АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

10 октября 2024 года

Дело №

А56-8634/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Мирошниченко В.В., Чернышевой А.А., 

при участии от индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 16.02.2020), 

рассмотрев 19.09.2024 и 26.09.2024 в открытых судебных заседаниях кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2024 по делу № А56-8634/2021/сд.2+тр.12,

                                                              у с т а н о в и л:                                             

Федеральная налоговая служба (далее – ФНС) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом). 

Определением от 01.07.2021 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу. 

Определением суда от 20.06.2022 заявление ФНС признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4. 

Указанные сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» 09.07.2022.

Решением от 10.11.2022 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5. 

Указанные сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» 12.11.2022.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 11.01.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – Реестр) требования в размере 6 160 000 руб. основного долга и 13 059 200 руб. неустойки как обеспеченных залогом квартиры № 23 с кадастровым номером 78:06:0002084:2205, по адресу: Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д. 62, лит. А. 

Определением суда от 11.02.2023 заявление ФИО1 принято к производству, обособленному спору присвоен номер А56-8634/2021/тр.12. 

Финансовый управляющий ФИО5 21.03.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора займа с одновременным залогом (ипотекой) квартиры от 06.03.2019 № 78 АБ 6376972, заключенного должником и ФИО1 (далее - Договор займа). 

Определением суда от 31.03.2023 заявление финансового управляющего принято к производству, обособленному спору присвоен номер А56-8634/2021/сд.2. 

Определением от 31.03.2023 суд объединил обособленные споры «тр.12» и «сд.2» в одно производство, присвоил ему номер А56-8634/2021/сд.2+тр.12. 

Финансовый управляющий 04.04.2023 заявил об уточнении своих требований, просил признать недействительным Договор залога и применить последствия его недействительности в виде прекращения права залога квартиры с кадастровым номером 78:06:0002084:2205, а также регистрационной записи о залоге от 25.03.2019 (номер государственной регистрации 78:06:0002084:2205-78/033/2019-1).

ФИО1 25.05.2023 также заявил уточнения своих требований и просил признать обоснованным и подлежащим включению в Реестр – как обеспеченное залогом имущества должника требование в размере 3 500 000 руб. основного долга, 3 898 973 руб. 28 коп. процентов за период с 06.02.2020 по 02.06.2022, 7 797 946 руб. 56 коп. процентов за период с 02.06.2020 по 02.06.2022 и 7 945 000 руб. пеней за период 06.03.2021 по 02.06.2022. 

Уточнения финансового управляющего и ФИО1 приняты судом к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Определением от 29.12.2023 суд первой инстанции признал недействительным Договор займа, в удовлетворении заявления ФИО1 о включении его требования в Реестр отказал. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2024 определение от 29.12.2023 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе и дополнениях к ней ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит отменить указанные определение и постановление, принять новый судебный акт, которым признать требование ФИО1 обоснованным, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать. 

По мнению подателя жалобы, суды неверно оценили представленные в материалы дела доказательства его финансовой возможности предоставить в заем 3 500 000 руб. ФИО1 считает исчерпывающими представленные им доказательства того, что у него имелась финансовая возможность предоставить в заем указанную сумму: им были представлены справки по форме 3-НДФЛ за 2018 и 2019 годы, договоры о продаже объектов недвижимости, автомобиля; по сделкам, совершенным ФИО1 с объектами недвижимости с сентября по декабрь 2018 года, им получена выручка 20 312 800 руб., стоимость реализованных объектов составила более 80 000 000 руб. Вывод суда первой инстанции об отсутствии доказательств аккумулирования суммы 3 500 000 руб. на момент ее выдачи - март 2019 года - нельзя признать верным, так как указанный доход был получен менее чем за три месяца до предоставления денежных средств в заем. 

ФИО1 обращает внимание на то, что судами не установлена фактическая либо юридическая аффилированность его с должником; оспариваемый Договор займа является для его деятельности обычной сделкой. Отсутствие у финансового управляющего сведений о расходовании денежных средств должником не может быть поставлено в вину кредитору; кредитором были представлены доказательства частичного исполнения Договора займа (копии квитанций к приходно-кассовым ордерам от 05.04.2019, 06.05.2019, 05.06.2016, 12.07.2019, 06.08.2019, 06.09.2019, 04.10.2019, 11.02.2020), оригиналы квитанций были переданы должнику и не могли быть представлены ФИО1 Частично приходно-кассовые ордера к квитанциям за 2019 год были уничтожены в июне 2023 года в связи с заливом принадлежащего ФИО1 помещения (в подтверждение представлен акт от 21.03.2023, составленный общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Жилкомсервис № 2 Петроградского района»). Факт подписания дополнительного соглашения от 13.04.2020 к Договору займа, которым стороны продлили срок возврата займа до 05.03.2021, о мнимости Договора займа не свидетельствует, ввиду отсутствия заинтересованности кредитора и должника ФИО1 не мог быть осведомлен о том, что в указанный момент должник уже стал отвечать признакам неплатежеспособности. На дату заключения Договора займа и дополнительного соглашения в отношении ФИО3 еще не была инициирована процедура банкротства.

ФИО1 считает, что финансовый управляющий не доказал совокупность обстоятельств, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной, а поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства аффилированности либо заинтересованности ФИО1 по отношению к должнику, применение судами к нему повышенного стандарта доказывания не обосновано. 

В отзыве финансовый управляющий ФИО5, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.09.2024 (резолютивная часть оглашена 19.09.2024) в судебном заседании объявлен перерыв до 26.09.2024. 

В судебном заседании 26.09.2024 представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, определением от 01.07.2021 по заявлению Федеральной налоговой службы возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 

Решением от 10.11.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина.

ФИО1 в обоснование своего требования указал, что предоставил должнику заем в сумме 3 500 000 руб. по Договору займа. Факт выдачи займа подтверждается соответствующими договором и распиской заемщика, заверенными нотариусом. 

Суд первой инстанции направил запрос в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга о предоставлении материалов по рассмотрению иска ФИО1 о взыскании с ФИО3 долга.

Согласно представленным материалам, ФИО1 15.03.2021 обратился в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО3 о взыскании долга по Договору займа в связи с нарушением последним обязательств по оплате начиная с февраля 2020 года.

Определением Василеостровского районного суда города Санкт-Петербурга от 27.05.2021 по делу № 2-3250/2021 суд утвердил мировое соглашение, согласно которому ФИО3 обязался уплатить 6 160 000 руб. не позднее 05.09.2021, в случае нарушения срока погашения долга уплатить неустойку в размере 0,5% в день за каждый день просрочки об общей суммы задолженности. Производство по делу прекращено.

Определением Василеостровского районного суда города Санкт-Петербурга от 13.06.2023 по делу № 2-4611/2023 исковое заявление ФИО1 оставлено без рассмотрения в связи с введением в отношении должника процедуры реализации имущества.

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО5 обратился с заявлением о признании Договора займа недействительным на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), указав, что ФИО1 не подтвердил наличие у него финансовой возможности выдать в заем должнику 3 500 000 руб. в наличной форме; в деле отсутствуют доказательства расходования должником денежных средств.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что имеются основания для признания Договора займа недействительным на основании статей 10 и 170 ГК РФ – как мнимой сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. При этом суд исходил из следующего:

- не представлены доказательства, что данные денежные средства были внесены кредитором, аккумулированы и сбережены до момента выдачи займа должнику в марте 2019 года;

- купля-продажа объектов недвижимости связана с профессиональной деятельностью ФИО1, следовательно, его действительным доходом может являться лишь разница в стоимости между покупкой и продажей объектов недвижимости, а не непосредственно вся выручка от продажи объектов;

- при рассмотрении спора должник не представил доказательств траты полученной суммы займа на цель, указанную в Договоре займа, проведение капитального ремонта и других неотделимых улучшений квартиры;

- в материалы дела не представлены документы, подтверждающие исполнение должником обязательств по возврату суммы займа (квитанции к приходно-кассовым ордерам представлены только в копиях);

- несоответствие сведений, указанных ФИО1 в исковом заявлении, представленном по запросу Василеостровским районным судом  города Санкт-Петербурга, сведениям, содержащимся в заявлении о включении в Реестр в отношении размера погашенной должником задолженности;

- дополнительное соглашение от 13.04.2020, которым стороны продлили срок возврата займа до 05.03.2021, было подписано сторонами в период, когда должник уже отвечал признакам неплатежеспособности.

По совокупности указанных обстоятельств суд первой инстанции сделал вывод, что экономический интерес сторон в действительности не представлял собой выдачу займа и своевременный возврат денежных средств, а был направлен на создание фиктивной задолженности с целью уменьшения доли независимых кредиторов, для чего стороны создавали видимость заемных отношений. 

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и отзывах на нее, Арбитражный суд Северо-Западного округа пришел к следующим выводам.

Суды установили, что ФИО1 (займодавец, кредитор) и ФИО3 (заемщик) 06.03.2019 подписали договор займа, по условиям которого должник занял у кредитора 3 500 000 руб. в срок до 05.03.2020. Кредитор передал заемщику денежные средства в наличной форме, сумма получена вне стен нотариальной конторы. 

Договор займа является возмездным, за пользование средствами займа заемщик выплачивает проценты в размере 4% от суммы займа в месяц, что составляет сумму в размере 140 000 руб. в месяц. Проценты за пользование суммой займа составляют 48% годовых (пункт 1.1.1 Договора займа).

В пункте 1.1.2 Договора займа стороны согласовали даты уплаты суммы процентов в размере 140 000 руб.: не позднее пятого числа каждого месяца начиная с апреля 2019 года.

Цель займа - произведение капитального ремонта или других неотделимых улучшений квартиры по адресу: Санкт-Петербург, Большой проспект В.О., д. 62, лит. А, кв. 23 (пункт 1.1.11 Договора займа).

В обеспечение своевременного исполнения обязательств по возврату суммы займа заемщик передает в залог принадлежащую ему квартиру по указанному выше адресу.

Передача денежных средств подтверждена распиской, также заверенной нотариусом (том дела 12, лист 24).

Срок возврата займа дополнительным соглашением от 13.04.2020 продлен до 05.03.2021.

Согласно абзацу шестому пункта 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.

Приведенные конкурсным управляющим доводы свидетельствуют о необходимости исследования судами такой сделки на наличие у нее признаков мнимости.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели таких намерений (целей), как возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

 В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Обязательным признаком сделки для квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 ГК РФ является ее направленность на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение размера имущества должника, иные последствия сделок, приводящие к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение требований за счет имущества должника, а для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом путем заключения спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенной денежной суммы (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

В рассматриваемом случае стороны в пункте 1.1 Договора займа указали, что заемные денежные средства переданы должнику до подписания договора; к Договору займа составлена расписка от 06.03.2019, которая, как и спорный договор, удостоверена нотариусом. В расписке от 06.03.2019 ФИО3 подтверждает, что им получена от ФИО1 сумма 3 500 000 руб. с одновременным залогом (ипотекой) квартиры. Содержание расписки зачитано вслух, условия волеизъявления соответствуют действительным намерениям.

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в качестве займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, разъяснены в третьем абзаце пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Из содержания приведенных правовых норм и разъяснений, следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенной сторонами сделки.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе налоговые декларации ФИО1 по форме 3-НДФЛ за 2018 и 2019 годы, суды посчитали, что у него отсутствовала возможность предоставить должнику в данный период заем в размере 3 500 000 руб., с учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии между кредитором и должником реальных заемных отношений.

Суд кассационной инстанции полагает вывод судов о том, что Договор займа является мнимым, ошибочным в силу следующих обстоятельств.

Как установлено судами, до обращения в суд с настоящим заявлением о включении в Реестр ФИО1 15.03.2021 обращался в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга с иском о взыскании с ФИО3 суммы долга, процентов и пеней. Определением от 27.05.2021 производство было прекращено ввиду заключения между сторонами мирового соглашения. 

Далее, финансовый управляющий обратился в Третий кассационный суд общей юрисдикции с кассационной жалобой на определение от 27.05.2021, указав на возбуждение в отношении ФИО3 процедуры банкротства, на недобросовестный сговор сторон при заключении мирового соглашения, нарушение мировым соглашением интересов кредиторов должника. 

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 26.04.2023 определение от 27.05.2021 отменено, дело направлено в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга для рассмотрения по существу.

Определением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга исковое заявление ФИО6 оставлено без рассмотрения.

Дело о банкротстве ФИО3 возбуждено 01.07.2021 по заявлению ФНС.

Из статей 71 и 100 Закона о банкротстве следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. Арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 Постановления № 35,  в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения удовлетворения необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

Необходимо отметить, что повышенный стандарт доказывания применяется в деле о банкротстве, как правило, при предъявлении требования аффилированным по отношению к должнику кредитором («дружественным» кредитором). 

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017№ 305-ЭС17-14948, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

В данном случае при рассмотрении спора в суде общей юрисдикции и в рамках настоящего обособленного спора кредитор и должник занимали одинаковые позиции. ФИО3 не возражал против предъявленного ФИО1 требования; в суде общей юрисдикции между кредитором и должником было заключено мировое соглашение.

        Позиция финансового управляющего ФИО5 относительно недействительности Договора займа по общим нормам гражданского законодательства (статьи 10 и 170 ГК РФ) основывалась на том, что на дату совершения спорной сделки не были представлены доказательства нахождения у ФИО1 наличных денежных средств в размере займа. 

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Суд кассационной инстанции полагает, что на мнимость Договора займа могли указывать следующие обстоятельства: наличие между кредитором и должником длительных дружеских отношений, недоступность для независимых участников гражданского оборота условий сделки (низкая процентная ставка, отсутствие обеспечения), длительность неисполнения обязательства по Договору займа и непринятие займодавцем мер по принудительному взысканию собственных денежных средств; все это могло свидетельствовать о заинтересованности сторон Договора займа и создании видимости заемных отношений.

В подтверждении реальности заемных отношений ФИО1 привел  следующие аргументы.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (далее - ЕГРИП) ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 12.01.2018, основным видом его деятельности является предоставление денежных ссуд под залог недвижимого имущества. 

В подтверждение своей финансовой возможности предоставить в заем 3 500 000 руб. ФИО1  пояснил, что в налоговый орган им представлены декларации по форме 3-НДФЛ за 2018 и 2019 годы, подтверждающие, что его совокупный доход в 10 раз превышал сумму займу, выданную должнику. Кроме того, 21.02.2019 им был продан автомобиль стоимостью 2 150 000 руб., в подтверждение реализации автомобиля представлен договор купли-продажи от 21.02.2019 № 243162, заключенный между ФИО1 (продавцом) и обществом с ограниченной ответственностью «Инчкейп Олимп» (покупателем); автомобиль передан по акту от 21.02.2019 (том дела 12, листы 182-189).

ФИО1 также представил договор займа от 31.10.2018, заключенный на аналогичных условиях, с той же процентной ставкой, с обеспечением квартирой, что и оспариваемый Договор займа.  

В заседании кассационной инстанции представитель ФИО1 пояснил, что его доверитель с 2018 года ведет деятельность по предоставлению в заем денежных средств на аналогичных условиях - обеспечивая свои риски принятием в залог у заемщиков объектов недвижимости, как это делают и финансовые организации (банки); так же как и в отношениях с ФИО3, просроченная задолженность по возврату задолженности взыскивается им путем обращения в суд, с последующим обращением взыскания на предмет залога. При нахождении объектов в собственности менее пяти лет, он уплачивает налоги.    

Учитывая установленные выше факты, а именно ведение ФИО1  деятельности, указанной в выписке из ЕГРИП, отсутствие доказательств аффилированности кредитора и должника, предоставление в заем столь крупной суммы путем удостоверения у нотариуса и при обеспечении ее залогом квартиры, суды не имели оснований считать оспариваемый Договор займа мнимым либо совершенным при злоупотреблении его сторонами своими правами.

Из представленных в материалы дела налоговых деклараций по форме 3-НДФЛ, договоров купли-продажи, с суммы сделок по которым исчислен налог, подлежащий к уплате, видно, что ФИО1 ведет систематическую деятельность по продаже объектов недвижимости, срок владения которыми составляет менее пяти лет. В связи с этим он декларирует, исчисляет  и уплачивает налоги: за 2018 год - 692 559 руб., за 2019 - 1 049 312 руб. 

Суд кассационной инстанции также отмечает следующее.

Согласно Картотеке арбитражных дел, 24.03.2021 в рамках дела о банкротстве ФИО3 в суд поступило заявление публичного акционерного общества «Сбербанк» (далее - Банк) о возбуждении в отношении ФИО3 дела о несостоятельности (банкротстве); введении в отношении его наблюдения. Обращаясь в суд с заявлением Банк указал, что между ним и ООО «ВиаКон Сейфроуд» (ИНН 

<

***>; заемщиком) 30.07.2018 и 05.09.2018 заключены кредитные договоры, по которым Банк предоставил кредит на сумму 23 890 237 руб. 09 коп. и 13 000 000 руб. соответственно со сроком возврата 30.10.2023 и 05.06.2020. 

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по кредитным договорам ФИО3 выступил поручителем, а также залогодателем переданного в залог имущества:

- земельного участка, расположенного по адресу: Ленинградская обл., Приозерский р-н, пос. Мельниково, общая площадь 2801 кв.м, кадастровый номер 47:03:0408002:156, из земель населенных пунктов, залоговая стоимость 2 143 000 руб.  Решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 07.10.2020 с ФИО3 взыскана задолженность по договорам поручительства, обращено взыскание на заложенное имущество. Решение вступило в законную силу 19.01.2021. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц участником ООО «ВиаКон Сейфроуд», заемщика по кредитным договорам, является ООО «ЕСВМАН» (ИНН 

<

***>), участником ООО «ЕСВМАН» с долей 100% является ФИО3 

Итак, в период с июля по сентябрь 2018 года ООО «ВиаКон Сейфроуд», подконтрольное ФИО3, получило кредит на сумму более 36 000 000 руб., ФИО3 по кредитным договорам выступил как поручитель и залогодатель.

Поэтому обращение ФИО3 к ФИО1 – лицу, ведущему деятельность по предоставлению денежных ссуд под залог недвижимого имущества, за целевым займом на ремонт квартиры косвенно также свидетельствует о том, что стороны вступили именно в отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ «Заем и кредит».

ФИО3 был заинтересован в получении займа, его обращение к ФИО1 было вызвано тем, что в Банке он уже выступал поручителем на сумму более 36 000 000 руб.

В отсутствие заинтересованности кредитора и должника нельзя вменять ФИО1 в вину расходование ФИО3 денежных средств на иные цели. Напротив, в настоящем случае кредитор, предоставляя в заем 3 500 000 руб., обеспечил их возврат тем, что взял в залог объект недвижимости.

При этом ФИО3 на момент заключения Договора займа уже поручился отвечать перед Банком, также предоставив в залог имущество.

При таких обстоятельствах действиями ФИО1 при заключении оспариваемого Договора займа не мог быть причинен вред кредиторам должника, требования которых также обеспечены иным имуществом и должника, и основного заемщика вопреки выводу суда первой инстанции.

Кроме того, в исковом заявлении, направленном ФИО1 в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга, о взыскании с ФИО3 суммы долга и в заявлении о включении в Реестр нет несоответствий в сведениях в отношении суммы основного долга.

В исковом заявлении ФИО1 указал, что ответчик уплатил проценты частично, в размере 1 540 000 руб., что составляет плату за 11 месяцев пользования денежными средствами по Договору займа. К 14.02.2021 задолженность ФИО3 составил: 3 500 000 руб. - сумма займа, 1 721 877 руб. 39 коп. - проценты в размере 4% от суммы займа , 350 000 руб. - пени в размере 0,5% от суммы займа за каждый день просрочки уплаты, начисленные за период с 06.02.2020 по 14.02.2021, и 350 000 руб. - пени в размере 0,5% от суммы займа за каждый день просрочки по возврату займа, начисленные за период с 06.03.2020 по 14.02.2021.

Как усматривается из изложенного, ФИО3 действительно не производил погашение (возврат) суммы займа, он лишь уплачивал ежемесячно проценты – по 140 000 руб., что соответствует условиям Договора займа, платеж на сумму 3 500 000 руб. должен быть произведен 05.03.2020. При уплате должником процентов вплоть до февраля 2020 года, ФИО1 заключил с ним дополнительное соглашение о продлении срока возврата займа до 05.03.2021.

Учитывая, что Договор займа был заключен не аффилированными лицами (доказательств обратного не представлено), при наличии уже действующего Договора займа, нельзя сделать вывод, что ФИО1 был осведомлен о неудовлетворительном финансовом состоянии должника на момент заключения дополнительного соглашения (наличие решения суда от 07.10.2020 о взыскании в пользу Банка задолженности), а также что ему было известно, что спорная сделка совершалась с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и в результате совершения сделки такой вред был причинен. Дополнительное соглашение было заключено 13.04.2020, решение Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга о взыскании с ФИО3 задолженности в пользу Банка вступило в законную силу 19.01.2021, а дело о банкротстве возбуждено 01.07.2021. 

На основании изложенных обстоятельств выводы судов первой и апелляционной инстанций о признании Договора займа недействительным ввиду его формальности и в отсутствие доказательств его реального исполнения следует признать ошибочными, не соответствующими      обстоятельствам дела.   

С учетом изложенного суд кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии у судов первой и апелляционной инстанций правовых оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего ФИО5 о признании Договора займа недействительным на основании статей 10 и 170 ГК РФ, в связи с чем обжалованные судебные акты по настоящему делу подлежат отмене.

На основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ суд кассационной инстанции счел возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт- об отказе в удовлетворении заявления ФИО5

        Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта по заявлению ФИО1 о включении в Реестр требуется исследование и оценка представленных в материалы дела доказательств, установление всех имеющих значение для данного дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу ограниченности его полномочий, дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.12.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2024 по делу № А56-8634/2021 отменить.

        В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 о признании недействительным договора займа с одновременным залогом (ипотекой) квартиры от 06.03.2019 № 78 АБ 6376972, заключенного между ФИО3 и ФИО1, отказать.

Заявление ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов ФИО3 направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

В.В. Мирошниченко

А.А. Чернышева