АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4841/17 

Екатеринбург

31 января 2025 г.

Дело № А50-20115/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 20 января 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 января 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Столяренко Г.М., Новиковой О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Сипатиным А.В., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), кассационную жалобу акционерного общества «Дехканабадский калийный завод» (Республика Узбекистан, далее – общество «ДКЗ», кредитор) на определение Арбитражного суда Пермского края от 01.07.2024 по делу № А50-20115/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЗУМК-Инжиниринг» (далее – общество «ЗУМК-Инжиниринг», должник) Метла А.С. – ФИО1 по доверенности от 22.01.2024.

прокуратуры Свердловской области по поручению прокуратуры Пермского края – прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в арбитражном процессе ФИО2 по доверенности от 30.01.2024;

акционерного общества «Росэксимбанк» – ФИО3 по доверенности 28.12.2024, ФИО4 по доверенности от 12.12.2024.

общества «ДКЗ – ФИО5 по доверенности от 21.10.2024, ФИО6 по доверенности от 21.10.2024 (оба в режиме веб-конференции);

председатель комитета кредиторов общества «ЗУМК-Инжиниринг» – ФИО7 (в режиме веб-конференции)

Иные лица явку в судебное заседание не обеспечили. 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.07.2018 общество «ЗУМК-Инжиниринг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

Определением суда от 11.10.2018 конкурсным управляющим общества «ЗУМК-Инжиниринг» утверждена ФИО8. 

Общество «ДКЗ» 16.02.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением об установлении размера и очередности погашения требования кредитора, в котором общество «ДКЗ» просило признать его требования к обществу «ЗУМК-Инжиниринг» в размере 10 814 437 828 руб. 53 коп., обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов. 

Определением суда от 27.03.2023 производство по обособленному спору по заявлению общества «ДКЗ» об установлении требования кредитора приостановлено до вступления в законную силу судебного акта Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-175502/2022. 

Протокольным определением суда от 14.09.2023 в порядке статьи 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по обособленному спору возобновлено. 

 Определением суда от 19.04.2024 выделены в отдельное производство: 

- требование о возврате переплаты за поставленное оборудование в размере 4,868 млн. долларов США (настоящий обособленный спор); 

- требование о возмещении расходов, понесенных на проведение ОПР, в размере 9,67 млн. долларов США; 

- требование о взыскании реального ущерба, причиненного неполным выполнением работ и недопоставкой оборудования, в размере 7,258 млн. долларов США; 

- требование об оплате услуг и материалов общества «ДКЗ», использованных при выполнении работ, в размере 1,293 млн. долларов США; 

- требование о взыскании переплаты за невыполненные СМР по ВЛ и ГПКД в размере 6,171 млн. долларов США; 

- требование о взыскании переплаты за горнопроходческие работы по контракту в размере 2 617 706,5 долларов США; 

- требование о взыскании упущенной выгоды (в размере 144,586 млн долларов США) и реального ущерба (в размере 6,404 млн долларов США) в связи с невыходом комбината на проектную мощность;

 - требование о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 6,115 млн долларов США. 

Обществу «ДКЗ» предложено представить в каждое выделенное производство уточненное заявление с приложением обосновывающих данное требование документов.

В материалы настоящего спора от общества «ДКЗ» поступило уточненное заявление, в котором кредитор просил квалифицировать требование общества «ДКЗ» о возврате стоимости оборудования, которое было искусственно завышено обществом «ЗУМК-Инжиниринг», в размере 4,868 млн. долларов США в качестве требования, возникшего из причинения вреда (деликтные требования), к которому субсидиарно применяются нормы о неосновательном обогащении; признать данное требование обоснованным; применить в деле о банкротстве общества «ЗУМК-Инжиниринг» правила сальдирования встречных обязательств и произвести сальдирование на сумму 13 193 590,37 долларов США по взаимным обязательствам общества «ЗУМК-Инжиниринг» перед обществом «ДКЗ».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 01.07.2024 в удовлетворении заявления кредитора по требованию возврате переплаты за поставленное оборудование в размере 4,868 млн. долларов США отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2024 определение суда от 01.07.2024 оставлено без изменения.

Общество «ДКЗ» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой на определение от 01.07.2024 и постановление от 07.10.2024, в которой просит указанные судебные акты отменить, направить спор на новое рассмотрение. Кассатор полагает, что суды ошибочно квалифицировали требование по оборудованию в качестве договорного, между тем, оно не основано на неисполнении или ненадлежащем исполнении договора. Вред возник в результате исполнения должником контракта путем поставки оборудования по установленной в контракте цене, при том, что данная цена была завышена бывшими руководителями обществ «ЗУМК-Инжиниринг» и «ДКЗ» с целью хищения средств, предоставленных кредитору для реализации проекта по расширению мощностей калийного производства. Таким образом, по убеждению кассатора, требование по оборудованию является деликтным и основано на факте причинения вреда преступлением. Неправильно квалифицировав требование, суды неверно определили применимое к нему право. Кассатор указывает, что требование по оборудованию как возникшее из причинения вреда на территории Республики Узбекистан, регулируется узбекским правом, согласно которому исковая давность к таким требованиям не применяется. При этом кассатор указывает, что даже в случае применения положений коллизионных норм Гражданского кодекса Российской Федерации, судами допущено их неверное применение, так как на момент возникновения требования кредитора пункт 3 статьи 1219 Гражданского кодекса Российской Федерации еще не действовал. Кассатор полагает, что судами на требование кредитора, которое по существу является требованием о сальдировании, необоснованно распространен запрет на зачет встречных требований с истекшим сроком исковой давности, а также неверно применены положения статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку не учтено, что для требования по оборудованию срок исковой давности исчисляется с момента расторжения контракта при сальдировании всей совокупности взаимных обязательств сторон. Помимо этого, кассатор указывает на то, что судами нарушены правила оценки доказательств, не установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, не приняты в качестве имеющих преюдициальное значение выводы приговора Хозяйственного суда г. Ташкента в отношении бывшего руководителя общества «ДКЗ», приговора Кировского районного суда г. Екатеринбурга в отношении ФИО9 и экспертное заключение Pricewaterhouse Coopers Advisory (далее по тексту – Заключение PwC). Кроме того, кредитор указывает, что судами необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы и ходатайства об истребовании документов, в связи с чем общество «ДКЗ» лишилось возможности представить альтернативные доказательства в обоснование заявленного требования.

В кассационной жалобе обществом «ДКЗ» также заявлены возражения в отношении определения суда от 19.04.2024, которым требования кредитора выделены в отдельное производство. Кредитор указывает, что все требования основаны на одном договоре с должником, направлены на определение совокупного сальдо по нему, вместе с тем, указанным определением суд необоснованно увеличил размер требования общества «ДКЗ», подлежащего включению в реестр требований кредиторов должника, чем нарушил права кредитора, установленные частью 1 статьи 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, тогда как требования кредитора касались вопроса сальдирования взаимных обязательств. 

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий должником, прокуратура Пермского края, акционерное общество «Росэксимбанк», Федеральная налоговая служба в лице Управления по Пермскому краю против доводов общества «ДКЗ» возражают, просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании представители общества «ДКЗ» на удовлетворении кассационной жалобы настаивали, доводы жалобы поддержали, иные участники процесса против удовлетворения кассационной жалобы возражали.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении настоящего спора, 26.06.2011 между Дирекцией строящегося Дехканабадского завода калийных удобрений Государственной акционерной компании «Узкимёсаноат» (в настоящее время – общество «ДКЗ», заказчик) и  обществом «ЗУМК-Инжиниринг» (подрядчик) заключен контракт № 041/11, согласно которому подрядчик обязался выполнить работы на условиях «под ключ» по расширению производственных мощностей горнодобывающего комплекса Дехканабадского завода калийных удобрений в Республике Узбекистан (II этап), включая проектирование, строительно-монтажные и пусконаладочные работы, поставку оборудования и материалов, а заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их и производить своевременную оплату всех этапов работ (пункт 2.1 контракта)

Общая стоимость контракта составляет 122 300 000 долларов США, является окончательной, изменению не подлежит, кроме случае, оговоренных в контракте, включает стоимость оборудования и материалов, поставляемых и монтируемых подрядчиком, стоимость металлоконструкций и изделий, приобретаемых подрядчиком самостоятельно на территории Республики Узбекистан, расходы на энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух, предоставляемые заказчиком, а также хозяйственные расходы, иные текущие расходы на отдельные услуги и виды работ (пункты 3.1, 3.4). 

На основании разрабатываемой и получаемой проектной документации стороны вправе перераспределить статьи затрат контракта (стоимость проектирования, оборудования и материалов, строитель-монтажных работ), при этом общая стоимость контракта изменению не подлежит (пункт 3.7).

Согласно пунктам 4.1.3, 4.10 контракта подрядчик обязан поставить в полном объеме оборудование и материалы согласно приложению № 5 к контракту («Перечень и стоимость основного оборудования и материалов, поставляемых подрядчиком») в адрес Дирекции строящегося Дехканабадского завода калийных удобрений; до начала размещения заказов представить на согласование заказчику перечень оборудования и материалов,  поставляемых по приложению № 5 к контракту.

Заказчик обязан произвести ценовую экспертизу контракта (пункт 5.1.25). 

Контракт вступает в силу после прохождения экспертизы в Министерстве внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан и постановки на учет в соответствии с действующим законодательством Республики Узбекистан и одобрения условий договора банком подрядчика и действует до полного исполнения сторонами своих обязательств, включая гарантийные. 

Порядок разрешения споров определен разделом 17 контракта. 

Согласно пунктам 17.1, 17.3, 17.4 контракт регулируется и толкуется в соответствии с российским материальным правом. В случае если стороны не придут к взаимному согласию, спор передается сторонами на рассмотрение в Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации. Стороны согласны, что в арбитражном производстве будут применяться нормы процессуального права Российской Федерации.

В соответствии с условиями контракта независимой международно-признанной компанией SGS Societe Generale de Surveillance SA (Швейцария), аккредитованной Министерством внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, была проведена экспертиза и выдано заключение от 01.08.2011 № UZ02/29072011/0002568119. 

Министерство внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан 29.11.2011 направило в адрес общества «ДКЗ» предложения о внесении изменений в контракт, указав, что цены на оборудование, планируемые к поставкам по контракту, должны соответствовать предложению названного Министерства. При этом по части оборудования Министерство определило цены на основании цен поставки по договору, заключенному между обществом «ДКЗ» и обществом «ЗУМК-Инжиниринг» от 2007 года. Кроме этого, Министерство настаивало на смене рассмотрения споров по контракту с Российской Федерации на Республику Узбекистан. 

В переписке с ГАК «Узкимёсаноат», Узпромстройбанк, обществом «ДКЗ», а также в ходе совместных переговоров с Министерством внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, должник обозначил свою позицию по всем пунктам указанных выше предложений, представил справку Пермской торгово-промышленной палаты от 06.12.2011 касательно определения индекса инфляции (индекса цен) на горно-шахтное оборудование (комбайн проходческо-очистной, бункер перегружатель, самоходный вагон и т.д.) за период с 2007 по 2011 год. 

Министерством внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан 26.12.2011 выдано заключение по контракту. 

Контракт прошел регистрацию в SGS Societe Generale de Surveillance SA, Министерстве внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, уполномоченном банке Республики Узбекистан и ГТК Республики Узбекистан, о чем свидетельствуют соответствующие штампы в контракте. Контроль за платежами по контракту возложен на Акционерный коммерческий банк «Узбекский промышленно-строительный банк», платежи по контракту производились на основании писем общества «ДКЗ».

Впоследствии общество «ЗУМК-Инжиниринг» на основании третейской оговорки (пункт 17.3 контракта № 041/11 от 26.06.2011), обратилось в третейский суд к обществу «ДКЗ» с исковыми требованиями о взыскании задолженности за выполненные работы по ликвидации аварии на руднике ответчика, за выполненные опытно-промышленные работы в 2012 и 2014 годах, за выполненные текущие работы, а также по возврату гарантийного удержания. 

Общество «ДКЗ» представило в третейский суд встречный иск о взыскании с общества  «ЗУМК-Инжиниринг» задолженности по договору оказания услуг № DPP-607/29-17 от 03.08.2017, по расходам на проведение экспертизы и расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника, процентов за пользование чужими денежными средствами, признании контракта расторгнутым в одностороннем порядке в связи с допущенными нарушениями; признании задолженности отсутствующей.

Общество «ДКЗ» полагало, что у него отсутствует задолженность перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг», поскольку требования общества «ЗУМК-Инжиниринг» подлежат сальдированию с обязательствами общества «ДКЗ». При этом размер требований общества «ДКЗ» к должнику превышает размер его обязательств перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг». 

Решением Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022 по делу № М-223/2019 с общества «ДКЗ» в пользу общества «ЗУМК-Инжиниринг» взыскана задолженность по оплате работ по ликвидации аварии в сумме 4 273 372,73 долларов США; задолженность по оплате ОПР за 2012 и 2014 годы в сумме 13 438 010,94 долларов США; задолженность по текущим строительно-монтажным и проектным работам в сумме 255 576,20 долларов США по контракту № 041/11 от 26.06.2011; задолженность по уплате неустойки в сумме 12 778,81 долларов США, а также расходы по уплате регистрационного и арбитражного сборов в сумме 4 923 701,50 рублей.

Удовлетворено требование общества «ДКЗ» о признании контракта № 041/11 от 26.06.2011 надлежащим образом расторгнутым обществом «ДКЗ» в одностороннем порядке в связи с допущенными обществом «ЗУМК-Инжиниринг»  нарушениями. 

Прекращено арбитражное разбирательство по требованиям общества «ДКЗ» о взыскании с общества «ЗУМК-Инжиниринг» задолженности по основному долгу по договору оказания услуг № DPP-607/29-17 от 03.08.2017 в сумме 441 041 000 узбекских сумов (42 111,39 долларов США), а также процентов за пользование чужими средствами в сумме 107 931 926 узбекских сумов (10 305,53 долларов США),  задолженности по расходам на проведение экспертизы и необходимых расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника в сумме 195 358 407 узбекских сумов (18 653,17 долларов США), а также  процентов за пользование чужими средствами, подлежащих начислению на сумму 195 358 407 узбекских сумов;  о признании того, что у общества «ДКЗ» отсутствует задолженность перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг», поскольку итоговое сальдо по взаимным обязанностям из прекращенного контракта № 041/11 от 26.06.2011 сложилось в пользу общества «ДКЗ»; о признании того, что требования общества «ДКЗ» о взыскании задолженности по договору оказания услуг № DPP-607/29-17, о взыскании задолженности по расходам на проведение экспертизы и необходимых расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника, о взыскании арбитражных расходов и начисляемых на эти суммы процентов за пользование чужими средствами, обеспечены удержанием оборудования общества «ЗУМК-Инжиниринг».

Коллегия арбитров пришла к выводу о том, что указанные требования не подлежат рассмотрению в третейском суде, поскольку в отношении общества «ЗУМК-Инжиниринг» введена процедура банкротства.

Приведенные обстоятельства установлены в определении Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2023 по делу № А40-175502/2022, оставленном без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2023. Данными судебными актами отказано в удовлетворении заявления общества «ДКЗ» об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022 по делу № М-223/2019. 

Производство по заявлению общества  «ЗУМК-Инжиниринг» о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение указанного решения третейского суда прекращено по мотиву того, что общество «ДКЗ» не имеет связи с территорией Российской Федерации, является юридическим лицом, зарегистрированным в Республике Узбекистан, имеет там адрес фактического места нахождения, имущество и счета в банках, на территории Российской Федерации активы, филиалы или представительства у него отсутствуют, в связи с чем, Арбитражный суд г. Москвы не является компетентным судом по рассмотрению заявления о приведении в исполнение решения третейского суда.

Общество «ДКЗ» 16.02.2023 в рамках настоящего дела о банкротстве обратилось с заявлением об установлении размера и очередности погашения своих требований к должнику. При этом настаивало на сальдировании своих требований с требованиями должника, удовлетворенными решением третейского суда, полагало, что сальдо, сложившееся в пользу кредитора, подлежит признанию обоснованным и подлежащим установлению «за реестр».

В обоснование требования, рассматриваемого в настоящем обособленном споре, общество «ДКЗ» указало на наличие у общества «ЗУМК-Инжиниринг» обязательства возвратить кредитору стоимость оборудования, которая была искусственно завышена должником, в качестве неосновательного обогащения. 

Общество «ДКЗ» сослалось на приговор суда по уголовным делам г. Ташкента по делу № 1-561/2013 от 25.11.2013 в отношении бывшего директора общества «ДКЗ» ФИО10, которым, согласно позиции кредитора, установлен преступный сговор ФИО10 и директора общества «ЗУМК-Инжиниринг» ФИО9, в результате которого стоимость некоторых единиц оборудования, поставленного должником по контракту, была завышена. Ввиду завышения стоимости и переплаты на стороне общества должника образовалась неосновательно сбереженная сумма в размере 4,868 млн. долларов США, которую должник обязан вернуть кредитору.

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий и конкурсные кредиторы указали на недоказанность кредитором основания и размера требований к должнику, рыночный характер цены оборудования и продолжение обществом «ДКЗ» сотрудничества с должником после вынесения приговора, а также на то, что уголовная ответственность ФИО9, противоправность поведения должника приговором не установлены, а приговор не подлежит признанию на территории России. Кроме того, возражающими лицами  заявлено о применении исковой давности.

Кредитор уточнил заявленное требование, указав, что оно является требованием о возмещении вреда, причиненного преступлением, вред причинен на территории Республики Узбекистан. Соответственно, к данным отношениям подлежат применению нормы узбекского законодательства, в силу которых на подобные требования исковая давность не распространяется (статья 163 Гражданского кодекса Республики Узбекистан).

Отказывая в удовлетворении требований общества «ДКЗ», суды исходили из необоснованности заявленных кредитором требований по существу и пропуска кредитором срока исковой давности.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284 – 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа не находит оснований для их отмены. 

В соответствии с положениями статей 63, 94, 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с даты введения в отношении должника процедуры банкротства все требования кредиторов по денежным обязательствам, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены должнику только в порядке, установленном законодательством о банкротстве. 

Установление требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьями 71, 100 Закона о банкротстве. При применении указанных положений суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Возражения относительно требований кредитора могут быть заявлены лицами, участвующими в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве. Указанные лица вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов (пункт 10 статьи 16, пункт 3 статьи 71, пункт 3.1 статьи 100 Закона о банкротстве).

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. 

Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, должны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Таким образом, при рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В уточненной редакции заявления общество «ДКЗ» настаивало на том, что его требования к обществу «ЗУМК-Инжиниринг» являются требованиями о возмещении ущерба, причиненного преступлением, ссылаясь на наличие приговора суда по уголовным делам г. Ташкента по делу № 1-561/2013 от 25.11.2013 в отношении бывшего директора общества «ДКЗ» ФИО10

Вред, причиненный преступлением, подлежит возмещению в полном объеме лицом, виновным в его совершении, поэтому, по общему правилу, в качестве гражданского ответчика по таким требованиям привлекается обвиняемый. В случаях, когда законом обязанность возмещения вреда возлагается на лицо, не являющееся причинителем вреда, в качестве гражданского ответчика привлекается такое лицо, в том числе юридическое.

Виновность конкретного лица в совершении преступления должна быть установлена вступившим в законную силу приговором суда в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. Никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда.

Согласно пояснениям со стороны должника, ФИО9 подвергался аресту на территории Республики Узбекистан, однако был освобожден из-под стражи, дальнейшего уголовного преследования и судебного разбирательства в отношении него не последовало.

Учитывая изложенное, исследовав соответствующие доводы кредитора и возражения его процессуальных оппонентов, установив, что указанный кредитором приговор был вынесен исключительно в отношении ФИО10, ФИО9 и общество «ЗУМК-Инжиниринг» каким-либо процессуальным статусом в рамках уголовного дела не обладали, обвинения в их адрес в установленном порядке не выдвигались, суд первой инстанции верно заключил об отсутствии правовых оснований для квалификации требования общества «ДКЗ», предъявленного обществу «ЗУМК-Инжиниринг»,  в качестве требования о возмещении вреда, причиненного преступлением.

Суд апелляционной инстанции указанные выводы поддержал, так же отметив, что гражданский иск ни к ФИО9, ни к должнику в рамках уголовного дела и после вынесения приговора не предъявлялся. В рамках иных уголовных дел вина ФИО9 в совершении преступления против общества «ДКЗ» либо Республики Узбекистан не устанавливалась, приговором Кировского районного суда г. Перми от 02.08.2021 по делу № 1-1/2021, на который также ссылается кредитор, ФИО9 обвинен в совершении преступления, предусмотренного статьей 199 Уголовного кодекса Российской Федерации (уклонение от уплаты налогов, сборов, подлежащих уплате организацией, и (или) страховых взносов, подлежащих уплате организацией - плательщиком страховых взносов), каких-либо иных преступных деяний ФИО9 указанным приговором не вменено.

Судом округа оснований для несогласия выводами судов не усматривает.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 № 1399/13, если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям заключенного договора. 

Учитывая, что претензии кредитора сводятся к поставке должником в ходе исполнения контракта № 041/11 оборудования  по завышенной цене, принимая во внимание положения пунктов 3, 4 статьи 1219 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 17.1 названного контракта, суды заключили, что спорному обязательству применяется российское право.

В соответствии со статьями 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, если законом не установлено иное. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В данном случае должником, уполномоченным органом, обществом «Росэксимбанк» заявлено о пропуске кредитором срока исковой давности по рассматриваемому в рамках настоящего обособленного спора требованию.

Исследовав приведенные доводы и возражения по вопросу применения исковой давности, суды заключили, что поскольку в обоснование заявленного требования общество «ДКЗ» ссылается на обстоятельства, отраженные в приговоре суда по уголовным делам г. Ташкента по делу № 1-561/2013 от 25.11.2013, в частности,  завышение цены выполняемых обществом «ЗУМК-Инжиниринг» опытно-промышленных работ и поставляемого оборудования, общество «ДКЗ» уже с момента вынесения указанного приговора знало о нарушении своих прав, вместе с тем, до даты обращения в суд с настоящим заявлением 16.02.2023, никаких мер по взысканию переплаты за поставленное оборудование, по признанию условий контракта о цене оборудования либо контракта в целом, не предпринимало,

Суд округа также отмечает, что в материалах настоящего спора имеется постановление Апелляционной инстанции Хозяйственного суда г. Ташкента от 10.09.2015 по делу № 10-1403/20326 по иску общества «ЗУМК-Инжиниринг» к Дехканабадскому заводу калийных удобрений о взыскании денежных средств за выполнение опытно-промышленных работ и встречному иску о признании недействительными заключенных сторонами договоров № 23-У от 01.07.2010, № 04 от 05.01.2011, № 146-У от 08.02.2013 на проведение опытно-промышленных работ шахтного поля Дехканабадского завода калийных удобрений, мотивированному завышением стоимости указанных работ. В тексте этого судебного акта имеется ссылка на приговор суда по уголовным делам г. Ташкента от 25.11.2013, в том числе отклонены доводы общества «ЗУМК-Инжиниринг» о пропуске исковой давности по встречному иску с указанием на то, что завышение цены по договорам было выявлено упомянутым приговором, по которому трехлетний срок исковой давности на момент еще не прошел (на момент рассмотрения вышеназванного дела).

При этом, как пояснили представители общества «ДКЗ», требования, связанные с завышением цены оборудования, выявленные тем же приговором, ими в 2015 году в Хозяйственном суде г. Ташкента, не заявлялись. 

Данные требования заявлены в настоящем судебном разбирательстве.

Вместе с тем, суд округа полагает, что правовых оснований для избрания арбитражным судом в настоящем споре иного подхода к исчислению срока исковой давности не имеется.

Также следует отметить, что к требованиям о причинении вреда, не являющегося ущербом, причиненным преступлением, (равно как и к требованиям о возврате неосновательно полученного) исковая давность подлежит применению как по нормам российского права, так и по нормам узбекского права.

Ссылки кредитора на начало течения срока исковой давности с момента расторжения контракта обществом «ДКЗ» в одностороннем порядке 02.03.2020 правомерно отклонены судами. Подобный подход, при котором течение срока исковой давности для истца (в данном случае – кредитора) начинается с момента совершения им определенных действий (в частности, направления им другой стороне уведомления об отказе от договора), то есть обусловлено его волеизъявлением, не может быть признан правомерным.

Помимо этого, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав материалы спора, установили, что условие о стоимости оборудования было согласовано на стадии заключения контракта от 26.06.2011 № 041/11, который в свою очередь (включая его ценовые параметры) прошел соответствующую экспертизу и получил положительное заключение Министерства внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан. В последующем в контракт сторонами неоднократно вносились изменения путем подписания дополнительных соглашений, в том числе после вынесения упомянутого выше приговора, при этом ни одно из них не касалось цены, в том числе стоимости оборудования. Стороны продолжали сотрудничество в рамках названного контракта до 2020 года.

Судами также изучены и отклонены ссылки кредитора на заключение партнера Pricewaterhouse Coopers Advisory (PwC) ФИО11 от 15.06.2021, подготовленное в рамках спора между кредитором и должником, рассмотренного третейским судом (дело № М223/2019); данное заключение оценено судами критически,  поскольку из содержания заключения следует, что ФИО11 фактически не исследовал стоимость оборудования.

При изложенных обстоятельствах, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявления, поскольку общество «ДКЗ» не доказало наличие задолженности и срок исковой давности по заявленному требованию истек.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы кредитора, изучения материалов дела, суд округа считает, что все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства судами первой и апелляционной инстанций исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, им дана надлежащая правовая оценка, нормы гражданского и банкротского законодательства применены судами правильно, выводы судов о применении норм права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Суд округа оснований для несогласия с выводами судов не усматривает.

Ссылка общества «ДКЗ» на допущенные судами процессуальные нарушения, в частности, на отклонение ходатайства о назначении  технико-экономической оценочной экспертизы по определению рыночной стоимости горно-шахтного оборудования, судом округа изучена и отклоняется. Поскольку судами заключено о пропуске кредитором срока исковой давности по заявленному требованию, что является самостоятельным основанием для отказа в иске, назначение в данном случае судебной экспертизы и установление цены оборудования экспертным путем повлекло бы затягивание судебного разбирательства и возникновение дополнительных судебных расходов для лиц, участвующих в споре, при этом не могло бы привести суд к иному решению.

Мотивы отклонения ходатайства кредитора об истребовании доказательств приведены судом первой инстанции в обжалуемом определении, в том числе с указанием на отсутствие обоснования необходимости получения столь расширенного перечня истребуемых документов (44 позиции) и их доказательственного значения в рамках настоящего спора применительно к тому, какие факты, указанные сторонами, имеют значение для дела. 

Возражения общества «ДКЗ» относительно определения Арбитражного суда Пермского края от 19.04.2024 о выделении требований в отдельное производство судом округа также отклоняются. 

В силу части 3 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд первой инстанции вправе выделить одно или несколько соединенных требований в отдельное производство, если признает раздельное рассмотрение требований соответствующим целям эффективного правосудия.

Данная норма является управомочивающей, не предусматривает каких-либо специальных условий для выделения одного или нескольких соединенных требований в отдельное производство, оставляя разрешение вопроса о разъединении дел на усмотрение арбитражного суда. 

В данном случае, рассмотрев ходатайства участвующих в деле лиц о разделении заявленных требований, в том числе, ходатайство, поступившее от кредитора, учитывая большое количество объединенных обществом «ДКЗ» материально-правовых требований, разность обстоятельств, положенных в их основание, различный характер подлежащих исследованию доказательств, суд первой инстанции признал целесообразным раздельное рассмотрение заявленных требований в целях обеспечения эффективности правосудия, то есть реализации права на судебную защиту для каждой из сторон спора.

Несогласие кредитора с тем, что суд не принял предлагаемые именно им критерии компоновки требований (течение исковой давности и необходимость назначения экспертизы), не свидетельствует о неправомерности определения суда от 19.04.2024. Ссылка кредитора на направленность всех его требований на определение совокупного сальдо по контракту к иному выводу также не приводит, поскольку само по себе раздельное рассмотрение не препятствует сальдированию обоснованных требований. Вместе с тем рассматриваемое в настоящем споре требование не признано судами обоснованным. 

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемые определение от 01.07.2024 и постановление от 07.10.2024 являются законными и отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 01.07.2024 по делу № А50-20115/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Дехканабадский калийный завод» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                       Н.В. Шершон 

Судьи                                                                                    Г.М. Столяренко 

                                                                                              О.Н. Новикова