ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

26.10.2020 года                                                                    дело № А48-1576/2016 

г. Воронеж                                                                                                                             

Резолютивная часть постановления объявлена 19.10.2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26.10.2020 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                                                       Пороника А.А.

судей                                                                                            Письменного С.И.

                                                                                                       ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии:

от гражданина РФ ФИО3, иных лиц, участвующих в деле: не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу гражданина РФ ФИО3

на определение Арбитражного суда Орловской области от 14.07.2020 по делу № А48-1576/2016 (в части), 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ОрелИнтерБетон» ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Таурус Групп» (Орловская область, Орловский район, поселок Дружный, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), гражданину РФ ФИО3 (г. Орел) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ОрелИнтерБетон» (Орловская область, Орловский район, поселок Дружный, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

23.03.2016 (согласно оттиску регистрационного штампа суда) общество с ограниченной ответственностью «Тантал» (далее – ООО «Тантал») обратилось в Арбитражный суд Орловской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ОрелИнтерБетон» (далее – ООО «ОрелИнтерБетон», должник) несостоятельным (банкротом).

07.04.2016 заявление принято к производству (после устранения обстоятельств, послуживших основанием оставления заявления без движения).

27.06.2016 заявление ООО «Тантал» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4, являющийся членом Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

11.11.2016 (рез. часть от 07.11.2016) ООО «ОрелИнтерБетон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

19.11.2016 конкурсным управляющим в соответствии с требованиями статей 28, 128 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» опубликовано сообщение о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника в газете «Коммерсантъ» № 215, на сайте ЕФРСБ – 13.11.2016 (№ сообщения 1417913).

Конкурсный управляющий ООО «ОрелИнтерБетон» обратился в Арбитражный суд Орловской области с заявлением, в котором просил признать доказанным наличие оснований для привлечения гражданина РФ ФИО3 (далее – ФИО3) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ОрелИнтерБетон», приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего должником к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ОрелИнтерБетон» до окончания расчетов с кредиторами.

Также конкурсный управляющий ООО «ОрелИнтерБетон» ФИО4 обратился в Арбитражный суд Орловской области с заявлением, в котором просил суд привлечь общество с ограниченной ответственностью «Таурус Групп» (далее – ООО «Таурус Групп») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 127 809 824 руб. 51 коп.

Заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 и ООО «Таурус Групп» к субсидиарной ответственности объединены в целях совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 14.07.2020 признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «ОрелИнтерБетон» ФИО3 к субсидиарной ответственности. Рассмотрение заявления конкурсного управляющего должником к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным определением, ФИО3 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «ОрелИнтерБетон» ФИО3 к субсидиарной ответственности и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в данной части.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО3 указал, что его вина в наступлении банкротства должника, а также причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившим банкротством отсутствуют, поскольку для поддержания хозяйственной деятельности должника, в интересах которого действовал ФИО3 как единоличный исполнительный орган, в период осуществления им полномочий с 24.08.2015 по 25.07.2016 ООО «Таурус Групп» осуществлялись платежи в сумме 25 079 374,02 руб. в пользу контрагентов ООО «ОрелИнтерБетон» с назначением платежа «за ООО «ОрелИнтерБетон».

01.10.2020 посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» от конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложениями, в котором ФИО4 просил обжалуемое определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В отзыве конкурсный управляющий ссылался на то, что ФИО3 как лицо, на которое возложены обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, обязанность по передаче документов и имущества должника до настоящего времени не исполнил. Документы бухгалтерской и иной документации конкурсному управляющему в нарушение положений законодательства о банкротстве руководителем ООО «ОрелИнтерБетон» переданы не были, что препятствовало установлению имущества должника в целях формирования конкурсной массы и повлекло нарушение прав и законных интересов кредиторов на удовлетворение требований за счет конкурсной массы. Судом первой инстанции правильно установлена причинно-следственная связь между противоправным и виновным поведением бывшего руководителя ООО «ОрелИнтерБетон» и невозможностью формирования конкурсной массы должника и удовлетворения требований кредиторов в полном объеме.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, явку не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. От конкурсного управляющего поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Суд установил, что ФИО3 определение обжалуется только в части признания доказанным наличия оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «ОрелИнтерБетон» ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В материалах дела отсутствуют возражения участников процесса по поводу проверки законности и обоснованности определения только в обжалуемой части.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Учитывая отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, по поводу проверки законности и обоснованности определения только в обжалуемой части, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемой части. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего. 

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основной целью конкурсного производства является формирование конкурсной массы должника и удовлетворение требований кредиторов. При недостаточности имеющейся на момент открытия конкурсного производства имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов, законодательство о банкротстве устанавливает дополнительные механизмы защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, в том числе институт привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 Закона о банкротстве. В новой главе содержатся материально-правовые нормы, регулирующие основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения, устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих заявлений.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В ситуации, когда контролирующее должника лицо совершило действия (бездействие) до 01.07.2017, а заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд после указанной даты, подлежат применению процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве. В то же время суду следует руководствоваться материально-правовыми правилами статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции, применимой к спорным правоотношениям, с учетом разъяснений данных в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137.

С учетом обстоятельств спора подлежат применению материально-правовые нормы статей 9, 10 Закона о банкротстве, процессуальные же нормы – главы III.2 Закона о банкротстве.

В обоснование заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий сослался на непередачу ФИО3 как бывшим руководителем ООО «ОрелИнтерБетон» первичной документации должника, отсутствие которой существенным образом повлияло на формирование конкурсной массы и размер удовлетворения требований кредиторов.

Как следует из абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 7, 13 - 15, 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете)) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Исходя из пункта 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

В силу пункта 4 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Пунктом 1 статьи 50 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрен перечень документов, которые обязано хранить общество по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества согласно пункту 2 статьи 50 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

К указанным документам также относятся документы бухгалтерского учета, налоговая отчетность, документы о трудовой деятельности работников, отчетность по застрахованным лицам в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В соответствии с пунктом 7 статьи 3 Закона о бухгалтерском учете руководитель экономического субъекта – лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа.

При этом, исходя из норм Закона об обществах с ограниченной ответственностью и Закона о бухгалтерском учете в случае смены единоличного исполнительного органа общества печать, учредительные документы, бухгалтерская отчетность и иная документация, необходимая для осуществления руководства текущей деятельностью общества, подлежат передаче вновь избранному (назначенному) исполнительному органу общества.

Пунктом 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве передача конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации является обязанностью руководителя предприятия, который в свою очередь несет ответственность за организацию хранения такой документации в соответствии с Законом о бухгалтерском учете.

В соответствии с пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как следует из подпункта 4 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств, на момент введения конкурсного производства в отношении должника директором являлся ФИО3.

18.11.2016 арбитражным управляющим ФИО3 вручено требование о передаче документов, что подтверждается отметкой ответчика на требовании.

Вместе с тем, затребованные конкурсным управляющим ООО «ОрелИнтерБетон» документы, имущество должника в его распоряжение ФИО3 не предоставлены.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 28.03.2017 у ФИО3 истребованы документация должника, печати, штампы, материальные и иные ценности.

В связи с неисполнением ФИО3 определения суда от 28.03.2017 и непередачей документации конкурсному управляющему выдан исполнительный лист, который впоследствии был предъявлен в службу судебных приставов.

Согласно справке службы судебных приставов от 27.09.2018 № 57001/18/179370 в производстве Советского РОСП по г. Орел находится исполнительное производство № 1687/17/57001 от 13.01.2018 в отношении ФИО3 с предметом исполнения: истребовать у бывшего директора документы.

В ходе совершения исполнительных действий был осуществлен выход по месту жительства должника ФИО3 по адресу: 

<

...>, установлено, что должник по данному адресу не проживает, соседи информацией о ФИО3 не располагают, о чем составлен акт совершения исполнительных действий.

Как указал конкурсный управляющий, до настоящего времени требования исполнительного документа не исполнены, что подтверждается сведениями с официального сайта ФССП России.

При таких обстоятельствах, имеющиеся в материалах дела доказательства, по мнению судов, в своей совокупности свидетельствуют о том, что ответчиком не приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Доказательств, бесспорно и однозначно подтверждающих отсутствие вины ФИО3 в непередаче конкурсному управляющему документации должника, в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Пунктом 24 Постановления № 53 разъяснено, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Из представленной конкурсным управляющим бухгалтерской отчетности усматривается, что у должника по состоянию на окончание 2015 года числились следующие активы: запасы на общую сумму 116 152 тыс. руб., дебиторская задолженность на сумму 34 919 тыс. руб., финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов) на сумму 31 180 тыс. руб.

Вместе с тем, ФИО3 не передал конкурсному управляющему ООО «ОрелИнтерБетон» первичные бухгалтерские документы, отражающие наименование дебитора, основание возникновения задолженности, размер задолженности, а также перечень запасов и финансовых вложений, числящихся на балансе ООО «ОрелИнтерБетон» с приложением соответствующих расшифровок.

Как обоснованно указал конкурсный управляющий, непередача и искажение данных отчетности должника привела к тому, что у конкурсного управляющего отсутствовала возможность провести инвентаризацию имущества, не являющееся залоговым (запасы, финансовые вложения), принять меры по взысканию соответствующей дебиторской задолженности по причине отсутствия первичных бухгалтерских документов (позволяющих установить из каких правоотношений сложилась указанная задолженность, перед кем и в каком размере).

Наличие указанных обстоятельств существенно препятствует формированию (пополнению) конкурсной массы должника, затрудняет проведение процедуры конкурсного производства ООО «ОрелИнтерБетон» и, как следствие, нарушает права и законные интересы кредиторов на удовлетворение своих требований за счет конкурсной массы.

Как руководитель должника ФИО3, проявив требуемые заботливость и осмотрительность, обязан был вести надлежащим образом бухгалтерский учет возглавляемого им юридического лица и принять все возможные меры к предоставлению конкурсному управляющему должником всей бухгалтерской и иной документации, а также имущества должника.

С учетом изложенного просматривается причинно-следственную связь между отсутствием документации и невозможностью полного удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

Обязанность по доказыванию отсутствия со своей стороны названных нарушений лежит на самом руководителе, что в настоящем случае им не исполнено.

Таким образом, материалами дела доказаны обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по правилам пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве за непередачу документации должника.

Помимо прочего, в обоснование заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий сослался на причинение действиями бывшего руководителя должника существенного ущерба имущественным правам кредиторов вследствие совершения недействительных сделок.

В силу абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Как следует из разъяснений пункта 5 Постановления № 53, в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статья 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках») вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Из представленных в материалы дела доказательств судом установлено, что участником должника и единоличным исполнительным органом ООО «ОрелИнтерБетон» являлся ФИО3.

Таким образом, он имел фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его поведение, то есть являлся контролирующим должника лицом.

Данные обстоятельства ФИО3 не опровергнуты.

Согласно пункту 1 Постановления № 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении, судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Таким образом, основной целью законодательного закрепления субсидиарной ответственности по делам о банкротстве является недопущение и противодействие злоупотреблениям корпоративной формой, то есть ситуациям, в которых юридические лица используются для недобросовестных целей, а именно: уклонения от уплаты налогов, избежания необходимости исполнять гражданско-правовые обязательства и пр.

При этом согласно п. 3 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью субсидиарная ответственность по обязательствам общества может быть возложена на участников или других лиц только в случае банкротства общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, необходимо учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В связи с чем, для привлечения к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, необходимо установление совокупности условий: 

наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; 

совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; 

наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступлением банкротства должника; 

факта недостаточности имущества должника для расчетов с кредиторами, а также вины ответчика в наступлении банкротства.

Как следует из представленных конкурсным управляющим доказательств, к августу 2015 года у должника сформировалась большая задолженность перед кредиторами, которая в последующем была включена в реестр требований кредиторов, в частности:

- перед ООО «Тантал» (правопреемник ООО «Лео+») образовалась в связи с неоплатой товара, поставленного в период с сентября 2014 года по июнь 2015 года. Решением Арбитражного суда Орловской области от 28.12.2015 по делу № А48-6214/2015 задолженность была взыскана в пользу кредитора, а определением Арбитражного суда Орловской области от 27.06.2016 – включена в реестр требований кредиторов;

- перед АО «Россельхозбанк» (правопреемник ФИО5) по кредитным обязательствам, которая образовалась с августа 2015 года в связи с неуплатой процентов и основного долга, заочными решениями Советского районного суда г. Орла от 08.10.2015 в пользу кредитора взыскана просроченная задолженность, определениями Арбитражного суда Орловской области от 12.08.2016 требования банка включены в реестр требований кредиторов;

- перед АО «ЕВРОЦЕМЕНТГРУПП» образовалась в связи с неоплатой товара, поставленного в период с сентября 2014 года по март 2015 года. Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.03.2016 по делу № А40-242106/2015 задолженность была взыскана в пользу кредитора, а определением Арбитражного суда Орловской области от 31.01.2017 – включена в реестр требований кредиторов;

- перед ООО «Промсервис» образовалась в связи с неоплатой товара, поставленного в период по май 2015 года. Определением Арбитражного суда Белгородской области от 11.11.2015 утверждено мировое соглашение о погашении задолженности на условиях рассрочки, а определением Арбитражного суда Орловской области от 17.10.2016 – требования включены в реестр требований кредиторов;

- перед ООО «ЧОП «Варяг» образовалась в связи с неоплатой охранных услуг, оказанных в период с августа 2015 года по март 2016 года. Определением Арбитражного суда Орловской области от 09.01.2017 требования включены в реестр требований кредиторов.

В вышеуказанный период образования у должника большей части задолженности перед кредиторами (с августа 2015 года) им были заключены следующие сделки:

- между ООО «ОрелИнтерБетон» (старый дебитор) и ООО «Таурус Групп» (новый дебитор) был заключен договор № 2 уступки долга от 31.08.2015, согласно условиям которого, старый дебитор уступает, а новый дебитор принимает на себя права требования к ООО «Белстроймонолит» (должник) по договору поставки (п. 1.1 договора) в сумме 741 278,30 руб.;

- между ООО «ОрелИнтерБетон» (старый дебитор) и ООО «Таурус Групп» (новый дебитор) был заключен договор № 1 уступки долга от 01.09.2015, согласно условиям которого, старый дебитор уступает, а новый дебитор принимает на себя права требования к ЗАО «Корпорация «Гринн» (должник) (п. 1.1 договора) в сумме 2 059 005 руб.;

- между ООО «ОрелИнтерБетон» (старый дебитор) и ООО «Таурус Групп» (новый дебитор) был заключен договор переуступки долга от 20.05.2016, согласно условиям которого старый дебитор уступает, а новый дебитор принимает на себя права требования к ООО «Ринг-Агро» (должник) (п. 1.1 договора). Согласно п. 1.2 договора размер уступаемых прав требований составляет 607 323,11 руб.

В соответствии с выпиской ЕГРЮЛ № ЮЭ9965-19-63092236 от 10.07.2019 ООО «Таурус Групп» создано 24.08.2015. Единственным участником и единоличным исполнительным органом ООО «Таурус Групп» являлся ФИО3

Определениями Арбитражного суда Орловской области от 07.06.2017 по делам № А48-1576/2016(А), № А48-1576/2016(Б), № А48-1576/2016(В) вышеуказанные сделки признаны недействительными в связи с отсутствием со стороны ООО «Таурус Групп» какого-либо встречного исполнения, с ООО «Таурус Групп» взысканы полученные от дебиторов должника денежные средства в размере 3 407 606 руб. 41 коп.

Помимо этого, определением Арбитражного суда Орловской области от 02.08.2017 признаны недействительными взаимосвязанные сделки по погашению ООО «ОрелИнтерБетон» обязательств перед ООО «Таурус Групп» по договору займа № 04/15 от 10.12.2015 в общей сумме 2 720 838 руб. 50 коп., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Таурус Групп» указанных денежных средств.

Более того, в ходе анализа движения денежных средств по расчетному счету ООО «Таурус Групп» конкурсным управляющим выявлено поступление в адрес ООО «Таурус Групп» денежных средств в счет расчетов с ООО «ОрелИнтерБетон» от иных контрагентов – ООО «Стройевростиль», ООО «Арсенал» на сумму около 3 000 000 руб.

Помимо прочего, 25.08.2015 между ООО «ОрелИнтерБетон» (поставщик) и ООО «Таурус Групп» (заказчик) заключен договор поставки ТБ № 19, в рамках которого ООО «ОрелИнтерБетон» поставило в адрес ООО «Таурус Групп» продукцию на общую сумму 32 343 861 руб., в том числе за август 2015 года на сумму 947 700 руб., за сентябрь 2015 года на сумму 8 849 405 руб., за октябрь 2015 года на сумму 12 527 567 руб., за ноябрь 2015 года на сумму 5 021 784 руб., за декабрь 2015 года на сумму 4 997 405 руб.

В то же время, ООО «Таурус Групп» оплатило задолженность частично в сумме около 29 000 000 руб. путем перечисления денежных средств в адрес третьих лиц и на расчетный счет должнику, что установлено определением Арбитражного суда Орловской области от 19.10.2017 по делу № А48-1576/2016 (10).

В результате совершения между должником и аффилированным с ним лицом (ООО «Таурус Групп») вышеуказанных сделок, из владения должника в период возникновения просроченной задолженности перед кредиторами выбывало принадлежащее должнику имущество (права требования, продукция), в том числе необходимое для ведения обычной хозяйственной деятельности. При этом по части сделок оно выбыло на безвозмездной основе.

Между тем, как указал конкурсный управляющий, после совершения вышеуказанных сделок должник практически прекратил осуществлять производственную деятельность. Производимая им продукция в основном реализовывалась в адрес ООО «Таурус Групп».

При указанных обстоятельствах, данные действия бывшего руководителя должника суды оценивают как недобросовестные и неосмотрительные, под воздействием которого в ситуации возникновения просроченной задолженности перед кредиторами должником совершались сделки по изъятию из хозяйственного оборота денежных средств и продукции. Учитывая, что основным видом деятельности должника являлось производство и реализация товарного бетона, бетонных изделий, то разумным являлось бы продолжение должником своей хозяйственной деятельности и направление вырученных от реализации продукции денежных средств на погашение возникшей задолженности перед кредиторами.

Исходя из пункта 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Постановления № 53, под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Также в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 определено понятие объективного банкротства как критического момента, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей.

Оценивая вышеуказанные неправомерные действия контролирующего должника лица, арбитражный суд пришел к верному выводу о том, что они явились причиной перехода должника к состоянию объективного банкротства.

Так, в связи с изъятием части имущества должника в пользу ООО «Таурус Групп» и прекращением ведения хозяйственной деятельности должник продолжал наращивать просроченную задолженность перед кредиторами.

В частности, в связи с допущенной просрочкой исполнения обязательств по возврату кредитов АО «Россельхозбанк» инициировал мероприятия по принудительному истребованию задолженности в судебном порядке в сумме 100 805 938 руб. 65 коп., что подтверждается определениями о включении требований банка в реестр требований кредиторов.

В то же время, в случае если бы должник продолжил вести производственную деятельность и самостоятельно реализовывать производимую продукцию, то вырученные денежные средства могли быть направлены на погашение образовавшейся задолженности перед кредиторами, что позволило бы пресечь возникновение ее последующей просрочки.

Между тем, вместо совершения действий по реабилитации деятельности подконтрольного ему лица ФИО3 изъял часть принадлежащего должнику имущества в пользу вновь созданного им заинтересованного лица, прекратив при этом расчеты с кредиторами, чьи требования были впоследствии включены в реестр требований кредиторов.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать факт совершения ими правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между действиями ответчика (контролирующего должника лицами) и наступлениями последствий (банкротством должника).

В соответствии с пунктами 1 – 3 Постановления № 62 в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Исходя из п. 4 Постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т. п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (п. 5 Постановления № 62).

Исходя из пункта 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

В соответствии с абзацем 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Данные факты ответчиком не подтверждены.

При этом доводы ФИО3 об отсутствии его вины в наступлении банкротства должника (впоследствии повторенные и в апелляционной жалобе) не могут быть признаны состоятельными, поскольку совершенные ООО «Таурус Групп» платежи в адрес третьих лиц были направлены на погашение текущей задолженности должника, при наличии большого размера просроченной задолженности перед другими кредиторами, впоследствии выступившими инициаторами процедуры банкротства должника. Выборочный способ погашения задолженности одних кредиторов при наличии существенных неисполненных обязательств перед другими кредиторами, ставший возможным в связи с выбранной корпоративной моделью ведения бизнеса, привел к невозможности получения кредиторами полного удовлетворения их требований, что дополнительно свидетельствует о неразумности и необоснованности действий контролирующего должника лица.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что имеют место обстоятельства, предусмотренные п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, в связи с которыми полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, а именного ответчика по настоящему обособленному спору (ФИО3), поскольку контролирующее лицо, совершая сделки на заведомо невыгодных для должника условиях, повлекшие несостоятельность должника вследствие одновременного наращивания просроченной кредиторской задолженности, прекращения хозяйственной деятельности и перевода производства на заинтересованное лицо, действовало в ущерб интересам, как самого должника, так и его кредиторов, чем довело ООО «ОрелИнтерБетон» до состояния объективного банкротства.

Также конкурсный управляющий указывал на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника.

Как следует из пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: 

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его долгам необходимо возникновение одного из перечисленных обстоятельств (п. 1. ст. 9 Закона о банкротстве) и установление даты его возникновения, неподача руководителем заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности, после истечения указанного срока.

Статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Для применения субсидиарной ответственности заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 – 4 статьи 9 данного Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992, субсидиарная ответственность руководителя определена пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Как указывалось выше, дело о банкротстве должника было возбуждено 07.04.2016 по заявлению кредитора ООО «Тантал».

В то же время, как установлено ранее, у должника имелись кредитные обязательства перед АО «Россельхозбанк».

Ввиду того, что обязанности солидарных должников в рамках обязательств по договорам об открытии кредитной линии не были исполнены, в рамках мероприятий по взысканию задолженности заявитель обратился в Советский районный суд г. Орла с исковыми заявлениями к ООО «ОрелИнтерБетон», ООО «ИнтерТрансСтрой», ФИО3, ФИО6, ФИО7 о взыскании задолженности.

Вступившим в законную силу заочным решением Советского районного суда г. Орла от 08.10.2015, с учетом определения от 08.12.2015 об исправлении описки, с ООО «ОрелИнтерБетон», ООО «ИнтерТрансСтрой», ФИО3, ФИО6, ФИО7 взыскана задолженность по договору об открытии кредитной линии от 25.06.2014 № 141000/0093 в размере 2 944 066 руб. 57 коп., в том числе основной долг – 2 500 000 руб., проценты за пользование кредитом в сумме 407 671 руб. 23 коп. (за период с 1 по 31 августа 2015 года), комиссии за обслуживание кредита в сумме 13 589 руб. 04 коп. (за период с 1 по 31 августа 2015 года), задолженность по госпошлине – 22 806 руб. 30 коп.

Вступившим в законную силу заочным решением Советского районного суда г. Орла от 08.10.2015 по делу № 2-2547/2015 (с учетом определения от 08.12.2015 об исправлении описки) с ООО «ОрелИнтерБетон», ООО «ИнтерТрансСтрой», ФИО3, ФИО6, ФИО7 взыскана задолженность по договору об открытии кредитной линии от 16.01.2014 № 141000/0004 в размере 6 218 023 руб. 59 коп., в том числе основной долг – 5 414 066 руб. 35 коп., проценты за пользование кредитом – 750 080 руб. 12 коп. (за период с 1 по 31 августа 2015 года), комиссия за обслуживание счета 14 782 руб. 28 коп. (за период с 1 августа 2015 года по 10 сентября 2015 года), расходы по оплате государственной пошлине в размере 39 094 руб. 64 коп.

Вышеуказанные решения Советского районного суда г. Орла вступили в законную силу 14.11.2015.

Следовательно, по состоянию на 14.11.2015 у должника имелись неисполненные свыше трех месяцев обязательства перед кредитором АО «Россельхозбанк», таким образом, в соответствии с п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве на указанную дату ООО «ОрелИнтерБетон» уже отвечало признакам неплатежеспособности.

Как обоснованно указал конкурсный управляющий, обязанность по обращению с заявлением должника в арбитражный суд в соответствии с п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве у руководителя должника истекла 14.12.2015 (по истечении месяца со дня вступления в законную силу решений Советского районного суда г. Орла).

Таким образом, учитывая, что производство по делу о банкротстве ООО «ОрелИнтерБетон» возбуждено по заявлению кредитора ООО «Тантал», поданному 23.03.2016, то ФИО3 не исполнил надлежащим образом обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

На основании вышеизложенного, заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности суд первой инстанции правомерно признал обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Вместе с тем, в настоящее время не представляется возможным определить размер непогашенных требований кредиторов, поскольку конкурсным управляющим проводятся мероприятия по реализации имущества должника, проведению расчетов с кредиторами. В связи с этим, определение конкурсным управляющим суммы, на которую предъявляется требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, является преждевременным.

Исходя из п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Пунктом 41 Постановления № 53 разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности при рассмотрении апелляционной жалобы на определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении соответствующего требования), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. 

При изложенных обстоятельствах, учитывая невозможность на данный момент определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, а также правовую возможность приостановления производства по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности до момента завершения всех мероприятий конкурсного производства, установленную Законом о банкротстве, суд обоснованно приостановил рассмотрение заявления конкурсного управляющего должником к ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Указанная норма Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет общее правило о бремени доказывания. Содержание данного правила определяется действием принципа состязательности в арбитражном процессе.

Последствием неисполнения этой юридической обязанности (непредставление доказательств) может стать принятие судебного акта, который не будет соответствовать интересам стороны, не представившей доказательства в полном объеме.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим доказана причинно-следственная связь между действиями контролировавшего должника лица и его банкротством, представлены достаточные и достоверные доказательства того, что действия ФИО3 явились причиной банкротства ООО «ОрелИнтерБетон» и в результате этих действий изменилось финансовое положение должника; подтвержден достаточными доказательствами факт наличия у должника признаков неплатежеспособности в заявленный период и обстоятельств, обязывающих ответчика обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.  

При этом доказательств обратного ФИО3 в нарушение статей 9, 65 АПК РФ не представил.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель жалобы не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. основаны на ошибочном толковании норм права.

В остальной части определение Арбитражного суда Орловской области от 14.07.2020 по делу № А48-1576/2016 не обжалуется. 

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 271 – 272 АПК РФ,  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Орловской области от 14.07.2020 по делу № А48-1576/2016 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                              А.А. Пороник

Судьи                                                                                            С.И. Письменный

 

    ФИО1