АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, 

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 г. Москва 30.12.2019 Дело № А40-61943/2018 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 декабря 2019 года  Полный текст постановления изготовлен 30 декабря 2019 года  

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой,  судей: Н.А. Кручининой, В.Я. Голобородько,  

при участии в заседании: 

от общества с ограниченной ответственностью «Южно – Владигорское» -  ФИО1, по доверенности от 16.01.2019, срок 1 год,  

от конкурсного управляющего ПАО «Банк Югра» - ГК «АСВ» - ФИО2, по доверенности от 31.10.2019, срок до 31.12.2020,  

рассмотрев 25.12.2019 в судебном заседании кассационную жалобу 

общества с ограниченной ответственностью «Южно – Владигорское»  на определение от 04.07.2019  

Арбитражного суда города Москвы, на постановление от 11.10.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда, 

об отказе в удовлетворении заявления общества с ограниченной  ответственностью «Южно – Владигорское» о включении в реестр требований  кредиторов должника задолженности в размере 1 423 448 608, 40 руб.,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Газ и  Нефть Транс»,  

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2018 должник –АО  «Газ и Нефть Транс» признан несостоятельным (банкротом), в отношении  должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре  ликвидируемого должника.  

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2019  конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3  

 ООО «Южно-Владигорское» обратилось в Арбитражный суд города  Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов АО «Газ и  Нефть Транс» задолженности в размере 1 423 448 608,40 рублей.  

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2019,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 11.10.2019, в удовлетворении требования отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Южно- Владигорское» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с  кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда  города Москвы от 04.07.2019, постановление Девятого арбитражного  апелляционного суда от 11.10.2019 отменить и удовлетворить заявленные  требования.  

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на  неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм  материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов,  изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и  представленным доказательствам.  

Так заявитель в кассационной жалобе настаивает на том, что выводы акта  налоговой проверки не соответствуют действительности и не могут быть  приняты за основу судебного акта, указывает, что акт налоговой проверки не  относимое, не допустимое, не достаточное и не достоверное доказательство.  Кроме того, полагает, что вывод суда об отсутствии экономической  

целесообразности заключения договора поставки с отсрочкой оплаты в течение  девяти месяцев также является необоснованным, поскольку ООО «Южно- Владигорское» перепродало товар со значительной наценкой, следовательно,  экономическая целесообразность для ООО «Южно-Владигорское» по отсрочке  оплаты была более чем обоснованной – наценка на оборудование составляет 200  млн. руб.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального  закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного  заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

В судебном заседании представитель ООО «Южно-Владигорское» 

доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам,  изложенным в ней.  

Представитель ПАО Банк «ЮГРА» возражал против доводов  кассационной жалобы.  

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела,  заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в  порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации правильность применения судами первой и  апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а  также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах,  установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.   Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что  требование ООО «Южно-Владигорское» основано на договоре поставки   № ЮЖВ-ГиНТ-12/17 от 12.07.2017.  

Суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходили из  того, что имеется фактическая аффилированость взаимосвязанных лиц, должник  и заявитель является участником межсубъектной схемы; из отсутствия  экономической целесообразности заключения договора, а также условия  договора противоречат обычаям делового оборота; заявителем не представлено  достаточных надлежащих доказательств реальности произведенных поставок;  

наличие цепочки мнимых сделок, фиктивный документооборот, созданный для  установления искусственной задолженности; не представлены доказательства  оплаты по договору.  

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы  сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями  статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды  первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу  спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все  существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом  Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу  пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между  должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения,  с одной стороны, и предъявившим требование кредитором -с другой стороны.  При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует  исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования,  в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и  размера задолженности.  

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве  не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые  

ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными  другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими  обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих  представленные возражения относительно существа заявленных требований;  также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником  или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор  основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не  освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких  обстоятельств.  

В условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его  кредиторов возможны ситуации, когда должник в преддверии своего  банкротства совершает действия (создает видимость гражданско-правовых  сделок) по формированию несуществующей задолженности для включения в  реестр и последующего распределения конкурсной массы в ущерб независимым  кредиторам, процессуальная активность которых способствует недопущению  формирования фиктивных долгов и иных подобных злоупотреблений.  

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон  правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые  последствия (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

При приведении независимым кредитором доводов, прямых или  косвенных доказательств, позволяющих суду с разумной степенью  достоверности усомниться в доказательствах, представленных должником и  «дружественными» кредиторами, на последних переходит бремя опровержения  этих сомнений.  

Суду же в подобных случаях необходимо проводить более тщательную  проверку обоснованности требований (пункт 26 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве»).  

Согласно статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд принимает только те доказательства, которые  имеют отношение к рассматриваемому делу.  

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону, должны  быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться  в арбитражном суде иными доказательствами.  

В силу частей 8 и 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации письменные доказательства представляются в  арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной  копии. Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если  обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному  правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также  по требованию арбитражного суда.  

На необходимость более тщательно рассматривать обстоятельства  изменения назначения платежей неоднократно указывали суды вышестоящих  инстанций, например, определение судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(3) по  делу № А40-233621/16.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о  банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только  через подтверждение аффилированности юридической (в частности,  принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но  и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4  Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает  доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать  влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать  поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой  сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным  (независимым) участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с  участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований  в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки  недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть  возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения  сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного  соглашения (Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-3C16- 20056).  

К кредиторским требованиям аффилированных лиц подлежит  применению повышенный стандарт доказывания.  

В соответствии с Определением Верховного Суда Российской Федерации   № 305-ЭС18-3009 от 23.07.2018, во избежание необоснованных требований к  должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств,  связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются  повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно  отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем  более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.  

Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных  доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и  позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама  возможность по исполнению сделки.  

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не  участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр,  объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем  доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить  убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные  

доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду  усомниться в действительности или заключенности сделки.  

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться  проверкой соответствия документов установленным законом формальным  требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том  числе об экономических, физических, организационных возможностях  кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление  документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015   № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее  заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно  обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие  кредиторы.  

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016   № 305-ЭС16-2411 сформулирован аналогичный правовой подход в отношении  мнимой сделки применительно к отношениям, регулируемым Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)».  

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для  включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из  доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание  искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку,  следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или  отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является  установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение  включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение  приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих  обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).  

В рассматриваем случае судами установлено и подтверждается  материалами дела, что в разделе 3.4. «Представление займов подконтрольным  организациям на этапе развития» акта налоговой проверки ООО «УБР-1», ПАО  

Банк «Югра» указано, что производил выдачу ссуд организациям, которым  присуща убыточная деятельность, отрицательное значение чистых активов,  высокая долговая нагрузка, существенное сокращение выручки.  

Исходя из анализа движения товарно-денежных потоков 90%  поставщиков и заказчиков ООО «УБР-1» являются участниками схемы,  созданной из организаций, обладающими признаками «проблемных», с целью  ухода от налогообложения, минимизации налоговых обязательств,  обналичивания денежных средств. Обналичивание денежных средств  осуществляется путем совершения фиктивной сделки, предметом которой  служит обязанность исполнителя выполнить работы, оказать услуги, либо  осуществить поставку товарно-материальных ценностей заказчику, которая  фактически не исполняется.  

Судами отмечено, что Актом налоговой проверки № 17-15/15 от  16.10.2018 установлено следующее: из офиса ООО «УБР-1» изъяты внутренние  документы, в том числе чистые листы с печатями иных организаций, ООО  

«Мултановское», ООО «Сургуттранс», ООО «Капсстрой»; ООО «УБР-1» не  представлен перечень работ по бурению и строительству нефтяных скважин для  вступления в СРО Ассоциации строительных компаний; использование  формального документооборота, неправомерное принятие вычета НДС ООО  «УБР-1»; выявлены обстоятельства мнимости заключенной сделки между ООО  «УБР-1» и АО «Каюм Нефть», на основании которой неправомерно принят НДС  к вычету в сумме 224 967 720,39 рублей; единая бухгалтерия аффилированных  лиц, в том числе ООО «Восток Бурение», предоставление налоговых деклараций  всех участников происходит с одного IP-адреса, за подписью одного  уполномоченного лица; единая служба подбора персонала; документальное  подтверждение аффилированности ООО «УБР-1» и ООО «Восток бурение»;  одно доверенное лицо на операции с денежными средствами, а также единые e- mail адреса группы аффилированных лиц; выдача кредитов, в обеспечение  которых предоставлено несоразмерное движимое имущество, большая часть  сделок пролонгировалось несколько раз, причем на нерыночных условиях, в том  числе «Восток Бурение»; ставка займа, выдаваемые аффилированным лицам  между собой, 8,5 % является изначально экономически нецелесообразным; одна  

организация инвестирует начало деятельности большинства поставщиков и  покупателей ООО «УБР-1», что свидетельствует о единой схеме; бывший  руководитель ООО «УБР-1» имеет право действовать от имени ООО «Восток- Бурение», что документально подтверждает аффилированность данных лиц;  нахождение участников схемы по одним адресам регистрации; формальное  перераспределение между участниками схемы персонала; признаки  согласованности действий участников единой схемы; 90 % поставщиков и  заказчиков ООО «УБР-1» являются участниками схемы; анализ заявления о  включении в реестр ООО «УБР-1» выявил, что основная сумма задолженности  образовалась по договорам, заключенным в преддверии процедуры банкротства.  Наличие обстоятельств, которые свидетельствуют о создании формального  документооборота с контрагентами, отсутствие намерения заключать сделки,  осуществлять реальную хозяйственную деятельность; раскрытие одной их  вексельной схемы создания фиктивной задолженности, которые применяются  участниками схемы с целью создания кредиторской задолженности перед  подконтрольным лицом, преимущественного положения перед остальными  кредиторами в деле о банкротстве; прямое указание на участие в межсубъектной  схеме ООО «Хортица», ООО «Дримнефть, ООО «Бурнефть», ЗАО  «Иреляхнефть», ООО «УБР-1»; установлена аффилированность лиц,  включающихся в реестр требований кредиторов ООО «УБР-1» на основании  мнимых сделок.  

Кроме того, судами установлено, что актом налоговой проверки № 1715/15 в отношении заявителя была выявлена следующая информация: единая  бухгалтерия группы аффилированных лиц, в том числе заявителя; руководитель  заявителя в прошлом и в проверяемом периоде является сотрудниками «Русь- Ойл», взаимные рекомендации группы аффилированных лиц, единое доверенное  лицо на совершение денежных операций аффилированных лиц; единая  электронная почта участников межсубъектной схемы; указание на  аффилированность лиц с идентичными договорами на бухгалтерское  обслуживание.  

Также суды установили и подтверждается материалами дела, что  01.06.2015 между ООО «Южно-Владигорское» и ООО «Конкорд» заключен  

договор № КН-9 оказания услуг по приемке грузов, хранения грузов, складской  обработке и т.д. 01.10.2016 между ООО «Южно-Владигорское» и ООО  «СургутТранс» заключен договор № СТУЮВ-ТУ-16 оказания транспортных  услуг; 30.06.2017 между ООО «Южно-Владигорское» и ООО «СтройМонолит»  заключен договор поставки № СМ-ЮЖВ-17/17, в соответствии с которым ООО  «СтройМонолит» поставляет спорную продукцию ООО «Южно-Владигорское»;  12.07.2017 между АО «Газ и Нефть Транс» и ООО «Южно-Владигорское»  заключается договор поставки № ЮЖВ-ГиНТ-12/17 на спорную продукцию.  При этом обращает внимание, что только 74 силовых агрегата весят 532,8 тонны  (74 * 7 200 кг).  

Кроме того, судами сделан вывод о том, что в рассматриваемом случае о  мнимости договоров поставки свидетельствуют следующие обстоятельства.  

В соответствии со 8 Федерального закона от 8.11.2007 № 259-ФЗ «Устав  автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта»  груз, на который не оформлена транспортная накладная, перевозчиком для  перевозки груза не принимается.  

Вместе с тем, суды установили о недоказанности действительны действий  по приемке, хранению, разгрузки/погрузки товара, не представлены  необходимые доказательства по договору хранения. Также недоказанности  заявителем реальности вышеперечисленных действий как по поставке от ООО  «СтройМонолит» и хранению до момента отправки оборудования в адрес  должника, так и по самой поставке в адрес должника ООО «Газ и Нефть Транс».  

В нарушение условий договора оказания услуг № КН-9 от 01.06.2015, а  именно: п. 1.3 - Все услуги по договору оказываются на основании заявок  заказчика - в материалах дела таковые отсутствуют; П. 2.1.1 - письменные заявки  предоставляются заказчиком за 24 часа до времени их оказания; П. 2.1.2 - в  заявке указываются все основные условия: конкретный склад, дату и время  передачи грузов на хранение, наименование, ассортимент, количество и  состояние грузов, маршрут перевозки, сотрудников, даты перевозки и т.д.; П.  2.1.4 - в заявке на отгрузку груза со склада указывать наименование, ассортимент  и количество груза, наименование склада с которого необходимо осуществить  отгрузку, наименование получателя грузов и лиц, уполномоченных на приемку  

товара от имени получается и т.д.; П. 2.3.1 - при приемке товара на хранение  составляется акт приема-передачи, проверка документов, подтверждающих  качество товара; П. 2.3.5 - отгрузка товара со склада сопровождается не только  по заявке, но и с оформление акта о возврате товарно-материальных ценностей,  сданных на хранение; П. 2.4.2 - до получения всех необходимых документов  исполнитель по договору вправе не приступать к работе.  

Договор оказания транспортных услуг с ООО «СургутТранс» № СТ7ЮВ- ТУ-16 также признан судами мнимой сделкой, поскольку не представлены  доказательства его действительного исполнения. Кроме того, не представлены  следующие документы: П. 1.1. - не представлены доказательства  отправления/получения заявки на оказание услуг ООО «СургутТранс»; П. 2.2.3.  не представлен приказ о назначении уполномоченного представителя; П. 2.2.7.  не представлен журнал инструктажей с подписями водителей; П. 2.4. не  представлены доказательства сообщения о назначенных уполномоченных  представителя; П. 3.1.1. не представлены оригиналы талонов, которые должны  быть приложены к реестру оказанных услуг. Отсутствуют реестры оказанных  услуг в целом; П. 3.2. не представлены доказательства направления реестра по  электронной почте; П. 4.3. ежедневно должен оформляться путевой лист на  каждую единицу Автотранспорта; П. 4.5.1. Обязательным условием для оплаты  является получение Заказчиком оригинала счета на оплату и оригинала счета- фактуры; Приложение № 6 к договору: П. 2.1. к договору: не представлены  ежемесячные письменные заявки на оказание услуг; П. 2.1.1. определяет  обязательную информацию, содержащуюся в заявке, заявка предоставляется в  письменной форме за подписью уполномоченного представителя заказчика по  факсимильной связи или электронной почте; П.2.1.2. не представлены заявки на  месяц, сформированной не позднее 15 числа; П. 3.2. не представлены  ежедневные путевые листы; П. 3.3.2. не представлены графики ТО и ППР; П. 4.1.  не представлены талоны с отметками о времени прибытия (убытия), объемах и  работ; П. 5.1.1. не представлены заявки для въезда автотранспорта на  месторождение.  

При этом судами установлено, что в отношении ООО «СургутТранс»  Актом налоговой проверки № 17 -15/15 было выявлено следующее: из офиса  

ООО «УБР-1» изъяты списки сотрудников и транспорта ООО «СургутТранс»;  единая бухгалтерия группы аффилированных лиц, в том числе ООО  «СургутТранс»; единое доверенное лицо на совершение денежных операций  аффилированных лиц; нахождение группы аффилированных лиц по одному  адресу, наличие одинаковых IP-адресов, единой бухгалтерии и адресов  электронной почты; общие документы учета аффилированных лиц.  

Судами сделан правомерный вывод о том, что договоры поставок ТМЦ  являются мнимыми сделками, поскольку не представлены доказательств  реальной возможности поставить товар поставщиком так и реальной  возможности принять покупателя его; источник приобретения товара  поставщиком; доказательства хранения товара; доказательства экономической  или производственной необходимости в этом товаре;  

В соответствии со 8 Федерального закона от 08.11.2007 № 259-ФЗ «Устав  автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта»  груз, на который не оформлена транспортная накладная, перевозчиком для  перевозки груза не принимается.  

Необходимость использования транспортной накладной и заполнения ее  реквизитов в соответствии с утвержденной формой установлена пунктом 6  Правил перевозки грузов автомобильным транспортом, утвержденных  Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.04.2011 № 272.  

Постановлением Госкомстата России от 28.11.1997 № 78 установлена  форма товарно-транспортной накладной (форма № 1Т), которая предназначена  для учета движения товарно-материальных ценностей и расчетов за их  перевозки автомобильным транспортом, а Постановлением Госкомстата России  от 25.12.1998 № 132 утверждена форма товарной накладной ( № ТОРГ-12),  которая применяется для оформления продажи (отпуска) товарно-материальных  ценностей сторонней организации.  

Письмом Минтранса РФ от 20.07.2011 № 03-01/08-1980ис «О новой  транспортной накладной» разъяснено обязательное использование транспортной  накладной и товарной накладной: формы № 1-Т и ТОРГ-12.  

Таким образом, заявитель обязан доказать обстоятельства  непосредственной поставки товара от заявителя в адрес должника - количество и  вид транспорта, используемого при перемещении товара.  

Вместе с тем судами установлено, что в материалы дела достоверных и  достаточных доказательств, подтверждающих факт транспортировки и доставки  должнику товара в указанном количестве (товарно-транспортные накладные,  путевые листы, ж/д накладные и т.п.) ООО «Южно-Владигорское» в нарушение  статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не  представлено. Также отсутствуют доказательства хранения товара, его погрузки- разгрузки. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства  приобретения товара поставщиком. Заявитель не предоставил документы,  подтверждающие реальность хозяйственных операций по поставкам (товарно- транспортные накладные, путевые листы, иные документы, подтверждающие  перемещение продукции), а также документы, отражающие наличие дебиторской  задолженности должника в бухгалтерском учете ООО «Южно-Владигорское».  

Суды обосновано отметили, что само по себе формальное подписание  договора, дополнительных соглашений к нему, спецификаций не может являться  достоверным доказательством реальности поставки товара при отсутствии  документально подтвержденных сведений об условиях приобретения заявителем  товара, его хранения, перевозки, разгрузки, оприходования товара должником  (пункт 26 Постановления Пленума ВАС РФ № 35).  

Кроме того, судами установлено и подтверждается материалами дела, что  доказательства оплаты по договорам в материалы дела не представлены.  Спецификация № 1 к договору ЮЖВ-ГиНТ-12/17 от 12.07.2017 года составлена  с ошибками. Так, в тексте спецификации указано: «... Стороны подписали  настоящую спецификацию к Договору поставки № ЮЖВ-ГиНТ-12/17 от 2 июля  2017 г.».  

Как обоснованно указали суды тот факт, что цена сделки составляет  существенную сумму в размере 1 423 448 608,40 руб., ставит под сомнение  допущение неточностей к основополагающим документам по сделке,  подписанные генеральными директорами обеих сторон.  

Суды, установив, что согласно выписке ЕГРЮЛ виды деятельности ООО  «Южно-Владигорское» не включают в себя виды деятельности по торговле,  также пришли к выводу о мнимости вышеуказанного договора поставки. Также  отметили, что: уставной капитал заявителя составляет 10 000 руб.;  Среднесписочная численность работников Кредитора - 1 чел.; Заявитель сменил  регион регистрации.  

Кроме того судами установлено, что договор содержит нереальные для  независимых участников рынка условия, например, в соответствии со  спецификацией № 1 к договору поставки поставка товара осуществляется не  позднее 12.10.2017, в свою очередь, покупатель производит оплату товара  перечислением денежных средств на расчетный счет поставщика не позднее  12.07.2018, соответственно, период с момента поставки до момента оплаты  поставленного товара составляет 9 месяцев.  

В связи с вышеизлжоенном суды пришли к обоснованному выводу, что  экономическая целесообразность отсрочки оплаты на 9 месяцев не обоснована,  что свидетельствует о нерыночности условий договора, недобросовестности  поведения сторон. Данное обстоятельство указывает на отсутствие у заявителя  интереса в возврате суммы долга и отсутствие экономической целесообразности  в заключении договора, а также о том, что указанный договор заключен  исключительно с намерением создать задолженность перед Кредитором, что  является злоупотреблением правом и нарушает имущественные права остальных  кредиторов должника.  

Такое поведение Общества не соответствует обыкновениям гражданского  оборота, не отвечает принципу добросовестности и разумности действий  участников гражданских правоотношений.  

Вместе с тем судами установлено и подтверждается материалами дела, что  кредитором не представлены надлежащие доказательства, опровергающие  недобросовестность в его действиях по отношению, в первую очередь, к  независимым кредиторам должника.  

Данная правовая позиция содержится в определении Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая  2017 года № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015.  

В связи с этим суды пришли к правомерному выводу о том, что подобные  факты свидетельствуют о подаче ООО «Южно-Владигорское» заявления о  включении требований в реестр исключительно с противоправной целью  уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества  голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ).  

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само  по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр  (абзац четвертый п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)»).  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих  требований и возражений.  

 Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность,  которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о  недоказанности определенных обстоятельств.  

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по  своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном,  объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств.  

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и  несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими  процессуальных действий, в том числе представления доказательств  обоснованности и законности своих требований или возражений.  

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной  инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд  кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем  и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим  

обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего  законодательства.  

 Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для  изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления  суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат  отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм  права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме  того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и  оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены.  Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами  судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и  установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции  и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных  положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

 Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О,  статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,  регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,  представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право  оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм  материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно  исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.  Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и  второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают  доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе  принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности  судебного разбирательства, что недопустимо.  

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических  обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при  рассмотрении дела судебной ошибки.  

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной  инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не  имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2019 и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2019 по  делу № А40-61943/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации  в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова Судьи: Н.А. Кручинина  В.Я. Голобородько