ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. / факс 8 (8692) 54-74-95 

 E-mail: info@21aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А83-2151/2016

г. Севастополь

05 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления оглашена 02 ноября 2020 года  

Полный текст изготовлен 05 ноября 2020 года 

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего судьи Котляровой Е.Л.,  

судей   Вахитова Р.С.,  ФИО1 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного  заседания ФИО2,  

в присутствии в судебном заседании: 

от конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Оул Солар» ФИО3 – ФИО4, доверенность б/н от 01.09.2020;  

от акционеров Акционерного общества «Оул Солар»: ФИО10  ХОЛДИНГЗ ЛТД (MILDENIO HOLDINGS LTD), ХИПЕРИОН ФИО5 (HYPERION NETHERLANDS B.V.) – ФИО6, на  основании протокола заседания Совета директоров Акционерного общества  «Оул Солар» от 27.10.2016;  

от общества с ограниченной ответственностью «СОЛАР-ИНВЕСТ» –  ФИО7, доверенность б/н от 24.08.2020;  

рассмотрев апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества  с ограниченной ответственностью «Оул Солар» ФИО3  на определение Арбитражного суда Республики Крым от 15 сентября 2020 года  по делу № А83-2151/2016 (судья Ловягина Ю.Ю.)  

по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО3 к  ответчикам: ФИО8, ФИО9,  ФИО10 Холдингз ЛТД, Хиперион ФИО5 о возложении  субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Оул Солар» и взыскании  солидарно денежных средств в размере 3 593 475 209,60 рублей, в деле  

о признании Акционерного общества «Оул Солар» несостоятельным  (банкротом),  

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Крым 30.03.2016 обратилось Публичное  акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанр России») с  заявлением о признании должника – Акционерного общества «ОУЛ СОЛАР»  (далее – АО «Оул Солар») несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 16.06.2016  (резолютивная часть определения оглашена 08.06.2016) заявление ПАО  «Сбербанк России» признано обоснованным, в отношении Акционерного  общества «Оул Солар» введена процедура наблюдение, сроком до 07.12.2016.  

Временным управляющим АО «Оул Солар» утвержден ФИО11 

Информационное сообщение о введении в отношении должника  процедуры наблюдения опубликовано в официальном издании –газете  «Коммерсантъ» от 25.06.2016 No 112.  

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 09.11.2016  (резолютивная часть оглашена 01.11.2016) АО «Оул Солар» признано  несостоятельным (банкротом) и открыто в отношении него конкурсное  производство. Утвержден конкурсным управляющим АО «Оул Солар»  ФИО3.  

Определениями Арбитражного суда Республики Крым срок процедуры  конкурсного производства продлевался, в последний раз до 01.05.2020.  

В Арбитражный суд Республики Крым 02.11.2018 обратился конкурсный  управляющий ФИО3 с заявлением о возложении субсидиарной  ответственности по обязательствам АО «Оул Солар»на ФИО8, ФИО9, ФИО10 Холдингз ЛТД, Хиперион  ФИО5, взыскав с них солидарно денежные средства в размере 3 593  475 209,60 рублей.  

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 15.09.2020 в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о  возложении субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ОУЛ  СОЛАР»на ФИО8, ФИО9,  ФИО10 Холдингз ЛТД, Хиперион ФИО5 в размере 3 593 475  209,60 рублей, отказано в полном объеме.  

Не согласившись с данным судебным актом, конкурсный управляющий  общества с ограниченной ответственностью «ОУЛ СОЛАР» ФИО3  обратился с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда  первой инстанции отменить, взыскать с ФИО8 убытки в размере  14 028 821, 39 руб.  

Апелляционная жалоба мотивирована не правильным применениям судом  первой инстанции материальных норм права.  

Мотивируя требования апелляционной жалобы, конкурсный  управляющий указывает на: бездействие контролирующих лиц должника,  причинение бывшим генеральным директором АО «Оул Солар» убытков,  

неправомерное удовлетворение судом ходатайств ответчиков о применении  сроков исковой давности, необоснованный отказ о взыскании убытков.  

Определением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от  09.10.2020 настоящая апелляционная жалоба принята к производству суда  апелляционной инстанции и назначена к рассмотрению.  

Суд в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 121 АПК РФ разместил  информацию о совершении процессуальных действий по делу на сайте Двадцать  первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет  (http://21aas.arbitr.ru/).  

В Двадцать первый арбитражный апелляционный суд 02.11.2020 от  

представителя ответчиков ФИО6 поступил отзыв на апелляционную  

жалобу, просила определение суда первой инстанции оставить без изменения. 

В судебном заседании лица, участвующие в деле, высказали свою  

правовую позицию. Заявитель поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. 

Исследовав материалы дела, изучив и оценив доводы апелляционных  жалоб, проверив законность и обоснованность судебного акта,  руководствуясь положениями статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной  инстанции не находит оснований для отмены судебного акта, при этом  исходит из следующего.  

Из заявления конкурсного управляющего АО «Оул Солар» ФИО3 усматривается, что основаниями привлечения ФИО8, ФИО9 и акционеров должника -  ФИО10 ХОЛДИНГЗ ЛТД (MILDENIO HOLDINGS LTD) (далее -  ФИО10 Холдингз ЛТД), ХИПЕРИОН ФИО5 (HYPERION  NETHERLANDS B.V.) (далее - Хиперион ФИО5) к субсидиарной  ответственности приведены нарушения положений подпунктов 1,2 пункта 2 ст.  61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Как следует из представленных в материалы дела документов, лицами  контролирующими должника, являлись:  

- на основании приказа No 01-р от 12.01.2015 ФИО8 приступил к  выполнению обязанностей генерального директора АО «Оул Солар»;  

- согласно данным из ЕГРЮЛ 10.11.2016 назначен новый генеральный  директор ФИО9;  

- ФИО10 Холдингз ЛТД и Хиперион ФИО5 являются  акционерами должника.  

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не  предусмотрено названным Федеральным законом, под контролирующим  должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо  имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков  банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для  

исполнения должником указания или возможность иным образом определять  действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их  условий.  

На основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не  доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника  лицом, если это лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника,  членом ликвидационной комиссии;  

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными  лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более, чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более, чем  половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо  имело право назначать (избирать) руководителя должника.  

Учитывая приведенные норма законодательства о банкротстве, суд  относит ФИО8, ФИО9 и  акционеров должника -ФИО10 Холдингз ЛТД и Хиперион ФИО5 к  контролирующим лицам должника.  

Заявление конкурсного управляющего мотивировано неэффективной  финансово-хозяйственной деятельности должника, указывает, что бездействие  контролирующих лиц в непринятии решений по урегулированию сложного  финансового состояния должника, в связи со снижением показателей чистых  активов, что в свою очередь сопряжено с не подачей заявления о признании  должника несостоятельным. Полагает, что несостоятельность должника  наступила в результате виновных действий бывших генеральных директоров  ФИО8, ФИО9, а также акционеров: ФИО10 Холдингз ЛТД  и Хиперион ФИО5 Ссылается на то, что в результате противоправных  действий руководителя должника был нанесен вред в размере 64 508 422, 84 руб.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закон о банкротстве дела  о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской  Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ статья 10 Закона о  банкротстве признана утратившей силу, и Закон дополнен главой III.2  

Новая глава содержит материально-правовые нормы, регулирующие  основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения,  устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих  заявлений.  

В силу пункта 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10  Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу  названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам  Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.  

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности  поступило в суд 02.11.2018, то оно подлежит рассмотрению в порядке главы III.2  Закона о банкротстве (в части применения процессуальных положений), с  учетом положений Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от  29.07.2017 № 266-ФЗ.  

Вместе с тем, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве  подлежат применению к спорным правоотношениям в части процессуальных  норм, а материальной нормой, применимой к спорным правоотношениям и  регулирующей основания для привлечения к субсидиарной ответственности в  силу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, является  статья 10 Закона о банкротстве, которая действовала в период, когда имело  место вменяемое контролирующему должника лицу действие (бездействие).  

Следовательно, суду надлежит руководствоваться материально- правовыми правилами, закрепленными в статье 10 Закона о банкротстве в  редакции, применимой к спорным правоотношениям с учетом разъяснений,  данных в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, а именно в пункте 2, согласно  которому положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в  частности, статья 10) и Закона о банкротстве банков в редакции Закона № 73-ФЗ  (в частности, статьи 4.2 и 14) о субсидиарной ответственности соответствующих  лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства,  являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности  (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение  контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели  место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные  обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то  применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по  обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до  вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10), и Закона о  банкротстве банков в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №  73-ФЗ (в частности, пункт 3 статьи 9.1 и статья 14), независимо от даты  возбуждения производства по делу о банкротстве.  

Ответчиками до рассмотрения судом первой инстанции дела по существу  заявлено о пропуске срока исковой давности.  

Основания, на которые конкурсный управляющий ссылается в  обоснование заявления о привлечении контролирующих лиц должника к  субсидиарной ответственности, имели место с 2014 по 2016 годы.  

В связи с изложенным, при решении вопроса о продолжительности срока  исковой давности апелляционный суд приходит к выводу, что в настоящем  случае подлежит применению абзац четвертый пункта 5 статьи 10 Закона о  банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ,  поскольку данная норма также регулировала вопросы исковой давности за  правонарушения, аналогичные тем, которые вменяются ответчикам по  настоящему спору, при этом к моменту прекращения действия предыдущей  редакции данного Закона, предусматривавшей иной порядок исчисления  давности, срок исковой давности привлечения к субсидиарной ответственности  не истек.  

Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о  банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков  исковой давности:  

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным  пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации;  

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника  банкротом.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 21 Обзора судебной практики  Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.18, а также пункту  1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой  давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по  общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех  кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на  подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих  обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую  возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным  образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии)  данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой  субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для  проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение  срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу  в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно  к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).  

Решением суда от 09.11.2016 (резолютивная часть оглашена 01.11.2016)  АО «Оул Солар» признано несостоятельным (банкротом) и открыто в  отношении него конкурсное производство сроком на 6 месяцев, до 01 мая 2017  года. Утвержден конкурсным управляющим АО «Оул Солар» ФИО3.  

Как указывают ответчики, конкурсному управляющему бывшим  руководителем должника ФИО9 была передана вся документация  должника, каких-либо возражений в указанной части представлено не было, в  том числе в материалы дела на момент оглашения резолютивной части решения  были представлены: финансовый анализ временного управляющего АО «ОУЛ  СОЛАР» и Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и  преднамеренного банкротства временного управляющего АО «Оул Солар», на  которые конкурсный управляющий ссылается в обоснование своего заявления  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что  заявление ответчиков о применении срока исковой давности подлежит  удовлетворению.  

Какие-либо обстоятельства, объективно препятствующие обращению в  установленный срок, конкурсным управляющим ни в суде первой инстанции, ни  в апелляционном суде не приведены, так же как и не заявлено ходатайство о  восстановлении указанного срока.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем  постановлении от 15.02.2016 № 3-П, институт исковой давности имеет целью  упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость  правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению  договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов  гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных  ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав  приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и  третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость  собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов;  применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает  участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и  одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и  защите своих прав.  

Исходя из установленных обстоятельств дела, суд апелляционной  инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что с учетом  положений статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 5  статьи 10 Закона о банкротстве, по заявлению о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности срок исковой давности  конкурсным управляющим пропущен, что является самостоятельным  основанием для отказа в удовлетворении требования согласно статье 199  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Между тем апелляционный суд также считает необходимым указать  следующее.  

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

В соответствии с пунктом 16 Постановление Пленума Верховного Суда  РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -  Постановление № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица,  приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11  Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые  явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия)  контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно- следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически  наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование,  заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой"  и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций,  назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых  будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации,  

создание и поддержание такой системы управления должником, которая  нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред  должнику и его кредиторам, и т.д.  

Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым  условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам  должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать  обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом  определять его действия, является доказанность факта, что именно действия  названных лиц послужили причиной банкротства должника.  

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для  доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред  кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том  числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3  (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.  

Конкурсный управляющий в заявление указывает, что 01.08.2014 между  АО «Оул Солар» и ООО «ПАУЭР СЕРВИСЕЗ» был заключен Договор № 18/14,  предметом которого являлось предоставление подрядчиком услуг по  эксплуатации и техническому обслуживанию станции и других работ в  соответствии с условиями указанными в Договоре. К договору были заключены  дополнительные соглашения, где определена была стоимость работ, которая  завышена по сравнению с рыночной стоимостью выполнения аналогичных  работ, что привело к появлению значительной текущей кредиторской  задолженности, которая была погашена за счет денежных средств АО «Оул  Солар». Несмотря на отсутствие финансовых оснований, должник произвел  платежи на общую сумму 78 677 897, 12 руб.  

 Кроме того, были заключены дополнительные соглашения об  урегулировании задолженности от 03.10.2016 между ООО «ОМЕГА СОЛАР» и  ООО «Оул Солар» в счет исполнения требований АО «Оул Солар» по  частичному погашению денежных обязательств ООО «КЛАРИОН СОЛАР» по  договору перевода долга НАУМ 63/11 от 18.11.2014 на общую сумму 119 343  968,10 рублей передает, а АО «Оул Солар» принимает собственный простой  вексель от 03.10.2016 серия № 001 номиналом 2 000 000,00 дол. США со сроком  погашения 01.01.2026.По условиям второго соглашения ООО «ЭПСИЛОН  ПИВИ» в счет исполнения требований Кредитора по погашению денежных  обязательств ООО «КАПЕЛЛА СОЛАР» на общую сумму 257 647 881,81 рублей  передает, а ООО «Оул Солар» принимает собственный простой вексель от  03.10.2016 серия Е № 002 номиналом 4 000 000,00 дол. США со сроком  погашения 01.01.2026, что привело к несостоятельности должника.  

 Указанные действия должника привели к банкротству общества,  06.04.2016 возбуждено дело о признании АО «Оул Солар» несостоятельным  (банкротом).  

 Коллегией судей установлено, что определением Арбитражного суда  Республики Крым от 23.08.2018 по данному делу признаны недействительной  сделкой перечисления денежных средств платежными поручениями No 165 от  24.05.2016, No 170 от 30.05.2016, No 185 от 06.06.2016, No 212 от 27.06.2016,  No 244 от 26.07.2016, No 281 от 08.08.2016, No 287 от 14.09.2016, No 294 от  27.09.2016, No 295 от 27.09.2016, No 315 от 29.09.2016, No 356 от 31.10.2016, No  

355 от 31.10.2016, и дополнительные соглашения от 24.03.2016, 25.05.2016,  07.07.2016 и 15.08.2016 к договору No PS-18/14 от 01.08.2014. Применены  последствия недействительности сделок в виде взыскания в виде взыскания с  ООО «ПАУЭР СЕРВИСЕЗ» денежных средств в размере 64 508 422,84 рублей.  

Относительно заключения соглашений об урегулировании задолженности  путем выдачи простого векселя коллегия судей отмечает, что сделка в  настоящий момент не признана недействительной.  

 Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, оспоренные  конкурсным управляющим платежи по договору No PS-18/14 от 01.08.2014, а  также соглашения об урегулировании задолженности от 03.10.2016,  произведены после возбуждения дела о банкротстве, и их заключение и  исполнение не могло привести к признанию должника несостоятельным  (банкротом), так как дело уже было возбуждено судом в связи с неисполнением  должником иного договора.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве  неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд  (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок,  которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за  собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным  законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о  подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого  решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника  обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:  

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов  приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном  объеме перед другими кредиторами;  

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества.  

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в  случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но  не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих  обстоятельств (пункт 2 статьи 9).  

В свою очередь, под неплатежеспособностью согласно статье 2 Закона о  банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных  средств предполагается, если не доказано иное.  

В силу пункта 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо  считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным  обязательствам, если соответствующие обязательства не исполнены им в  течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления № 53,  обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель,  находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой  практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно  определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9  Закона о банкротстве.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение  признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом,  седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об  объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые  затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок,  приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя  экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден  от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана  являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в  сходных обстоятельствах.  

При этом, как следует из пункта 4 Постановления № 53, под объективным  банкротом понимается момент, в который должник стал неспособен в полном  объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате  обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств  над реальной стоимостью его активов.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже  формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером  активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является  свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое  превышение не может рассматриваться как единственный критерий,  характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение  отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в  арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.  

Как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от  20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, показателей только бухгалтерской отчетности для  вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о  банкротстве, недостаточно.  

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 3 и пункта 1 статьи 13  Федерального закона Российской Федерации от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете» бухгалтерской (финансовой) отчетностью является  информация о финансовом положении экономического субъекта на отчетную  дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за  отчетный период, систематизированная в соответствии с требованиями,  установленными Законом о бухгалтерском учете, которая должна давать  достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта  на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении  денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой  отчетности для принятия экономических решений. Вместе с тем, снижение  чистых активов юридического лица не является безусловным основанием  полагать, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, поскольку  

структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи  с осуществлением хозяйственной деятельности.  

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по  подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать  наступление критического для общества финансового состояния, создающего  угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Действующее  законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан  обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом,  как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные  обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его  финансового состояния.  

Согласно бухгалтерскому балансу АО «Оул Солар» за 2015 год, из  которого следует, что чистые активы Должника составляли в 2013 году –2  150 351, 00 рублей, в 2014 г. –135 395, 00 рублей, в 2015 г. –845 734, 00 рублей  (т.1 л.д. 148-154).  

Как пояснили ответчики, из бухгалтерского отчета следует, что снижение  стоимости чистых активов должника до уровня ниже, чем величина его  уставного капитала, зафиксировано на конец первого отчетного периода 2014  года, где размер уставного капитала составил 2 951 957 081,49 рублей, а  стоимость чистых активов –135 395 000,00 рублей.  

При этом, как следует из положений статьи 35 ФЗ «Об акционерных  общества», у общества возникает обязательство уменьшить уставной капитал до  уровня стоимости чистых активов в случае, если по окончанию отчетного года,  следующего за вторым финансовым годом, стоимость чистых активов останется  меньше величины его уставного капитала.  

Увеличение размера обязательств, в результате которого возникла  необходимость в уменьшении уставного капитала общества, произошло из-за  изменения курса валюты, что не является признаком объективного банкротства  должника, так как размер обязательств, выраженных в валюте, может быть,  соответственно, и уменьшен в результате снижения курса валюты.  

Таким образом, в случае если по окончанию 2016 года –второго  финансового года, стоимость чистых активов должника оставалась бы меньше  уставного капитала, тогда у руководителя должник возникла бы обязанность  уменьшить уставной капитал в течении шести месяцев, однако, в первом  квартале 2017 года должник находился в процедуре конкурсного производства и  соответственно руководитель должника был уволен.  

Учитывая изложенное, руководители должника в период с 2014 по 2016  год действовали в соответствии с законодательством Российской Федерации и  не имели намерений скрывать от кредиторов реальное финансовое положение  общества, доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

Кроме того, ответчики указывают, что конкурсный управляющий  указывает, что отсутствие информации в ЕФРСФДЮЛ о стоимости чистых  активов является сокрытие информации с целью отодвинуть период  подозрительности для оспаривания сделок должника, однако не указывает, какие  должником были совершены сделки в указанные период, которые в настоящее  время конкурсный управляющий оспорить не может.  

В этой связи апелляционный суд приходит к выводу о невозможности  установления даты наступления объективного банкротства должника, а также об  отсутствии доказательств совершения неправомерных действий  контролирующими лицами, повлекшие в последующем невозможность  исполнения должником своих обязательств перед кредиторами.  

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, статья 9 Закона о  банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ,  не предусматривала обязанности участника юридического лица по созыву и  проведению внеочередного собрания участников юридического лица для  принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании  должника банкротом (при неисполнении подобной обязанности руководителем  лица).  

Относительно привлечения акционеров АО «Оул Солар» ФИО10  Холдингз ЛТД и Хиперион ФИО5 к субсидиарной ответственности за  неподачу заявления о признании Должника банкротом, Закона о банкротстве, в  редакции Федерального закона No 134-ФЗ, не предусматривал в 2014-2015 г.г.  обязанность участников обращаться с соответствующим заявлением в суд.  

ФИО9 приступила к своим обязанностям Генерального директора  АО «Оул Солар» 10.11.2016 после введения процедуры наблюдения в  отношении Должника, что исключает обязанность подачи заявления в порядке  пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Как указывает сам конкурсный управляющий, акционерами должника на  собрании прошедшем 10.06.2016 утвержден годовой отчет и годовая  бухгалтерская отчетность за 2015 год, то есть акционерами должника отчетность  за 2015 год утверждена через три месяца после обращения ПАО «Сбербанк  России» с заявлением о признании АО «Оул Солар» несостоятельным  (банкротом).  

Относительно доводов заявителя апелляционной жалобы о  необоснованном отказе суда первой инстанции о взыскании убытков с  контролирующего лица, коллегия судей указывает следующее.  

 Так конкурсный управляющий считает, что действиями ответчиков  причинен вред имущественным правам кредиторов, а именно в результате  противоправных действий руководителя должника был нанесен вред в размере  64 508 422,84 рублей, что установлено определением суда от 23.08.2018 по делу  No А83-2151/2016, об оспаривании платежных поручений, и применения  последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ПАУЭР  СЕРВИСЕЗ» денежных средств в размере 64 508 422,84 рублей.  

Конкурсным управляющим представлены сведения, о проведении зачета  взаимных требований между АО «Оул Солар» и ООО «ПАУЭР СЕРВИСЕЗ»,  кроме того, последний частично осуществлено погашение задолженности по  определению суда от 23.08.2018, а также должником часть требований была  уступлена в пользу третьего лица, в связи с чем, в настоящее время указанное  определение суда не исполнено в сумме 14 028 821,39 рублей.  

 В соответствии с пунктом 20 Постановления N 53 независимо от того,  каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности  и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей  133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.  При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности,  но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего  иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского  кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким  контролирующим лицом убытков.  

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской  Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного  возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не  предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права,  утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода)  (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых  вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица» (далее Постановление № 62) лицо, входящее в состав  органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор,  генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган,  управляющая организация или управляющий хозяйственного общества,  руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены  коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров  (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа  (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива  и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица  добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской  Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию  юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом  предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен  возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации,  истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о  недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора,  повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

Пунктом 8 Постановления № 62 разъяснено, что удовлетворение  требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли  возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с  помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем  

применения последствий недействительности сделки, истребования имущества  юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания  неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана  недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.  Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих  имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем  взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например,  работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о  возмещении убытков должно быть отказано.  

Поскольку в рамках дела № А83-2151/2016 Общество получило  возмещение своих имущественных потерь посредством предусмотренной  законом меры защиты, а именно применения последствий недействительности  сделки, основания для взыскания убытков отсутствуют, с учетом также того, что  признание в судебном порядке сделки недействительной не может служить  безусловным основанием для взыскания убытков с бывшего руководителя  должника.  

Из материалов дела усматривается, что в связи с проведением зачета  взаимных требований между АО «Оул Солар» и ООО «ПАУЭР СЕРВИСЕЗ» и  перечислением части задолженности, оставшаяся задолженность, которая в  последующем, в связи с заключением между АО «Оул Солар» и ООО  «МежРегионЭкспертиза» договора уступки прав (цессии) была передана  последнему, что не отрицалось сторонами в судебном заседании.  

Конкурсный управляющий не привел доказательств, что заключенные и  признанные недействительными сделки были совершены ФИО8 при  злоупотреблении правом, отсутствуют доказательства вины и причинно- следственной связи между действиями ФИО8 и наступившими  убытками, которые по мнению суда, стали следствием действий ФИО8  в обычной хозяйственной деятельности.  

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что  конкурсный управляющий АО «Оул Солар» не представил доказательств  наличия основания для привлечения контролирующих лиц должника к  субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона N127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» или взыскания убытков.  

С учетом приведенных в мотивированной части настоящего  постановления обстоятельств, доводы апелляционной жалобы сводятся к иному  толкованию подлежащих применению правовых норм, а также установленным  по делу обстоятельствам и не свидетельствуют о неверности выводов суда  первой инстанции.  

В связи с вышеизложенным, оснований, предусмотренных статьей 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены  решения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба  удовлетворению не подлежит.  

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного  суда Центрального округа от 29.07.2020 № А83-2155/2016.  

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной  жалобы по данной категории дел не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый  арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л :

Определение Арбитражного суда Республики Крым от 15 сентября 2020  года по делу № А83-2151/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оул  Солар» ФИО3 оставить без удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и  может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение  одного месяца со дня его принятия в порядке, установленном статьей 275  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.Л. Котлярова Судьи Р.С. Вахитов  ФИО1