﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-5121/2019-ГК

г. Пермь

06 марта 2020 года

Дело № А60-60212/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 марта 2020 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А., 

судей Григорьевой Н.П., Муталлиевой И.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Балтаевой Р.Н.,

при участии:

от истца, ООО «ТЭН»: Бушмакина Д.М. по доверенности от 01.03.2018, Самборская С.В. по доверенности от 01.03.2018;

от ответчика, ООО «Уралпроектдубрава»: Измоденова Е.М. по доверенности от 22.08.2019;

от третьего лица, ООО Строительная компания «Гранд-Строй»: Котлечков В.В. по доверенности от 25.02.2020,

в отсутствие представителей иных лиц, 

извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу третьего лица, ООО «Строительная компания «Гранд-Строй»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 02 декабря 2019 года 

по делу № А60-60212/2018

по иску общества с ограниченной ответственностью «ТЭН» (ОГРН 1036603496038, ИНН 6660071753) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Уралпроектдубрава» (ОГРН 1036603500878, ИНН 6660092383),

третьи лица: ООО Строительная компания «Гранд-Строй» (ОГРН 1036602644495, ИНН 6658141869), Ассоциация «Саморегулируемая организация «Проектировщики Свердловской области» (ОГРН 1096600001266, ИНН 6672295518), ООО «Национальная экспертная палата» (ОГРН 1137746001018, ИНН 7728829935),

о взыскании убытков по договору подряда, 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ТЭН» (далее – ООО «ТЭН») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Уралпроектдубрава» (далее – ООО «Уралпроектдубрава») 3 777 324 руб. 87 коп. убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора на разработку проектной документации от 25.06.2013.

К участию в деле в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены ООО Строительная компания «Гранд-Строй», Ассоциация «Саморегулируемая организация «Проектировщики Свердловской области», ООО «Национальная экспертная палата». 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.12.2019 исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взысканы убытки в размере 1 885 606 руб. 82 коп., а также 20 440 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска; в удовлетворении остальной части иска суд отказал.

Ответчик с решением суда не согласился, обжаловал его в апелляционном порядке, просил его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы приведены доводы о том, что ООО «СК «Гранд Строй», реализовавший при установленных судом обстоятельствах проектное решение, является виновным лицом в причинении ущерба. Апеллянт не согласился с распределением судом степени вины между ответчиком (70 %) и ООО «СК «Гранд» (30 %), считает, что такой порядок распределения степени вины не соответствует фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, в связи с чем указал на неверное применение при разрешении спора норм статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям ответчика и третьего лица, которые не являлись предметом исковых требований. В связи с чем считает себя ненадлежащим ответчиком по делу, отмечает, что в обоснование иска истец ссылается на договор № 99-13, а не на договор № 9-16 от 15.03.2016, заказчиком по которому является третье лицо.

Как указывает заявитель жалобы, судом также неверно определены обстоятельства, имеющие значение для разрешения вопроса соответствия смонтированной системы внутренних водостоков на объекте проектной документации, требованиям строительных норм и правил. 

Ссылаясь на нарушение судом норм процессуального права, выразившемся в том, что при удовлетворении судом ходатайства о проведении по делу комиссионной экспертизы в порядке статьи 84 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по делу фактически проведена комплексная экспертиза (статья 85 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), что указывает на нарушение принципа состязательности сторон, привело к невозможности установления объективного и полного рассмотрения дела по существу при определении способа проектного решения по предотвращению последующего затопления.

Указывая на несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам спора, ответчик ссылается на то, что само по себе несоответствие выполненных работ проекту не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между предполагаемыми ошибками в проекте и причинением ущерба. Отметил, что истцом не представлены документы, подтверждающие реальные расходы на приобретение материалов, объемы фактически выполненных восстановительных работ на объекте. 

Возражая на доводы апелляционной жалобы ответчика, истец и третье лицо, ООО «СК «Гранд Строй», направили в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные отзывы.

Третье лицо, ООО «СК «Гранд Строй», не согласившись с принятым по делу решением в части определения судом совокупной вины ответчика (проектанта) и третьего лица, ООО «СК «Гранд Строй» (генерального подрядчика), просил решение суда в обжалуемой части изменить и принять по делу новый судебный акт, взыскать с ООО «Уралпроектдубрава» убытки в размере 2 693 724 руб. 03 коп. согласно приведенному в апелляционной жалобе расчету.

Заявитель апелляционной жалобы полагает, что, возлагая ответственность на генерального подрядчика, следует установить и проанализировать, возможно ли было генеральному подрядчику выявить ошибку при производстве работ, указал на доказанность выполнения работ качественно в соответствии с проектной документацией, строительными нормами и правилами, проведены испытания системы ливневой канализации. Считает, что суд неверно истолковал техническое задание к договору № 9-16 и возложил ответственность, в том числе, на подрядчика. Апеллянт указал на недоказанность совокупности обстоятельств, достаточных для взыскания убытков и удовлетворения требований в отношении ООО «СК «Гранд Строй». 

Возражая на доводы апелляционной жалобы третьего лица, истец и ответчики направили отзывы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика доводы своей апелляционной жалобы поддержал, с доводами жалобы третьего лица не согласился по изложенным в отзыве основаниям, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель третьего лица, ООО «СК «Гранд Строй», в заседании апелляционного суда доводы своей апелляционной жалобы поддержал, с доводами апелляционной жалобы ответчика не согласился по изложенным в своем отзыве основаниям, просил решение суда изменить в обжалуемой части, апелляционную жалобу удовлетворить. 

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 03.03.2020 на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены письменные пояснения третьего лица, ООО «СК «Гранд Строй», поскольку они направлены в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в опровержение доводов апелляционной жалобы ответчика, в приобщении приложенных к отзыву дополнительных доказательств отказано.

Представители истца в судебном заседании с доводами апелляционной жалобы ответчика не согласились по изложенным в отзыве основаниям, поддержали доводы апелляционной жалобы третьего лица, ООО «СК «Гранд Строй», по приведенным в отзыве основаниям, просили удовлетворить апелляционную жалобу третьего лица, отказать в удовлетворении апелляционной жалобы ответчика.

Протокольным определением от 03.03.2020 на основании статьи 68, части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства истца о допросе специалиста в отсутствие на то правовых оснований. При рассмотрении дела суд первой инстанции допросил заявленного истцом специалиста, что участниками процесса не оспаривается, пояснения специалиста были исследованы в совокупности с правовой позицией участников спора и представленными в материалы дела доказательствами, им дана надлежащая правовая оценка. 

Иные участники процесса, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «ТЭН» (заказчик) и ООО «Уралпроектдубрава» (исполнитель) заключен договор № 99-13 на разработку проектной документации от 25.06.2013, согласно пункту 1.1 которого исполнитель принял на себя обязательства по выполнению проектных работ объекта недвижимости «Жилой комплекс по адресу: г. Екатеринбург – аэропорт Кольцово и проектируемой улицы Славянской» в составе и объеме согласно приложению № 3 к договору, а заказчик обязался принять и оплатить работы. Результатом работ по договору является разработанная и утвержденная проектная документация, соответствующая условиям договора, прошедшая государственную экспертизу и получившая ее положительное заключение. Из текста технического задания к договору следует, что в объем работ входила разработка документации в части раздела «Водоснабжение и водоотведение». 

В пункте 1.4 договора указано, что перечень мероприятий и документации, выполняемых на каждом этапе выполнения работ, определен в техническом задании (приложение № 1 к договору). 

Согласно пункту 1.7 договора существенные корректировки проектной документации по просьбе заказчика после утверждения заказчиком проектной документации будут считаться дополнительными работами, и исполнитель приступает к выполнению таких дополнительных работ после согласования сторонами соответствующего дополнительного соглашения. Несущественные поправки и изменения, вносимые в процессе проектирования, повлекшие необходимость корректировки согласованных заказчиком разделов проектной документации, не являются дополнительными работами и не влекут увеличения стоимости работ по договору. 

На момент подписания договора № 99-13 цена определена сторонами ориентировочно из расчета продаваемой площади жилых домов 130 000 кв.м и составляет согласно протоколу согласования договорной цены (приложение № 2 к договору) 30 000 000 руб. 

Работа по договору № 99-13 выполнена исполнителем и сдана заказчику без замечаний по акту № 1 сдачи-приемки выполненных работ от 05.06.2015. 

По проектной документации в целом (в том числе шифр 99-13-5-Р-ВК) получено положительное заключение негосударственной экспертизы ООО «НЭП» № 2-1-1-0278-15 от 29.06.2015.

Истцом получено разрешение на строительство № RU 66302000-398-2016 от 30.12.2016. 

Согласно пункту 1 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации разрешение на строительство представляет собой документ, который подтверждает соответствие проектной документации требованиям, установленным градостроительным регламентом. 

Как пояснили лица, участвующие в деле, ООО «СК «Гранд-Строй» при строительстве упомянутого многоквартирного дома выполняло функции технического заказчика, генерального подрядчика, а также и лица, осуществляющего строительный контроль. Данные обстоятельства подтверждаются представленной в материалы дела исполнительной документацией и лицами, участвующими в деле, по существу не оспариваются. 

Между ООО «СК «Гранд-Строй» (заказчик) и ООО «Уралпроектдубрава» (исполнитель) был заключен договор на корректировку проектной документации от 15.03.2016 № 9-16, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательства по выполнению проектных работ в объеме, предусмотренном техническим заданием к договору. В частности, на стр. 13 Технического задания в разделе «Канализация» (подраздел отвод воды после пожара), на проектировщика возложено обязательство предусмотреть на жилых этажах, где требуется автоматическое пожаротушение от спринклеров, трапы для отвода воды после пожара. Отвод воды после пожара выполнить в наружные сети ливневой канализации.

На основании проекта, подготовленного ответчиком (шифр 99-13-5-Р-ВК, 99-13-П-ИОС2.3 (ВС, ВО) изм.1,2), генеральный подрядчик ООО «СК «Гранд-Строй» принял в работу проектную документацию и осуществил строительство объекта по адресу: г. Екатеринбург, мкр. Светлый, д. 5. 

В ходе строительства проектант осуществлял авторский надзор за строительством объекта недвижимости на основании договора от 15.03.2016 № 09-16-АИ, в том числе в части раздела ВК (водоснабжение и канализация); авторский надзор осуществлялся с даты заключения договора до ввода объекта в эксплуатацию. По условиям договора исполнитель принял на себя обязательство осуществлять проверку соответствия производимых и монтажных работ рабочей документации и требованиям строительных норм и правил, своевременное решение вопросов, связанных с внесением изменений в рабочую документацию, информирование заказчика путем записей в общем журнале и журнале авторского надзора о выявленных при строительстве отступлениях от проектной документации и нарушениях требований строительных норм и правил, участвовать в освидетельствовании скрытых работ (пункты 1.5.1, 1.5.3, 1.5.6, 1.5.9 договора). 

Многоквартирный дом построен и введен в эксплуатацию, что подтверждается разрешением на ввод объекта в эксплуатацию № RU66302000-801-2017 от 27.04.2018. 

Как указывает истец, ночь с 05.07.2018 на 06.07.2018, и с 08.07.2018 на 09.07.2018 произошло подтопление МОП (лифтовые холлы, приквартирные коридоры, тамбуры, техническое помещение ОВ), секций 5.1 и 5.2 избыточной водой из трапов ливневой канализации системы К2 жилого дома, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, мкр. Светлый, дом 5. 

Данный факт затопления был зафиксирован в актах осмотра (от 09.07.2018, 11.07.2019), в которых было указано на наличие повреждений в помещениях МОП, а также отмечено, что ливневая канализация не справилась с функцией водоотвода. 

Акты осмотра от 09.07.2018 и от 11.07.2018 подписаны экспертом ООО «СУДЭКС» А.А. Скониным.

Ссылаясь на то, что затопление произошло в связи с проектной ошибкой, допущенной ответчиком при разработке проектной документации на строительство дома, ООО «ТЭН» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском о взыскании убытков в виде стоимости расходов на выполнение работ по устранению последствий залива, а также стоимости работ на реализацию технического решения по исправлению проектной ошибки. В обоснование расчета убытков истец к исковому заявлению представил локально-сметный расчет.

Суд первой инстанции с учетом допущенных нарушений строительных норм и правил в результате установления смешанной вины в возникновении убытков распределил ответственность между сторонами за причиненные убытки в следующей пропорции: 30 % – отнести на истца, 70 % – на ответчика. В связи с чем признал требование истца о взыскании с ответчика убытков подлежащим частичному удовлетворению в размере 1 885 606 руб. 82 коп. на основании статей 15, 404, 761 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционных жалоб, отзывов на жалобы, письменные пояснения третьего лица, выслушав в судебном заседании пояснения участников процесса, суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) судебного акта не установил. 

Проанализировав условия представленного договора, арбитражный суд пришел к выводу, что по своей правовой природе договор № 99-13 от 25.06.2013 является договором подряда на выполнение проектных и изыскательских работ, соответственно правоотношения сторон по указанному договору регулируются нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В силу статьи 758 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат. 

В соответствии со статьей 761 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ несет ответственность за ненадлежащее составление технической документации и выполнение изыскательских работ, включая недостатки, обнаруженные впоследствии в ходе строительства, а также в процессе эксплуатации объекта, созданного на основе технической документации и данных изыскательских работ. При обнаружении недостатков в технической документации или в изыскательских работах подрядчик по требованию заказчика обязан безвозмездно переделать техническую документацию и соответственно произвести необходимые дополнительные изыскательские работы, а также возместить заказчику причиненные убытки, если законом или договором подряда на выполнение проектных и изыскательских работ не установлено иное. 

Особенность в части ответственности подрядчика по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ выражается в том, что подрядчик согласно требованиям статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации будет нести ответственность и после того, как результаты выполненных проектных и изыскательских работ приняты заказчиком. Это объясняется тем, что просчеты проектировщика и изыскателя не всегда могут быть обнаружены в процессе воплощения объекта договора на проектные и изыскательские работы, т.е. в процессе строительства, а требуется эксплуатация самого объекта строительного подряда.

В силу положений пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. 

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также не полученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Таким образом, в порядке статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации бремя доказывания распределяется следующим образом: истец, заявивший о взыскании убытков, доказывает, что именно ответчик является лицом, в результате действий которого возник ущерб, а также факты причинения вреда и наличия убытков; в свою очередь, на ответчика, заявляющего об освобождении его от возмещения вреда, возлагается обязанность доказать отсутствие причинной связи между его действиями и причиненным истцу ущербом, и, что вред причинен не по его вине, при этом его вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, истец заявил о том, что именно ответчик является лицом, в результате действий которого у истца возник ущерб в виде убытков, о факте причинения вреда, наличии причинно-следственной связи между ненадлежащей разработкой проектной документации, в результате которой произошло затопление помещений и, как следствие, возникновением в связи с этим у истца убытков. 

При рассмотрении настоящего дела между сторонами возник спор о том, действительно ли в разработанном ответчиком решении имеется проектная ошибка, о надлежащем техническом решении для ее устранения, а также о стоимости работ по устранению последствий проектной ошибки при наличии таковой. Поскольку для разрешения данных вопросов требуются специальные познания, суд первой инстанции назначил экспертизу, проведение которой поручил экспертам ООО «Эксперт Принцип» Л.Н. Кондратьевой и ООО АНСЭ «ЭКСПЕРТИЗА» Н.А. Петрухиной (с учетом замены судом эксперта определением от 29.08.2019).

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. При этом в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (часть 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Оценив заключения экспертизы по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наряду с другими доказательствами, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оснований не доверять выводам эксперта Л.Н. Кондратьевой, предупрежденного об уголовной ответственности, не имеется. Заключение эксперта достаточно мотивировано, выводы эксперта ясны, противоречия в выводах эксперта отсутствуют, учитывая дополнительные пояснения эксперта, в которых эксперт ответил на вопросы сторон и суда по проведенной экспертизе. 

К заключению Н.А. Петрухиной в части выводов относительно невозможности определить размер расходов, которые необходимо понести для реализации технического решения, суд первой инстанции обоснованно подошел критически. При этом судом учтено, что в материалах дела имеется техническое заключение ООО «СУДЭ-КС» № 162/2019-ТЗ, подготовленное экспертами А.А. Скониным и И.Г. Щипачёвой, которые с учетом имеющихся документов установили возможность реализации решения по исключению подтопления помещений жилого дома дождевыми осадками, сметная стоимость согласно данного заключения составила 1 839 013 руб. Заключение эксперта Н.А. Петрухиной в части выводов о том, что работы по устранению протечек не проводились не может быть принято судом с учетом представленных в материалы дела доказательств того, что в июле 2019 года произошло очередное затопление (для фиксации которого приглашался ответчик, но явку представителя не обеспечил). 

При изложенных обстоятельствах заключение Н.А. Петрухиной суд первой инстанции правомерно принял только в части исключения из размера убытков расходов на замену ламинита, поскольку данный недостаток не отражен в акте осмотра. В остальной части выводы данного эксперта судом не приняты как противоречащие иным представленным в материалы дела доказательствам. 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к законному выводу о доказанности факта затопления, произошедшего в ночь с 05 на 06, с 08 на 09 июля 2018 года в связи с выполнением работ по строительству многоквартирного дома на основании проектной документации, в которой допущена ошибка в части проектирования системы внутреннего водостока, объединенной с системой отвода воды после тушения пожара. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, факт нарушения проектантом положений строительных норм и правил подтвержден материалами дела, в том числе, выводами судебной экспертизы и досудебного исследования, проведенного ООО «Уралстройсертификация». 

Причинно-следственная связь подтверждена материалами дела, в том числе, выводами эксперта. При этом судом первой инстанции с учетом пояснений эксперта отклонены доводы ответчика о том, что СП 30.13330.2016 не был введен в действие на момент выполнения проектных работ, поскольку аналогичные требования имелись в ранее действующих строительных нормах.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб о несогласии с выводами экспертов в части установления степени вины в отношении ответчика и третьего лица, ООО «СК «Гранд Строй», причинно-следственной связи между их действиями и возникновением убытков, относительно выявленных недостатков, суд апелляционной инстанции исходит из того, что какие-либо ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, которая могла бы позволить опровергнуть выводы суда, заинтересованными лицами не заявлены (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Выводы судебной экспертизы, которая по форме и содержанию соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, бесспорными и достоверными доказательствами не опровергнуты. В связи с чем доводы жалобы истца о нарушении при назначении судом экспертизы норм процессуального права (статьи 84, 85 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) подлежат отклонению за несостоятельностью.  

Кроме того, в судебном заседании суда первой инстанции были заслушаны пояснения специалиста, которые также были исследованы судом, наряду с выводами судебной экспертизы и представленными в материалы дела доказательствами. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, признаются обоснованными выводы суда первой инстанции о том, что нарушение СП 30.13330.2016 должно было быть выявлено проектантом при осуществлении авторского надзора. 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Между тем, принимая во внимание верно установленные судом первой инстанции по делу обстоятельства, апелляционный суд также приходит к выводу о наличии в причиненных убытках вины не только ответчика, но и третьего лица – ООО СК «Гранд-Строй» (генеральный подрядчик, строительный контроль, технический заказчик).

В соответствии со статьей 404 Гражданского кодекса Российской Федерации если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению. 

В соответствии с пунктом 3.1 Свода правил «Авторский надзор за строительством зданий и сооружений» (вместе с «СП 11-110-99...»), утвержденного Постановлением Госстроя РФ от 10.06.99 № 44 авторский надзор – один из видов услуг по надзору автора проекта и других разработчиков проектной документации (физических и юридических лиц) за строительством, осуществляемый в целях обеспечения соответствия решений, содержащихся в рабочей документации, выполняемым строительно-монтажным работам на объекте. Необходимость проведения авторского надзора относится к компетенции заказчика и, как правило, устанавливается в задании на проектирование объекта.

Обязанностью авторского надзора является выборочная проверка соответствия производимых строительных и монтажных работ рабочей документации и требованиям строительных норм и правил, контроль за качеством и соблюдением технологии производства работ, связанных с обеспечением надежности, прочности, устойчивости и долговечности конструкций и монтажа технологического и инженерного оборудования.

Помимо этого, в обязанность авторского надзора вменено своевременное решение вопросов, связанных с необходимостью внесения изменений в рабочую документацию в соответствии с требованиями ГОСТ Р 21.101, и контроль исполнения. 

Согласно статье 1 Федерального закона от 30.12.2009 года № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» под авторским надзором понимается контроль лица, осуществившего подготовку проектной документации, за соблюдением в процессе строительства требований проектной документации и подготовленной на её основе рабочей документации. 

Помимо авторского надзора на объекте ведется строительный контроль. 

Как указывалось выше, заказчик осуществляет контроль за проведением и производством строительно-монтажных работ, контроль соответствия выполняемых работ, применяемых изделий, материалов, поставляемого оборудования требованиям проектной документации, строительных норм и правил, другим нормативным документам, стандартам и техническим условиям, соответствующим сертификатам. 

В соответствии с пунктом 5.4 СП 48.13330.2011. «Свод правил. Организация строительства. Актуализированная редакция СНиП 12-01-2004» проектная и рабочая документация передается в двух экземплярах на электронном и бумажном носителях и должна быть принята к производству работ застройщиком (техническим заказчиком) с подписью ответственного лица путем простановки штампа на каждом листе. Состав и содержание разделов проектной документации (включая проект организации строительства), передаваемой лицу, осуществляющему строительство, должны соответствовать требованиям, установленным Правительством Российской Федерации. Передаваемая проектная документация должна содержать заверение проектировщика о том, что эта документация разработана в соответствии с заданием на проектирование и требованиями Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений». 

Лицо, осуществляющее строительство, выполняет входной контроль переданной ему для исполнения рабочей документации, передает застройщику (заказчику) перечень выявленных в ней недостатков, проверяет их устранение. 

Срок выполнения входного контроля проектной документации устанавливается в договоре (пункт 5.5 СП 48.13330.2011). 

Исходя из этого, вопреки мнениям апеллянтов, возложение на проектную организацию полной ответственности за причиненные убытки необоснованно, поскольку в правоотношения по строительству спорного многоквартирного дома принимали участие и иные профессионалы в области строительства, которые должны были своевременно принять меры по недопущению реализации проектных решений с имеющимися в них проектными ошибками. 

Как было указано выше, между ООО «СК «Гранд-Строй» (заказчик) и ООО «Уралпроектдубрава» (исполнитель) был заключен договор на корректировку проектной документации от 15.03.2016 № 9-16, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательства по выполнению проектных работ в объеме, предусмотренном техническим заданием к договору. В частности, на стр. 13 Технического задания в разделе «Канализация» (подраздел отвод воды после пожара), на проектировщика возложено обязательство предусмотреть на жилых этажах, где требуется автоматическое пожаротушение от спринклеров, трапы для отвода воды после пожара. Отвод воды после пожара выполнить в наружные сети ливневой канализации. 

При этом экспертом установлено, что в разработанной проектантом проектной документации отвод воды после пожара предусмотрен в систему внутреннего водостока (а не в наружные сети ливневой канализации). Таким образом, ООО «СК «Гранд-Строй» при заключении договора от 15.03.2016 № 9-16 выдало техническое задание, которое позволило бы избежать затопления. 

При этом заказчик (он же представитель строительного контроля) принял проектную документацию, не соответствующую своему техническому заданию и выполнил по ней работы. 

С учетом допущенных нарушений строительных норм и правил суд первой инстанции справедливо установил вину проектанта (70 %) и ООО «СК «Гранд-Строй» (30 %), в связи с чем доводы ООО «Уралпроектдубрава» о том, что он не является надлежащим ответчиком по делу, противоречат верно установленным судом с учетом выводов судебной экспертизы, собранных по делу доказательств обстоятельствам. Иного суду не доказано (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При этом суд правомерно исходил из того, что данные участники строительного процесса являлись профессионалами в сфере строительства. Осуществляя работы с отступлением от строительных норм и правил должны были предвидеть неблагоприятные последствия своих действий, предупредить заказчика строительства о данных обстоятельствах, о необходимости корректировки проектной документации. Поскольку первопричиной причиненного вреда является именно ошибка в проекте, то степень вины проектанта более высокая. 

Вместе с тем, не имеет правового значения получение положительного заключения государственной экспертизы проектной документации при условии, что реализация спорных проектных решений привела к затоплению и возникновению в связи с этим убытков, правомерно предъявленных истцом ко взысканию. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что размер убытков достоверно определить нельзя, поскольку истцом не представлены документы, подтверждающие реальные расходы на приобретение материалов, объемы фактически выполненных восстановительных работ на объекте, противоречат положениям пункта 5 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункт 4 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7). 

Между тем, судом первой инстанции произведен обоснованный расчет подлежащих возмещению убытков. 

Истцом заявлено требование о взыскании убытков в размере 2 024 979 руб. 76 коп. 

Определяя размер убытков в части стоимости выполненных работ по устранению последствий залива, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что для устранения выявленных дефектов истцом 06.07.2018 был заключен договор подряда № 06-07/18 с ООО СК «Гранд-Строй».

В соответствии с условиями договора № 06-07/18 ООО СК «Гранд-Строй» как подрядчик по договору обязался выполнить комплекс работ по устранению последствий затопления в объемах, указанных в локальном сметном расчете № 1 (приложение № 1) на спорном объекте. 

Стоимость работ согласно пункту 4.1 договора № 06-07/18 составила 2 024 979 руб. 76 коп. Работы по данному договору были выполнены, что подтверждается подписанными истцом и ООО СК «Гранд-Строй» без возражений актом о приемке выполненных работ формы КС-2 и справкой о стоимости работ формы КС-3 от 23.07.2018 на сумму 2 024 979 руб. 76 коп. 

Факт оплаты данных работ истцом подтверждается платежным поручением от 24.12.2018 № 568. 

Суд первой инстанции предпринимал попытки проверить разумный размер предъявленных ко взысканию убытков данного вида путем постановки вопросов перед экспертом. Заключение эксперта Н.А. Петрухиной в соответствующей части не принято в качестве доказательства по делу по указанным выше основаниям. Сторонами в целях установления размера убытков в данной части ходатайство о назначении по делу повторной или дополнительной экспертизы также не заявлялось (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем спор рассмотрен по представленным в материалы дела доказательствам, размер расходов на устранение причин затопления определен по фактически понесенным расходам, которые вопреки доводам жалобы ответчика подтверждены истцом надлежащими первичными учетными документами: актом формы КС-2, справкой формы КС-3 и платежным поручением. При этом само по себе отсутствие выписки по расчетному счету не опровергает действительность оплаты восстановительных работ по платежному поручению от 24.12.2018 № 568 в отсутствие спора между контрагентами по факту такой оплаты.

По пунктам 9, 10 суд первой инстанции принял доводы ООО СК «Гранд-Строй» о том, что на момент осмотра здания данные недостатки (о затопленных квартирах на 2 и 3 этаже) не могли быть зафиксированы актом осмотра, т.к. эти недостатки были выявлены собственниками в квартирах, в актах осмотра данные недостатки не отражены. 

Стоимость данных работ по расчету ООО СК «Гранд-Строй» составляет 15 000 руб. 

С учетом имеющихся в деле доказательств и пояснений ООО «СК «Гранд-Строй», из стоимости расходов по устранению последствий затопления в ночь с 05.07.2018 на 06.07.2018 суд исключил 15 000 руб. 

В результате установления смешанной вины в возникновении убытков суд первой инстанции распределил ответственность между сторонами за причиненные убытки в следующей пропорции: 30 % – отнести на истца, 70 % – на ответчика. 

Соответственно, требование истца о возмещении убытков, понесенных в связи оплатой выполненных работ по устранению залива, произошедшего в ночь с 05.07.2018 по 06.07.2018, подлежит удовлетворению частично в размере 1 406 985 руб. 30 коп. из расчета: (2 024 979 руб. – 15 000 руб.) * 70 %. 

При определении размера подлежащих возмещению убытков, связанных с выполнением работ по реализации технического решения по устройству второго стояка ливневой канализации, суд первой инстанции законно и обоснованно исходил из следующего. 

Согласно локальному сметному расчету № 162, приложенному к заключению ООО «СУДЭКС» № 162/2019-ТЗ, стоимость работ по демонтажу составила 22 439 руб., стоимость монтажных работ составила 179 939 руб. (итого 202 378 руб.) в базовых ценах.

При этом расходы на сумму 127 129 руб. на монтаж второго стояка для отвода сточных вод на случай пожара заказчик все равно бы понес при отсутствии ошибки в проектной документации. Иными словами, при надлежащем образом разработанной проектной документации заказчик изначально понес бы расходы на устройство раздельной системы внутреннего водостока и системы отвода воды после тушения пожара. Соответствующие пояснения были даны также экспертом при ответе на вопросы суда. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика по выполнению проектной документации с проектной ошибкой и выполнением указанных работ отсутствует. 

В частности, к данным работам судом первой инстанции отнесены: прокладка трубопроводов канализации из полиэтиленовых труб высокой плотности диаметром 160 мм (82 500 руб.); ревизия полипропиленовая с крышкой диаметром 160 мм (511 руб.); тройник полипропиленовый переходной (193 руб.); угольник 90 град. полипропиленовый диаметром 160 мм (1 117 руб.); муфта полипропиленовая соединительная диаметром 160 мм (4 534 руб.); хомут металлический с шурупом для крепления трубопроводов диаметром 160 мм (2 987 руб.); изоляция трубопроводов диаметром 180 мм изделиями из вспененного каучука («Армофлекс»), вспененного полиэтилена (3 747 руб.); трубки из вспененного полиэтилена (31 540 руб.). 

Следовательно, за вычетом стоимости указанных расходов сумма расходов составила 75 249 руб., что составляет 37,18 % от стоимости монтажа и демонтажа (отделочные работы), указанных экспертами А.А. Скониным и И.Г. Щипачёвой в локальном сметном расчете № 162. 

Учитывая установленную судом смешанную вину и расходы, которые вызваны именно ненадлежащим исполнением обязательств проектировщика, расчет убытков, связанных с выполнением работ по реализации технического решения, верно произведен судом первой инстанции следующим образом: 1 839 013 руб. * 37,18 % * 70 % с учетом степени вины проектанта = 478 621 руб. 52 коп. 

При этом суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что расходы по устройству второго стояка ливневой канализации заказчик понес бы в любом случае. 

Итого, общая сумма правомерно заявленных истцом убытков по расчету суда составила 1 885 606 руб. 82 коп. (1 406 985 руб. 30 коп. + 478 621 руб. 52 коп.).

Таким образом, требование истца о взыскании с ответчика убытков правомерно признано судом первой инстанции подлежащим удовлетворению частично в размере 1 885 606 руб. 82 коп. на основании статей 15, 404, 761 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Иных доводов несогласия с принятым судебным актом апеллянтами не приведено.

Доводы жалоб направлены исключительно на переоценку верно установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела и принятых доказательств. Оснований для их иной оценки апелляционным судом, в зависимости от доводов апелляционных жалоб, не имеется. В связи с указанными обстоятельствами доводы апелляционных жалоб ответчика и третьего лица признаны апелляционной коллегией несостоятельными, поскольку правомерные выводы суда первой инстанции не опровергают.

Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на заявителей в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 02 декабря 2019 года по делу № А60-60212/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

 

Председательствующий

 

Н.А. Гребенкина

 

Судьи 

 

Н.П. Григорьева

 

 

И.О. Муталлиева