АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Иркутск                                                                                   Дело  № А19-15400/2020

09.10.2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 09.10.2020 года.

Решение в полном объеме изготовлено 09.10.2020 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Мусихиной Т.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Михайловым Э.С.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению

Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 

<

...>)

о привлечении Общества с ограниченной ответственностью охранно-правовое предприятие «Старком-Бриз» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)        

к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя: ФИО1 (удостоверение, доверенность), 

от лица, привлекаемого к административной ответственности: ФИО2 (паспорт, директор), 

установил:

Управлене Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Иркутской области (далее – заявитель, административный орган, Управление) обратилось арбитражный суд с заявлением о привлечении Общества с ограниченной ответственностью охранно-правовое предприятие «Старком-Бриз» (далее – Общество, ответчик) к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В судебном заседании представитель административного органа заявленное требование поддержал по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель ответчика заявленное требование не признал по основаниям, изложенным в отзыве на заявление.

Дело рассмотрено в порядке, предусмотренном главой 25 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом установлены следующие обстоятельства дела.

Общество с ограниченной ответственностью охранно-правовое предприятие «Старком-Бриз» зарегистрировано в качестве юридического лица, основной государственный регистрационный номер 

<

***>.

Общество имеет лицензию №132 от 17.10.2008 г. на оказание услуг:

1. защита жизни и здоровья граждан;

2. охрана объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке),находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении,оперативном управлении или доверительном управлении, за исключением объектови (или) имущества, предусмотренных пунктом 7 части 3 статьи 3 Закона РФ от 11.03.1992 №2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации»;

3. охрана объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ попроектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию техническихсредств охраны, перечень видов которых устанавливается ПравительствомРоссийской Федерации, и (или) с принятием соответствующих мер реагирования наих сигнальную информацию;

4. обеспечение порядка в местах проведения массовых мероприятий;

5. обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, заисключением объектов, предусмотренных пунктом 7 части 3 Закона РФ;

В ходе проведенной 10.07.2020 года сотрудником отдела лицензионно-разрешительной работы Управления Росгвардии по Иркутской области проверки объекта охраны в отношении ООО охранно-правового предприятия «Старком-Бриз» установлено, что охранное предприятие осуществляло предпринимательскую деятельность с нарушением лицензионных требований, а именно: не имея правового статуса частного охранника, удостоверения частного охранника, личной карточки частного охранника, работник ООО «ОПП «Старком – Бриз» ФИО3 осуществляла охрану объекта по договору; на объекте отсутствует должностная инструкция о действиях работников при оказании охранных услуг по обеспечению внутриобъектового пропускного режима.

Данные нарушения отражены в протоколе об административном правонарушении №38ЛРР032100820202159 от 10.08.2020, который с заявлением и другими материалами проверки направлен в арбитражный суд для решения вопроса о привлечении ответчика к административной ответственности, предусмотренной частью 3  статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Исследовав доказательства по делу: заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, ознакомившись с письменными доказательствами, суд приходит к следующему.

Согласно части 6 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) установлена ответственность за осуществление предпринимательской деятельности с нарушением требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией).

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются, в частности, всестороннее, полное и объективное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом (статья 24.1 КоАП РФ).

На основании статьи 26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в том числе, наличие события административного правонарушения, а также обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении.

Согласно части 2 статьи 28.2 КоАП РФ в протоколе об административном правонарушении указывается, в том числе событие административного правонарушения.

В силу абзаца 2 пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" существенным недостатком протокола является отсутствие данных, прямо перечисленных в части 2 статьи 28.2 КоАП РФ, и иных сведений в зависимости от их значимости для данного конкретного дела об административном правонарушении.

Пунктом 1 части 1.1 статьи 29.9 КоАП РФ предусмотрено, что постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении выносится в случае наличия хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьей 24.5 этого Кодекса.

В свою очередь, в силу пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.

Таким образом, составляя протокол об административном правонарушении по части 3 статьи 14.1 КоАП РФ в отношении общества и направляя его в арбитражный суд, административный орган обязан был установить все элементы данного административного правонарушения (субъект, объект, субъективную сторону, объективную сторону).

Однако в протоколе об административном правонарушении №38ЛРР032100820202159 от 10.08.2020 не содержатся характеристики всех элементов состава вменяемого обществу административного правонарушения (в частности, отсутствует достаточное описание объективной стороны).

Между тем, согласно статье 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (часть 1); обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (часть 2); неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (часть 3).

В пункте 3 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июля 2010 года N 934-О-О указано, что, несмотря на то, что названные конституционные положения по своему буквальному смыслу направлены на закрепление презумпции невиновности в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступления, их значение выходит за рамки уголовного преследования. Наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения является одним из принципов юридической ответственности, а конституционные положения о презумпции невиновности и бремени доказывания, которое возлагается на органы государства и их должностных лиц, выражают общие принципы права при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности в уголовном и в административном праве.

Аналогичная правовая позиция выражена также и в других решениях Конституционного Суда Российской Федерации (например, Постановления от 07 июня 2000 года N 10-П, от 27 апреля 2001 года N 7-П, от 17 июля 2002 года N 13-П, Определение от 09 апреля 2003 года N 172-О).

В соответствии с правовыми позициями, выраженными в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года N 11-П, от 27 апреля 2001 года N 7-П, от 30 июля 2001 года N 13-П и от 24 июня 2009 года N 11-П, в качестве необходимого элемента общего понятия состава правонарушения выступает вина, наличие которой является во всех отраслях права предпосылкой возложения юридической ответственности, если иное прямо и недвусмысленно не установлено непосредственно самим законодателем; федеральный законодатель, устанавливая меры взыскания штрафного характера, может предусматривать - с учетом особенностей предмета регулирования - различные формы вины и распределение бремени ее доказывания.

Закрепляющий общие положения и принципы административно-деликтного законодательства КоАП РФ также исходит из того, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1 статьи 1.5); лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке (часть 2 статьи 1.5); неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5).

Согласно части 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое этим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Согласно части 3 статьи 1.5 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность.

В нарушении приведенных норм права Управлением не представлено в материалы дела каких-либо доказательств, подтверждающих событие вменяемого обществу административного правонарушения.

В пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02 июня 2004 года N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" указано, что выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

 Отношения, возникающие между федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями в связи с осуществлением лицензирования отдельных видов деятельности, регулируются Федеральным законом.

Согласно статье 3 Федерального закона от 4 мая 2011 года № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее - Федерального закона №99 –ФЗ) лицензируемым является вид деятельности, на осуществление которого на территории Российской Федерации требуется получение лицензии в соответствии с настоящим законом.

При этом под лицензией понимается специальное разрешение на право осуществления юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем конкретного вида деятельности (выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности), которое подтверждается документом, выданным лицензирующим органом на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, в случае, если в заявлении о предоставлении лицензии указывалось на необходимость выдачи такого документа в форме электронного документа.

В соответствии с пунктом 32 части 1 статьи 12 Федерального закона №99 –ФЗ частная охранная деятельность подлежит обязательному лицензированию.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указано, что право осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение специального разрешения (лицензии), возникает с момента получения разрешения (лицензии) или в указанный в нем срок.

Согласно пункту 2 части 4 статьи 1 Федерального закона №99-ФЗ особенности лицензирования частной детективной (сыскной) деятельности и частной охранной деятельности, в том числе в части, касающейся порядка принятия решения о предоставлении лицензии, срока действия лицензии и порядка продления срока ее действия, приостановления и возобновления действия лицензии, могут устанавливаться федеральными законами.

В силу части 7 статьи 3 Федерального закона №99-ФЗ лицензионные требования - это совокупность требований, которые установлены положениями о лицензировании конкретных видов деятельности, основаны на соответствующих требованиях законодательства Российской Федерации и направлены на обеспечение достижения целей лицензирования.

Правовую основу частной детективной и охранной деятельности помимо Конституции Российской Федерации и иных нормативных правовых актов Российской Федерации составляет Закон №2487-1.

В силу статьи 1 Закона №2487-1 частная детективная и охранная деятельность определяется как оказание на возмездной договорной основе услуг физическим и юридическим лицам, имеющими специальное разрешение (лицензию) органов внутренних дел организациями и индивидуальными предпринимателями в целях защиты законных прав и интересов своих клиентов.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 1.1 названного Закона под частной охранной организацией понимается организация, специально учрежденная для оказания охранных услуг, зарегистрированная в установленном законом порядке и имеющая лицензию на осуществление частной охранной деятельности.

Согласно статье 11 Закона №2487-1 оказание охранных и сыскных услуг разрешается только организациям, специально учреждаемым для их выполнения и имеющим лицензию, выданную уполномоченным органом.

Частью 2 статьи 11.2 Закона №2487-1 предусмотрено, что Правительством Российской Федерации утверждается положение о лицензировании частной охранной деятельности, в котором устанавливаются порядок лицензирования данного вида деятельности и перечень лицензионных требований по каждому виду охранных услуг, предусмотренных частью третьей статьи 3 названного Закона.

Пунктом 2(1) Положения о лицензировании о частной охранной деятельности, утвержденном Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.06.2011 №498, установлено, что одним из лицензионных требований при осуществлении охраны объектов и (или) имущества является соблюдение лицензиатом требований, предусмотренных статьей 11, частями первой - третьей (в случае оказания охранных услуг с использованием видеонаблюдения, а также оказания охранных услуг в виде обеспечения внутриобъектового и (или) пропускного режимов), седьмой и восьмой статьи 12 Закона Российской Федерации "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации"

В соответствии с частью 7 стать 12 Закона Российской Федерации "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" обязательным требованием является наличие у работников частной охранной организации, осуществляющих охранные услуги, личной карточки охранника, выданной федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности, или его территориальным органом в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности. Работники частной охранной организации имеют право оказывать охранные услуги в специальной форменной одежде, если иное не оговорено в договоре с заказчиком. Оказание работниками частной охранной организации услуг в специальной форменной одежде должно позволять определять их принадлежность к конкретной частной охранной организации.

Согласно пунктам 3, 7 Положения о лицензировании о частной охранной деятельности лицензионным требованием при осуществлении услуг по защите жизни и здоровья граждан, а также по охране объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке), находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении, дополнительно к лицензионным требованиям, предусмотренным пунктом 2(1) настоящего Положения, является наличие на объекте (объектах) охраны должностной инструкции о действиях работников при оказании охранных услуг соответствующего вида, утвержденной лицензиатом, а также лицензионным требованием при осуществлении обеспечения внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, за исключением объектов, предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона Российской Федерации "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации", дополнительно к лицензионным требованиям, предусмотренным пунктом 2(1) настоящего Положения, является наличие у лицензиата утвержденной им должностной инструкции о действиях работников по обеспечению внутриобъектового и пропускного режимов на каждом объекте охраны.

Как уже указывалось выше и зафиксировано протоколом об административном правонарушении №38ЛРР032100820202159 от 10.08.2020, охранное предприятие осуществляло предпринимательскую деятельность с нарушением лицензионных требований, а именно: не имея правового статуса частного охранника, работник ООО «ОПП «Старком – Бриз» ФИО3 осуществляла охрану объекта по договору; на объекте отсутствует должностная инструкция о действиях работников при оказании охранных услуг по обеспечению внутриобъектового пропускного режима.

Вместе с тем, пунктом 3 статьи 1.1 Закона о частной детективной и охранной деятельности установлено, что право частному охраннику работать по трудовому договору с охранной организацией на должности, связанной непосредственно с оказанием охранных услуг, дает удостоверение частного охранника.

При этом частный охранник - гражданин Российской Федерации, достигший восемнадцати лет, прошедший профессиональное обучение для работы в качестве частного охранника, сдавший квалификационный экзамен, получивший в установленном настоящим Законом порядке удостоверение частного охранника и работающий по трудовому договору с охранной организацией.

Как указывает общество и следует из материалов дела, на момент проверки в 16 часов 00 минут 10.07.2020 охрана объекта не осуществлялась, ФИО3 присутствовала на данном посту как  стажер – охранника и охрану объекта не осуществляла. Охрану объекта осуществляла наставник ФИО3 - охранник ФИО4, которая в нарушение должностной инструкции покинула пост охраны, не известив руководство ООО ОПП «Старком-Бриз». 

В судебном заседании законный представитель общества суду пояснил, что должностную инструкцию при проведении проверки не требовали; она находилась на посту; законный представитель общества при проведении проверки не присутствовал, в связи с чем не мог ее показать; должностная инструкция о действиях работников при оказании охранных услуг по обеспечению внутриобъектового пропускного режима находится постоянно на посту.

Исследованные в судебном заседании фототаблицы, а также представитель административного органа в судебном заседании не смогли достоверно подтвердить или опровергнуть наличие должностной инструкции о действиях работников при оказании охранных услуг по обеспечению внутриобъектового пропускного режима на посту при проведении проверки.

Таким образом, ни протокол об административном правонарушении, ни материалы административного дела не содержат достоверных сведений, позволяющих суду сделать вывод о том, что ФИО3 работает по трудовому договору с обществом на должности, связанной непосредственно с оказанием охранных услуг, то есть имеет право непосредственно оказывать охранные услуги, а также об отсутствии или наличии должностной инструкции о действиях работников при оказании охранных услуг по обеспечению внутриобъектового пропускного режима на посту при проведении проверки.

Протокол об административном правонарушении и материалы административного дела содержат общие сведения о том, что ФИО3, находясь на посту охраны, осуществляла охранные функции. В чем выразилось осуществление ФИО3, охранных функций, административным органом не зафиксировано.

Из объяснений самой ФИО3 следует, что она стажер охранника и осуществляет функции такие же, как охранник.

В силу приведенных норм Закона о частной детективной и охранной деятельности и Положения о лицензировании частной охранной деятельности, с учетом установленных по делу обстоятельств суд приходит к выводу о том, что констатация административным органом в рассматриваемом случае лишь факта нахождения на охраняемом объекте – ОАО «Осетровский речной порт» ФИО3 сам по себе не доказывает факт осуществления ей при этом охранных функций.

Данные выводы, соответствуют правовой позиции, указанной в постановлении Четвертого арбитражного апелляционного суда  по делу А19-24590/2018.

Таким образом, материалами дела не зафиксировано нарушение лицензионных требований и условий, установленных положением о лицензировании, то есть событие правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что при составлении протокола об административном правонарушении вопрос о наличии в действиях общества события правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ, административным органом надлежащим образом не исследовался.

В силу статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях  отсутствие события административного правонарушения является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

На основании части 2 статьи 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения заявления о привлечении к административной ответственности арбитражный суд принимает решение о привлечении к административной ответственности или об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

Оценив с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, в привлечении общества к административной ответственности за административное правонарушение, предусмотренное частью 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 176, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

р е ш и л:

В удовлетворении заявленного требования отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение 10 дней со дня его принятия.

 

Судья                                                                                                          Т.Ю. Мусихина