﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

29 января 2021 года

Дело №

А42-5168/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26.01.2021

Полный текст постановления изготовлен 29.01.2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Каменева А.Л., судей Казарян К.Г., Колесниковой С.Г., 

при участии от Лисюткина И.Н. - Чиркова В.С. (доверенность от 16.06.2020), от  общества с ограниченной ответственностью «Торговая компания Супримекс» Смирнова В.А. (доверенность от 19.10.2020),  

рассмотрев 26.01.2021 в открытом судебном заседании кассационные жалобы Лисюткина Игоря Николаевича и Лисюткиной Татьяны Сергеевны на определение Арбитражного суда Мурманской области от 25.06.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2020 по делу № А42-5168/2015,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Мурманской области от 10.12.2015 общество с ограниченной ответственностью «Торговая компания Супримекс», адрес: 183038, Санкт-Петербург, город Мурманск, улица Старостина, дом 61, корпус 2, офис 64, ОГРН 1095190011432, ИНН 5190909601 (далее – ООО «Торговая компания «Супримекс», Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Мосиян Рафик Владимирович.

В ходе конкурсного производства, Мосиян Р.В. обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статей 46 и 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам Общества  Лисюткина Игоря Николаевича и Лисюткину Татьяну Сергеевну, по основаниям пунктов 2 и 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

К участию в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц привлечены: Ульяненко Екатерина Васильевна, Парубец Юрий Николаевич и Тезикова Ольга Сергеевна. 

Определением суда первой инстанции от 25.06.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2020, заявление конкурсного управляющего удовлетворено;     Лисюткин И.Н. и Лисюткина Т.С. привлечены к субсидиарной ответственности в пользу Общества, с них солидарно  взыскано  27 822 516 руб. 86 коп.

В кассационных жалобах Лисюткин И.Н. и Лисюткина Т.С. просят отменить указанные определение от 25.06.2020 и постановление от 23.10.2020, а также принять  новый судебный акт - об отказе в удовлетворении заявления.

Податели жалоб считают, что к ним не могли быть применены основания ответственности, предусмотренные пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, поскольку на 05.10.2012 (дату определенную заявителем для обращения должника в суд с заявлением о банкротстве), они не имели корпоративных полномочий в отношении ООО «Торговая компания Супримекс», в том числе полномочий на принятие решений об обращении в суд с соответствующим заявлением. Не отрицая фактического контроля за Обществом, на указанную дату Общество неплатежеспособным не являлось, оснований для обращения в суд о банкротстве не имелось (активы превышали обязательства). При этом выводы апелляционного суда относительно периода образования неисполненных обязательств перед кредиторами противоречит выводам суда первой инстанции относительно наступления даты возникновения обязанности по обращению в суд. Опровергая выводы судебных инстанций, податели жалоб считают, что заявителем не доказана убыточность сделок Общества, связанных с закупом и последующей поставкой морепродуктов зарубежным покупателям. Согласно позиции ответчиков, в результате сделок должник получал денежную выручку, а факт возникших долгов и невозможность их погашения в полном объеме, объясняется предпринимательским риском, так как сделки недействительными не признаны.   В отношении Лисюткиной Т.С.,  суды не учли, что она фактического участия в управлении деятельностью                    ООО «Торговая компания Супримекс» не принимала, была формально назначена на должность в компании «Репарто Бехиер Б.В.». 

В судебном заседании представитель  Лисюткина И.Н. поддержал доводы, приведенные в жалобах, пояснив, что ответчики проживая за пределами Российской Федерации не могли своими действиями привести ООО «Торговая компания Супримекс» к банкротству.   

Против удовлетворения жалоб возражал представитель Общества. 

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в  заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.  

Как следует из материалов дела, на основании финансового анализа деятельности ООО «Торговая компания Супримекс» с момента его создания, Мосиян Р.В. посчитал, что еще в 2012 году Общество прекратило своевременно и в полном объеме исполнять свои обязательства, а потому его руководитель обязаны были в этом случае исполнить обязанность, предусмотренную статьей 9 Закона о банкротстве, обратиться в суд о собственном банкротстве, не увеличивая кредиторскую задолженность, либо принять иные меры по урегулированию долгов с кредиторами. 

 Датой для обращения должника в суд с заявлением, по его усмотрению, является 05.10.2012.          

Кроме того, конкурсный управляющий посчитал, что Общество стало несостоятельным из-за поведения контролирующих должника лиц, дающее основания для привлечения таковых к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, например, за не передачу бухгалтерской и иной документации  при смене участников и руководителей Общества, а также в силу совершения Обществом экономически невыгодных для себя сделок по поставке морепродукции, что повлекло за собой возникновение у должника убытков и невозможность осуществить расчеты с кредиторами.

В качестве лиц, контролирующих деятельность ООО «Торговая компания Супримекс» (независимо от сведений в Едином государственном реестре юридических лиц; далее - ЕГРЮЛ), конкурсный управляющий указал   Лисюткина И.Н. и Лисюткину Т.С., поскольку именно ими осуществлялось фактическое управление Обществом.   

Из материалов дела также следует, что по данным ЕГРЮЛ, участником, создавшим названное Общество 06.11.2009 является Лисюткина Т.С., а директором юридического назначен Лисюткин И.Н.

Лисюткин И.Н. и Лисюткина Т.С. являются супругами с 28.12.1994. 

Начиная с февраля по декабрь 2010 года прямое и формальное управление деятельностью ООО «Торговая компания Супримекс» ответчики утрачивают, сначала Лисюткин И.Н. освобождается от полномочий директора, а затем Лисюткина Т.С. от полномочий участника Общества.  Между тем,        ООО «Торговая компания Супримекс» позже управлялась его участником обществом с ограниченной ответственностью «Горизонт-менеджмент», которое было подконтрольно Лисюткину И.Н. через упомянутую компанию «Репарто Бехиер Б.В.» (учрежденную в 1993 году), акционером которой являлась и Лисюткина Т.С.          

Возражая против требований конкурсного управляющего, ответчики ссылались на отсутствие оснований и доказательств для привлечения их к субсидиарной ответственности по долгам Общества.     

Оценив доказательства по делу о банкротстве, а также доказательства обособленного спора, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленных требований к ответчикам, как к лицам, фактически контролирующих деятельность должника.  

В данном случае, суд установил наличие факта контроля Лисюткиным И.Н. и Лисюткиной Т.С. за  ООО «Торговая компания Супримекс» с момента его создания и позже, что не было опровергнуто ответчиками. Затем суд проверил наличие обстоятельств, которые бы подтверждали или опровергали основания субсидиарной ответственности, через возможность ответчиков вместе или по отдельности влиять на финансовую деятельность Общества (дача указаний на заключение сделок, регулирование рентабельности сделок и т.д.), в результате чего последнее стало несостоятельным (банкротом). В результате такой проверки, с учетом финансового анализа сделок должника, полноты документации и свидетельских показаний относительно порядка управления Обществом, суд пришел к тому, что выработанная ответчиками экономическая модель поведения, позволяла им влиять на размер предпринимательской выгоды Общества, получаемой от совершаемых сделок.

Например, под контролем ответчиков Обществом проводились сделки (операции) через юридических лиц (впоследствии исключенных из ЕГРЮЛ), в результате которых формировались формальные активы в виде дебиторской задолженности и реальные затраты, при этом фактическую выгоду, вместо должника, получали покупатели упомянутой продукции, к числу которых относилась подконтрольная ответчикам компания «Репарто Бехиер Б.В.». 

По усмотрению суда первой инстанции, такие сделки должника были для него ущербны, начиная с момента создания Общества, что позволяло добросовестным контролирующим должника лицам определить момент наступающей неплатежеспособности и своевременно обратиться в суд, не наращивая долги перед независимыми кредиторами.  

Также суд первой инстанции отметил, что осуществляя фактический контроль за Обществом, ответчики не обеспечили сохранность и полноту передачи документов при смене руководителей должника, которые бы могли в рамках конкурсного производства способствовать пополнению конкурсной массы, за счет его активов.     

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции о том, что ответчики являлись конечными бенефициарами ООО «Торговая компания Супримекс» и других связанных с Обществом юридических лиц (группа лиц), что позволило им контролировать осуществление должником финансово-хозяйственной деятельности вплоть до момента ее прекращения, а также знать (полагать) о моменте возникновения у Общества объективных признаков банкротства. 

Суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, посчитал, что выбранный способ управления должником, был направлен на вывод активов должника (товара и денежных средств) посредством договоров и сделок, заключенных также с подконтрольными ответчикам юридическими лицами. При этом суд не усмотрел в доказательствах и объяснениях ответчиков разумной формулы экономического поведения. Тогда как от такой деятельности должника, по вине ответчиков, имущественным правам независимых кредиторов Общества причинен вред.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалоб и возражений на них, суд кассационной инстанции считает, что выводы, сделанные судебными инстанциями по данному обособленному спору основаны на представленных в материалы дела доказательствах, спорным правоотношениям дана верная квалификация, с правильным применением норм материального права, подлежащим применению, и норм процессуального права. 

Как верно установлено судами первой и апелляционной инстанций, обстоятельства, связанные с поведением ответчиков, по отношению к Обществу, и  положенные конкурсным управляющим в обоснование своих требований относятся к периоду 2012 - 2015 годов, за который образовалась кредиторская задолженность, учтенная в реестре требований кредиторов должника.      

Установленный судебными инстанциями факт контроля ответчиками над Обществом не был опровергнут в надлежащем порядке, в том числе в суде кассационной инстанции.   

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, закреплена презумпция вины контролирующего лица в несостоятельности (банкротстве) должника в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона и если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

 В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Указанные разъяснения, подлежат применению в случае оценки действий (бездействий) контролирующих лиц на предмет их связи с последующим банкротством должника применительно к пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Исходя из приведенных разъяснений пункта 16 Постановления № 53, суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судебными инстанциями установлены со ссылкой на представленные в материалы дела доказательства: данные бухгалтерской отчетности Общества, сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ, объяснения должностных лиц Общества и его работников, как представленных при рассмотрении обособленного спора, так и данные в рамках проверки по уголовному делу, факты регулярного совершения сделок Обществом с контрагентами, в отношении которых имеются обоснованные сомнения в осуществлении ими реальной хозяйственной деятельности (с учетом их исключения их из ЕГРЮЛ как недействующих юридических лиц), а также вхождения в органы управления указанных организаций ответчиков или подконтрольных им лиц, также формально привлеченных и к управлению Обществом. 

Такими контрагентами явились: ООО «Компания «Супримекс»               (ИНН 5190912322); ООО «Фабрика» (ИНН 5105094781); ООО  «Северные Морепродукты» (ИНН 5190005349); ООО «Супримекс отечественные морепродукты» (ИНН 5190909231).

Реализация морепродукции должником производилась в адрес иностранных компаний «Reparto Marittimo B.V.» и «Intercon  B.V.», в отношении которых судами сделан  вывод о подконтрольности их  ответчикам.

Вывод судебных инстанций о том, что такого рода модель осуществления юридическим лицом экономической деятельности, выбранная ответчиками, не соответствует стандартам разумного поведения нормального участника хозяйственной деятельности, и вызывает обоснованные сомнения в добросовестности контролирующих указанную хозяйственную деятельность лиц, следует признать правильным и обоснованным. В этой связи суды обоснованно возложили на ответчиков  бремя доказывания их добросовестности при осуществлении управления должником. 

Однако ответчики не назвали объективных причин, а также не сослались на конкретные доказательства, относительно прекращения или неполноты расчетов с независимыми кредиторами Общества, после указанной конкурсным управляющим даты, при этом кредиторская задолженность продолжала нарастать, что привело к  банкротству последнего.

Как разъяснено в пункте 17 Постановления № 53, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Ни в ходе рассмотрения обособленного спора, а также в жалобах ответчики не представили мотивированной позиции относительно целесообразности совершения сделок с указанными выше контрагентами, отсутствия причинно-следственной связи между избранной ими моделью экономического поведения Общества и наступившими последствиями в виде его несостоятельности, не указали на принятие ими, как контролирующими деятельность должника лицами, мер, направленных на вывод должника из финансового кризиса и погашение задолженности перед кредиторами, не подтвердили того, что их действия не выходили за пределы обычного предпринимательского риска. 

Ответчики также не привели и обстоятельств указывающих на то, что  банкротство Общества было обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.). 

С учетом обстоятельств дела, подтверждающих общность имущественных интересов Лисюткина И.Н. и Лисюткиной Т.С. как супругов, доводы    Лисюткиной Т.С. о формальном вхождении в органы управления компании «Репарто Бехиер Б.В.», через которую, как указано выше, осуществлялся контроль за деятельностью должника, не может быть принят в качестве основания, освобождающего ее от ответственности за результаты деятельности по управлению Обществом. 

На основании анализа состава и размера кредиторской задолженности Общества, учтенной в реестре требований кредиторов, суды двух инстанций установили, что  неплатежеспособность ООО «Торговая компания Супримекс», после 04.09.2012, возникла в результате наступивших и неисполненных обязательств перед СПК РК «Северная звезда», что может с большой долей вероятности определить момент, когда руководитель должника или лицо, фактически контролирующее должника, обязаны были в силу статьи 9 Закона о банкротстве обратиться в суд с соответствующим заявлением или принять об этом решение (дать указание).

Дело о банкротстве Общества возбуждено по заявлению кредитора от 23.06.2015, однако после 05.10.2012 по казанную дату, размер кредиторской задолженности только увеличился. 

С учетом этого, суды двух инстанций обоснованно посчитали, что ответчики могут быть привлечены к субсидиарной ответственности и по основанию пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве. 

Установив наличие вины ответчиков действия (бездействие) относительно ООО «Торговая компания Супримекс» и его кредиторов, наступление неблагоприятных последствий, выраженных в неполучении равноценного расчета по гражданско-правовым и иным сделкам (убыткам), размер которых равен сумме требований кредиторов учтенных конкурсным управляющим, а также причинной связи между указанными условиями, суды правильно возложили на субсидиарных ответчиков обязанность солидарно отвечать по долгам должника.  

 В силу изложенного, определение от 25.06.2020 и постановление от 23.10.2020 не подлежат отмене, а жалобы Лисюткина И.Н., Лисюткиной Т.С. не подлежат  удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Мурманской области от 25.06.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2020 по делу № А42-5168/2015 оставить без изменения, а кассационные жалобы Лисюткина Игоря Николаевича и Лисюткиной Татьяны Сергеевны -  без удовлетворения. 

 

Председательствующий

А.Л. Каменев

Судьи

К.Г. Казарян

С.Г. Колесникова