АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 декабря 2018 года

Дело №

А56-12481/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе 

председательствующего Кустова А.А., 

судей Ломакина С.А., Серовой В.К.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «ОМЗ-Спецсталь» Каплиной О.В. (доверенность от 01.01.2018 № 18А), от акционерного общества «Инжиниринговая компания «АЭМ-Технологии» Смолянской Е.Н. (доверенность от 01.01.2018 № 40/18), 

рассмотрев 20.12.2018 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Инжиниринговая компания «АЭМ-Технологии» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.05.2018 (судья Чекунов Н.А.) и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2018 (судьи Лопато И.Б., Семенова А.Б., Толкунов В.М.) по делу № А56-12481/2018,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «ОМЗ-Спецсталь», место нахождения: 196650, Санкт-Петербург, Колпино, территория  Ижорский завод, ОГРН 1026605609348, ИНН 6673089388 (далее - Общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к акционерному обществу «Инжиниринговая компания «АЭМ-Технологии», место нахождения: 196653, Колпино, Санкт-Петербург, Финляндская улица, дом 7, ОГРН 1079847125522, ИНН 7817311895 (далее – Компания), о взыскании                              1 003 826 руб. 38 коп. неосновательного обогащения, 9 020 руб. 70 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением от 28.05.2018, оставленным без изменения постановлением арбитражного апелляционного суда от 28.08.2018, иск удовлетворен.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение и нарушение судами норм материального и процессуального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить вынесенные судебные акты и отказать в иске.

Как полагает податель жалобы, суды не учли, что на момент предъявления платежа по банковской гарантии, принятые на себя обязательства Общество не исполнило, поэтому на стороне Компании неосновательное обогащение не возникло. Податель жалобы также не согласен с выводами судов о переносе срока поставки на 23 дня, поскольку соответствующее дополнительное соглашение сторонами не заключалось.

В судебном заседании представитель Компания поддержал доводы кассационной жалобе, а представитель Общества – доводы отзыва на нее.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество (поставщик) и Компания (покупатель) 06.05.2017 заключили договор поставки № АТ-11-2017-134-1-10 (далее - Договор), по условиям которого поставщик обязался поставить для применения в области использования атомной энергии изделия, наименование, срок поставки, ассортимент и количество, а также место поставки которых определены в спецификации на поставку, а покупатель - принять их и оплатить.

Стороны подписали к Договору спецификацию от 06.05.2017 №  1-2017, в которой в числе прочего определи наименование изделий и срок их поставки – до 30.09.2017.

Согласно пункту 3.3 Договора поставщик обязан приступить к изготовлению изделия только после разработки и согласования Плана качества на него с покупателем, уполномоченной организацией, заказчиком и инозаказчиком.

Порядок разработки и согласования указанного плана определен в пунктах 3.4 – 3.6 Договора. 

В пункте 3.7 Договора стороны установили условие о том, что в случае превышения нормативного срока согласования Плана качества на изделие (30 календарных дней), при отсутствии вины поставщика, срок поставки такого изделия, определенный в спецификации к Договору, увеличивается на срок, превышающий нормативный срок согласования Плана качества на соответствующее изделие.

В установленный пунктом 3.4 Договора срок, а именно - 12.05.2017, Общество передало Компании на согласование пять Планов качества, о чем свидетельствует отметка в «Листе разработки, согласования и утверждения планируемой инспекционной деятельности по плану качества» (том дела 1, листы 47, 49, 51, 53, 55).

Однако указанные документы окончательно согласованы только 05.07.2017, то есть с нарушением установленного нормативного срока согласования (не позднее 12.06.2017) на 23 дня.

В пункте 9.2 Договора стороны установили, что за непоставку или просрочку поставки изделий в отношении позиций № 3, 4, 5 указанной выше спецификации наступает ответственность поставщика в виде уплаты неустойки, начисленной с 45-го по 75-й день просрочки в размере 0,1% от стоимости несвоевременно поставленных изделий за каждый день просрочки.

Во исполнение условий Договора (пункт 6.5.1) Общество в качестве обеспечения исполнения своих обязательств предоставило Компании выданную акционерным обществом «Газпромбанк» безотзывную банковскую гарантию от 05.06.2017 № 1513-049-810Г/45 сроком до 30.11.2017.

Компания 30.11.2017 предъявила в названную банковскую организацию требование платежа от 30.11.2017 № 05/6453, в котором, указав на неисполнение Обществом обязательства по поставке изделий в установленный Договором срок, потребовала выплатить Компании по банковской гарантии 1 003 826 руб. 38 коп. неустойки согласно приложенному расчету (том дела 1, лист 102 - 104). Данное требование исполнено банковской организацией в полном объеме платежным поручением от 14.12.2017 № 3 (том дела 1, лист 117).

По расчету Компании неустойка начислена за нарушение сроков поставки по состоянию на 30.11.2017, начиная с 30.09.2017, продолжительностью 16 дней (с учетом льготного 44-дневного периода, в который неустойка не начисляется).

В направленной 25.12.2017 претензии от 25.12.2017 № 2019001/580 Общество, ссылаясь на отсутствие правовых оснований для начисления неустойки и предъявления платежа по банковской гарантии, потребовало возвратить полученные Компанией 1 003 826 руб. 38 коп. и уплатить проценты, начисленные на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (том дела 1, листы 118 - 122).

Поскольку в добровольном порядке Компания полученные денежные средства не возвратила, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Суды первой и апелляционной инстанций, признав иск обоснованным по праву и размеру, удовлетворили его.

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, кассационная инстанция приходит к следующему.

Обязательства, возникающие в результате неосновательного обогащения, подлежат регулированию нормами главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами и сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Сторонами в обязательстве вследствие неосновательного обогащения являются потерпевший и приобретатель. Обязанность приобретателя возвратить потерпевшему неосновательно приобретенное (или сбереженное) имущество возникает в том случае, если имело место приращение имущественной сферы первого, причем за счет умаления второго.

Отсутствие надлежащего правового основания для обогащения как условие его неосновательности означает, что ни нормы законодательства, ни условия сделки не позволяют обосновать правомерность обогащения.

Таким образом, по требованию о взыскании сумм, составляющих неосновательное обогащение истец должен доказать: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца; отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения; размер неосновательного обогащения.

Общество в обоснование заявленного требования о взыскании неосновательного обогащения, ссылалось на неправомерное начисление Компанией неустойки и, как следствие, неправомерное предъявление платежа по банковской гарантии.

Согласно статье 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство. Это выражается, в том числе, в том, что гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии (статья 370 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 ГК РФ требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии.

В силу пункта 2 статьи 375 ГК РФ гарант должен рассмотреть требование бенефициара и приложенные к нему документы в течение пяти дней со дня, следующего за днем получения требования со всеми приложенными к нему документами, и, если требование признано им надлежащим, произвести платеж.

По смыслу приведенных норм независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством. Институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили (пункт 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

Таким образом, обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы по представлении письменного требования бенефициара о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют условиям гарантии. Гарант не вправе заявлять против осуществления платежа по гарантии возражения по обстоятельствам, связанным с исполнением основного обязательства. 

Таким образом, как правильно указано апелляционным судом, в данном случае банковская организация, выступая гарантом, была не вправе отказать Компании в исполнении требования на сумму 1 003 826 руб. 38 коп., которые списаны со счета Общества.

Как указано в статье 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

Как указывалось выше, в пункте 9.2 Договора стороны согласовали условие наступления ответственности поставщика в случае просрочки исполнения обязательства по поставке товара, начиная с 45- го дня.

Вместе с тем, в нарушение положений статей 9, 41, 65 АПК РФ, в данном случае Компания не подтвердила надлежащими доказательствами правомерность начисления неустойки по состоянию на 30.11.2017.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон.

Как установили суды и не опровергнуто подателем жалобы, с учетом положения пункта 3.7 Договора срок поставки наступил 23.10.2017, соответственно, 45 - дневный срок для начисления неустойки наступает не ранее 07.12.2017.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что срок поставки стороны вправе перенести только путем заключения дополнительного соглашения, отклоняется судом кассационной инстанции как противоречащий нормам гражданского законодательства и добровольно согласованному сторонами в пункте 3.7 Договора условию.

Согласно пункту 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», пункту 1 статьи 314 и статье 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором.

По общему правилу, в силу пункта 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

При этом должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (пункт 3 статьи 405 ГК РФ).

При рассмотрении спора Компания не представила доказательств нарушения Обществом названных норм и условий Договора применительно к порядку исчисления срока поставки товара, наступившего 23.10.2017.

Таким образом, по результатам толкования условий Договора в соответствии со статьей 431 ГК РФ, суды пришли к правильному выводу о том, что на момент предъявления спорной банковской гарантии к платежу (30.11.2017), у Компании отсутствовало основание для взыскания 1 003 826 руб. 38 коп. неустойки, начисленной за период с 30.09.2017 по 30.11.2017.

В этой связи суды верно установили наличие оснований для удовлетворения требования о взыскании данной суммы в качестве неосновательного обогащения Компании.

Кассационная инстанция считает, что выводы судов соответствуют установленным по делу обстоятельствам и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, процессуальных нарушений судами при рассмотрении дела не допущено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.05.2018 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2018 по делу № А56-12481/2018 оставить без изменения, а кассационную жалобу акционерного общества «Инжиниринговая компания «АЭМ-Технологии» - без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.А. Кустов

Судьи

С.А. Ломакин

 В.К. Серова