Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А41-2077/2019

г. Москва

20 июля 2020 года.

Резолютивная часть решения объявлена 07 июля 2020 года.

Мотивированное решение изготовлено 20 июля 2020 года.

Судья Арбитражного суда Московской области Машин П.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А41-2077/2019 по иску ЗАО «Ди Ай Уай Лоджистик» (ОГРН 

<

***>) к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о взыскании солидарно 946573 руб. 05 коп. убытков в порядке субсидиарной ответственности,

при участии в судебном заседании:

согласно протоколу, 

 

УСТАНОВИЛ:

ЗАО «Ди Ай Уай Лоджистик» обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО3 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности солидарно 946573 руб. 05 коп. убытков.

Решением Арбитражного суда Московской области от 05.04.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2019, в отказано удовлетворении исковых требований.

Постановлением Арбитражный суд Московского округа от 01.10.2019 решение Арбитражного суда Московской области от 05.04.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2019 отменены, дело № А41-2077/2019 направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Московской области.

Передавая дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что судами не дана оценка и не проверены доводы истца о том, что ответчики не исполняли обязанность по сдаче отчетности в налоговый орган, не вели хозяйственную деятельность ООО «ТОРГОСТ», не могли погасить задолженность перед истцом за счет денежных средств, полученных от продажи товара, полученного от истца, а также уклонялись от инициирования банкротства ООО «ТОРГОСТ», допустив ликвидацию ООО «ТОРГОСТ» с долгами, а недобросовестное поведение ответчиков носит систематический характер.

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 мая 2020 года, в порядке части 5 статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4.

В связи с привлечением ФИО4 в качестве соответчика истец уточнил исковые требования и просил взыскать убытки солидарно с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 Данное уточнение принято судом к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца требования искового заявления поддержал в полном объёме, пояснил суду, что ответчики, являясь контролирующими лицами должника ООО «ТОРГОСТ» допустили неправомерные действия, которые привели к невозможности погашения задолженности последнего перед истцом, требования к ответчикам заявлены на основании положений пункта 3.1 статьи                      3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Представитель ФИО3 против удовлетворения иска к ФИО3 возражал по доводам, изложенным в раннее представленном отзыве на исковое заявление. Полагал, что истцом не доказано, что ФИО3 является лицом, в результате действия (бездействия) которого возник ущерб, а также не доказан факт нарушения ФИО3 обязательства или причинения вреда, наличие убытков. В дополнение представитель ответчика сослался на то, что норма, устанавливающая возможность привлечения учредителя к ответственности не подлежит применению, так как она вступила в законную силу после возникновения задолженности – 01.07.2017 и обратной силы не имеет.

Представители остальных лиц, участвующих в деле для участия в судебном заседании не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте его проведения.

Рассмотрев материалы искового заявления ЗАО «Ди Ай Уай Лоджистик», исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, выслушав представителей истца и ФИО3, суд полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражный суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим в силу пункта 3 части 1 указанной статьи гражданские права и обязанности возникают из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13 августа 2010 года по делу № А32-19526/2010 с ООО «ТОРГОСТ», г. Москва (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Алмаз», г. Краснодар (ИНН 

<

***>) взыскано 909 340 руб. основного долга по договору поставки, 14 682 руб. 5 коп. неустойки, а также 22 551 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21 июля 2011 года по делу № А32-19526/2010 произведена замена взыскателя ООО «Алмаз» на его правопреемника ООО «Кайзер».

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28 января 2013 года по делу № А32-19526/2010 произведена процессуальная замена взыскателя ООО «Кайзер» на ООО «ВЭД-СЕРВИС».

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17 июня 2014 года по делу № А32-19526/2010 произведена замена взыскателя ООО «ВЭД-СЕРВИС» на его правопреемника ЗАО «Ди Ай Уай Лоджистик».

Таким образом, общая сумма требований ЗАО «Ди Ай Уай Лоджистик» к ООО «ТОРГОСТ» составила 946573 руб. 05 коп.

На основании исполнительного листа, выданного по делу № А32-19526/2010, Кузьминским ОСП УФССП по г. Москве 02.02.2012 возбуждено исполнительное производство № 805/12/30/77.

По результатам принятых Кузьминским ОСП мер по розыску имущества ООО «ТОРГОСТ», денежные средства и иное имущество не выявлены.

ООО «ТОРГОСТ» был зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве 18.01.2008 за основным государственным регистрационным номером 1087746071192. 

Судом установлено, что ФИО4 в период с 18.12.2008 по 06.07.2010 являлся генеральным директором ООО «ТОРГОСТ»; ФИО2 в период с 06.07.2010 по  10.09.2018 (дата исключения Общества из ЕГРЮЛ) являлась генеральным директором ООО «ТОРГОСТ»; ФИО3 с 18.12.2008 являлся участником Общества, владеющим 50% уставного капитала, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) и материалами регистрационного дела ООО «ТОРГОСТ» (т.3, л.д. 56-103).

27.05.2016 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве в связи с наличием у ООО «ТОРГОСТ» признаков недействующего юридического лица было принято решение № 176622 о предстоящем исключении недействующего юридического лица - ООО «ТОРГОСТ» из ЕГРЮЛ.

По окончании срока, установленного пунктом 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» Инспекцией 10.09.2018 внесена запись за государственным регистрационным номером 9187748707610 об исключении ООО «ТОРГОСТ» из ЕГРЮЛ.

В рамках исполнительного производства задолженность ООО «ТОРГОСТ» перед истцом не погашена, исполнительное производство окончено на основании п. 6. ч. 1 ст. 47 Федерального закона от  02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи с ликвидацией должника-организации.

Указывая, что ответчики являлись контролирующими лицами ООО «ТОРОГОСТ» и их действия не были направлены на достижение целей деятельности, ради которых было создано ООО «ТОРГОСТ» - извлечение прибыли, а напротив только ускорили процесс исключения ООО «ТОРГОСТ» из ЕГРЮЛ, что привело к невозможности ООО «ТОРГОСТ» погасить имеющуюся задолженность, в том числе не приняли мер по подаче заявления о признании ООО «ТОРГОСТ» банкротом, ЗАО «Ди Ай Уай Лоджистик» обратилось с настоящим иском в суд.

В рассматриваемом деле иск заявлен в защиту права истца на получение подлежащих оплате денежных сумм, взысканных судебным актом по делу № А32-19526/2010.

В исковом заявлении истец указывает, что ответчики не приняли мер по подаче заявления о признании ООО «ТОРГОСТ» банкротом.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон №266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. 

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. 

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. 

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. 

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Заявление кредитора поступило в суд 15.01.2019, следовательно, процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению. 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 10.09.2018 ООО «ТОРГОСТ» прекратило деятельность юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".

Пунктом 1 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ предусмотрено, что юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

 Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества регулируются Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

 Согласно пункту 3.1. статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

В силу пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. При рассмотрении вопроса о признании лица контролирующим суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

ФИО2 с 06.07.2010 являлась генеральным директором ООО «ТОРГОСТ». 

ФИО3 с 18.12.2008 являлся участником                                          ООО «ТОРГОСТ»,  владеющим 50% уставного капитала.

ФИО4 с 18.12.2008 по 06.07.2010 являлся генеральным директором ООО «ТОРГОСТ». 

Вместе с тем, ФИО4 продолжал осуществлять фактическое руководство ООО «ТОРГОСТ» и после снятия с себя полномочий с 06.07.2010. Так, ФИО4 подписывал все процессуальные документы по судебному делу № А32-19526/2010 и вел иную переписку с контрагентами как генеральный директор ООО «ТОРГОСТ», что подтверждается материалами дела.

В период с возникновения обязательства по оплате задолженности перед истцом по дату исключения ООО «ТОРГОСТ» ответчики являлись лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, а, следовательно, обязаны действовать в интересах этого юридического лица добросовестно и разумно.

Таким образом, ФИО2, являющаяся директором Общества,                        ФИО3, являющийся участником Общества с долей в уставном капитале 50% и ФИО4, осуществляющий фактическое руководство Обществом, являются контролирующим лицами ООО «ТОРГОСТ».

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

 Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Дела о взыскании убытков с органов управления обществом имеют ряд особенностей, в частности: только недобросовестность или неразумность виновных действий (бездействий) органов юридического лица является основанием для привлечения к ответственности в случае причинения убытков юридическому лицу.

Согласно абз. 5 п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 г. № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица",  в случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (ст. 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Вина в данном случае рассматривается как непринятие объективно возможных мер по устранению или недопущению отрицательных результатов своих действий, диктуемых обстоятельствами конкретной ситуации. Вина как элемент состава правонарушения при оценке действий (бездействий) органов юридического лица отдельно не доказывается, поскольку подразумевается при доказанности недобросовестности или неразумности действий (бездействия) органов юридического лица. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на органы юридического лица обязанностей заключаются в принятии ими необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. 

Противоправность в корпоративных правоотношениях состоит в нарушении лицом обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

Из совокупности изложенного следует, что закон не содержит закрытого перечня действий и бездействий контролирующих лиц для привлечения к субсидиарной ответственности, которые определяются в зависимости от обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (часть 4 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, кредитору, обратившемуся в суд с заявлением о возложении субсидиарной ответственности на лиц, контролирующих деятельность ликвидированного  должника, необходимо доказать: наличие не исполненного обязательства; недобросовестные или неразумные действия лиц, на которых возлагается субсидиарная ответственность.

В настоящем деле наличие неисполненного ООО «ТОРГОСТ» обязательства подтверждается решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.08.2010 по делу № А32-19526/2010 и в соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ не подлежит доказыванию.

Действия ответчиков не были направлены на достижение целей деятельности, ради которых было создано ООО «ТОРГОСТ» - извлечение прибыли, а напротив только ускорили процесс исключения ООО «ТОРГОСТ» из ЕГРЮЛ, что привело к невозможности ООО «ТОРГОСТ» погасить имеющуюся задолженность.

После формального снятия ФИО4 с себя полномочий руководителя ООО «ТОРГОСТ» последний фактически продолжал осуществлять управление Обществом, о чем свидетельствует следующие обстоятельства, ФИО4 не обращался в банк (ПАО ВТБ), где у Общества был открыт расчетный счет, с заявлением о замене карточки с образцами подписей и оттиска печати, вел официальную переписку с контрагентами как директор ООО «ТОРГОСТ», распоряжался денежными средствами находящимися на счете ООО «ТОРГОСТ», затягивал судебный процесс по взысканию задолженности с ООО «ТОРГОСТ».

Более того, 02.06.2010 перед снятием с себя полномочий ФИО4 получил от ООО «ТОРГОСТ» денежные средства в сумме 165 000 руб. на основании договора займа №15 от 08.07.2009 данные денежные средства Обществу возвращены не были.

Судом установлено, что ООО «ТОРГОСТ» с момента образования задолженности получало денежные средства на свой расчетный счет на сумму 1330700 руб., оплата от контрагентов ООО «ТОРГОСТ» поступала с назначением платежа «оплата за металлические двери», данный товар и был продан ООО «АЛМАЗ» последнему, что является подтверждением того обстоятельства, что ООО «ТОРГОСТ» не только реализовало полученный товар, но и получило денежные средства от его реализации.

Таким образом, у ООО «ТОРГОСТ» была возможность погасить долг перед истцом, но в связи с неправомерными действиями ответчиков по выводу активов Общество задолженность не погасило. 

Задолженность ООО «ТОРГОСТ» возникла в период руководства данным юридическим лицом ФИО4, который приобрел товар у ООО «АЛМАЗ» и уклонился от оплаты его стоимости, а после обращения  ООО «АЛМАЗ» в суд затягивал судебное разбирательство, злоупотребляя процессуальными правами и снял с себя полномочия директора. 

Между тем, действия ФИО4 по фактической не передаче полномочий и документов относящейся к деятельности Общества не освобождают ФИО2 и ФИО3 от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестные руководитель и учредитель обязаны совершать действия в интересах юридического лица.

Суд считает, что ответчики, как контролирующие лица, были обязаны инициировать процедуру банкротства ООО «ТОРГОСТ», поскольку Общество имело признаки неплатежеспособности и (или) признаки недостаточности имущества после 01.07.2017, однако не сделали этого, в то время как подтверждено неисполнение ответчиками обязанности по ведению бухгалтерского и налогового учета, предоставлению и утверждению годовой отчетности (подп. 6 п. 2 ст. 33, ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью); неисполнение данной обязанности ответчиками нельзя признать добросовестным и разумным поведением, так как соответствующая обязанность возложена на них законом и именно в результате неисполнения данной обязанности произошло исключение ООО «ТОРГОСТ» из ЕГРЮЛ.

Более того, такое исключение допущено ответчиками дважды: в 2016 году (истцом было оспорено исключение и ООО «ТОРГОСТ» был восстановлен в ЕГРЮЛ, после чего были продолжены исполнительные действия) и в 2018 году.

Неисполнение указанных обязанностей ответчиками на протяжении 8 лет подтверждает доводы истца о намерении ответчиков прекратить деятельность ООО «ТОРГОСТ».

Между тем, законом установлена процедура прекращения деятельности организации через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

Вместе с тем, ответчики, фактически имея намерение прекратить деятельность                                 ООО «ТОРГОСТ», не инициировали законные процедуры прекращения деятельности ООО «ТОРГОСТ».

Доказательств того, что ответчики действовали согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, а их действия (бездействие) совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов, в материалах дела не имеется.

Действия ответчиков по ликвидации организаций с долгами носят систематический характер.

ФИО2 являлась учредителем 20 организаций и руководителем                           21 организации, большинство из которых ликвидировано с непогашенными долгами. 

ФИО3 являлся учредителем ООО "ГК ТОРГОСТ" ИНН 

<

***>, которое также исключено из ЕГРЮЛ с непогашенными долгами.

Создание и управление таким количеством предприятий и оставление их без контроля свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО2 и ФИО3 добросовестного и разумного поведения по отношению к юридическому лицу и к кредиторам данного юридического лица.

Ответчики не обеспечили нахождение ООО «ТОРГОСТ» по месту их регистрации, что ускорило процесс исключения ООО «ТОРГОСТ» из ЕГРЮЛ.

Такое поведение ответчиков является недобросовестным и неразумным, что является основанием для возложения на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного общества.

Норма об ответственности лиц, контролирующих деятельность должника, в результате его исключения из ЕГРЮЛ как недействующего, установленная ч. 3.1. ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», является специальной по отношению к общей норме о взыскании убытков, установленной ст. 15 ГК РФ. 

Так, ч. 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» устанавливает презумпцию недобросовестности поведения контролирующих лиц, которые допустили исключение должника из ЕГРЮЛ, для подтверждения которых именно ответчики должны представить суду доказательства относительно того, какие действия контролирующие лица предпринимали для предотвращения исключения должника из ЕГРЮЛ.

При этом ответчиками не представлено ни одного доказательства в опровержение доводов истца. 

Доводы ФИО3 о том, что норма права, устанавливающая ответственность для учредителя, не подлежит применению, так как она вступила в законную силу после возникновения задолженности - 01.07.2017 и обратной силы не имеет, отклоняются судом по следующим основаниям. 

Согласно ч. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Исковое заявление о привлечении ответчиков к ответственности подано после 01.07.2017.

Кроме этого, неисполнение ФИО3 обязанности по проведению досрочного собрания участников общества, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом носило длящийся характер и имело место как до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, так и после.

Таким образом, нормы об обязанности учредителя инициировать банкротство и его ответственности как учредителя в деле о банкротстве подлежат применению.  

Настоящее дело имеет элементы корпоративного спора и связано с определенными трудностями истца в предоставлении в материалы дела доказательств раскрывающих хозяйственную деятельность ООО «ТОРГОСТ»: факты оприходования, реализации товара, движение денежных средств по счетам и т.д.

С целью соблюдения равенства возможностей участников в деле о возмещении убытков с контролирующих лиц законодатель ввел презумпцию недобросовестности и неразумности действий контролирующих лиц в случае, неисполнения или ненадлежащего исполнения контролирующим лицом публично-правовых обязанностей, а также совершение им действий, не отвечающих интересам общества (п. 2,4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62). 

В абзаце 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 указано, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно подпункту 4 пункта 2 вышеназванного постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Предъявляя требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в виде взыскания убытков истец ссылался на неисполнение ответчиками обязанностей о сдаче отчетности, совершению операций на расчетных счетах, не предъявлению возражений против исключения ООО «ТОРГОСТ» из ЕГРЮЛ, уклонению от погашения задолженности при наличии такой возможности.

Ответчики со своей стороны не опровергли доводы истца достаточными и достоверными доказательствами. 

При этом, последняя бухгалтерская и налоговая отчетность ООО «ТОРГОСТ» представлена в Инспекции за 2010 год – 25.04.2011 (письмо ИФНС № 21 по г. Москве от 18.02.2020 №28-14/08418).

Между тем, действия, касающиеся выбытия товара, полученного от истца и получению денежных средств от его реализации, а также причин не принятия мер по погашению задолженности перед истцом вызывают объективные сомнения в том, что ответчики руководствовались интересами общества, то в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на них переходит бремя доказывания того, что указанные обстоятельства явились следствием обычного оборота. 

Вместе с тем, каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о добросовестности и разумности действий, ответчиками не приведено.

Исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента должно быть истолковано против нее (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17- 6757(2,3).

Таким образом, нежелание ответчиков опровергать доводы истца о наличии у них возможности погасить задолженность перед истцом (при наличии в деле доказательств, подтверждающих реализацию товара, полученного от истца) согласно процессуальным нормам о распределении бремени доказывания свидетельствует о согласии с данными доводами истца (постановление Арбитражного суда Московского округа от 01.10.2018 N Ф05-15426/2018 по делу № А40-38547/2018, постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.05.2018 № Ф05-5874/2018 по делу № А40-40359/16,  постановление Арбитражного суда Уральского округа от 03.04.2019 № Ф09-3379/17 по делу № А47-2227/2016, постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 04.07.2019 № Ф04-5741/2018 по делу № А67-6819/2015, постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 21.09.2018 № Ф02-3428/2018 по делу № А19-10625/2015).

На основании вышеизложенного, требования истца о привлечении ФИО2, ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ ООО «ТОРГОСТ» на основании ст.ст. 53.1, 64.2 ГК РФ, ч. 3.1. ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», подлежат удовлетворению в полном объеме.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению между сторонами согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, статьей 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

 

РЕШИЛ:

Привлечь ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «ТОРГОСТ» перед ЗАО «Ди Ай Уай Лоджистик».

Взыскать с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 солидарно в порядке субсидиарной ответственности в пользу ЗАО «Ди Ай Уай Лоджистик» 946 573 руб. 05 коп. и 27931 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Десятый арбитражный апелляционный суд, вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия если не подана апелляционная жалоба. 

 

Судья                                                                                                П.И. Машин