ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

27.10.2020                                                                          Дело № А40-131823/15

 

Резолютивная часть постановления оглашена 21 октября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 октября 2020 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Михайловой Л.В., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 04.08.2020;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Компал ДУ-1» – ФИО3 по доверенности 20.07.2020;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2020

о признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Компал ДУ-1»

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Компал ДУ-1», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2016 общество с ограниченной ответственностью «Компал ДУ-1» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.12.2019 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которое обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2020, было удовлетворено, путем признания доказанными наличий оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по названному заявлению в части определения размера ответственности было приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить в части установления оснований для привлечения его лично к субсидиарной ответственности, в указанной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель конкурсного управляющего должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и было установлено судом первой инстанции, с 17.08.2006 по 26.02.2015 ФИО1 являлся учредителем должника; с 25.07.2012 по 25.03.2015 – единоличным исполнительным органом должника.

Накануне банкротства должника, ФИО1, являясь единственным участником должника, принял 30.01.2015 решение об отчуждении доли в обществе, а решением от 04.03.2015 прекращены досрочно его полномочия исполнительного органа должника.

Вместе с тем, отметили суды, после формальной смены единоличного исполнительного органа и учредителя должника с ФИО1 на ФИО4, ФИО1 продолжил фактически контролировать должника.

С 26.02.2015 по дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства учредителем должника являлся ФИО4; он же с 25.03.2015 по дату открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства являлся единоличным исполнительным органом должника.

Судами также отмечено, что требование кредитора – общества с ограниченной ответственностью Юридическая компания «Закон и Налоги», являющегося также заявителем по делу, подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2015 по делу № А40-57352/15, которым с должника взыскана задолженность за период с ноября 2011 года по март 2012 года.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете), ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 2 статьи 66 Закона о банкротстве, органы управления должника обязаны предоставлять временному управляющему по его требованию любую информацию, касающуюся деятельности должника.

Сведения о должнике, принадлежащем ему имуществе, в том числе имущественных правах, и об обязательствах, запрошенные временным управляющим у физических лиц, юридических лиц, в государственных органах, органах местного самоуправления, предоставляются указанными лицами и органами временному управляющему в течение семи дней со дня получения запроса арбитражного управляющего без взимания платы.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника, а также временный управляющий, административный утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94, абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Между тем, учтено судами, решением суда от 26.08.2016 о признании должника банкротом суд обязал бывшего руководителя общества, ликвидатора общества исполнить установленную пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность о передаче в трехдневный срок бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Конкурсным управляющим должника предпринимались меры для истребования документации у контролирующих должника лиц, в том числе путем обращения в суд за выдачей судебного акта об обязании передать документы, касающиеся деятельности должника.

Как указывает заявитель, указанная обязанность ФИО4 не исполнена, что влечет за собой привлечение его к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшей в спорный период.

При этом, как указал суд, ФИО1 после формальной смены руководителя должника на ФИО4 сохранил за собой контроль над должником, в частности над расчетным счетом общества, и снимал денежные средства со счета вплоть до 30.04.2015, что также влечет за собой привлечение его к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Сам по себе факт непередачи документации конкурсному управляющему не может служить достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, поскольку это противоречит смыслу и порядку привлечения лица к ответственности за гражданское правонарушение (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12).

Для привлечения лица к ответственности по основанию, предусмотренным пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, суду необходимо установить следующие обстоятельства в совокупности: факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину руководителя должника, предпринял ли руководитель должника все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, проявил ли ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота; причинно-следственную связь между отсутствием документации (ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов; размер субсидиарной ответственности, который по общему правилу определяется как сумма требований, включенных в реестр требований кредиторов, но не удовлетворенных в связи с недостаточностью конкурсной массы.

В обоснование заявления конкурсный управляющий должника указывал, что, согласно бухгалтерской отчетности должника за 2014 год, размер дебиторской задолженности должника по итогам 2014 года составлял 8 889 тыс. руб.

По результатам инвентаризации имущества должника конкурсным управляющим должника также установлен размер дебиторской задолженности в сумме 8 889 тыс. руб.

Конкурсный управляющий должника неоднократно направлял в адрес бывшего руководителя должника требования представить, в том числе, документы, касающиеся дебиторской задолженности.

Однако, констатировали суды, в материалах дела отсутствуют доказательства передачи конкурсному управляющему должника бухгалтерской и иной документации должника, а, следовательно, бывшие руководители должника не исполнили обязанность по передаче конкурсному управляющему должника документации должника, что является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доказательствами невозможности формирования конкурсной массы вследствие не передачи документов являются представленные в материалы дела судебные акты, в том числе, решение Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2019 по делу № А40-46677/18, решения судов общей юрисдикции.

Кроме того, судами признаны обоснованными приведенные конкурсным управляющим должника основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности за неподачу им заявления о признании должника банкротом.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данной статье, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу указанной нормы, презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Между тем, учтено судами, ФИО6 исполнял полномочия генерального директора должника с 2006 года по февраль 2015 года (официально, по данным Единого государственного реестра юридических лиц) и до 19.08.2019 (по имеющимся в деле сведениям), следовательно, обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла у ФИО6 не позднее 02.05.2012, то есть по истечении месяца со сдачи годового бухгалтерского баланса за 2011 год, в котором в любом случае была отражена сформированная, но не погашенная более, чем 3 месяца задолженность, в размере, превышающем 300 000 руб.: задолженность по налогу по УСН за 2011 год в размере 158 тыс. руб.; задолженность перед ИП ФИО7 за 2011 год 242 100,86 руб.; задолженность перед РЭУ за период с ноября 2011 года по апрель 2012 года.

Вместе с тем, отметили суды, с заявлением о признании должника банкротом обратился не его исполнительный орган, а кредитор – общество ЮК «Закон и Налоги».

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что уклонение бывшего руководителя должника ФИО6 (который после прекращения юридически полномочий, продолжал управлять обществом), от выполнения требований статьи 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность, предусмотренную пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, при этом, бездействие контролирующего должника лица в конечном итоге причинило ущерб кредиторам, чьи требования установлены арбитражным судом и включены в реестр требований кредиторов.

Пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

В связи с тем, что доказательств отсутствия вины ФИО1 в материалы дела не представлено, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии основании для установления оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Приведенные ФИО1 доводы об отсутствии у него обязанности по подаче заявления не позднее 02.05.2012 подлежат отклонению, поскольку он являлся исполнительным органом должника с 2009 года по 2015 год, как следствие, обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла у него по истечении месяца со сдачи годового бухгалтерского баланса за 2011 год, в котором была отражена сформированная, но не погашенная более чем 3 месяца задолженность, в размере, превышающем 300 000 руб.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в части установления оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 судебные акты не обжалуются, как следствие, правовые основания для их проверки в указанной части отсутствуют.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что обьективное банкротство должника возникло не в 2012, а в 2014 году, судебной коллегией отклоняется как декларативный и ничем документально не обоснованный, противоречащий представленным в материалы дела документам, в том числе судебным актам о взыскании с должника задолженности по обязательствам, просроченным исполнением в 2011 – 2012 годах.

Приведенный в кассационной жалобе довод об увеличении активов у должника в период с 2013 год по 2014 год и преждевременности подачи заявления о признании организации банкротом в 2012 году, судебной коллегией отклоняется, как не основанный на материалах дела и опровергающийся имеющимися в материалах дела доказательствами.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениямистатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судукассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматриватьфактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать илисчитать установленными обстоятельства, которые не были установлены вопределении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой илиапелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной впостановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РоссийскойФедерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенностиследует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном ивсестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отмененоисключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактическихобстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной прирассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2020 по делу № А40-131823/15 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                    Н.Н. Тарасов

Судьи:                                                                                                Л.В. Михайлова

                                                                                                            В.Л. Перунова