АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

05 февраля 2024 года

Дело №

А56-58066/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Бычковой Е.Н.,      Зарочинцевой Е.В.,

при участии 18.12.2023 и 22.01.2024 от общества с ограниченной ответственностью «ВВ РУС» - ФИО1 (доверенность от 01.02.2023),

рассмотрев  18.12.2023 и 22.01.2024 в открытых судебных заседаниях кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ВВ РУС» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2023 по делу № А56-58066/2022,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО)  «ВВ РУС», адрес: Ленинградская обл., Всеволожский м.р-н, Свердловское г.п., п/р Центральное отделение, д. 24, лит. А, оф. А1, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>  (далее - Компания), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инструктаж», адрес: 195112, Санкт-Петербург, пл. Карла Фаберже, д. 8, лит. А, пом. 10-Н, офис 36, ОГРН 

<

***>,                                  ИНН 

<

***> (далее - Общество), в размере 1 030 966 руб. 39 коп., а также просило взыскать с ответчика 324 039 руб. 76 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2018 по 03.06.2022 и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 04.06.2022 до момента фактического погашения задолженности.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Общество.

Решением суда от 07.02.2023 с ФИО2 в пользу Компании взыскано 1 030 966 руб. 39 коп., а также 20 194 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины; в остальной части иска отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2023 указанное решение отменено, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение судами норм права и несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление суда апелляционной инстанции, направить дело  на новое рассмотрение   в суд первой инстанции.

По мнению подателя кассационной жалобы, апелляционный суд не учел, что  ответчик израсходовал денежные средства Общества на уплату налогов за третье лицо (ООО «Дисплей рент»).

Как полагает Компания, суд апелляционной инстанции неверно распределил бремя доказывания, не учел, что в ситуации, когда истец привел конкретные операции, по которым выводились денежные средства (оплата металлолома и налогов за третье лицо), именно ответчик должна была представить объяснения относительно разумности и добросовестности своих действий.

Однако ФИО2 никаких пояснений относительно совершенных ею сделок не представила, отмечает истец.

Кроме того, податель жалобы усматривает необходимость  привлечения к участию в деле всех кредиторов Общества в соответствии с пунктом 54 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление                   № 53).

Судебное разбирательство по кассационной жалобе откладывалось определением от 18.12.2023.

После отложения судебное разбирательство продолжено в том же составе судей.

В судебных заседаниях представитель Компании поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Остальные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебных заседаний, представителей не направили.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в обоснование иска Компания сослалась на следующие обстоятельства.

Компания  (цедент), Общество  (цессионарий) и ООО «Алькор» (должник) 06.07.2017 заключили договор уступки прав требования (цессии) № 5-Ц (далее - Договор), по условиям которого Общество обязалось уплатить за уступаемые права (требования) 1 030 966 руб. 49 коп.

В связи с неисполнением означенного обязательства Обществом с него в пользу Компании решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.08.2019, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2020, по делу № А56-151074/2018 взыскано 1 030 966 руб. 49 коп. задолженности по Договору и 20.02.2020 Компании выдан исполнительный лист.

Компания  направила исполнительный лист в банк, в котором у Общества  был открыт счет, однако денежных средств на счете не оказалось.

В период с 12.04.2016 по 16.03.2020 ФИО2 являлась контролирующим должника лицом (с 12.04.2016 по 12.03.2020 - генеральным директором, а с 18.10.2019 по 16.03.2020 - единственным участником).

Общество в 2019 году получило чистую прибыль  в размере 7,3 млн руб., в период с 01.01.2019 по 10.03.2020  вело активную хозяйственную деятельность. 

По состоянию на 10.03.2020 остаток денежных средств на счетах Компании составил 374 руб. 07 коп.

С 12.03.2020 генеральным директором Общества являлся ФИО3, который также стал единственным участником Общества с 16.03.2020.

Общество с  12.03.2020 перестало сдавать бухгалтерскую отчетность, в Единый государственный  реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена  запись о недостоверности сведений о генеральном директоре и участнике Общества.

 Налоговым органом 10.08.2020  принято решение об исключении Общества из ЕГРЮЛ в связи с наличием в нем  сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Компания 26.04.2021 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании Общества  несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.08.2021 по делу № А56-36388/2021 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества  прекращено в связи с отсутствием у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Полагая, что причиной  невозможности удовлетворения требования кредитора явились неправомерные действия ФИО2 по выводу со счетов Общества всех денежных средств, Компания обратилась в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями пунктов 1-3 статьи 53.1, статьи 64.1  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), частью 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», правовыми  позициями, изложенными в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации  от 21.05.2021  № 20-П, в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», признал доводы истца обоснованными и удовлетворил исковые требования в части взыскания                            1 030 966 руб. 39 коп. в возмещение убытков. Требования о взыскании                          324 039 руб. 76 коп. процентов за пользование в период с 01.01.2018 по 03.06.2022 в соответствии со статьей 395 ГК РФ отклонено.

Суд исходил из того, что Компании были причинены убытки в результате невозможности исполнения судебного акта в связи с тем, что ФИО2 в период осуществления ею контроля деятельности Общества с расчетных счетов последнего выведены денежные средства, имущество у должника отсутствовало.

Суд принял во внимание, что в период с 12.04.2016 по 16.03.2020                     ФИО2 контролировала деятельность Общества, являясь  с 12.04.2016 по 12.03.2020  генеральным директором, а с 18.10.2019 по 16.03.2020 - единственным участником;  12.03.2020 Общество  перестало сдавать бухгалтерскую отчетность, в ЕГРЮЛ появились записи о недостоверности сведений о генеральном директоре и участнике Общества; 10.08.2020 налоговым органом было принято решение об исключении Общества  из ЕГРЮЛ в связи с наличием в нем сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи. 

Апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении иска, применив положения пункта 2 статьи 9, пункта 1 и подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11, пункта 3 статьи 61.14, пункта 1 статьи 61.19, пунктов 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, правовые позиции, приведенные постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П, в пунктах 8,12 и 17 Постановления № 53, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу                                      № 309-ЭС17-1801 и от 27.01.2017 по делу № 306-ЭС16-20500.

Суд апелляционной инстанции указал на  недоказанность обстоятельств, свидетельствующих о возникновении у ответчика обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве Общества.

Проанализировав представленные истцом в материалы дела выписки из банков по счетам Общества, апелляционным судом установил, что данные выписки не содержат сведений о движении денежных средств; согласно выписке по счету Общества в  акционерном обществе «Тинькофф Банк» по состоянию на 10.03.2020 остаток денежных средств составил 375 руб. 02 коп., остаток денежных средств на 04.03.2020 составлял 1 842 374 руб. 07 коп.

Установив из анализа операций за указанный период, в результате которых на счете осталось 375 руб. 02 коп., что Обществом в пользу МИФНС России № 15 по Санкт-Петербургу был уплачен налог на добавленную стоимость, налог на прибыль за 2020 год,  суд апелляционной инстанции заключил, что  остаток денежных средств по состоянию на 10.03.2020, на который указывает истец, стал следствием не вывода денежных средств, а исполнения Обществом своих обязательств, предусмотренных налоговым законодательством, что нельзя признать недобросовестным поведением.

Апелляционный суд также отметил  факт перехода контроля над Обществом к ФИО3 и  недоказанность преднамеренного доведения ФИО2  Общества до банкротства. 

Между тем суд апелляционной инстанции не учел следующее.

Истец не ссылался на такое основание ответственности, как неисполнение  контролирующим должника лицом обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве Общества.

В основание иска положены обстоятельства совершения ответчиком действий, повлекших невозможность  исполнения судебного акта о взыскании с Общества в пользу истца денежных средств и удовлетворения своего требования в процедуре банкротства Общества. 

На основании пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам названной статьи в случае, если:

1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено;

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П (далее - постановление № 6-П), если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Коль скоро Компания представила судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ней, доказательства исключения Общества из государственного реестра, ответчику надлежало раскрыть причины, по которым денежные средства со счета Общества не были направлены ею на уплату долга перед Компанией. То обстоятельство, что были исполнены обязательства по уплате налога за третье лицо, ответчиком не было опровергнуто.

Так как Компания представила убедительные доводы о том, что именно действия ответчика в период осуществления контроля над Обществом, привели к невозможности исполнения обязательств Общества перед кредитором в дела о банкротстве, а ответчик не обосновала разумность и добросовестность таких действий, суд первой инстанции пришел в правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения иска Компании в части основного долга. 

В данном конкретном случае к спорным правоотношениям надлежало применить положения статьи 61.11 Закона о банкротстве. Вместе с тем, поскольку Компания  являлась заявителем в деле № А56-36388/2021 о банкротстве Общества  и единственным кредитором, то ошибочное применение судом первой инстанции  положений статьи 61.20 Закона о банкротстве не привело к принятию неправильного судебного акта.

Вопреки мнению подателя кассационной жалобы, положения статьи 225.14 АПК РФ, регулирующие подготовку дела о защите прав и законных интересов группы лиц к судебному разбирательству, и разъяснения, изложенные в пунктах 53, 54 Постановления № 53, в данном случае не подлежали применению. 

В связи с неправильным применением норм материального права  судом апелляционной инстанции и несоответствием его выводов фактическим обстоятельствам дела и  имеющимся в деле доказательствам обжалуемое постановление в силу части 1 статьи 288 АПК РФ подлежит отмене.

Решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, подлежит оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2023 по делу № А56-58066/2022 отменить.

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  07.02.2023 по указанному делу оставить в силе.

Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи

Е.Н. Бычкова

Е.В. Зарочинцева