной части новый судебный акт об удовлетворении требования.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 августа 2024 г. апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06 сентября 2024 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 08 октября 2024 г. на 15 час. 00 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебное заседание 08 октября 2024 г. лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу ч. 5 ст. 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Возражения от лиц, участвующих в деле, не поступили.

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

Согласно ч. 1 ст.223 АПК РФ и п.1 ст.32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из материалов дела следует, что заявители обратились с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по основанию совершения сделок, причинивших вред правам и законным интересам кредиторов должника.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

По смыслу п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон о внесении изменений) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона о внесении изменений), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона о внесении изменений, при этом к отношениям, возникшим ранее указанной даты, применяются правила Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент возникновения таких правоотношений.

Из анализа данного положения, а также приведенной ниже правовой позиции о действии закона во времени следует, что возможность распространения Закона о внесении изменений на отношения, возникшие до вступления его в силу, затрагивает только процессуальные правила.

Вместе с тем, презумпция, установленная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является материально-правовой, что предопределяется природой отношений возникающих в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, имеющих в своей основе доказывание наличия гражданско-правового деликта. Закрепление в законе презумпций, которые, пока не доказано обратное, предполагают наличие в действиях контролирующего лица таких элементов состава как противоправность и вина, в каждом случае является реакцией законодателя на выявленные практикой типичные способы причинения вреда кредиторам.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность как исключительный механизм восстановления нарушенных прав кредиторов направлена на обеспечение интересов кредиторов и в этом смысле вводимые законодателем презумпции участвующие в доказывании наличия оснований для привлечения субсидиарной ответственности могут противопоставляться другому участнику оборота (должнику) с учетом правового регулирования, действующего в момент совершения вменяемого действия (бездействия).

Согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Действие норм материального права во времени, подчиняется и правилам пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15.02.2016 N 3-П придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (Решение от 1 октября 1993 года № 81-р; определения от 25 января 2007 года № 37-О-О, от 15 апреля 2008 года № 262-О-О, от 20 ноября 2008 года № 745-О-О, от 16 июля 2009 года № 691-О-О, от 23 апреля 2015 года № 821-О и др.).

Развивая приведенную правовую позицию, Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что преобразование отношений в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации общему (основному) принципу действия закона во времени, который имеет целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве (статья 1, часть 1, Конституции Российской Федерации) и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу (ретроактивность), либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм (ультраактивность) (Постановление от 22 апреля 2014 года № 12-П; определения от 18 января 2005 года № 7-О, от 29 января 2015 года № 211-О и др.).

Данный подход обусловлен необходимостью достижения соразмерности при соблюдении интересов общества и условий защиты основных прав личности, то есть баланса конституционно защищаемых ценностей, а потому вопрос придания обратной силы закону, изменяющему обязательства юридически равных участников гражданского правоотношения, требует дифференцированного подхода, обеспечивающего сбалансированность и справедливость соответствующего правового регулирования, не допускающего ущемления уже гарантированных прав и законных интересов одной стороны и умаления возможностей их защиты в пользу другой (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2015 года № 1539-О).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ статья 10 Федерального закона по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» признана утратившей силу.

Поскольку в соответствии с п.3 ст.4 указанного Федерального закона №266-ФЗ по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции данного Федерального закона) производится рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных с 01.07.2017, и заявление конкурсного управляющего поступило в арбитражный суд 15.12.2023 г., то оно подлежит рассмотрению по правилам, предусмотренным Законом о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ от 29.07.2017.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий и  конкурсный кредитор просят привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение сделок, направленных на вывод имущества должника.

Из информации размещённой в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru) установлено, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.09.2021 г. признано недействительными соглашение № 3 от 26.09.2019г., заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «Грузтранс» и ФИО3, дополнительное соглашение от 09.10.2019г. к договору лизинга № АЛ 30257/01- 14 КЗН от 12.11.2014г., акт возврата предмета лизинга от 09.10.2019г., заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Грузтранс» и АО «ВТБ Лизинг», договор купли- продажи № АЛВ 30257/01-14 КЗН от 09.10.2019г., заключенные между ФИО3 и АО «ВТБ Лизинг».

Применены последствия недействительности сделки в виде возврата Mitsubishi Pajero 3.2 LWB, 2014г.в., цвет белый, VIN 

<

***>, в пользу ООО «Грузтранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Признаны недействительным предварительный договор купли-продажи № 1 от 15.12.2017г., соглашение № 1 от 01.02.2019г., заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Грузтранс» и ФИО3, дополнительное соглашение № 1, акт возврата от 22.02.2019г. по договору лизинга № АЛ 30257/04-16 КЗН от 29.02.2016г., заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Грузтранс» и АО «ВТБ Лизинг», договор купли-продажи от 22.02.2019г. № АЛВ 30257/04-16 КЗН, заключенные между ФИО3 и АО «ВТБ Лизинг».

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу с ответчика ФИО3 денежных средств в сумме 1 870 000 руб.

Признаны недействительным предварительный договор купли-продажи № 2 от 30.12.2018г., соглашение № 2 от 01.02.2019г., заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Грузтранс» и ФИО3, дополнительное соглашение № 1, акт возврата от 22.02.2019г. по договору лизинга № АЛ 30257/05-16 КЗН от 29.02.2016г., заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Грузтранс» и АО «ВТБ Лизинг», договор купли-продажи от 22.02.2019г. № АЛВ 30257/05-16 КЗН, заключенные между ФИО3 и АО «ВТБ Лизинг».

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу с ответчика ФИО3 денежных средств в сумме 1 660 000 руб.

Исходя из того, что ФИО3 совершены действия по выводу всего ликвидного имущества должника, заявители (конкурсный управляющий и конкурсный кредитор) просят привлечь данное лицо к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В своей апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника, в обоснование заявленных требований, указывает на то, что оспоренные сделки должника с ФИО3 были совершены в условиях существования неисполненных обязательств перед кредиторами; сделки были направлены на вывод ценного имущества без соответствующего встречного исполнения. Также, заявитель апелляционной жалобы указывает на своё несогласие в отношении выводов суда первой инстанции о том, что привлечение ФИО3 к субсидиарной ответственности приведёт к повторному привлечению к гражданской ответственности за одни и те же действия.

Принимая во внимание совокупность установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения требований апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, исходя из следующего.

В соответствии с п. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В пункте 22 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

С учетом общих положений главы 25 ГК РФ, статьи 61.11 Закона о банкротстве, разъяснений Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8, для привлечения к субсидиарной ответственности, которая является гражданско-правовой, в любом случае необходимо установление совокупности условий, в том числе установление вины ответчика для возложения на него ответственности.

Конкурсным управляющим и кредитором доказано то обстоятельство, что в результате совершения спорных сделок было ухудшено финансовое состояние должника. Именно совершение спорных сделок привело к банкротству должника.

В соответствии с пунктом 16 названного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 17 постановления ВС РФ от 21.12.2017 № 53 контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53). Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества.

Из определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.09.2021 г. следует, что в качестве применения последствий недействительности сделки с ФИО3 взыскана стоимость транспортных средств и возложена обязанность по возврату транспортного средства.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции отмечает, что в рассматриваемом случае совершение сделок по отчуждению транспортных средств, положено конкурсным управляющим в основание для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, однако оснований для повторного привлечения ФИО3 к иному виду ответственности – привлечение к субсидиарной ответственности не имеется, поскольку фактически субсидиарная ответственность поглощена размером примененных последствий недействительности сделок.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 июля 2024 года по делу №А65-37640/2019 в обжалуемой части является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 июля 2024 года по делу №А65-37640/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          О.А. Бессмертная

 

Г.О. Попова