1165/2023-34706(2) 

 

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-1233/2021

05 июня 2023 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 05 июня 2023 года.  

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Брежневой О.Ю. судей Горбуновой Е.А., Котлярова Н.Е. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный  номер 08АП-3356/2023) ФИО2 на определение Арбитражного суда  Омской области от 14 февраля 2023 по делу № А46-1233/2021 (судья Макарова Н.А.),  вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о  признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности,  в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН  

<

***>),  

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц, 

установил:

ФИО2 (далее – ФИО2, должник, податель жалобы)  обратился 28.01.2021 в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании его  несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Омской области от 03.03.2021 заявление принято,  возбуждено производство по делу № А46-1233/2021, назначено судебное заседание по  проверке его обоснованности.  

Решением Арбитражного суда Омской области от 16.04.2021 ФИО2 признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации  имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника  утвержден ФИО3.  

Публикация сообщения о признании должника несостоятельным (банкротом) и  введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина состоялась в  газете «Коммерсантъ» № 73 от 24.04.2021.  

Финансовый управляющий ФИО3 (далее – заявитель) обратился 20.04.2022 в  Арбитражный суд Омской области с заявлениями к ФИО4,  ФИО5 (далее – ФИО4, ФИО5, ответчики) о  признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 14.02.2023 заявление  финансового управляющего удовлетворено.  

Признаны недействительными договоры купли-продажи от 14.08.2019, заключенные  между ФИО2 и ФИО4, и договоры купли-продажи от 11.02.2020,  заключенные между ФИО4 и ФИО5, как единые цепочки одной  взаимосвязанной сделки.  

Применены последствия недействительности сделки в виде возложения на  ФИО5 обязанности возвратить в конкурсную массу ФИО2 следующее  имущество:  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:000000:162) площадью 36 794 кв. м.  Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами  участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 250 м, по направлению на  северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Омская область, 

<

...>;  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:200401:143) площадью 76,50 кв. м,  расположенное по адресу: Омская область, 

<

...>;  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:200401:114) площадью 56 868 кв. м,  расположенный по адресу: Омская область, 

<

...>,  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:200403:96) площадью 1 523,80 кв. м,  расположенное по адресу: 

<

...>;  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:000000:160) площадью 30 000 кв. м  Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами  участка. Ориентир с. Смирновка. Участок находится примерно в 0,1 км, по направлению  на север от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Омская область, р-н Нижнеомский, с.  Смирновка;  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:100101:549) площадью 1 351,60 кв. м,  расположенное по адресу: 

<

...>.  

Также с ФИО4 и ФИО5 взыскано по 6 000 руб. государственной  пошлины с каждой в доход федерального бюджета.  

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с  апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить,  принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что стоимость  отчужденных объектов недвижимости была обусловлена их фактическим состоянием,  договоры являлись возмездными, полученные денежные средства направлялись на  исполнение обязательств перед кредиторами. ФИО4 не является  заинтересованным к должнику лицом, финансовый управляющий не доказал единую цель  сделок, сделки между ФИО4 и ФИО5 не могут быть признаны  недействительными, поскольку совершены не за счет имущества должника.  

ФИО2 также заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока  на подачу апелляционной жалобы.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023  апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном  заседании на 30.05.2023, также назначен вопрос о восстановлении срока на подачу  апелляционной жалобы в судебное заседание одновременно с рассмотрением  апелляционной жалобы.  

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со  лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей  123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о  месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в  заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266  АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей  участвующих в деле лиц.  

Рассмотрев ходатайство должника о восстановлении пропущенного срока на  обращение с апелляционной жалобой, суд апелляционной инстанции удовлетворил его по  следующим основаниям.  

В силу части 1 статьи 117 АПК РФ процессуальный срок подлежит восстановлению  по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено АПК РФ.  

Частью 2 статьи 117 АПК РФ установлено, что арбитражный суд восстанавливает  пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и  если не истекли предусмотренные статьями 259, 276, 292 и 312 настоящего Кодекса  предельные допустимые сроки для восстановления.  

Часть 3 статьи 223 АПК РФ предусматривает порядок, допускающий возможность  обжалования судебных актов, вынесенных в рамках дела о банкротстве, в суд  апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения; в рамках этого  порядка возможно также и дальнейшее обжалование судебных актов в кассационной и  надзорной инстанциях.  

Данный порядок распространяется на определения, обжалование которых  предусмотрено АПК РФ и иными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается  рассмотрение дела по существу (часть 3 статьи 223 АПК РФ).  

В силу пункта 35.1 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»  (далее – Постановление № 35) рассматриваемый порядок распространяется, в частности,  на определения, вынесенные по результатам рассмотрения споров о признании сделки  должника недействительной и (или) применении последствий недействительности сделки.  

В соответствии с частью 4 статьи 113 АПК РФ течение процессуального срока,  исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после  календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало  процессуального срока.  

При этом частью 3 статьи 113 АПК РФ предусмотрено, что в сроки, исчисляемые  днями, не включаются нерабочие дни.  

Таким образом, десятидневный срок на обжалование определения Арбитражного  суда Омской области от 14.02.2023 охватывался периодом с 15.02.2023 по 02.03.2023.  

Апелляционная жалоба поступила в суд первой инстанции 17.03.2023, то есть по  истечении значительного срока подачи апелляционной жалобы.  

Согласно пункту 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном  суде апелляционной инстанции» (далее – Постановление № 12) при решении вопроса о  восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы следует принимать во внимание,  что данный срок может быть восстановлен в пределах шестимесячного срока,  установленного частью 2 статьи 259 АПК РФ. Восстановление срока по истечении  указанных шести месяцев не производится, если ходатайство подано участвовавшим в  деле лицом, которое было извещено надлежащим образом о судебном разбирательстве в  суде первой инстанции.  

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 22.10.2015 по делу № А51-1763/2014, следует, что при оценке  уважительности причин пропуска срока необходимо учитывать все конкретные  обстоятельства, в том числе добросовестность заинтересованного лица, реальность сроков  совершения им процессуальных действий; также необходимо оценить характер причин, не  позволивших лицу, участвующему в деле, обратиться в суд в пределах установленного  законом срока. В противном случае лицо, апелляционная жалоба которого была  возвращена в связи с пропуском срока на обжалование и отказом в удовлетворении  соответствующего ходатайства, заведомо лишается возможности повторно подать  апелляционную жалобу, поскольку при повторной подаче жалобы пропущенный срок  только увеличится.  

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что резолютивная часть  определения была объявлена судом первой инстанции 07.02.2023, в полном объеме  определение изготовлено судом первой инстанции 14.02.2023, при этом определение  размещено в информационной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru/)  только 09.03.2023, в связи с чем в соответствии приведенными в пункте 32 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения  законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в  деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее - Постановление №  57) считается полученным лицами, участвующими в деле, 09.03.2023.  

Судебный акт арбитражного суда, выполненный в форме электронного документа,  направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном  сайте арбитражного суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее  следующего дня после дня его принятия (часть 1 статьи 177, часть 1 статьи 186 АПК РФ,  абзац 4 пункта 31 Постановления № 57).  

С учетом изложенного, в рассматриваемом случае у лиц, участвующих в деле,  имелись разумные основания для принятия применительно к части 6 статьи 121 АПК РФ  мер по получению информации об изготовлении решения в полном объеме в период с  07.02.2023 по 14.02.2023 (с учетом выходных дней).  

Однако обжалуемое определение в полном объеме было опубликовано в «Картотеке  арбитражный дел» позднее.  

Указанные обстоятельства по смыслу приведенных в пункте 30 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О  процессуальных сроках», абзаце 2 пункта 12 и абзаце втором пункта 15 Постановления №  12 разъяснений не продлевают срок на апелляционное обжалование, но при наличии  соответствующего ходатайства заявителя являются основанием для восстановления  пропущенного срока.  

Учитывая приведенные в обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного  срока на подачу апелляционной жалобы мотивы, суд апелляционной инстанции,  руководствуясь частями 1 и 2 статьи 117, частью 2 статьи 259 АПК РФ, приведенными в  Постановлении № 12 разъяснениями, а также необходимостью установления баланса  между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное  разбирательство в целях обеспечения реальной возможности участвующим в деле лицам  воспользоваться правом на пересмотр судебного акта, приходит к выводу о наличии  оснований для удовлетворения ходатайства ФИО2 и восстанавливает  пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы.  

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, суд  апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения судебного  акта.  

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой  инстанции, 14.08.2019 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи нежилого здания и земельного участка, согласно которому ФИО4  приобрела:  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:000000:160) площадью 30.000,00 кв.м.  Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами  участка. Ориентир с. Смирновка. Участок находится примерно в 0,1 км, по направлению  на север от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Омская область, р-н Нижнеомский, с.  Смирновка;  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:100101:549) площадью 1.351,60 кв.м.,  расположенное по адресу: 

<

...>.  

В соответствии с пунктом 4 договора, по согласию сторон здание животноводческой  базы и земельного участка оценивается в 70 000,00 рублей. Цена земельного участка  составляет 10 000,00 рублей, цена здания склада составляет 60 000,00 рублей.  

11.10.2019 в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО4 на  указанные объекты недвижимости, что подтверждается представленной в материалы дела  выписками из ЕГРН от 10.04.2022 № КУВИ-001/2022-52882838, № КУВИ-001/2022-  52882832.  

14.08.2019 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи нежилого здания и земельного участка, согласно которому ФИО4  приобрела:  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:200401:114) площадью 56.868,00  кв.м., расположенный по адресу: Омская область, 

<

...>,  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:200403:96) площадью 1.523,80 кв.м.,  расположенное по адресу: 

<

...>.  

В соответствии с пунктом 4 договора, по согласию сторон здание животноводческой  базы и земельного участка оценивается в 70 000,00 рублей. Цена земельного участка  составляет 10 000,00 рублей, цена здания склада составляет 60 000,00 рублей.  

10.10.2019 в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО4 на  указанные объекты недвижимости, что подтверждается представленной в материалы дела  выписками из ЕГРН от 10.04.2022 № КУВИ-001/2022-52882835, № КУВИ-001/2022-  52882836.  

14.08.2019 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи нежилого здания и земельного участка, согласно которому ФИО4  приобрела:  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:000000:162) площадью 36.794,00 кв.м.  Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами  участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 250 м, по направлению на  северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Омская область, 

<

...>;  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:200401:143) площадью 76,50 кв.м.,  расположенное по адресу: Омская область, 

<

...>.  

В соответствии с пунктом 4 договора, по согласию сторон здание животноводческой  базы и земельного участка оценивается в 50 000,00 рублей. Цена земельного участка  составляет 15 000,00 рублей, цена здания склада составляет 35 000,00 рублей.  

21.08.2019 в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО4 на  указанные объекты недвижимости, что подтверждается представленной в материалы дела  выписками из ЕГРН от 10.04.2022 № КУВИ-001/2022-52882837, № КУВИ-001/2022-  528828839.  

11.02.2020 между ФИО4 и ФИО5 заключен договор купли-продажи нежилого здания и земельного участка, согласно которому ФИО5  приобрела:  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:000000:160) площадью 30.000,00 кв.м.  Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами  участка. Ориентир с. Смирновка. Участок находится примерно в 0,1 км, по направлению  на север от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Омская область, р-н Нижнеомский, с.  Смирновка;  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:100101:549) площадью 1.351,60 кв.м.,  расположенное по адресу: 

<

...>.  

В соответствии с пунктом 4 договора, по согласию сторон здание животноводческой  базы и земельного участка оценивается в 70 000,00 рублей. Цена земельного участка  составляет 10 000,00 рублей, цена здания склада составляет 60 000,00 рублей.  

03.03.2020 в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО5 на  указанные объекты недвижимости, что подтверждается представленной в материалы дела  

выпиской из ЕГРН от 10.04.2022 № КУВИ-001/2022-52882838, № КУВИ-001/2022-  52882832.  

11.02.2020 между ФИО4 и ФИО5 заключен договор купли-продажи нежилого здания и земельного участка, согласно которому ФИО5  приобрела:  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:200401:114) площадью 56.868,00  кв.м., расположенный по адресу: Омская область, 

<

...>,  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:200403:96) площадью 1.523,80 кв.м.,  расположенное по адресу: 

<

...>.  

В соответствии с пунктом 4 договора, по согласию сторон здание животноводческой  базы и земельного участка оценивается в 70 000,00 рублей. Цена земельного участка  составляет 10 000,00 рублей, цена здания склада составляет 60 000,00 рублей.  

12.02.2020 в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО5 на  указанные объекты недвижимости, что подтверждается представленной в материалы дела  выпиской из ЕГРН от 10.04.2022 № КУВИ-001/2022-52882835, № КУВИ-001/2022-  52882836.  

11.02.2020 между ФИО4 и ФИО5 заключен договор купли-продажи нежилого здания и земельного участка, согласно которому ФИО5  приобрела:  

- земельный участок (кадастровый номер 55:16:000000:162) площадью 36.794,00 кв.м.  Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами  участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 250 м, по направлению на  северо-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: Омская область, 

<

...>;  

- нежилое здание (кадастровый номер 55:16:200401:143) площадью 76,50 кв.м.,  расположенное по адресу: Омская область, 

<

...>.  

В соответствии с пунктом 4 договора, по согласию сторон здание животноводческой  базы и земельного участка оценивается в 100 000,00 рублей. Цена земельного участка  составляет 5 000,00 рублей, цена здания склада составляет 95 000,00 рублей.  

12.02.2020 в ЕГРН зарегистрировано право собственности ФИО5 на  указанные объекты недвижимости, что подтверждается представленной в материалы дела  выпиской из ЕГРН от 10.04.2022 № КУВИ-001/2022-52882837, № КУВИ-001/2022-  528828839.  

Полагая, что договоры последовательной купли-продажи недвижимого имущества  совершены при неравноценном встречном исполнении, в отсутствие доказательств  расходования должником денежных средств, полученных от реализации имущества, при  наличии у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами, финансовый  управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительными  взаимосвязанных сделок и применении последствий их недействительности на основании  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Поддерживая выводы суд первой инстанции, удовлетворившего заявленные  требования, апелляционная коллегия отмечает следующее.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой Х Закона о  банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с  банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I -  III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального  закона.  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником  или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по  основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее  по тексту – Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам  главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением  гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж  должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в  собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств  (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские  операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет  погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное,  так и на основании распоряжения клиента).  

В силу норм пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она  знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на  момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал  отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в  связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение  которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять  пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику  об определении судьбы данного имущества.  

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 для признания сделки  недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Заявление о признании должника банкротом принято к производству 03.03.2021,  оспариваемая единая сделка совершена 14.08.2019 и завершена 11.02.2020, то есть в  период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции установил, что на дату совершения сделки 14.02.2019 –  11.02.2020 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами: ПАО  Сбербанк, ПАО «Совкомбанк», АО «Россельхозбанк».  

Довод ФИО2 о том, что им исполнялись кредитные обязательства в спорный  период, опровергается представленными в материалы спора доказательствами, из которых  следует, что просрочки внесения ежемесячных платежей допущены должником с  10.07.2019; более того, в настоящее время требования указанных кредиторов установлены  в реестр требований кредиторов ФИО2 в настоящем деле о банкротстве.  

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается  прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по  уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

При этом согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать  шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63  обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования  которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним  сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой  сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания  сделок в деле о банкротстве.  

Более того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества (как одной из составляющих презумпции цели причинения  вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. Цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без  использования презумпций, на общих основаниях (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4)).  

Следует также отметить, что закрепленная в абзаце втором пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве презумпция наличия цели причинения вреда имущественным правам  кредиторов применима и в ситуации, когда в результате совершения сделки должник стал  отвечать признаку недостаточности имущества и сделка совершена в отношении  заинтересованного лица.  

В этой связи апелляционная коллегия отмечает, что само по себе формальное  отсутствие на момент заключения договоров купли-продажи признаков  неплатежеспособности не блокирует возможность признания сделки недействительной,  поскольку должником и ответчиками реализована схема вывода имущества, приведшая в  окончательном итоге к невозможности погашения требований кредиторов.  

При этом суд первой инстанции верно отметил, что в рассматриваемом случае иная  причина прекращения исполнения должником денежных обязательств перед кредитором  не доказана, в связи с чем следует исходить из наличия у должника признаков  неплатежеспособности в период совершения оспариваемой сделки.  

Обосновывая доводы о неравноценности встречного предоставления по сделке со  стороны ответчика, финансовый управляющий ссылается на кадастровую стоимость  объектов недвижимости:  

- кадастровая стоимость земельного участка (кадастровый номер 55:16:000000:162) и  находящегося на нем нежилого здания (кадастровый номер 55:16:200401:143) составляет  546 151,10 рублей, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской из  ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект  недвижимости (цена по договору от 14.08.2019, от 11.02.2020 составила – 70 000,00  рублей);  

- кадастровая стоимость земеельного участка (кадастровый номер 55:16:200401:114) и  находящегося на нем нежилого здания (кадастровый номер 55:16:200403:96) составляет  872 031,97 рублей, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской из  ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект  недвижимости (цена по договору от 14.08.2019, от 11.02.2020 составила – 70 000,00  рублей);  

- кадастровая стоимость земельного участка (кадастровый номер 55:16:000000:160)  находящегося на нем нежилого здания (кадастровый номер 55:16:100101:549) составляет  14 336 608,92 рублей, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской из  ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект  недвижимости (цена по договору от 14.08.2019, от 11.02.2020 составила – 100 000,00  рублей).  

Доказательства, опровергающие сведения, представленные финансовым  управляющим, не представлены.  

Возражая против довода финансового управляющего должника о неравноценности  встречного исполнения обязательств, лица, участвующие в обособленном споре, в том  числе ответчики, не представили сведения об иной стоимостной оценке спорного  имущества, ходатайство о назначении экспертизы с целью определения рыночной  стоимости имущества не заявили.  

Суд первой инстанции также обоснованно исходил из отсутствия доказательств  оплаты должнику за отчужденное имущество.  

В силу обязанности доказывания своих возражений согласно статье 65 АПК РФ  приобретатель спорного имущества ФИО4 не представила доказательств  осуществления наличного расчёта с продавцом, как участником сделки согласно  разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах,  связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (абзац третий пункта 26).  

Согласно условиям спорных договоров, расчет производился до подписания  договора. Содержание условий договора купли-продажи, в котором стороны  констатировали осуществление расчета до подписания договора или при подписании  договоров, не исключает обязанность ответчика доказать факт произведенного расчета.  

Между тем, в материалы дела не представлены относимые, допустимые и  достоверные доказательства, подтверждающие передачу должнику денежных средств в  качестве оплаты за спорное имущество. Доказательства, подтверждающие факт  расходования должником полученных денежных средств по договорам купли-продажи, в  материалах дела также отсутствуют.  

Суд первой инстанции резюмировал о совершении оспариваемых сделок в пользу  фактически аффилированного с должником лица.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта  общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от  22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на  товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях,  когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  

формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на  принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в  хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При  представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в  частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по  требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по  опровержению соответствующего обстоятельства.  

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть  разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе  исполнения уже заключенного соглашения. Соответствующая правовая позиция изложена  в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А1245751/2015  

Судебной практикой выработан подход, согласно которому приобретение имущества  по многократно, очевидно заниженной стоимости, не могло не породить у любого  добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно  правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень  осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на  проверку обстоятельств, при которых должник по явно заниженной цене продает  имущество. Он не мог не осознавать, что сделка с такой ценой нарушает права и законные  интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за  счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации недвижимости.  

Приобретение имущества по заниженной стоимости и осведомленность  приобретателя об этом являются достаточными основаниями, указывающими на  недобросовестность приобретателя, и основанием для удовлетворения иска об  истребовании имущества, независимо от возражений приобретателя о том, что он является  добросовестным приобретателем.  

Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и  рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Отчуждение объекта  недвижимости по заниженной многократно цене, в свою очередь, не могло не породить у  любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений  относительно правомерности отчуждения (Определение Верховного Суда РФ от  22.12.2016 № 308-ЭС16-11018).  

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении  должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и  действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие  должника лица избавляются от имущества общества по заниженной (бросовой) цене по  причинам, не связанным с экономическими интересами последнего.  

Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели  должника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 305- ЭС21-21196 (2)).  

Необъяснимое отличие цены договора от рыночной должно вызывать недоумение  или подозрение у любого участника хозяйственного оборота.  

Как следствие, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели  должника, действует с ним совместно, а потому его интерес не подлежит судебной защите  (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707).  

Критерием осведомленности покупателя о противоправности цели сделки является  превышение рыночной стоимости отчужденного имущества по сравнению с фактическими  затратами покупателя. Приобретая имущество по заниженной цене, ответчик не мог не  осознавать, что должник не получит равноценного встречного предоставления.  

Кроме того, суд первой инстанции учел, что ФИО4 является поручителем  должника и в последующем спорное недвижимое имущество отчудила ФИО5,  являющейся дочерью ФИО2  

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 26 Постановления   № 35, пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5  (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017,  в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и заинтересованного лица в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам  прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях подлежит применению повышенный  стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения  кредиторов и конкурсного управляющего, в том числе при формировании конкурсной  массы в целях удовлетворения требований кредиторов, возлагается на противоположную  сторону сделки.  

В целях недопущения ущемления прав кредиторов на получение адекватного  удовлетворения требований за счет конкурсной массы указанный стандарт подлежит  применению и в спорах о признании недействительными сделок должника с  аффилированными контрагентами в преддверии банкротства, при рассмотрении которых  судам следует учитывать, что управляющий как лицо, не участвовавшее в такой сделке,  объективно лишен возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств,  порочащих эту сделку (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14, определения Верховного Суда  Российской Федерации от 25.09.2017 № 309-ЭС17-344(2), от 18.09.2017 № 301-ЭС15- 19729(2), от 05.02.2017 № 305-ЭС17-14948).  

В то же время он может заявить убедительные доводы и (или) указать на такие  прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности  позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки (так  называемые доказательства опровержимой презумпции prima facie), а на ответчике как  аффилированной с должником стороне сделки лежит обязанность по опровержению таких  разумных сомнений конкурсного управляющего.  

При оценке доводов о пороках сделки в таких случаях суд не должен ограничиваться  проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям.  Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об  экономических, организационных возможностях и целесообразности для должника  заключить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не  исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», определение Верховного  Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).  

Учитывая уклонение ответчика от представления объективных доказательств,  подтверждающих рыночность условий договоров, а также реальность расчета с  должником, следует признать обоснованность доводов управляющего о наличии  фактической аффилированности между сторонами оспариваемых сделок.  

В данном случае податель жалобы с учетом совокупности представленных  доказательств и наличия не устраненных противоречий не подтвердил соответствующими  доказательствами и не опроверг установленную судом первой инстанции фактическую  аффилированность сторон сделки.  

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 по делу №  305-ЭС15-11230, правомерно принятым во внимание судом первой инстанции,  сформулирована правовая позиция, согласно которой цепочкой последовательных сделок  купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная  на отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.  

Дополнительной гарантией для кредиторов является солидарная ответственность  всех участников сделок перед конкурсной массой должника в виде возмещения  имущественного вреда, что позволит увеличить вероятность наполнения конкурсной  массы должника.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17, возможны случаи, когда первый  

приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество  должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить  отраженные в этом договоре правовые последствия.  

Исходя из установленных по делу обстоятельств, вопреки доводам должника, суд  первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемые сделки необходимо  квалифицировать как единую сделку по отчуждению спорного имущества.  

Реализация должником имущества в пользу ФИО4 по договорам от  14.08.2019 в отсутствие фактической оплаты, и последующие действия ФИО4 по  передаче имущества дочери должника – ФИО5, при отсутствии доказательств,  что имущество приобреталось в личных интересах, преследовали единый противоправный  интерес, реальной и единственной целью которого было формальное получения имущества  должника в ущерб интересов иных кредиторов и передача данного имущества в отсутствие  оплаты, с целью создания видимости добросовестного приобретения и невозможности его  обратного возврата в конкурсную массу.  

Таким образом, действия должника и ответчиков были направлены не на реальное  возникновение гражданских правоотношений по поводу купли-продажи имущества, а  являются недобросовестными, направлены на вывод имущества из конкурсной массы  должника, что нарушает права кредиторов должника, вовлеченных в процесс банкротства,  препятствует справедливому рассмотрению дела о банкротстве и распределению  конкурсной массы должника.  

Кроме того, ответчики не обосновали наличие разумной деловой цели в  приобретении спорного имущества и целесообразность заключения сделок, с учетом того,  что ответчики не являются индивидуальными предпринимателями, тогда как должник  являлся главой КФХ, а спорное имущество является имуществом, используемым в  предпринимательской деятельности.  

Какое-либо документальное подтверждение тому, что ответчики осуществляли  фактическое владение и пользование спорной имуществом, несли соответствующие  расходы по его содержанию и эксплуатации, что характерно для любого собственника, не  представлено.  

Цель приобретения при названных обстоятельствах в свою собственность спорного  имущества, назначение которого не предполагает использование в личных  потребительских целях физического лица, ответчиками не раскрыта, доказательства сдачи  имущества в аренду не представлены.  

При этом суд первой инстанции признал обоснованными доводы заявителя о том, что  у лиц, участвующих в сделке, не имелось намерений продажи и, соответственно,  приобретения спорного имущества от должника к ФИО4, а воля была направлена  на отчуждение спорного имущества от должника к ФИО5, в связи с чем  договоры купли-продажи от 14.08.2019 и от 11.02.2020 являются цепочкой  последовательных сделок, прикрывающих сделку по прямой передаче имущества  должника без какого-либо встречного предоставления со стороны ФИО5  

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о том, что заявитель  доказал наличие совокупных обстоятельств, необходимых для признания взаимосвязанных  сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  необоснованным признан быть не может.  

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не  содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела,  имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на  обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.  

Апелляционная жалоба не содержит самостоятельных возражений против выводов  суда о применении последствий недействительности сделки. В отсутствие  соответствующих возражений суд апелляционной инстанции в этой части определение не  проверяет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного  

процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном  суде апелляционной инстанции»).  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для  отмены определения Арбитражного суда Омской области.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК  РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не  установил.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный  суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Восстановить ФИО2 срок на подачу апелляционной жалобы.  

Определение Арбитражного суда Омской области от 14 февраля 2023 по делу № А461233/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского  округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.  

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после  поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.  

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной  в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о  выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного  апелляционного суда.  

Председательствующий О.Ю. Брежнева  

Судьи Е.А. Горбунова   Н.Е. Котляров  

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 31.03.2022 7:25:00Кому выдана Котляров Николай ЕвгеньевичЭлектронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 17.10.2022 7:43:00Кому выдана Горбунова Екатерина АлександровнаЭлектронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 19.10.2022 8:01:00

 Кому выдана Брежнева Оксана Юрьевна