﻿﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-54601/2019

Дело № А65-39793/2018

г. Казань

28 ноября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 ноября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 ноября 2019 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Галиуллина Э.Р.,

судей Королевой Н.Н., Смоленского И.Н.,

при участии представителей:

истца – Дробинина И.В., доверенность от 20.08.2019,

ответчика – Денисова И.В., доверенность от 28.12.2018

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.06.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2019

по делу № А65-39793/2018

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», к обществу с ограниченной ответственностью «Симет», третье лицо: Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан, о взыскании суммы долга в размере 612 593 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 92 526, 71 руб.

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Симет» (далее – ответчик) о взыскании задолженности в размере 612 593 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 92 526, 71 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.06.2019, оставленным без изменений постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2019, в удовлетворении исковых требований отказано.

Обжалуя принятые судебные акты в кассационном порядке, истец просит их отменить, исковые требования удовлетворить, мотивируя кассационную жалобу нарушением судебными инстанциями норм материального права.

Проверив законность обжалуемых судебных актов по правилам главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы кассационной жалобы и отзыва ответчика, судебная коллегия не находит правовых оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, между истцом (страховщик) и ответчиком (страхователь) заключен договор сельскохозяйственного страхования (урожай сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой) от 01.06.2016 № СХУ13-ГО/16 (далее – договор), пунктом 1.1 которого предусмотрено, что настоящий договор заключен на основании письменного заявления страхователя на страхование (приложение № 1 к договору) и в соответствии с Правилами страхования (стандартными) урожая сельскохозяйственных культур, посадок, многолетних насаждений, осуществляемого с государственной поддержкой, от 16.05.2016 (далее – Правила), которые являются приложением № 2 к договору.

Срок действия договора установлен с 02.06.2016 до 28.09.2016 (п. 2.7 договора).

В п. 2.3 договора стороны согласовали, что общая страховая премия составляет 1 289 670 руб. При этом в силу п. 2.3.1 договора страховая премия уплачивается в рассрочку: первый страховой взнос в сумме 644 835 руб. уплачивается не позднее 15.08.2016; второй страховой взнос в сумме 644 835 руб. уплачивается не позднее 31.12.2016.

Ответчик оплатил первую часть страховой премии в размере 644 835 руб., что подтверждается платежным поручением от 02.08.2016 № 282, остаток страховой премии, подлежащей уплате по договору, составил 644 835 руб.

Платежным поручением от 15.12.2016 № 756074 Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан оплатило за Страхователя вторую часть страховой премии лишь в размере 32 242 руб.

Следовательно, остаток второй части страховой премии, подлежащей уплате по договору, составил 612 593 руб.

Поскольку в установленный п. 2.3.1 договора срок (31.12.2016) второй страховой взнос не поступил в полном объеме, истец 31.10.2018 направил ответчику претензию с целью досудебного урегулирования спора, в которой требовал погасить сумму задолженности по страховому взносу и уплатить сумму процентов за пользование чужими денежными средствами.

В связи с тем, что претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился с иском в суд.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, руководствуясь положениями статей 1, 10, 309, 310, 929, 954 Гражданского кодекса Российской Федерации, условий договора, судебные инстанции, установив недобросовестность истца как стороны сделки, правомерно пришли к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Пленум Верховного Суда РФ в пункте 1 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указал, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно, наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Согласно п. 2.3.2 договора в случае, если по настоящему договору государственная поддержка не была предоставлена страхователю, то стороны действуют в соответствии с п.п. 6.6.1 и 7.3.1 Правил, в том числе в отношении п. 2.9 договора.

В свою очередь, п. 6.6.1 Правил страхования предусмотрено, что если договором сельскохозяйственного страхования не предусмотрено иное, в случае непоступления (в полном объеме или частично) средств государственной поддержки в сроки, установленные договором сельскохозяйственного страхования, страховщик вправе требовать изменения условий договора сельскохозяйственного страхования в соответствии с п. 7.3.1 Правил.

В п. 7.3.1 Правил страхования указано, что в случае нарушения порядка и сроков уплаты очередного страхового взноса страховщик вправе потребовать изменения условий договора сельскохозяйственного страхования, в том числе исключить действие положений п.п. 5.2.1, 5.5.1, 7.4.2 Правил страхования, а в случае отказа страхователя потребовать досрочного прекращения договора сельскохозяйственного страхования без учета положений п. 7.4.2 Правил страхования.

Таким образом, условиями договора страхования стороны предусмотрели определенные последствия неисполнения страхователем обязанности по уплате страховых взносов.

Однако истец в период действия договора не воспользовался своим правом на изменение условий договора и не направил соответствующее уведомление ответчику.

Как правильно указали суды, договор сельскохозяйственного страхования с пунктом об обязанности страхователя уплатить второй страховой взнос в случае, если он не поступил из средств государственной поддержки (по любым основаниям), фактически теряет смысл как договор с государственной поддержкой.

Ответчик, перечислив 50 % страховой премии истцу, полностью исполнил свою обязанность по договору страхования. Кроме того, ответчик выполнил свою обязанность по представлению в Минсельхоз Республики Татарстан необходимых документов для получения господдержки в сфере сельхозстрахования, что подтверждается частичной оплатой Министерством сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан за страхователя второй части страховой премии в размере 32 242 руб.

При заключении договора воля ответчика не была направлена на то, чтобы полностью нести расходы по уплате страховой премии. Из содержания договора следует, что он был заключен именно с условием о государственной поддержке. Заявитель добросовестно предполагал, что страховой взнос в размере 50 % будет перечислен уполномоченным органом субъекта Российской Федерации (Минсельхозом РТ) за счет бюджетных средств.

Кроме того, в соответствии с Федеральным законом от 25.07.2011 № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства» (далее – Закон № 260-ФЗ) государство субсидирует 50 % страхового взноса (страховой премии), уплачиваемого сельхозпроизводителем страховщику, но не более 50 % суммы, рассчитанной исходя из предельного размера ставки для расчета размера субсидии.

Содержащееся в п. 3.1.4 договора условие об обязанности страхователя уплатить второй страховой взнос в случае непоступления средств государственной поддержки по любым основаниям в установленный срок фактически переводит договор страхования с государственной поддержкой в статус договора, заключенного на обычных условиях без государственной поддержки.

Однако из материалов дела не следует, что ответчик соглашался на перевод заключенного договора в договор без государственной поддержки.

Более того, в рассматриваемом случае судами установлено и материалами дела подтверждается, что для страхования урожая с государственной поддержкой в 2016 году ставки страхования у истца были в 3 раза выше, чем ставки, применяемые при аналогичном добровольном страховании.

Таким образом, сумма, уплаченная ответчиком, уже превышает размер страховой премии, которую истец получает при сравнимых обстоятельствах.

Следовательно, заявляя иск по настоящему делу, истец фактически злоупотребляет своими правами, пытаясь обогатиться за счет ответчика.

Довод истца о том, что страховая премия установлена в пределах ставок, утвержденных приказом Минсельхоза Российской Федерации от 30.10.2015 № 522, не принимается во внимание, поскольку данным приказом установлены предельные размеры ставок для расчета размера субсидий при сельскохозяйственном страховании, и он не является актом, утверждающим тарифы для страховых организаций. Тарифы в сфере страхования урожая сельскохозяйственных культур государством не регулируются.

Закон № 260-ФЗ принят в целях государственной поддержки сельскохозяйственного товаропроизводителя, а не страховых компаний, участвующих в программе страхования урожая сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой, в связи с чем в результате принятия мер государственной поддержки сельскохозяйственный товаропроизводитель должен оказаться в более выгодных условиях по сравнению с обычными (среднерыночными) условиями страхования урожая сельскохозяйственных культур.

Между тем в результате существенного завышения истцом страховых тарифов при реализации программы страховании урожая сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой и в результате неуплаты субсидии (50%) третьим лицом ответчик оказался в значительно более худшем положении, чем товаропроизводители, заключившие договоры страхования при рыночных ценах без государственной поддержки, что не соответствует целям государственной поддержки, закрепленным в Законе № 260-ФЗ.

Доводы истца о том, что страховые тарифы истца соответствуют страховым тарифам, применяемым другими страховыми организациями, и средним страховым тарифам в Республике Татарстан за 2016 год, что судом первой инстанции приняты во внимание базовые тарифы без учета применяемых коэффициентов, также подлежат отклонению, поскольку в договоре расчет и обоснование тарифа отсутствует. В заключенном договоре базовый страховой тариф не указан, поправочные коэффициенты не учитывались, а применен предельный размер страхового тарифа. Доказательств того, что примененные истцом тарифы соответствуют среднерыночным, в материалы дела не представлено.

Таким образом, у истца отсутствовали как экономические, так и правовые основания для существенного завышения суммы страховой премии в договорах страхования с государственной поддержкой.

Довод истца о том, что в силу свободы договора ответчик сам, без принуждения, согласился на такие условия договора, не принимаются во внимание, поскольку условия договора разработаны и предложены самим истцом. Фактически договор между сторонами является договором присоединения, в связи с чем ответчик не имел возможности повлиять на содержание договора.

Вместе с тем истец, будучи профессиональным участником в страховой деятельности, разработал проект договора страхования, который фактически содержит не подкрепленное документально условие о том, что 50 % страховой премии будет оплачено уполномоченным органом субъекта Российской Федерации за счет бюджетных средств. В результате ответчик, будучи слабой стороной такого договора страхования, оказывается введенным в заблуждение в части исполнимости его условий.

Судами правомерно признан необоснованным довод истца о том, что он не мог воспользоваться правом на изменение условий договора, поскольку п.п. 6.6.1 и 7.3.1 договора прямо предусмотрено право истца потребовать изменения условий договора сельскохозяйственного страхования в случае нарушения порядка и сроков уплаты очередного страхового взноса. При этом применение этого условия не ограничено какими-либо временными рамками.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права, а  направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств.

Между тем переоценка доказательств и установление обстоятельств спора в силу положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.06.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2019 по делу № А65-39793/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий судья                                              Э.Р. Галиуллин

 

Судьи                                                                                       Н.Н. Королева

 

                                                                                             И.Н. Смоленский