Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, д.32

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

Дело №А32-19481/2016

09 июня 2020 г.

г. Краснодар

 

Резолютивная часть решения объявлена 27 мая 2020 г.

Полный текст решения изготовлен 09 июня 2020 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Решетникова Р.А., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление закрытого акционерного общества Рыболовецкая агрофирма «8 Марта»  (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, 353181 край Краснодарский 

<

...>. Е ) в лице ФИО2, ФИО3 

к закрытому акционерному обществу «Кореновскрыба» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 353181 край КРАСНОДАРСКИЙ р-н КОРЕНОВСКИЙ 

<

...>. Е), ФИО4, ФИО5

по первоначальному исковому заявлению: о признании договора поставки от 10.11.2013 года и акта взаимозачета №14 от 31.12.2013 недействительными и применении последствий недействительности сделки, о взыскании убытков с руководителей ЗАО «Коренвоскрыба» и ООО «РАФ «8 Марта» 

по встречному исковому заявлению: о признании  действия ревизора ФИО2 при проведении выборочной проверки финансово-хозяйственной деятельности ЗАО «РАФ «8 Марта» за 2013 год, инвентаризации в отношении сделки по приобретению рыбы по договору поставки от 10.11 2013 г с ЗАО «Кореновскрыба» незаконными,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО6 (доверенность от 25.02.2020, диплом от 06.07.2007),

от ФИО3: после перерыва - ФИО6 (доверенность от 14.07.2018, диплом от 06.07.2007),

от иных лиц: явка представителей не обеспечена,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к закрытому акционерному обществу  «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (далее – ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта») и закрытому акционерному обществу «Кореновскрыба» (далее – ЗАО «Кореновскрыба») о признании договора поставки от 10.11.2013 года и акта взаимозачета №14 от 31.12.2013 недействительным и применении последствий недействительности сделки; признании незаконными действий руководителей ответчиков при заключении оспариваемых сделок.

Исковые требования мотивированы отсутствием одобрения сделок с заинтересованностью в порядке, установленном законом, а также мнимостью оспариваемых сделок.  

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2017 года по делу № А32-19481/2016 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2017 года решение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2016 г. по делу № А32-19481/2016 оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.09.2017, решение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2016 г.,  Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2017 по делу № А32-19481/2016 отменены, дело направлено на новое рассмотрение. Суд кассационной инстанции указал на необходимость суду при новом рассмотрении спора проверить доводы ФИО2 о ничтожности (мнимости) договора поставки и, соответственно, о недействительности акта взаимозачета в силу статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.11.2017 к производству принят встречный иск  о признании действий ревизора ФИО2 при проведении выборочной проверки финансово-хозяйственной деятельности ЗАО «РАФ «8 Марта» за 2013 год, инвентаризации в отношении сделки по приобретению рыбы по договору поставки от 10.11 2013 г с ЗАО «Кореновскрыба»  незаконными.

Встречные исковые требования мотивированы незаконностью действий ФИО2 как ревизора  общества, поскольку  инвентаризация проведена  с нарушениями, предмет проверки и период  проверки находятся вне компетенции ФИО2, а сама ФИО2 не соответствует требованиям, предъявляемым к ревизору.

Определением суда  от 29.11.2017 судом к рассмотрению приняты уточненные требования истца по основному иску, согласно которым истец просит суд признать сделки по договору поставки от 10.11.2013 года и акту взаимозачета №14 от 31.12.2013, заключенные ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «РАФ «8 Марта», недействительными (ничтожными) и применить последствия их недействительности.

Определением суда от 05.03.2019 к участию в деле в качестве соистца по основному иску  привлечен ФИО3

Определением суда от 11.07.2019 приняты к рассмотрению уточнённые исковые требования, согласно которым истец просит:

1) В отношении ответчика АО «Кореновскрыба»: признать сделки по Договору поставки от 10 ноября 2013 года и Акту взаимозачета №14 от 31 декабря 2013 года, заключенные ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «РАФ «8 Марта» недействительными, применить последствия недействительности Сделки зачета от 31.12.2013 в виде взыскания с АО «Кореновскрыба» в пользу ЗАО «РАФ «8 Марта» убытков в общей сумме 6 916 182 рублей.

2) Привлечь к солидарной ответственности в виде взыскания убытков в сумме 6 916 182 рублей:

- ФИО4, Генерального директора АО «Кореновскрыба», члена совета директоров ЗАО «РАФ «8 Марта», гражданина РФ,  проживающего  

<

...> в данной части требований изменить процессуальный статус третьего лица ФИО4, с третьего лица на ответчика,

- ФИО5, Генерального директора, члена совета директоров ЗАО «РАФ «8 Марта» гражданина РФ, проживающего по адресу 

<

...>. 

Определением суда от 11.07.2019 изменен процессуальный статус закрытого акционерного общества Рыболовецкая агрофирма «8 Марта»  с ответчика на истца.

Определением суда от 11.07.2019 ФИО4 и ФИО5 привечены  к участию в деле в качестве ответчиков.

Определением суда от 28.01.2020 приняты к рассмотрению уточнённые исковые требования, согласно которым истец просит:

1) В отношении ответчика АО «Кореновскрыба»: признать сделки по Договору поставки от 10 ноября 2013 года и Акту взаимозачета №14 от 31 декабря 2013 года, заключенные ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «РАФ «8 Марта» недействительными, применить последствия недействительности Сделки зачета от 31.12.2013 в виде взыскания с АО «Кореновскрыба» в пользу ЗАО «РАФ «8 Марта» убытков в общей сумме 6 916 182 рублей.

2) В отношении ответчиков ФИО4, ФИО5: привлечь к солидарной ответственности в виде взыскания убытков в сумме 6 916 182 рублей:

- ФИО4 дра Викторовича, Генерального директора АО «Кореновскрыба», члена совета директоров ЗАО «РАФ «8 Марта», гражданина РФ,  проживающего  

<

...> в данной части требований изменить процессуальный статус третьего лица ФИО4, с третьего лица на ответчика,

- ФИО5, Генерального директора, члена совета директоров ЗАО «РАФ «8 Марта» гражданина РФ, проживающего по адресу 

<

...>. 

В судебном заседании представитель ФИО2 настаивал на удовлетворении исковых требований. Заявил ходатайство  об исследовании и оглашении доказательств по делу.

Протокольным определением суда ходатайство ФИО2 об исследовании и оглашении доказательств по делу удовлетворено.

Иные лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили. О месте и времени судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом в порядке статей 121-123 АПК РФ, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Краснодарского края, а также по почте.

ФИО3 направил в суд в электронном виде в системе «Мой Арбитр» ходатайство  о проведении  онлайн-заседания.

Определением суда от 19.05.2020 ходатайство ФИО3 о проведении  онлайн-заседания отклонено ввиду отсутствия процессуальной возможности.

Кроме того, ФИО3 также направлены в суд  в электронном виде в системе «Мой Арбитр» документы, которые в порядке ст. 66 АПК РФ судом приобщены к материалам дела в целях полного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела.

ЗАО «РАФ «8 Марта» направило в суд  в электронном виде в системе «Мой Арбитр» документы, которые в порядке ст. 66 АПК РФ судом приобщены к материалам дела в целях полного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела.

АО «Кореновскрыба» направило в суд в электронном виде в системе «Мой Арбитр» ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя общества, а также ходатайство об истребовании доказательств у ФИО2, у ФИО3, ходатайство об обязании истцов представить на обозрение суда оригиналы документов.

Согласно части 1 статьи 8 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (ч. 3).

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу.

Согласно пункту 4 статьи 66 АПК РФ арбитражный суд вправе истребовать доказательство от лица, у которого оно находится, по ходатайству лица, участвующего в деле и не имеющего возможности самостоятельно получить это доказательство.

При этом суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательствам. Арбитражный суд также вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства, если сочтет, что оно не относится к делу. 

Кроме того, истребование документов возможно только в том случае, если ответчик предпринимал попытки получить такие доказательства, но в их предоставлении было отказано.

При этом, суд учитывает, что в обоснование необходимости истребования доказательств, ответчиком указано на возможность заявления истцами  о возмещении судебных расходов на представителя, в том числе на перелеты ФИО3 из Гонконга в Краснодар и обратно для участия  в судебных заседаниях. Между тем, требование о взыскании судебных расходов на представителя по настоящему делу истцами не заявлено.

Таким образом, ходатайство ответчика об истребовании доказательств по делу заявлено с нарушением статьи 66 АПК РФ, в связи с чем, у суда отсутствуют основания для его удовлетворения.

Ходатайство ответчика  об обязании истцов представить на обозрение суда оригиналы документов протокольным определением суда отклонено, поскольку о фальсификации документов ответчиком в порядке статьи 161 АПК РФ не заявлено. 

Кроме того, АО «Кореновскрыба» направило в суд  в электронном виде в системе «Мой Арбитр» документы, которые в порядке ст. 66 АПК РФ судом приобщены к материалам дела в целях полного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 12 час. 00 мин.  27.05.2020.

После перерыва судебное заседание продолжено в присутствии представителя ФИО2 и ФИО3

Представитель истцов в судебном заседании заявил ходатайство об исследовании и оглашении доказательств по делу в части показаний специалиста ФИО8,  заключения судебной экспертизы. 

Частью 1 статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дела арбитражный суд должен непосредственно исследовать доказательства по делу: ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, заслушать объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключения экспертов, а также огласить такие объяснения, показания, заключения, представленные в письменной форме.

Из содержания названной нормы следует, что исследование доказательств не является отдельной стадией судебного разбирательства, а осуществляется арбитражным судом в течение всего рассмотрения дела до момента объявления исследования доказательств законченным.

Суд учитывает, что показания  специалиста ФИО8, данными в судебном заседании,  зафиксированы  средствами аудиопротоколирования. Заключение судебной экспертизы  было заслушано в судебном заседании, что тоже зафиксировано аудиопротоколированием. В связи с чем, оснований для  повторного оглашения доказательств по делу отсутствуют.

В связи с чем, ходатайство ФИО3 об исследовании и оглашении доказательств по делу в части показания специалиста ФИО8,  заключения судебной экспертизы судом отклонено.

ФИО3 направил в суд в электронном виде в системе «Мой Арбитр»  ходатайство о проведении  онлайн-заседания.

Определением суда от 26.05.2020 ходатайство ФИО3 о проведении  онлайн-заседания отклонено ввиду отсутствия процессуальной возможности.

Кроме того, согласно части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

Суд первой инстанции учитывает, что в судебном заседании 21.05.2020 присутствовал представитель ФИО6, который заявил о том, что представляет только интересы ФИО9 При этом, после перерыв в  судебном  заседании 27.05.2020 ФИО6 заявил, что представляет интересы обоих истцов, ФИО2 и ФИО3 (доверенность от 14.07.2018 77АВ  8128449).

Таким образом, право ФИО3 на участие в судебном заседании было реализовано путем преставления интересов его представителем по доверенности ФИО6

ЗАО «РАФ «8 Марта» направило в суд  копию  отчета об итогах голосования на внеочередном  общем собрании акционеров  ЗАО «РАФ «8 Марта», которое в порядке ст. 66 АПК РФ судом приобщены к материалам дела в целях полного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела.

Рассмотрев заявление ФИО3 о фальсификации доказательств по делу,  а именно заявления ФИО4 от 11.01.2018 об обстоятельствах заключения спорной сделки,  суд исходил из следующего.

В силу части 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

По предложению суда ФИО4 от исключения заявления от 11.01.2018 из числа доказательств по делу  отказался. Суд также разъяснил лицам, участвующим в заседании, об уголовно-правовых последствиях фальсификации доказательств и необоснованного заявления о фальсификации доказательств, о чем получены соответствующие расписки.

Между тем, исходя из смысла положений ст. 161 АПК РФ, лицо, заявляющее о фальсификации доказательства, обязано четко указать в письменном заявлении, в чем выражается фальсификация документа.

Так, заявитель указывает на фальсификацию заявления от 11.01.2018, мотивированное тем, что ФИО4 изложены обстоятельства заключения спорной сделки, которые не соответствуют действительности. 

Данные обстоятельства, по мнению заявителя, свидетельствуют о фальсификации заявления от 11.01.2018, представленного ФИО4 (т. 6 л.д. 29).

При этом, заявителем не указано в чем конкретно состоит фальсификация данного заявления.

Между тем, заявление ФИО4 от 11.01.2018 фактически является письменным пояснением стороны по делу. Утверждение заявителя о том, что заявление ФИО4 является фальсификацией, представляет собой лишь возражение на довод стороны по делу и подлежит оценке в порядке статьи 71 АПК РФ.

В связи с изложенным, в удовлетворении заявления о фальсификации заявления ФИО4 от 11.01.2018 следует отказать. 

В процессе рассмотрения настоящего спора, ответчики по основному иску, заявленные требования не признали. Кроме того, АО «Кореновскрыба» настаивало на применении срока исковой давности по основным требованиям. 

По встречному иску ФИО2, возражая против удовлетворения требований,  указала, что ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «РАФ «8 Марта» оспаривая ее действия как ревизора доказательств опровергающих выводы ревизионного заключения не представили, также как не представили доказательств реальности правоотношений по оспариваемой поставке. 

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности все представленные в дело доказательства, суд первой инстанции установил следующее. 

Как следует из материалов дела, ЗАО «Кореновскрыба» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.03.1992 Администрацией Кореновского района. При последующей перерегистрации 11.10.2002 ЗАО «Кореновскрыба» был присвоен ОГРН 

<

***>.

Вступившими в законную силу судебными актами по делу №А32-24186/2013 установлено, что ФИО2 является владельцем 207975 обыкновенных именных акций ЗАО «Кореновскрыба» (государственный регистрационный номер выпуска 1-02-56042-Р), что составляет более 20% акций общества.

ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» зарегистрировано в качестве юридического лица в процессе преобразования СПК «Рыболовецкий колхоз «8 марта» 01.10.2006 с присвоением ОГРН 

<

***>.

ФИО2 являлась владельцем 150850125 обыкновенных именных акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р), что составляет более 20% акций общества и подтверждается выпиской из реестра акционеров № СТАВ-6245-250516/1 от 25.05.2016.

Данный пакет акций приобретен ФИО2 на основании договора дарения у прежнего акционера ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» - ФИО3, что отражено в копии передаточного распоряжения от 05.06.2014.

На момент рассмотрения спора, ФИО2 является владельцем 150705128 обыкновенных именных акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р), и подтверждается выпиской из реестра акционеров № СТАВ-6245-120320/1 от 12.03.2020. Обыкновенные именные акции ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта»  в количестве  145 000 штук (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р) принадлежат ФИО3, что подтверждается выпиской из реестра акционеров № СТАВ-6245-120320/2 от 12.03.2020. 

Согласно акту приема-передачи векселей от 26.12.2012 и заявлению о погашении векселей ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» предъявило к оплате ЗАО «Кореновскрыба» простые векселя №04-3 от 27.04.2011, №04-5 от 27.04.2011, №04-7 от 27.04.2011, №06-1 от 20.06.2007, №06-2 от 20.06.2007, №06-3 от 20.06.2007, №07-1 от 29.06.2007, №2 от 26.11.2007 на общую сумму 12009063 рубля 05 копеек.

Между ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (займодавец) и ЗАО «Кореновскрыба» (заемщик) был подписан договор процентного займа от 27.12.2012, по условиям которого займодавец обязуется предоставить заемщику заем в сумме 12800000 рублей. Заем предоставляется до 30.06.2013.

Согласно акту зачета однородных требований от 31.12.2012 обязательства ЗАО «Кореновскрыба» по оплате простых векселей на сумму 12800000 рублей было зачтено в счет погашения обязательства ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» по предоставлению ЗАО «Кореновскрыба» заемных денежных средств в сумме 12800000 рублей по договору процентного займа от 27.12.2012.

Между ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (покупатель) и ЗАО «Кореновскрыба» (поставщик) был заключен договор поставки от 10.11.2013, по условиям которого поставщик обязуется поставить покупателю рыбопосадочный материал двухлеток карпа по цене 85 рублей за килограмм и растительных рыб (толстолобик) по цене 35 рублей за 1 килограмм в общем количестве 60000 килограмм, а покупатель обязуется принять и оплатить товар на условиях настоящего договора (пункт 1 договора). поставщик осуществляет поставку товара на основании полученного от покупателя заказа весной 2013 года. Отгрузка товара осуществляется силами поставщика. Транспортировка товара до места назначения в сумму договора не входит. Приемка и оценка качества товара осуществляется в полном соответствии с сопроводительными документами по наименованию, количеству, ассортименту и качеству на месте отпуска (водоем «Головной»). После приемки и отгрузки товара ответственность поставщика прекращается. С каждой партией товара поставляется ветеринарное свидетельство (пункт 2 договора). Товар оплачивается покупателем в строгом соответствии с объемами и ценами, согласованными между сторонами. Окончательная сумма может меняться в зависимости от фактического количества отгруженного товара (пункт 3 договора).

Товарными накладными №92 от 04.12.2013, №93 от 05.12.2013, №94 от 05.12.2013, №95 от 08.12.2013, №97 от 08.12.2013, №98 от 09.12.2013, №100 от 10.12.2013, №101 от 10.12.2013, №102 от 11.12.2013, №103 от 11.12.2013, №104 от 12.12.2013, №105 от 12.12.2013, №106 от 13.12.2013, №107 от 13.12.2013, №108 от 17.12.2013, №109 от 17.12.2013, №112 от 25.12.2013 и ветеринарными свидетельствами к каждой накладной подтверждается поставка ЗАО «Кореновскрыба» товара ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» на сумму 2774500 рублей.

Согласно акту взаимозачета №14 от 31.12.2013 задолженность ЗАО «Кореновскрыба» перед ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» по договору процентного займа от 27.12.2012 на сумму 2774500 рублей была зачтена в счет оплаты ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» по договору поставки от 10.11.2013 за поставленный товар на указанную сумму.

Полагая, что договор поставки от 10.11.2013 года и акт взаимозачета №14 от 31.12.2013 заключены с нарушением порядка одобрения, установленного статьями 81-84 Федерального закона «Об акционерных обществах», фактически не исполнялись сторонами и являются убыточными для ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта», ФИО2 обратилась в арбитражный суд с настоящим иском (основным исковым заявлением).

При этом, ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта», считая действия ФИО2 как ревизора общества  незаконными, заявили соответствующие встречные исковые требования.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на необходимость проверки недействительности (мнимости) договора поставки и, соответственно  недействительности акта взаимозачета в силу статьи 174 ГК РФ, а также дать оценку всем обстоятельствам и доводам сторон, в том числе: отсутствию фактических правоотношений по договору поставки, отсутствию у агрофирмы возможности принимать, выращивать и хранить рыбу, площади водоема как доказательства невозможности выращивать тот объем рыбы, который указан в договоре поставки, погодным условиям, а также реальности исполнения договора поставки.

Учитывая указанные рекомендации вышестоящего суда, суд при новом рассмотрении исходил из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права истца.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленных законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

В настоящем случае договор поставки и акт взаимозачета оспариваются ФИО2 и ФИО3 по двум основаниям: как неодобренные сделки с заинтересованностью и как мнимые сделки.

Так, из содержания статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью следует, что и сделка с заинтересованностью, совершенная с нарушением требований, предусмотренных настоящей статьей, может быть признана недействительной  по иску общества или его участника.

В силу п. 1 ст. 81 ФЗ «Об акционерных обществах» сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего, члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями главы XI названного закона. 

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и не полнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества. 

Как следует из материалов дела, договор поставки от 10.11.2013 года и акт взаимозачета №14 от 31.12.2013 со стороны ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» подписаны генеральным директором ФИО5, со стороны ЗАО «Кореновскрыба» - генеральным директором ФИО4

Согласно спискам аффилированных лиц ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» и ЗАО «Кореновскрыба» на момент совершения оспариваемых сделок ФИО4 входил в состав директоров ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта», ответчики принадлежали к одной группе лиц, в состав которой также входили акционеры ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» и ЗАО «Кореновскрыба», включая ФИО2 (акционер ЗАО «Кореновскрыба» с долей акций более 20%) и ее сына ФИО3 (акционер ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» с долей акций более 20%, реализованных в 2014 году ФИО2, и член Совета директоров ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта»).

Таким образом, оспариваемые сделки отвечают определенным в статье 81 Федерального закона «Об акционерных обществах» признакам сделок с заинтересованностью, что не оспаривается сторонами процесса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 83 Федерального закона «Об акционерных обществах» сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена до ее совершения советом директоров (наблюдательным советом) общества или общим собранием акционеров. По правилам приведенной нормы права голоса заинтересованных лиц не подлежат учету при голосовании по вопросу об одобрении сделки.

Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием акционеров большинством голосов всех не заинтересованных в сделке акционеров - владельцев голосующих акций в том числе в случае если предметом сделки или нескольких взаимосвязанных сделок является имущество, стоимость которого по данным бухгалтерского учета (цена предложения приобретаемого имущества) общества составляет 2 и более процента балансовой стоимости активов общества по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, за исключением сделок, предусмотренных абзацами третьим и четвертым настоящего пункта.

Как следует из товарных накладных №92 от 04.12.2013, №93 от 05.12.2013, №94 от 05.12.2013, №95 от 08.12.2013, №97 от 08.12.2013, №98 от 09.12.2013, №100 от 10.12.2013, №101 от 10.12.2013, №102 от 11.12.2013, №103 от 11.12.2013, №104 от 12.12.2013, №105 от 12.12.2013, №106 от 13.12.2013, №107 от 13.12.2013, №108 от 17.12.2013, №109 от 17.12.2013, №112 от 25.12.2013 и акта взаимозачета №14 от 31.12.2013 ЗАО «Кореновскрыба» поставило ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» товар на сумму 2774500 рублей.

Задолженность ЗАО «Кореновскрыба» перед ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» по договору процентного займа от 27.12.2012 на сумму 2774500 рублей была зачтена в счет оплаты ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» по договору поставки от 10.11.2013 за поставленный товар на указанную сумму.

Активы ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта»  по данным бухгалтерского баланса за 3 квартал 2013 года и за 2013 год 18235000 рублей и 18254000 рублей соответственно.

При таких обстоятельствах, цена договора поставки от 10.11.2013 и акта взаимозачета от 31.12.2013 превышает 2% балансовой стоимости активов общества по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

В связи с этим, вопрос о заключении договора поставки от 10.11.2013 и акта взаимозачета от 31.12.2013 подлежал разрешению на общем собрании акционеров общества.

В связи с чем, представленный ответчиком отчет об итогах голосования на внеочередном общем собрании акционеров ЗАО «РАФ «8 Марта»  от 11.03.2020 судом отклоняется.

Как следует из материалов дела и сторонами не оспаривается, договор поставки от 10.11.2013 и акт взаимозачета от 31.12.2013 на момент их совершения акционерами ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» не одобрялись. Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Вместе с тем, с учетом разъяснений, данных в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» правильно указал, что само по себе отсутствие надлежащего решения компетентного органа управления обществом об одобрении сделки с заинтересованностью не является достаточным основанием для признания ее судом недействительной по иску участника общества.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснено, что суд отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если будет доказано, в том числе, что голосование участника общества, обратившегося с иском о признании сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников (акционеров), недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования (абзац четвертый пункта 6 статьи 79 и абзац четвертый пункта 1 статьи 84 Федерального закона «Об акционерных обществах»).

Как следует из материалов дела, основными акционерами ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» на момент совершения оспариваемых сделок являлись ФИО10, ФИО11 и ФИО2 (ФИО3 в ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» до 2014 года), которым принадлежали пакеты, составляющие более 90% акций каждого из ответчиков.

Соответственно, акции ФИО2 (ФИО3) подлежали исключению из числа голосующих акций по вопросу одобрения оспариваемой сделки, как принадлежащие заинтересованным в заключении сделки лицам.

При этом, истцу ФИО2 принадлежало 24,6881% акций ЗАО «Кореновскрыба» и 25,9961% акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (принадлежали ФИО3 до 2014 года), количество которых не позволял истцу каким-либо образом повлиять на результаты голосования по вопросу одобрения оспариваемых сделок, в случае если бы общее собрание акционеров ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» было проведено в порядке статьи 83 Федерального закона «Об акционерных обществах».

Более того, договор поставки был совершен в рамках осуществления обществами своей обычной хозяйственной деятельности и ввиду этого не требовалось получение ее одобрения ни советами директоров, ни общими собраниями акционеров. 

Данный вывод основан на п. 35 Постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения ФЗ РФ «Об акционерных обществах». Согласно данной норме к сделкам, которые заключаются в процессе обычной хозяйственной деятельности и подпадают под указанные в п. 1 ст. 81 Закона признаки, положения Закона, касающиеся их одобрения, не применяются, если условия этих сделок существенно не отличаются от условий аналогичных сделок, совершавшихся между обществом и заинтересованным лицом в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности, имевшей место до момента, когда заинтересованное лицо стало таковым. 

Несмотря на то, что указанный пункт Постановления утратил силу, позиция суда сохраняет актуальность, поскольку в п. 5 ст. 83 Закона об акционерных обществах предусмотрены аналогичные правила. Аналогичная правовая позиция сложилась и в правоприменительной практике.

Поскольку деятельностью обществ, заключивших договор поставки от 10.11.2013, является рыбоводство, то поставка рыбы одного общества другому (независимо от того  рыбопосадочный это материал или рыба на передержку) не может быть расценена как сделка, выходящая за рамки обычной хозяйственной деятельности.

Данные обстоятельства исключают возможность признания недействительным обжалуемого договора по основаниям, предусмотренным ст. 81-84 ФЗ «Об акционерных обществах».

Оценивая договор на реальность, суд исходил из следующего.

Согласно пункту  1 статьи  170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при возражениях о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных заинтересованным лицом, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» судам указано на необходимость учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. По смыслу положений пункта 1 статьи 170 Кодекса и с учетом приведенной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. При этом характерной особенностью является то, что, совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).

В связи с этим для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу ст. ст. 535 - 537 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, в частности факт передачи производителем заготовителю выращенной (произведенной) сельскохозяйственной продукции в сроки, количестве и ассортименте, предусмотренных договором контрактации.

Договором поставки от 10.11.2013 была предусмотрена обязанность ЗАО «Кореновскрыба» передать ЗАО «РАФ «8 Марта» поставить  рыбопосадочный  материал двухлеток  карпа по цене 85 руб. за 1 кг. и растительноядных рыб (толстолобик) по цене 35 руб. за 1 кг. в общем количестве 60000 кг.

Согласно п. 2 договора, поставщик осуществляет поставку товара на основании полученного от покупателя заказа весной 2013 года. Отгрузка  товара осуществляется   силами поставщика.

В обоснование наличия реальности поставки по оспариваемому договору в материалы дела представлены товарные накладные: №92 от 04.12.2013, №93 от 05.12.2013, №94 от 05.12.2013, №95 от 08.12.2013, №97 от 08.12.2013, №98 от 09.12.2013, №100 от 10.12.2013, №101 от 10.12.2013, №102 от 11.12.2013, №103 от 11.12.2013, №104 от 12.12.2013, №105 от 12.12.2013, №106 от 13.12.2013, №107 от 13.12.2013, №108 от 17.12.2013, №109 от 17.12.2013, №112 от 25.12.2013 и ветеринарные свидетельства к каждой накладной.

ФИО2 и ФИО3 в свою очередь ссылаются на бестоварность представленных  накладных, а также наличие следующих обстоятельств, свидетельствующих о фактическом отсутствии поставки.

Предметом поставки по оспариваемому договору является рыбопосадочный материал двухлетка карпа и растительноядных рыб по цене 35 рублей в общем количестве 60 000 кг.

Однако, на момент совершения сделки покупатель ЗАО «РАФ «8 марта» не вел и не планировал вести деятельность по выращиванию товарной рыбы, не имел в штате соответствующего персонала, инфраструктуры и средств производства, включая средства доставки и приемки рыбы.  

В дело представлена  выписка из письменной информации аудитора агрофирмы за 2015 год, согласно которой следует, что операции по движению продукции на выращивании и откорме (по аналогии с другими отраслями животноводства) в проверяемом периоде не отражены. Исходя из требований осмотрительности (ПБУ 1/98) и учитывая, что проверке не представлены первичные документы (инвентаризационные ведомости, договоры о материальной ответственности с лицами, ответственными за продукцию на откорме, карточки учета и т.д.) не представляется возможным подтвердить наличие карпа и толстолобика в сумме 2774500 рулей. Рекомендовано: провести инвентаризацию животных на откорме.

Ревизором ФИО2 проведена инвентаризация животных (рыбы) на откорме  агрофирмы, по результатам которой  составлен акт от 07.11.2016, согласно заключительной части которого, ревизором установлено отсутствие рыбы на откорме в обществе. Также указано на отсутствие каких-либо оснований для отражения на своем балансе товарных запасов по счету 1210 в сумме 2775000 рублей, что с учетом округления для целей бухгалтерской отчетности совпадает с суммой приобретенного обществом по договору поставки от 10.11.2013 года рыбопосадочного материала.  

При проведении инвентаризации ревизором запрашивались разъяснения в  Росрыболовстве и Росрыбхозе, на основании ответов которых ревизором сделаны указанные в заключении выводы, в том числе   что общий объем отгруженной рыбы с водоема «Головной» не мог быть выращен в указанном водоеме площадью 8 гектар; отрицательная температура окружающей среды в декабре 2013 года и отсутствие у агрофирмы необходимых производственных мощностей не позволяли отгружать, принимать, выращивать и хранить приобретенный товар (рыбу). 

Оспаривая доводы истцов, ответчики указали, что в аудиторском заключении лишь давалась рекомендация провести инвентаризацию, но фактически ее проведение не возможно без полного спуска водоема и облова. Фактически ФИО2 инвентаризацию не проводила, а лишь сделала на основании имеющихся ответов и документов свои личные выводы и умозаключения. 

При этом, ответчики указали, что исполнение договора поставки производилось ими не по типовым инструкциям, а на основании многолетней практики, в то время как сама ФИО2 не является специалистом в области рыболовства.  Исполнение договора производилось средствами ЗАО «Кореновскрыба», без оформления дополнительных документов в виду отсутствия необходимости. 

Также ответчики указали, что площадь водоема вылова, указанная в документах не соответствует действительной, о чем всем участникам спора доподлинно известно и о чем свидетельствует переписка участников процесса.

Между тем при рассмотрении кассационной жалобы истца, судом кассационной инстанции доводы ответчика были отклонены. При направлении дела на новое рассмотрение, судом кассационной инстанции дано указание на проверку довода ФИО2 о ничтожности (мнимости) договора поставки. 

В целях всестороннего выяснения фактических обстоятельств дела, судом были опрошены специалисты о возможности вылова и перевозки живой рыбы в осенний период.

В судебном заседании 04.06.2018 был опрошен водитель ФИО12, который пояснил о технической возможности перевозки живой рыбы на грузовой машине – самосвале ГАЗ-53, оборудованной живорыбной емкостью с кислородным оборудованием и системой разгрузки.

В судебном заседании  был опрошен ФИО8, являющегося биологом по образованию и имеющий опыт в области ихтиологии и рыбоводства 

Кроме того, определением суда от 17.07.2018 по делу назначалась судебная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Азовский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства», на разрешение которых ставились следующие вопросы:

1) дать оценку выживаемости рыбы при ее лове и пересадке в осеннее время из одного руслового водоема в другой при следующих условиях:

- рыба - двухлеток карпа, двухлеток белого и пестрого толстолобика навеской от 500 грамм

- температура окружающего воздуха от +2 до -10 градусов Цельсия

- возможно становление ледяного покрова на короткое время

- глубина пруда до 2 метров

- облов нагульного пруда рыбы закидным неводом, ячея 12-16 мм

- выгрузка из сетчатых садков, ячея 16 мм

- время погрузки в корзину подъемника и далее в живорыбную машину не  более 1 минуты

-емкость корзины погрузчика 100 кг.

- объем емкости живорыбной машины 4 м3

- емкость изотермическая

- загрузка живорыбной машины до 1 тн.

- общее время погрузки, транспортировки, выгрузки 1,5 часа

- минимальная температура воды в пруду и в машине +3 градуса Цельсия.

- температура и гидрохимический состав воды в пруду и в машине совпадает

2) Дать оценку возможности выживаемости рыбы при ее передержке в  закрытых садках после становления ледяного покрова до 3 см на время до одних суток при следующих условиях:

- рыба - двухлеток карпа, двухлеток белого и пестрого толстолобика навеской  от 500 грамм

- температура окружающего воздуха до - 12 градусов Цельсия

- температура воды в садке и в пруду +3 градуса Цельсия.

- размеры сетчатого садка 20 х 5 х 1,5 метров

- масса рыбы в одном садке до 5 тонны

- ячея садка 16 мм

3) Выявление в поверхностном водном объекте (наименование и границы: р. правый Бейсужек: (АЗО Бейсуг 0001) от 4,0 км. до 13,0 км от устья, ранее предоставленном Закрытому акционерному обществу «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» на основании лицензии КРД 41885 БРРБК от 24 мая 2005 года карпа и растительноядных рыб (толстолобик) в объемах, соответствующих объемам зарыбления данного водоёма ЗАО РАФ «8 Марта» в декабре 2013 года, с учетом площади и продуктивности водоёма, достаточности кормовой базы, естественной убыли, спортивного рыболовства и других факторов, непосредственно влияющих на товарный объем рыбы в поверхностном водном объекте.

4) Дать оценку возможности выживаемости рыбы и её возможного прироста в поверхностном водном объекте (наименование и границы: р. Правый Бейсужек: (АЗО Бейсуг 0001) от 4,0 км. до 13,0 км от устья), ранее предоставленном Закрытому акционерному обществу «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» на основании лицензии КРД 41885 БРРБК от 24 мая 2005 года, при следующих условиях:

-  зарыбленная рыба - двухлеток карпа, двухлеток белого и пестрого толстолобика навеской от 500 грамм, при условии, что рыбохозяйственная деятельность на данном водном объекте не велась с 2013 года.

Согласно полученному заключению следует, что:

- в результате выявленных экспертом  нарушений технологии товарного выращивания и рыбоводных нормативов, применяемых при проведении обловов, с целью транспортировки и пересадки рыбы из одного руслового водоема в другой, согласно материалам дела, гибель рыбы могла составить до 100%;

- указанные в материалах дела условия, при которых осуществлялась перевозка в закрытых садках после становления ледяного покрова до 3 см на время до одних суток, рыбы – двухлетка карпа, белого и пестрого толстолобика навеской от 500 г, не могли привести к ее гибели;

- выявление в поверхностном водном объекте карпа и растительноядных рыб (толстолобик) в объемах, соответствующих объемам зарыбления в декабре 2013 года ЗАО РАФ «8 марта» с учетом площади и продуктивности водоема, достаточности кормовой базы, естественной убыли, спортивного рыболовства и других факторов, непосредственно влияющих на товарный объем, рыбы в поверхностном водном объекте по представленным материалам дела является невозможным;

- выживаемость рыбы  (выход) трехлетков карпа и растительноядных рыб от посадки двухгодовиков из русловых прудов площадью от 50 до 150 га согласно рыбоводно-биологическим нормативам (Приказ Минрыбхоза СССР от 26.04.1985 № 254 «Рыбоводно-биологические нормы для эксплуатации прудовых хозяйств») составляет 80,0%.

Заключение эксперта является одним из доказательств, оцениваемых судом, и должно быть получено с соблюдением требований, предусмотренных ст. ст. 82 - 87 АПК РФ.

В соответствии с частью 4 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в определении о назначении экспертизы указываются основания для назначения экспертизы; фамилия, имя и отчество эксперта или наименование экспертного учреждения, в котором должна быть проведена экспертиза; вопросы, поставленные перед экспертом; материалы и документы, предоставляемые в распоряжение эксперта; срок, в течение которого должна быть проведена экспертиза и должно быть представлено заключение в арбитражный суд. В определении также указывается на предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Требования к содержанию заключения эксперта или комиссии экспертов установлены ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», согласно которой должны быть отражены: время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов; объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью. Документы, фиксирующие ход, условия и результаты исследований, хранятся в государственном судебно-экспертном учреждении. По требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу, указанные документы предоставляются для приобщения к делу.

Представленные суду заключение эксперта от 07.12.2018 подписано экспертом, удостоверено печатью судебно-экспертного учреждения и соответствует установленным статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» требованиям.

Признаков недостоверности, неясности и неполноты заключения экспертов судом не установлено, правовых оснований для назначений повторной либо дополнительной экспертизы в соответствии со статьями 85, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  у суда первой инстанции не имеется.

На основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, в связи с чем, заключение эксперта от 07.12.2018  принимается судом в качестве надлежащего доказательства по делу, подтверждающего тот факт, что фактически поставка рыбы при указанных температурных условиях не  могла быть произведена надлежащим образом.

Само по себе несогласие участвующих в деле лиц с результатами экспертизы не свидетельствует о ее недостоверности, неполноте либо неясности и не является основанием для проведения повторной либо дополнительной экспертизы.

Доказательства о реальном исполнении спорного договора (полностью либо частично) в материалы дела не представлены.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности по правилам ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор поставки от 10.11.2013 года заключен лишь для вида, и его стороны - ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» заведомо не намеревались создать соответствующие правовые последствия, что является основанием для удовлетворения исковых требований о признании его недействительным по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Аналогичное выводы сделаны в Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2017 по делу № А32-722/2017.

Рассмотрев требование ФИО2 о признании  акта взаимозачета №14 от 31.12.2013 недействительным суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Как указывалось ранее, сделки с заинтересованностью, совершённые от имени акционерного общества, являются оспоримыми (абзац 2 пункта 1 статьи 84 Закона № 208-ФЗ, пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам 

Как разъяснено в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Признание судом первой инстанции договора поставки от 10.11.2013 года недействительной (ничтожной) сделкой по мотиву мнимости, применительно к рассматриваемым правоотношениям означает, что данный договор не мог выступить основанием для проведения взаимозачётов между ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «РАФ «8 Марта» при подписании его генеральными директорами, непосредственно поставленными в известность о мнимости договора поставки от 10.11.2013.

Подписание акта взаимозачета №14 от 31.12.2013 руководителями ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «РАФ «8 Марта», безусловно осведомленных об обстоятельствах мнимости договора поставки от 10.11.2013, полностью охватываются диспозицией пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, указанных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»

Таким образом, требование о признании акта взаимозачёта от 31.12.2013 № 14  недействительным судом удовлетворено применительно к пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истцами также заявлено о применении последствий недействительности спорных сделок.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Поскольку сделка является мнимой, она не повлекла никаких правовых последствий, в связи с этим не имеется оснований для применения последствий признания сделки недействительной.

Акт взаимозачета №14 от 31.12.2013  не может быть расценен как новация в понимании норм статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая прекратила обязательства АО «Кореновскрыба» перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по оплате задолженности по заёмному обязательству, отражённым в акте взаимозачёта от 31.12.2013 № 14.

Напротив, в силу прямого указания пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое положение АО «Кореновскрыба» в отношении ЗАО «РАФ «8 Марта» измениться не могло, т.к. в силу ничтожности договора поставки от 10.11.2013 зачёт встречных денежных обязательств не состоялся.

Подписание генеральным директором АО «Кореновскрыба» акта взаимозачёта от 31.12.2013 № 14 свидетельствует только о признании данным обществом факта наличия задолженности перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по заёмному обязательству, что в силу положений статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации прервало для кредитора по данным обязательствам течение сроков исковой давности.

В указной части исковые требования не подлежат удовлетворению.

Доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности по требованиям ФИО2   о признании сделки недействительной отклоняются судом как несостоятельные  и уже получившие соответствующую правовую оценку в Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.09.2017 года по настоящему спору. 

Между тем,  судом первой инстанции рассмотрен довод ответчиков о пропуске срока исковой давности ФИО3, вступившем   в качестве истца  при новом рассмотрении дела.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В силу части 3 статьи 46 АПК РФ, пункта 1 статьи 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков.

По смыслу указанной нормы, а также пункта 3 статьи 23 ГК РФ, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Как следует из материалов дела, ФИО3 вступил в дело в  качестве истца в марте 2019 года с требованием о признании договора поставки от 10.11.2013 года и акта взаимозачета №14 от 31.12.2013 недействительным и применении последствий недействительности сделки.

При этом, в материалах дела представлено передаточное распоряжение  вх. № 63 от 05.06.2014, согласно которого ФИО3 передал по договору дарения ФИО2 обыкновенные именные акции, государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р в количестве 150850128 штук.

На момент рассмотрения спора, ФИО2 является владельцем 150705128 обыкновенных именных акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р), и подтверждается выпиской из реестра акционеров № СТАВ-6245-120320/1 от 12.03.2020. Обыкновенные именные акции ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта»  в количестве  145 000 штук (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р) принадлежат ФИО3, что подтверждается выпиской из реестра акционеров № СТАВ-6245-120320/2 от 12.03.2020. 

В абзаце 1 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 г № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено следующее: «Арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица».

Перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (статья 201 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из искового заявления и установлено арбитражными судами, ФИО2 узнала о спорных сделках в июне 2015 года. Следовательно, срок исковой давности для исковых требований ФИО3, как правопреемника ФИО3, также начал течь с июня 2015 года.

Между тем, с исковыми требованиями о признании сделки недействительной, ФИО3 обратился только в 2019 году.

Следовательно, для срок исковой  давности по требованиям ФИО3 истек.

Пропуск исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Суд рассмотрел требование о привлечении к солидарной ответственности ФИО4 и ФИО5 и взыскании убытков, причиненных ЗАО «РАФ «8 Марта».

Как следует из материалов дела, ФИО5 является генеральным директором и членом совета директоров ЗАО «РАФ «8 Марта». ФИО4 является генеральным директором АО «Кореновскрыба», членом совета директоров ЗАО «РАФ «8 Марта».

В соответствии с пунктом 5 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1% размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков.

В силу пункта 1 статьи 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) и (или) членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющей организации или управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2, 3 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

Положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62), добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключается в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе, в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В силу пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Для удовлетворения требования о взыскании убытков необходимо наличие совокупности обстоятельств, являющихся основанием для возложения на ответчика ответственности в виде возмещения заявленных истцом убытков.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 разъяснил, что члены органов управления юридическим лицом, обязаны действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П, правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в управлении организацией. В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Таким образом, правонарушение в корпоративных отношениях состоит в нарушении директором обязанности действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

При рассмотрении иска о взыскании убытков в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Истцы, заявляя требование о взыскании убытков, исходили из того, что в результате совершения оспариваемой сделки ЗАО «Кореновскрыба» не исполнило свои обязательства перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по договору процентного займа от 27.12.2012 в части оплаты основного долга на сумму  2 774 500 рублей, 3 952 864 рубля процентов за пользование займом, ввиду чего у ЗАО «РАФ «8 Марта» возникли убытки в сумме 6727364 рубля. 

Предъявленная к взысканию сумма 6727364 рубля, поименованная истцами в качестве убытков, фактически таковой не является, а представляет собой требование, адресованное ЗАО «Кореновскрыба», направленное на погашению заёмного долга и процентов. 

Между тем, в рамках настоящего дела требование по договору займа от 27.12.2012 не рассматривалось.

Ответчиками заявлено о пропуске истцами срока исковой давности по заявлению требования о взыскании убытков.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 Кодекса несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Положениями статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности установлен продолжительностью в три года. Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено общее правило, в соответствии с которым течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно доводам истцов, об оспариваемой сделке ФИО2, равно как и ее правопреемник ФИО3 узнали в июне 2015 года при ознакомлении с документами о хозяйственной деятельности ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта». Довод  ответчиками не опровергнуты. Данное обстоятельство получило соответствующую правовую оценку в Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.09.2017 года по настоящему спора. 

Заявляя об утонении исковых требований в виде взыскания убытков с директоров обществ, заключивших спорную сделку, истцами фактически заявлены новые требования. Предметом иска является требование о взыскании убытков, причиненных обществу действиями единоличных исполнительных органо, правовым основанием - статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах».

Принимая уточнение первоначального иска в части взыскания убытков, суд исходил из процессуальной экономии, требованию эффективности судопроизводства, а также реализации права стороны на справедливое судебное разбирательство в разумный срок.

Как следует из материалов дела, ФИО3 вступил в дело в  качестве истца в марте 2019 года с требованием о признании договора поставки от 10.11.2013 года и акта взаимозачета №14 от 31.12.2013 недействительным и применении последствий недействительности сделки.

При этом, в материалах дела представлено передаточное распоряжение  вх. № 63 от 05.06.2014, согласно которого ФИО3 передал по договору дарения ФИО2 обыкновенные именные акции, государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р в количестве 150850128 штук.

На момент рассмотрения спора, ФИО2 является владельцем 150705128 обыкновенных именных акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р), и подтверждается выпиской из реестра акционеров № СТАВ-6245-120320/1 от 12.03.2020. Обыкновенные именные акции ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта»  в количестве  145 000 штук (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р) принадлежат ФИО3, что подтверждается выпиской из реестра акционеров № СТАВ-6245-120320/2 от 12.03.2020. 

В абзаце 1 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 г № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено следующее: «Арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица».

Перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (статья 201 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Трехлетний срок исковой давности истек в июне 2018 года. При этом, с заявлением об уточнении исковых требований истцы обратились только в июле 2019 года.

Следовательно, истцами пропущен срок давности для обращения с требованием о взыскании убытков, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Рассматривая встречные требования ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» о признании  действий ревизора ФИО2 при проведении выборочной проверки финансово-хозяйственной деятельности ЗАО «РАФ «8 Марта» за 2013 год, инвентаризации в отношении сделки по приобретению рыбы по договору поставки от 10.11 2013 г с ЗАО «Кореновскрыба» незаконными, суд исходил из следующего.

Статьей 11 ГК РФ  закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. 

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами.

Из положений статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что избрание неверного способа защиты гражданских прав является самостоятельным основанием для отказа судом в иске.

Действующим законодательством Российской Федерации не предусмотрен такой способ защиты, как требование о признании незаконными действий ревизора общества, следовательно, такое требование не может быть удовлетворено, поскольку является неверным способом защиты права.

Соответственно, в удовлетворении заявленных встречных требований также надлежит отказать.

В соответствии с положениями  статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на проигравшие стороны.

Руководствуясь ст.ст. 65, 71, 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

Заявление о фальсификации отклонить.

В удовлетворении иска ФИО3 и  встречного иска отказать.

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать недействительными договор поставки от 10.11.2013 и акт взаимозачета №14 от 31.12.2013, заключенные между  ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта») и ЗАО «Кореновскрыба»).

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Кореновскрыба» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 353181 край КРАСНОДАРСКИЙ р-н КОРЕНОВСКИЙ 

<

...>. Е) в пользу ФИО2 18000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 и ФИО3 в доход федерального бюджета по 28790 рублей 50 копеек государственной пошлины по иску.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный  суд кассационной  инстанции - в течение двух месяцев  со дня  вступления  решения  в законную силу.

Судья                                                                                                Р.А. Решетников