ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                          Дело № А63-17935/2012

Резолютивная часть постановления объявлена 23.03.2021.

Полный текст постановления изготовлен 30.03.2021.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Годило Н.Н., судей: Джамбулатова С.И., Жукова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 05.11.2019), в отсутствие других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.09.2020 по делу № А63-17935/2012, принятое по ФИО4 (г. Ессентуки, ИНН 

<

***>) о признании недействительными сделками операций по перечислению должником в пользу ФИО5 безналичных платежей в общей сумме 5 000 000 руб. и применении последствий недействительности сделки, в рамках о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Меркурий плюс» (г. Георгиевск, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общество с ограниченной ответственностью «Кавминводский спиртзавод» (далее - ООО «Кавминводский спиртзавод», должник).

Определением от 18.01.2013 принято к рассмотрению заявление о признании должника банкротом; определением от 11.04.2013 в отношении должника введена процедура наблюдения; определением от 23.10.2014 утверждено мировое соглашение, производство по делу прекращено.

Определением суда от 03.12.2015 в порядке части 4 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена наименования должника с ООО «Кавминводский спиртзавод» на общество с ограниченной ответственностью «Меркурий плюс» (далее - должник, ООО «Меркурий плюс»); расторгнуто мировое соглашение по делу о банкротстве, утвержденное определением суда от 23.10.2014; производство по делу возобновлено, в отношении ООО «Меркурий плюс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена кандидатура ФИО7

Решением суда от 16.06.2016 ООО «Меркурий плюс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Сведения о признании ООО «Меркурий плюс» банкротом и открытии процедуры конкурсного производства опубликованы управляющим в порядке, установленном статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в периодическом издании - газете «Коммерсантъ» от 25.06.2016 № 112.

ООО «Олигарх», ссылаясь на наличие оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее Гражданский кодекс РФ), обратилось с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению должником ФИО5 4 900 000 руб. с 26.03.2014 по 10.11.2014; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания солидарно с наследников ФИО5, - ФИО8 и ФИО2 4 900 000 руб.

Определением от 20.06.2017 заявление принято, возбуждено производство по обособленному спору; ФИО8 и ФИО2 признаны лицами, участвующими в рассмотрении данного обособленного спора.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 30.11.2017, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2018, в удовлетворении заявления отказано.

Суды отказали в удовлетворении заявления в отношении ФИО2, принявшей наследство, указав на пропуск срока исковой давности и отсутствие денежного обязательства на дату принятия наследства.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.05.2018 определение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.11.2017 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2018 в части отказа в удовлетворении заявления к ФИО8 оставлены без изменения, в остальной части - отменены. Дело в отменной части направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Определением суда от 22.05.2018 заявление ООО «Олигарх» принято на новое рассмотрение; определением суда от 26.02.2019 непосредственным участником рассматриваемого заявления признана ФИО2

Определением суда от 28.05.2019 произведена замена конкурсного кредитора -ООО «Олигарх», на его правопреемника - ФИО4 с суммой установленных определениями суда от 17.12.2015 требований в размере 378 758 793,86 руб. основного долга.

В ходе рассмотрения настоящего заявления ФИО4 уточнил требования, дополнив оспаривание перечисление должником ФИО5 от 14.11.2014 в сумме 100 000 руб. Таким образом, кредитор просил суд признать недействительными сделками безналичные платежи должника в пользу ФИО5 на общую сумму 5 000 000 руб.

Определением от 25.09.2020 суд удовлетворил требования конкурсного кредитора ФИО4.

Признал недействительными сделки по перечислению ООО «Меркурий плюс» денежных средств в сумме 5 000 000 руб. в пользу ФИО5. 

Применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2, наследницы ФИО5, в пользу ООО «Меркурий плюс» денежных средств в размере 5 000 000 руб.

Не согласившись с принятым определением, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления

Апеллянт в жалобе указывает на несогласие с выводами суда первой инстанции, поскольку они, по его мнению, не соответствуют обстоятельствам дела.

В отзыве на апелляционную жалобы конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Меркурий плюс» ФИО7 не согласен с доводами жалобы, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддерживал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, определением от 18.01.2013 принято заявление о признании должника банкротом; определением от 11.04.2013 в отношении должника введена процедура наблюдения; определением от 23.10.2014 утверждено мировое соглашение, производство по делу прекращено; определением от 03.12.2015 мировое соглашение расторгнуто, производство по делу возобновлено, в отношении должника введена процедура наблюдения; решением от 16.06.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство. 

Определением от 18.07.2013 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ООО «Энзим-Гео» в сумме 71 502 521 рубль 68 копеек; определением от 17.12.2015 произведена замена ООО «Энзим-Гео» на ООО «Олигарх». 

ООО «Олигарх» (далее – общество), ссылаясь на наличие оснований, предусмотренных статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратилось с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению должником ФИО5 4 900 тыс. рублей с 26.03.2014 по 10.11.2014. 

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего, конкурсного кредитора о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом РФ или законодательством о юридических лицах).

В пункте 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве указано, о том, что правила настоящей статьи применяются к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

Рассмотрение настоящего спора производится в рамках осуществляющегося в отношении ООО «Меркурий плюс» дела о банкротстве. Соответственно, для установления фактов, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, судом рассматриваются как вновь представленные документы в связи с рассмотрением спора, так и уже находящиеся в материалах дела о банкротстве.

Судом установлено, решением Ессентукского городского суда Ставропольского края от 30.10.2013 заявление ФИО8 о признании недееспособным ФИО5 удовлетворено, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения признан недееспособным. Решение вступило в законную силу 03.12.2013. Постановлением администрации города Ессентуки Ставропольского края от 14.03.2014 № 637 ФИО8 назначена опекуном недееспособного ФИО5

В период с 26.03.2014 по 14.11.2014 с расчетного счета 

<

***> ООО «Меркурий плюс», открытого в ПАО Сбербанк, ФИО5 перечислены денежные средства 26.03.2014 в  сумме 200.000 руб.;  28.03.2014  в сумме 100.000 руб.; 11.04.2014 в сумме 300.000 руб.; 05.05.2014 в сумме 150 000 руб.; 13.05.2014 в сумме 100.000 руб.; 20.05.2014 в сумме 100.000 руб.; 28.05.2014 в сумме 200.000 руб.; 29.05.2014 в сумме 200.000 руб.; 05.06.2014 в   сумме 200.000 руб.; 19.06.2014 в сумме 200.000 руб.; 24.06.2014 в сумме 400.000 руб.; 30.06.2014 в сумме 400.000 руб.; 15.07.2014 в сумме 150.000 руб.; 24.07.2014 в сумме 100.000 руб.; 30.07.2014 в сумме 100.000 руб.; 06.08.2014 в сумме 200.000 руб.; 13.08.2014 в сумме 400.000 руб.; 20.08.2014 в сумме 400.000 руб.; 04.09.2014 в сумме 200.000 руб.; 26.09.2014 в сумме 100.000 руб.; 29.09.2014 в сумме 100.000 руб.; 10.10.2014 в сумме 200.000 руб.;  16.10.2014 в сумме 100.000 руб.; 05.11.2014 в сумме 100.000 руб.; 10.11.2014 в сумме 200 000 руб.; 14.11.2014 в сумме 100 000 руб., всего 5 000 000 руб.

В назначение платежей указано - возврат денежных средств по договорам займа от 27.02.2014, 07.03.2014, 01.04.2014, 17.04.2014, 29.04.2014, 05.05.2014, 19.05.2014, 21.05.2014, 23.05.2014, 11.06.2014, 16.06.2014, 25.06.2014, 27.06.2014, 01.07.2014, 22.07.2014, 25.07.2014, 28.07.2014, 01.08.2014, 29.08.2014, 16.09.2014, 22.09.2014, 25.09.2014, 30.09.2014, 24.10.2014, 31.10.2014 (соответственно).

Согласно предоставленных по запросу суда от ПАО Сбербанк выписок по счетам (карта) на имя ФИО5 денежными средствами, поступавшими от ООО «Меркурий плюс» на счет ФИО5, распоряжался в полном объеме ФИО5

Денежные средства со счета ФИО5 согласно представленным ПАО Сбербанк выписок в течении 1-2 дней переводились на карты третьих лиц, в том числе: ФИО9, ФИО8, ФИО2, ФИО10, ФИО11 и иные лица.

Согласно свидетельству о смерти от 19.01.2015 

<

...> Богородским отделом ЗАГС Управления ЗАГС Москвы 19.01.2015 составлена запись акта о смерти ФИО5

Исходя из материалов наследственного дела № 43/2015, представленного по запросу суда нотариусом Московской городской нотариально палаты ФИО12, на момент смерти ФИО5 наследниками первой очереди являлись: ФИО8 (супруга), ФИО2 (дочь) и ФИО10 (дочь).

ФИО2 обратилась в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства, открывшегося со смертью ФИО5

Наследники ФИО8 (супруга) и ФИО10 (дочь) представили нотариально заверенное заявление от 11.04.2015 о том, что они отказываются по всем основаниям наследования от причитающейся им доли на наследство, оставшееся после смерти ФИО5

06 августа 2015 года ФИО2 выданы свидетельства о праве на наследство по закону в отношении наследственного имущества после смерти ФИО5

В рамках рассматриваемого спора конкурсным управляющим на основании наследственного дела № 45/2015 произведен расчет стоимости наследственного имущества, в соответствии с которым стоимость наследственного имущества составила 45 756 721,82 руб.

ФИО4, являясь конкурсным кредитором ООО «Меркурий плюс», включенный в реестр требований кредиторов, ссылаясь на наличие оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168 Гражданского кодекса РФ, просит о признании недействительными сделок по перечислению с 26.03.2014 по 14.11.2014 должником ФИО5 5 000 000 руб.

Согласно предоставленным по запросу суда от ПАО Сбербанк выпискам за период с 26.03.2014 по 24.12.2014 по счету 40817810060095005974 карта 4279600010005455 на имя ФИО5 поступили от ООО «Кавминводский спиртзавод» безвозмездно денежные средства в сумме 5 000 000 руб.

Фактически, рассматриваемое перечисление денежных средств за период с 26.03.2014 по 16.10.2014 и за период с 05.11.2014 по 14.11.2014, произведено в период подозрительности, установленный ст. 61.2 Закона о банкротстве (процедура наблюдения с 11.04.2013 по 23.10.2014), (возобновления процедуры банкротства и введения наблюдения (определение суда от 03.12.2015)).

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона, арбитражным судом могут быть признаны недействительными сделки, совершенные должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности о банкротстве)" (далее - Постановление N 63) если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, на недоказанность которых как основание для отказа в признании оспариваемых сделок недействительным указали суды), не требуется.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

В пункте 1 Постановление N 63 разъяснено, что по правилам главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В пункте 5 Постановление N 63 указано, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам

кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В соответствии с абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании абзаца 4 пункта 5 Постановления N 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления N 63).

В статье 19 Закона о банкротстве указано, что в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника (пункт 1).

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2).

Как следует из материалов дела, сведений из ЕГРЮЛ, заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Меркурий плюс» от 15.02.2016, решения уполномоченного органа № 07-16/16 от 09.10.2015 о привлечении к ответственности за совершения налогового преступления, с 10.12.2010 по 22.04.2012 единственным учредителем и фактическим собственником общества был ФИО5. С 23.04.2012 по 24.05.2012 со 100% долей участия участником являлась его дочь (ответчик по настоящему спору) ФИО2; 15.02.2013 ФИО2 передала 1% доли ООО «ЭкспоТрейд», и 99% в адрес ООО «Красный восток». ООО «Красный восток» 06.02.2013 передало 99% доли участия в адрес ООО «Георгиевская крепость», которое в свою очередь с 17.03.2014 передало 99% доли участия в адрес ООО «Миллениум», являющееся участником ООО «Кавминводский спиртзавод». ООО «ЭкспоТрейд» передало 1% доли в адрес ООО «Мосторг» 06.03.2014. При том, что в ООО «Миллениум», ООО «ЭкспоТрейд» (ФИО5 с 18.10.10 по 18.07.12 являлся участником общества). Исходя из актов налоговых проверок фактическим лицом, контролирующим должника, являлся ФИО5

ФИО5 умер 17.01.2015, наследственное имущество после смерти ФИО5 приняла в установленном порядке его дочь ФИО2, что подтверждается материалами наследственного дела N 43/2015 и свидетельством о праве на наследство по закону. Из материалов наследственного дела также установлено, что Макова Л .Э. дочь, - ФИО8 и ФИО5

Таким образом, суд пришел к верному выводу о том, что Маков Э.Ч являются заинтересованным лицом по отношению к должнику.

В обоснование заемных обязательств между ООО «Меркурий плюс» и ФИО5 суду представлены  копии  договоров займа  от 27.02.2014,  07.03.2014,  01.04.2014,   17.04.2014, 29.04.2014, 05.05.2014, 19.05.2014, 21.05.2014, 23.05.2014, 11.06.2014, 16.06.2014, 25.06.2014, 27.06.2014, 01.07.2014, 22.07.2014, 25.07.2014, 25.07.2014, 28.07.2014, 01.08.2014, 29.08.2014, 16.09.2014, 22.09.2014, 25.09.2014, 30.09.2014, 24.10,2014, 31.10.2014, 06.11.2014, а также копии квитанций к приходно-кассовым ордерам.

Оригиналы указанных документов суду не представлены. Со слов представителя ФИО2 подлинники указанных документов, представлены быть не могут, поскольку не сохранились (протокол судебного заседания 06 сентября 2018 г.).

Исследовав представленные копии договоров, квитанций к приходно-кассовым ордерам и оценив доводы о том, что ФИО5 фактически денежные средства вносились в кассу, суд первой инстанции правомерно отклонил данный довод на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 807 Гражданского кодекса РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса РФ).

Из правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 08.08.2019 № 305-ЭС18-25788 (2), следует, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35), указано о том, что суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

При наличии сомнений в реальности договора займа суд может потребовать от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета), в том числе об их расходовании.

Исходя из смысла приведенных правовых норм и разъяснений, предметом доказывания по настоящему спору являются факты реального предоставления заимодавцем заемщику суммы займа и невозврата их должником в определенный срок в целях установления наличия между сторонами правоотношений по договору займа.

Исследовал представленные ФИО2 договоры займа и квитанции к приходным кассовым ордерам за спорный период, судом установлено следующее. Договоры займа и квитанции подписаны со стороны должника генеральным директором ФИО13, в том числе и в графе «главный бухгалтер», «кассир».

В материалы дела не представлены документы, подтверждающие отражение в бухгалтерской отчетности должника сумм займа, которые поступили в распоряжение общества и были использованы в хозяйственной деятельности общества.

Суду не представлены бухгалтерские документы (приходный кассовый ордер, журнал регистрации приходных кассовых документов, кассовая книга, книга учета принятых кассиром денежных средств), подтверждающие внесение ФИО5 денежных средств в сумме 5 000 000 руб. в кассу ООО «Меркурий плюс», доказательства отражения в бухгалтерской отчетности должника суммы займа. Отсутствуют и какие-либо иные, косвенные доказательства реальности совершения действий по договору займа.

Исходя из доводов уполномоченного органа и конкурсного управляющего, бухгалтерская отчетность за 2014-2015 должником в налоговый орган не сдавалась.

Конкурсным управляющим в суд подано заявление об истребовании документов у ФИО13. Однако, в связи с тем, что ФИО13 приговором суда от 31.08.2016 признан виновным в совершении преступления предусмотренного п. «б» ч.2. ст. 199 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев (с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима), суд определением от 03.11.2016 по делу №. А63-17935/2012 прекратил производство по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО7 об истребовании у руководителя ООО «Меркурий плюс» документов.

Конкурсный управляющий указал, что бывший генеральный директор ФИО13 устно и в письменном виде по запросу конкурсного управляющего, пояснил, что не может представить запрашиваемые документы, в связи с уничтожением всех документов общества.

Конкурсный управляющий должника и уполномоченный орган в своих отзывах указали, что при анализе выписок по операциям на счетах должника, не выявлено поступление денежных средств от ФИО5 в размере 5 000 000 руб. в качестве внесения заемных средств во исполнение договоров займа.

С учетом установленных обстоятельств, суд пришел к верному выводу о том, что представленные договоры займа и квитанции к приходным кассовым ордерам не могут являться достаточными доказательствами поступления и оприходования денежных средств в кассу должника, и тем самым о недоказанности внесения ФИО5 в кассу ООО «Меркурий плюс» денежных средств.

В силу статьи 807 Гражданского кодекса РФ договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В данном случае, ни доказательств реального предоставления суммы займа, ни иных доказательств, в том числе наличия указанных сумм у ФИО5 к дате их передачи ООО «Меркурий плюс», в материалы дела не представлено.

При этом суд установлено, что в спорный период у займодавца, - ФИО5 имелась непогашенная задолженность. Так решением Королевского городского суда Московской области от 24 октября 2011 г. по делу № 2-3324/11 взыскано с ФИО5 в пользу ООО «Соинвестор» 251 358 630,15 руб. Выдан исполнительный лист.

Заключение договоров займа указанных в платежных поручениях о возврате займов в общей сумме 5 000 000 руб. экономически не обосновано. Согласно выписке должника по лицевому счету № 

<

***>, открытому в ПАО СБЕРБАНК, за период с 26.03.2014 по 05.11.2014 на расчетный счет должника поступали денежные средства от контрагентов за проданный спирт ежемесячно в размере 10 000 000 руб.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления N 35, суд пришел к верному выводу о том, что в данном случае в материалы дела не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие факт достоверности передачи денежных средств ФИО5 должнику, и как следствие отсутствие права требований возврата денежных средств, основанных на передаче (перечислении) ООО «Меркурий плюс» наличных денежных средств в сумме в 5 000 000 руб.

Оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции относительно того, что перечислениями обществом денежных средств в общей сумме 5 000 000 руб., произведенных в пользу ФИО5, без достаточных к тому оснований (отсутствие факта наличия взаимных требований), причинен вред имущественным правам кредиторов общества, поскольку перечисление 5 000 000 руб. привело к уменьшению стоимости активов должника.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелась задолженность перед иными кредиторами по денежным обязательствам, возникшим ранее. У должника имелись неисполненные денежные обязательства перед другими кредиторами.

Согласно анализу финансового состояния должника на момент совершения платежей ООО «Меркурий плюс» (ООО «Кавминводский спиртзавод») отвечал признакам неплатежеспособности, у общества имелись неисполненные обязательства на общую сумму 499 994 770 руб., в том числе подтвержденные судебными актами: определением Арбитражного суда Ставропольского края от 23.10.2014 в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО «Соинвестор» в размере 229 675 821,91 рублей, основанных на решении Арбитражного суда г. Москвы от 12.10.2012. Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 28.04.2016 в реестр требований кредиторов должника включены требования Федеральной налоговой службы в лице ИФНС России по г. Георгиевску общей сумме 183 500 860,70 руб. Из определения следует, что указанная задолженность установлена решением от 18.12.2013 № 07-16/12 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «Меркурий плюс» в сумме 57 608 838,02 руб.; решением от 19.02.2014 № 14-52/4 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «Меркурий плюс»; решением от 09.10.2015 № 07-16/16 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «Меркурий плюс» в сумме 141 959 158,67 руб. На момент перечисления денежных средств в адрес ФИО5 в сумме 5 000 000 руб. имелась текущая задолженность перед ООО «ГазпромМежрегионГаз», г. Ставрополь по эксплуатационным платежам за газ, что подтверждается решениями Арбитражного суда Ставропольского края от 28.08.2014 по делу № А63-10694/2013 (15 315 158,48 руб.); от 26.03.2016 по делу № А63-921/2016 (2 710 979,28 руб.); от 06.02.2015 по делу № А63-9461/2013 в размере 57 888 062,93.

Как указано конкурсным управляющим всего задолженность по текущим платежам возникших ранее перечисления денежных средств ответчика составляет 75 914 200.19 руб.

Таким образом, на момент совершения оспариваемых сделок платежей должник прекратил исполнение части денежных обязательств по текущим платежам перед ООО «ГазпромМежрегионГаз», г. Ставрополь, по реестровым требованиям перед ООО «Соинвестор» и обязанностей по уплате обязательных платежей.

Также суд указал, что ООО «Меркурий плюс» дважды пыталось изменить свой юридический адрес (на основании протокола общего собрания участников от 30.10.2014, дата внесения записи в ЕГРЮЛ 11.11.2014) - налоговым органом отказано в изменении адреса. Затем 26.12.2014 должник повторно предпринял попытку изменения юридического адреса, зарегистрировавшись в Межрайонной ИФНС России №4 по республики Северная Осетия - Алания. Налоговым органом данная запись также признана недействительной на основании решения вышестоящего налогового органа  11.02.2015  (дата внесения записи в ЕГРЮЛ 02.03.2015, ОГРН2152651083242).

Таким образом, из материалов настоящего обособленного спора следует причинение вреда имущественным правам кредиторов, в связи с безвозмездным выбытием имущества должника (денежных средств) к заинтересованному лицу, и, что должник на дату совершения спорных перечислений обладал признаками неплатежеспособности.

Вместе с тем, ФИО4 при оспаривании сделки заявлено о злоупотреблении правом при совершении спорных платежей.

В пункте 17 Постановления N 63 разъяснено, что, в порядке главы Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1), подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В соответствии с абзацем 4 пункта 9.1 Постановления N 63, если суд, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то, на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

С учетом правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, для признания сделки недействительной необходимо установить наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, для квалификации сделки, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожной.

Ничтожная сделка является недействительной с момента ее заключения независимо от признания ее таковой судом. Ничтожными являются сделки, не соответствующие закону или иным правовым актам, заведомо противные интересам правопорядка и нравственности, мнимые и притворные сделки, а также любые сделки, совершенные полностью недееспособным лицом. При совершении ничтожной сделки характер ее нарушения позволяет признать ее недействительной при установлении самого факта такого нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 32 от 30.04.2009 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок должника по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", указано на необходимость направленности сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов, т.е. по сути, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

О злоупотреблении правом могут свидетельствовать, например, совершение сделок не в соответствии с их обычным предназначением, реализация договоренностей между должником и иным лицом, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

В силу пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса РФ ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Недееспособность в целом означает полную утрату автономии почти во всех сферах жизни.

Как следует из материалов дела решением Ессентукского городского суда Ставропольского края от 30.10.2013 заявление ФИО8 о признании недееспособным ФИО5 удовлетворено; ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения признан недееспособным. Решение вступило в законную силу 03.12.2013.

Постановлением администрации города Ессентуки Ставропольского края от 14.03.2014 № 637 ФИО8 назначена опекуном недееспособного ФИО5

Таким образом, предполагается, что ФИО5 на момент совершения оспариваемых перечислений должником был не способен понимать значение своих действий и руководить ими.

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие тот факт, что на момент совершения оспариваемых сделок, ФИО5 не давал отчет своим действиям в виду тяжелого заболевания.

Напротив, как следует из ответа Управления труда и социальной защиты населения администрации г. Ессентуки, отчеты об использовании денежных средств недееспособного ФИО5 отсутствуют.

Согласно предоставленным по запросу суда от ПАО Сбербанк выпискам по счетам (карта) на имя ФИО5, не следует, что денежными средствами, поступавшими на счет ФИО5, распоряжался не ФИО5, а его опекун ФИО8

ФИО8 26.02.2014, уже после признания ФИО5 недееспособным, дает ему согласие (супруга) на приобретение в собственность за цену и на условиях по его усмотрению, имущества состоящего из: квартир №.№ 572, 573 в многоэтажном жилом доме-новостройке по адресу: г. Москва, мкр-н северное Чертаново, д.1 А.

Договоры купли-продажи от 27 ноября 2014 г. №№1-29-3/Ч2, 1 -29-4/Ч2 указанного недвижимого имущества от имени ФИО5 (покупателя) заключал ФИО4 на основании выданной ему доверенности от 25.11.2014, зарегистрированной в реестре за № 20-983, удостоверенной ФИО14, временно исполняющим обязанности нотариуса города Москвы ФИО15 (из текста договора).

В последующем за ФИО5 зарегистрировано право собственности на указанное недвижимое имущество, о чем 30.12.2014 произведена запись регистрации № 77-77-09/301/2014¬497, № 77-77-09/301/2014-498.

Кроме того в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Георгиевская крепость», г. Лермонтов, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, признаны недействительными сделки по перечислению ООО «Георгиевская крепость» денежных средств в сумме 700 000 руб. в пользу ФИО5 от 04.02.2014 на сумму 200 000 руб., от 24.02.2014 на сумму 200 000 руб., от 05.03.2014 на сумму 200 000 руб., от 14.03.2014 на сумму 100 000 руб. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2, наследницы ФИО5, в пользу ООО «Георгиевская крепость» денежных средств 700 000 руб. (определение Арбитражного суд Ставропольского края от 18.09.2018).

Какие-либо сведения об оспаривании опекуном ФИО8 совершенных ФИО5 в спорный период сделок по квалифицирующему признаку недействительности (ничтожности), - отсутствие волеизъявления на принятия соответствующих решений, суду в материалы обособленного спора не представлено.

Исходя из обстоятельств настоящего дела, учитывая представленные суду документы, суд верно отклонил доводы возражений ответчика, что порочного волеизъявления ФИО5 при заключении оспариваемых сделок не имелось, а значит, обязательства перед обществом-должником не возникло.

При этом суд также учитывал правовую позицию высшей судебной инстанции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 13.08.2013 N 20-КГ13-14, что для решения вопроса о возврате сторон в первоначальное положение психическое состояние лица во время получения им денежных средств не имеет юридического значения и не может служить основанием для отказа в возврате полученной денежной суммы, поскольку, основаниями возникновения реституционного обязательства являются лишь фактическое совершение действий во исполнение сделки и последующее признание данной сделки недействительной.

Утверждение ответчиков относительно совершения оспариваемых действий в рамках обычной хозяйственной деятельности при цене сделки менее 1% балансовой стоимости активов, что в силу п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве исключает возможность оспаривания сделки на основании п. 1 ст. 61.2 и ст. 61.3 Закона о банкротстве, суд так же верно отклонил, поскольку в данном случае оспариваемые сделки не отвечают критериям сделки, совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности.

В ходе рассмотрения спора ответчиками заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности. В обоснование своих доводов ответчики указали, что у ООО «Энзим - Гео» в том числе с момента введения в отношении должника процедуры наблюдения была возможность контролировать финансовое состояние должника, а также получать через временного управляющего любые сведения относительно финансовой деятельности должника. В связи с тем, что за ООО «Олигарх» определением от 17.12.2015 было установлено правопреемство ООО «Энзим - Гео», а последующем и за ФИО4, то данное правило относится и к заявителю по настоящему обособленному спору. С момента введения процедуры наблюдения и до прекращения производства по делу, а именно с 11.04.2013 по 23.10.2014, а потом после возобновления процедуры банкротства (03.10.2015) кредитор, - ООО «Олигарх» (правопреемник ООО «Энзим-Гео») могло знать о том когда, кем и на каких условиях были заключены оспариваемы сделки. Учитывая, что ООО «Олигарх» (правопреемник ООО «Энзим-Гео») имело реальную возможность узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания оспариваемых сделок недействительными по истечении семи дней после их совершения (срок, в течении которого временному управляющему по его запросу должны предоставить любую информацию и документы относительно деятельности общества-должника по ст. 66 Закона о банкротстве), а также то, что конкурсный кредитор ООО «Олигарх» обратился с заявленными требованиями лишь 13.06.2017, срок исковой давности пропущен.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами  суда относительно отклонения выше указанного довода на основании следующего.

В силу статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 4 Постановления 63 установлено, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 30 Постановления N 63, следует, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закон о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ).

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2015 N 309-ЭС15-1959).

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 60 (далее - Постановление N 60) пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" дополнен новым предложением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Применительно к заявлению по настоящему спору в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве, пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ течение срока исковой давности начинается с того момента, когда кредитор узнал или реально имел возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемых сделок, но и о том, что они совершены в целях причинения вреда кредиторам.

Из материалов дела усматривается, что определением суда от 17.12.2015 произведена замена кредитора общества с ограниченной ответственностью «Энзим-Гео» его правопреемником обществом с ограниченной ответственностью «Олигарх», с суммой требований 71 502 521,68 руб. основного долга. Требования же общества с ограниченной ответственностью «Энзим-Гео» признаны обоснованными и включены в реестре требований кредиторов должника определением арбитражного суда от 18.07.2013.

В отношении должника применялась процедура наблюдения, в ходе которой временным управляющим проведен анализ сделок ООО «Меркурий», результат которого отражен в отчете от 15.02.2016, представленном в суд.

Согласно отчету временного управляющего должником, в ходе предварительного анализа выявлены сделки должника, в том числе сделки, связанные с возникновением обязательств должника, в частности, перед контрагентом ФИО5 - договоры займа в течение 2014 г.

В названном отчете и заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Меркурий плюс» указано, что в результате проведенного анализа выписки Ставропольского отделения № 5230 ПАО СБЕРБАНК по лицевому счету № 

<

***> за период с 01.01.2014 по 12.12.2014 (даты последней операции по счету) выявлены платежи, в том числе возврат  денежных средств по договорам займа в общей сумме 7 650 000 руб. ФИО5, при том, что не выявлено поступление указанных денежных средств в качестве исполнения договора займа.

Подготовленный отчет об анализе сделок должника был представлен временным управляющим собранию кредиторов должника. Заключение по признакам преднамеренного/фиктивного банкротства размещено временным управляющим на сайте ЕФРСБ 29.02.2016 № сообщения 961702.

Информация о решении признания должника банкротом и открытии конкурсного производства размещена управляющим на сайте ЕФРСБ 18.06.2016 № сообщения 1141942.

Из информации Картотека Арбитражных дел следует, что резолютивная часть решения суда о признания должника банкротом и открытии конкурсного производства от 09.06.2016 опубликована на сайте 17.06.2016.

ООО «Олигарх» приняло участие на собрании кредиторов должника 26.08.2016 и обратилось с рассматриваемым заявлением 13.06.2017.

В заявлении кредитор указал, что при анализе выписок операций по счетам, представленных банком 27.06.2016, он выявил, что должнику от ФИО5 не поступали денежные средства по договорам займа, указанным в платежных поручениях, на основании которых перечислены оспариваемые в настоящем обособленном споре суммы; поэтому кредитор оспаривает сделку со ссылкой на безвозмездность передачи должником учредителю и руководителю денежных средств, указав на причинение вреда кредиторам и наличие признаков злоупотребления правом.

Указание в анализе финансового состояния должника на наличие договоров займа и оспариваемых сделок не свидетельствует о том, что кредитор с даты публикации указанного анализа в ЕФРСБ мог узнать о наличии оснований для оспаривания сделок по мотиву безвозмездности, причинения вреда кредиторам и злоупотребления правом.

Исходя из доводов уполномоченного органа и конкурсного управляющего, бухгалтерская отчетность за 2014-2015 должником в налоговый орган не сдавалас, документы от бывшего руководителя должника арбитражный управляющий не получил.

При отсутствии документации должника у кредитора не имелось возможности узнать о наличии оснований для оспаривания сделок только из анализа финансового состояния должника. Также до указанного времени конкурсный кредитор не мог проверить наличие оснований перечисления денежных средств и их изначальное предоставление должнику, в том числе путем внесения в кассу.

Подавая заявление о признании сделок недействительными, кредитор исходил лишь из предположения об их оспоримости. В связи с этим при рассмотрении заявления судом были затребованы основания спорных перечислений. Копии договоров займа и квитанций к приходным кассовым ордерам были представлены в материалы обособленного спора ответчиком, только после направления Арбитражным судом Северо-Кавказского округа дела на новое рассмотрение; иные документы представлены не были.

Кредитором приняты все зависящие от него меры, направленные на выявление и оспаривание подозрительных сделок должника, с учетом ограниченного круга источников получения такой информации и уклонения контролирующих должника лиц от передачи соответствующей документации арбитражному управляющему.

Суд апелляционной инстанции также учитывает отсутствие права у кредитора в рамках процедуры наблюдения оспорить сделки совершенные должником. 

Учитывая, изложенные обстоятельства, суд пришел к  верному выводу о том, что течение срока исковой давности в настоящем деле не может начаться ранее третьего квартала 2016.

В такой ситуации оснований для более раннего исчисления срока исковой давности не имеется.

Таким образом, с заявлением о признании недействительными сделки ООО «Меркурий плюс» по осуществлению безналичных платежей, произведенных в пользу ФИО5 в размере 4 900 000 руб. за период с 26.03.2014 по 10.11.2014 конкурсный кредитор обратился 13.06.2017, то есть в пределах годичного срока и срока, предусмотренного положениями статьи 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ.

С требованием о признании недействительной сделкой по осуществлению безналичного платежа, произведенного ООО «Меркурий плюс» в пользу ФИО5 в размере 100 000 руб. от 14.11.2014 кредитор обратился 20.03.2019 (заявление об увеличении требований) в пределах срока, предусмотренного положениями статьи 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ.

В материалы обособленного спора не представлены отвечающие требованиям ст. ст. 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, подтверждающие наличие у кредиторов сведений об оспариваемой сделке ранее 27.06.2016, а равно представление соответствующих доказательств конкурсным управляющим ранее названной даты.

Довод ответчика о том, что с момента введения процедуры наблюдения и до прекращения производства по делу, а именно с 11.04.2013 по 23.10.2014, а потом после возобновления процедуры банкротства (03.10.2015) кредитор, - ООО «Олигарх» (правопреемник ООО «Энзим-Гео») могло знать о том когда, кем и на каких условиях были заключены оспариваемы сделки, отклоняется судом ввиду его необоснованности, с данным выводом апелляционная коллегия проверив материалы дела соглашается и признает его обоснованным.

В пункте 30 Постановления N 63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано только в процедурах внешнего управления или конкурсного производства. По указанным основаниям сделки в процедуре наблюдения оспорены быть не могут. Таким образом, начало течения срока исковой давности не может быть установлено ранее возникновения права на оспаривание сделки.

Кроме того, в отличие от конкурсного управляющего должника, оперативность доступа к информации, характеризующей финансовую деятельность должника, конкурсных кредиторов, намного ниже, зачастую зависит от активности действий самого конкурсного управляющего, а также предоставление такой информации лицами, контролировавшими должника, в связи с чем, предъявление к конкурсным кредиторам формальных стандартов определения начала течения срока исковой давности на обжалование сделок должника, затрагивающих их права, в отсутствие доказательств предоставления такой информации конкурсным управляющим, не отвечает целям проведения процедуры банкротства. Иная позиция в своей перспективе может негативного сказаться на экономическом обороте, приведя к излишнему вторжению кредиторов в экономическую деятельность друг друга, истребовании излишней информации о совершаемых операциях на стадии заключения коммерческих сделок.

Рассмотрев требование ФИО4 о применении последствий недействительности сделки, с учетом указаний Арбитражного суда Северо-Кавказского округа в постановлении от 04.05.2018 и правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 308-ЭС17-14831, суд пришел к правомерным выводам.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ).

Учитывая, что ФИО2 вступила в наследство ФИО5, иные наследники ФИО5 отказались от своей доли наследства в пользу ФИО2 и она приняла наследство в установленном порядке, суд в соответствии с пунктом 1 статьи 1110, абз. 2 пункта 1 статьи 1175 Гражданского кодекса РФ, приходит к выводу, что в порядке универсального правопреемства ФИО2 отвечает по долгам наследодателя.

Таким образом, верным будет применение последствий недействительности сделок в виде приведения сторон в первоначальное положение путем взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 5 000 000 руб., в данном случае в пределах стоимости наследственного имущества.

Доводы относительно того, что ФИО2 является ненадлежащим ответчиком, так как спорные сделки по предоставлению в займы денежных средств и получение по ним возврата, были совершены ФИО5 в период его недееспособности, при наличии законного опекуна, который несет ответственность за действия подопечного, судами отклоняются основании следующего.

Исходя из п. 1 ст. 1076 Гражданского кодекса РФ опекун возмещает вред, причиненный гражданином, признанным недееспособным, если он не докажет, что вред возник не по его вине. Иных оснований для ответственности опекуна в законе не содержится.

Указанные положения применимы к отношениям, которые имеют публично-правовую природу, при осуществлении которых был причинен вред. Обязанность возмещения такого причиненного вреда является видом гражданско-правовой ответственности и подлежит регулированию нормами главы 59 Гражданского кодекса РФ.

Между тем реституция в смысле пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ, о применении которой заявлял кредитор, является самостоятельным гражданско-правовым институтом, отличным от гражданско-правовой ответственности (деликтные правоотношения) по своей правовой сущности и обладающим рядом отличительных характеристик (публичный характер; взаимный (двусторонний) характер; наличие некоторых черт обязательства; посессорность и другие). Ввиду указанного положения п. 1 ст. 1076 Гражданского кодекса РФ к спорным правоотношениям не применимы.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции не принимаются, поскольку данные доводы были предметом исследования суда первой инстанции, получили надлежащую правовую оценку, с которой суд апелляционной инстанции согласен.

Кроме того, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при их рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

 Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. 

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствует.

Нарушений процессуальных норм, влекущих  безусловную отмену судебных актов (часть 4 ст. 270 АПК РФ)   не  имеется.  

В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.09.2020 по делу                     № А63-17935/2012 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                      Н.Н. Годило 

Судьи                                                                                                     С.И. Джамбулатов

                                                                                                               Е.В. Жуков