АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А66-525/2023

г.Тверь

13 марта 2026 года

(изготовлено в полном объеме)

Арбитражный суд Тверской области в составе судьи Нофал Л.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лысковой К.Ю., без участия представителей сторон, третьих лиц, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1, г. Санкт-Петербург

к ответчикам: ФИО2, Тверская область, пгт. Селижарово, ФИО3, Тверская область, Селижаровский район, д.Большое Кашино,

третьи лица: СПК «Азаново», Дмитровское сельское поселение д. Большое Кашино (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>), МИФНС России № 6 по Тверской области, г.Осташков, Тверская область,

о взыскании 462 321 руб. 00 коп.,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «АВС Групп», г. Санкт-Петербург обратилось в Арбитражный суд Тверской области с исковым заявлением к ФИО2, Тверская область, пгт. Селижарово с требованием о взыскании 440 331 руб. 00 коп. задолженности, 12 819 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины в рамках дела №А66-14951/2020, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.03.2018 по день фактического исполнения денежного обязательства, а также 449 руб. 78 коп. почтовых расходов и 8000 руб. 00 коп. расходов по оплате услуг представителей.

Третьими лицами в иске указаны СПК «Азаново», Дмитровское сельское поселение д. Большое Кашино (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>), МИФНС России № 6 по Тверской области, г.Осташков, Тверская область.

Определением от 19 апреля 2023 года привлечен к участию в деле в качестве соответчика ФИО3 (ИНН 

<

***>).

Определением от 02 августа 2023 года привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 (350901, г. Краснодар, а/я 3921), ФИО1 (

<

...>, каб. 56).

Определением от 23 июля 2024 года суд произвел в порядке процессуального правопреемства замену истца по делу № А66-525/2023 с Общества с ограниченной ответственностью «АВС Групп», г. Санкт-Петербург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на его правопреемника - ФИО1, г. Санкт-Петербург.

Стороны, третьи лица о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще в порядке статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), явку представителей не обеспечили. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражных судов в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет» (http://kad.arbitr.ru).

Дело рассматривается без участия представителей указанных лиц по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В материалы дела от истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, требования поддержаны (исх. б/н, б/д).

Суд приобщил поступившие документы к материалам дела.

Из имеющихся в материалах дела документов следует, что 05.11.2019 между ООО «А-Альянс» (цедент) и ООО «АВС Групп» (цессионарий) был заключен договор уступки права требования, в соответствии с условиями которого цедент передает, а цессионарий принимает право требования цедента к СПК «Азаново», подтверждаемые следующими документами: договор № 3 от 10.02.2018, счет № 5 от 14.02.2018, платежное поручение № 21 от 19.02.2018.

08.02.2022 ООО «АВС Групп» (далее - кредитор) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании СПК «Азаново» (172225, Тверская область, пгт.Селижарово, д.Большое Кашино, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Тверской области от 26.04.2022 по делу № А66-525/2023 СПК «Азаново» (172225, Тверская область, пгт.Селижарово, д.Большое Кашино, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), наблюдение прекращено, открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий СПК «Азаново» ФИО4 (адрес для направления корреспонденции арбитражному управляющему: 350901, г. Краснодар, а/я 3921).

Определением суда от 23.12.2023 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного производственного кооператива «Азаново» (172225, Тверская область, пгт.Селижарово, д.Большое Кашино, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) прекращено.

ФИО2 в период с 10.03.2016 по 30.06.2021 являлся главой СПК «Азаново», с 28.09.2021 – его ликвидатором, одним из учредителей являлся ФИО3 (ИНН 

<

***>).

Истец, ссылаясь на то, что в связи с недобросовестностью и неразумностью действий (бездействия) соответчиков, утрачена возможность взыскания с СПК «Азаново» задолженности, взысканной в судебном порядке, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Статьей 65 АПК РФ установлена обязанность лиц, участвующих в деле, доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Статьей 65 АПК РФ установлена обязанность лиц, участвующих в деле, доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

Пунктом 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) предусмотрено, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по

указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ имеющейся в материалах дела следует, что лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, ликвидатором СПК «Азаново» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) являлся ФИО2, одним из учредителей - ФИО3 (ИНН 

<

***>).

Согласно пунктам 1,2 статьи 7 Федерального закона от 08.05.1996 № 41-ФЗ «О производственных кооперативах» членами кооператива могут быть внесшие установленный уставом кооператива паевой взнос граждане Российской Федерации, достигшие возраста шестнадцати лет. Размер и порядок внесения паевого взноса определяются уставом кооператива.

Иностранные граждане и лица без гражданства могут быть членами кооператива наравне с гражданами Российской Федерации.

Число членов кооператива, внесших паевой взнос, участвующих в деятельности кооператива, но не принимающих личного трудового участия в его деятельности, не может превышать двадцать пять процентов числа членов кооператива, принимающих личное трудовое участие в его деятельности.

Согласно пункту 3 статьи 14 Федерального закона от 08.05.1996 № 41-ФЗ «О производственных кооперативах» в состав исполнительных органов кооператива входят правление и (или) председатель кооператива.

Истец не представил доказательств того, что ФИО3 осуществлял управление текущей хозяйственно-финансовой деятельностью кооператива, действовал от имени кооператива при заключении сделок, входил в состав исполнительного органа кооператива.

Таким образом, суд полагает, что только ФИО2 являлся контролирующим лицом СПК «Азаново» и надлежащим ответчиком по делу.

Требования истца к ФИО3 суд признает неправомерными, а иск в отношении данного ответчика не подлежащим удовлетворению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и/или бездействия которого невозможно полное погашение требований кредиторов должника, несет субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (пункт 1 статьи 10 Закона о банкротстве, статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62).

В пунктах 4 и 5 Постановления № 62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Истец ссылается на наличие установленных Законом о банкротстве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

Судом приняты во внимание доводы ответчика ФИО2, изложенные в отзыве (исх. б/н, б/д).

Решением Арбитражного суда Тверской области от 26.04.2022 по делу № А66-1652/2022 на ФИО2 была возложена обязанность по передаче конкурсному управляющему по акту приема-передачи имущество, документацию, печати и штампы должника.

Ответчик ФИО2 пояснил, что по объективным причинам он был лишен возможности исполнить обязанность, возложенную на него судом.

В частности, ответчиком ФИО2 в адрес конкурсного управляющего ФИО4 неоднократно направлялись сообщения о готовности передать документацию и печать СПК «Азаново» (19.05.2022, 05.07.2022,12.07.2022,27.07.2022). Ответа на них не последовало.

Несмотря на предпринятые ответчиком ФИО2 действия, направленные на передачу документации и печати, конкурсный управляющий предъявил к принудительному исполнению решение Арбитражного суда Тверской области в части обязания руководителя СПК «Азаново» (ликвидатора) передать конкурсному управляющему по акту приема-передачи имущество, документацию, печати и штампы должника.

26.07.2022 в рамках исполнительного производства № 9580/22/69028-ИП, возбужденного Селижаровском РОСП УФССП России по Тверской области, судебным приставом-исполнителем при участии ответчика был составлен акт совершения исполнительных действий, в соответствии с которым документация с описью была подготовлена к передаче, однако конкурсный управляющий её не принял.

Судебным приставом-исполнителем конкурсному управляющему было направлено требование о явке на 16.08.2022. Актом совершения исполнительных действий от 16.08.2022 зафиксировано, что конкурсный управляющий для принятия исполнения в соответствии с определением арбитражного суда не явился.

19.08.2022 исполнительное производство было окончено по основаниям, установленным пунктом 6 части 1 статьи 46 ФЗ «Об исполнительном производстве».

Кроме того, ответчик ФИО2 указал, что сделки по отчуждению имущества, на которые ссылается истец, были осуществлены в марте 2021 года и имели для СПК экономический смысл, все полученные средства израсходованы исключительно на выплату заработной платы работникам и обязательных платежей в бюджет. 	Сельскохозяйственная техника кооператива была не пригодна к использованию по причине полного физического износа, в связи с чем, подлежала списанию в феврале 2021 года без перспектив дальнейшего применения или продажи. По состоянию на сентябрь 2021 г. фактически единственным имуществом кооператива являлись неликвидные корма, заготовленные в 2019 году. Банковские счета были закрыты, работники отсутствовали.

На момент подачи в регистрирующий орган заявления о ликвидации какой-либо кредиторской задолженности, а также задолженности перед бюджетом у кооператива не было.

К моменту вынесения решения о взыскании с СПК «Азаново» задолженности в пользу ООО «АВС Групп» имущество у кооператива отсутствовало, хозяйственная деятельность не велась более года.

Ответчик указал, что неплатежеспособность СПК «Азаново» и последующая добровольная ликвидация кооператива явилась следствием неблагоприятной экономической ситуации, основной причиной прекращения деятельности СПК «Азаново» стало отсутствие рабочей силы. Ситуация, в том числе, была осложнена введением карантинных мер по пандемии COVID-19.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий стандарт доказывания. Не любое, даже подтвержденное косвенными доказательствами, сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против контролирующего должника лица, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ).

Наличие у СПК непогашенной задолженности перед истцом само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, как руководителя (ликвидатора) данной организации, в неуплате указанного долга, а также свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Суд, исследуя конкретные обстоятельства дела и доказательства, не установил в поведении ответчика неразумности и недобросовестности.

Между тем, судом не установлено и в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о совершении ответчиком действий, направленных на растрату денежных средств и отчуждение имущества с целью неисполнения обязательств перед истцом и причинения ему вреда.

Обозначенные истцом сделки в установленном законом порядке недействительными не признаны.

Установив отсутствие причинно-следственной связи между вменяемыми ответчикам неправомерными действиями (бездействиями), суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

На основании вышеизложенного, суд отказывает истцу в удовлетворении заявленных исковых требований.

Судебные расходы по государственной пошлине, согласно статьи 110 АПК РФ, относятся на истца.

Руководствуясь статьями 65, 110, 156, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Вологда в месячный срок со дня его принятия.

Судья Л.В.Нофал