ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-22142/2024

город Ростов-на-Дону

02 сентября 2024 года

15АП-11201/2024

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

судьи Деминой Я.А.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства без вызова сторон апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.06.2024 по делу № А32-22142/2024 в порядке упрощенного производства дело по заявлению Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)             о привлечении арбитражного управляющего ФИО1                 к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях;

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (далее - заявитель, управление) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (далее - лицо, привлекаемое к административной ответственности, управляющий) к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

В соответствии со статьями 226 - 228 АПК РФ дело рассмотрено судьей первой инстанции единолично без вызова сторон в порядке упрощенного производства.

Принятым в порядке упрощенного производства решением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.06.2024 по делу № А32-22142/2024 арбитражный управляющий ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...>, Ростовской обл., зарегистрированный по адресу: 

<

...>, привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях на основании протокола об административном правонарушении от 11.04.2024 № 00732324 и назначено наказание в виде административного штрафа в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.

Арбитражный управляющий ФИО1 обжаловал решение суда первой инстанции от 24.06.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый об отказе в привлечении управляющего к административной ответственности.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судебный акт вынесен с нарушением норм материального права при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела.

От Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором она просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В силу статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично по имеющимся в деле доказательствам.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 "О некоторых вопросах применения судами положений гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве" разъяснено, что апелляционные жалобы, представления на судебные акты по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются судом апелляционной инстанции по правилам рассмотрения дела судом первой инстанции в упрощенном производстве с особенностями, предусмотренными статьей 335.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В частности, такая апелляционная жалоба, представление рассматривается судьей единолично без проведения судебного заседания, без извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, без осуществления протоколирования в письменной форме или с использованием средств аудиозаписи.

В то же время правила частей первой и второй статьи 232.4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, абзаца 1 частей 1, 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не применяются.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.08.2020 по делу № А32-1015/2020-43/7-Б в отношении общества с ограниченной ответственностью "ТИЛ" открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена кандидатура  ФИО1, из числа членов ААУ"ЦФОПАПК".

Управлением в ходе проведения административного расследования в отношении арбитражного управляющего ФИО1 при изучении сведений, размещенных в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ), при непосредственном обнаружении должностным лицом установлено наличие признаков события административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при осуществлении ФИО1 полномочий конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью "ТИЛ", а именно: 

1. Арбитражным управляющим ненадлежащим образом исполнена обязанность по формированию конкурсной массы.

2. Арбитражным управляющим в ЕФРСБ не размещено уведомление ополучении требований кредиторов. 

Ввиду выявления признаков состава правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, начальником отдела по контролю (надзору) в сфере саморегулируемых организаций Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю в отношении арбитражного управляющего ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении от 11.04.2024 № 00732324.

Протокол об административном правонарушении от 11.04.2024 составлен в отсутствие управляющего, уведомленного надлежащим образом.

На основании статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 202 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы административного дела вместе с заявлением о привлечении к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях направлены в арбитражный суд для рассмотрения.

Повторно изучив материалы дела, апелляционный суд не нашел достаточных оснований для отмены решения суда о привлечении управляющего к административной ответственности ввиду следующего.

Согласно части 6 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения, и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В силу части 3 статьи 14.13 КоАП РФ неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, что влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от двухсот тысяч до двухсот пятидесяти тысяч рублей.

Как разъяснено в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2005 N 12-П, определениях от 01.11.2012 N 2047-О, от 03.07.2014 N 155-О, особый публично-правовой статус арбитражного управляющего обусловливает право законодателя предъявлять к нему специальные требования, относить арбитражного управляющего к категории должностных лиц (примечание к статье 2.4 КоАП РФ) и устанавливать повышенные меры административной ответственности за совершенные им правонарушения.

Объектом правонарушения являются права и интересы субъектов предпринимательской деятельности, интересы кредиторов, экономическая и финансовая стабильность государства в целом, защита которых обусловлена несостоятельностью (банкротством) и на которые арбитражным управляющим допущены посягательства в ходе ведения процедуры банкротства.

Объективная сторона правонарушения состоит в неисполнении арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.

Субъект правонарушения специальный - арбитражный управляющий.

С субъективной стороны данное нарушение характеризуется деянием в форме действия либо бездействия и проявляется в невыполнении правил, применяемых в период ведения соответствующей процедуры банкротства. В то же время приведенная норма носит бланкетный характер, что предполагает применение в каждом конкретном случае соответствующих норм законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

По первому эпизоду, управлением установлено, что арбитражным управляющим ненадлежащим образом исполнена обязанность по формированию конкурсной массы.

Управляющий, являющийся профессиональным участником антикризисных отношений, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы.

Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника (пункт 1 статьи 61.9, пункт 2 статьи 61.20, пункты 2 и 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закн о банкротстве).

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий обязан, в том числе, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

В силу пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве, всё имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий вправе среди прочего подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности, ничтожности сделок, заключенных или исполненных должником.

Обязанность действовать добросовестно является универсальным гражданско-правовым принципом, получившим свое отражение в нормах действующего права (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Применительно к деятельности арбитражного управляющего, названный общий принцип ретранслирован в законодательство о банкротстве в качестве специальной нормы с аналогичным содержанием (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Принимая во внимание публично-правовой характер процедур банкротства, это общее требование распространяется также на реализацию прав арбитражного управляющего, которые предоставлены ему для защиты законных интересов должника и кредиторов, достижения целей соответствующих процедур банкротства.

В конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий в силу требований Закона о банкротстве должен предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении .последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

В то же время, толкуя категорию разумности и добросовестности поведения арбитражного управляющего судебная практика признает, что деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов. Не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату. Так, в частности, если сделка совершена должником или за счет должника за пределами трехлетнего периода подозрительности, исчисляемого с даты принятия судом заявления о возбуждении в отношении должника дела о банкротстве, то вполне очевидно, что ее оспаривание по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, не имеет судебных перспектив на положительное удовлетворение. Следовательно, бездействие арбитражного управляющего в отношении оспаривания подобных сделок разумно и рационально и по общему правилу не может быть признано противоправным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 N308-3019-18779(1,2)).

Исходя из изложенного, неисполнением арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), образующим объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.13 КоАП РФ, может быть признано уклонение арбитражного управляющего от реализации права на оспаривание сделок в ситуации, когда это было необходимо для защиты интересов должника и его кредиторов и упомянутая необходимость являлась ясной для арбитражного управляющего, либо должна была стать таковой. Вина арбитражного управляющего в этом случае имеет место, если допущенное им бездействие не было обусловлено разумными причинами или носило намеренный характер. Аналогичная правовая позиция содержится в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2020 № 307- ЭС20-11632 по делу № А05-11092/2019.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по делу № А32-1015/2020 признано незаконным бездействие арбитражного управляющего ФИО1 в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО "ТИЛ", выразившееся в неоспаривании сделки, послужившей основанием для возникновения требований ООО "Водогрев" к должнику, а также действия по перечислению из конкурсной массы должника в пользу ООО "Водогрев" денежных средств в размере 2 млн. рублей.

Так, судом установлено, что 11.02.2020 между ООО "Водогрев" (поставщик) и ООО "ТИЛ" (покупатель) заключен договор поставки, в соответствии с которым поставщик обязался поставлять, а покупатель - принимать и оплачивать в порядке и на условиях, определенных настоящим договором, биметаллические радиаторы в ассортименте.

По условиям договора ООО "Водогрев" в период с 12.02.2020 по 18.02.2020 произвело поставку товара покупателю на общую сумму 8 139 796,01 рублей.

Решением Арбитражного суда Московской области от 08.11.2020 по делу № А41-60300/2020 с ООО "ТИЛ" в пользу ООО "Водогрев" взыскана сумма основного долга в размере 8 139 796,01 рублей по договору поставки 11.02.2020, заключенному между ООО "Водогрев" (поставщик) и ООО "ТИЛ" (покупатель) в период нахождения ООО "ТИЛ" в процедуре банкротства. В дальнейшем               на основании данного судебного акта требования ООО "Водогрев" в размере              8 203 495,01 рублей включены в реестр требований кредиторов должника.

Как следует из разъяснений пункта 14 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного суда РФ от 11.10.2023, конкурсный управляющий оценивает все предъявленные должнику требования на предмет их действительности, проверяет наличие задолженности и ее размер. Затем по результатам оценки он должен представлять суду мотивированные суждения относительно заявленных кредиторами требований в виде отзыва, содержащего профессиональное мнение по существу заявленных требований, с приложением к -нему подтверждающих свою позицию документов. Произвольные и немотивированные управленческие решения по требованиям кредиторов недопустимы. Равным образом управляющий не может отказаться от представления мотивированного отзыва (пункт 3 части 5 статьи 131, часть 7 статьи 131 АПК РФ).

Таким образом, именно конкурсный управляющий ФИО1, как профессиональный участник антикризисных отношений, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства, должен был спланировать и реализовать меры, направленные на воспрепятствование предъявлению требований, в том числе неподтвержденных первичными документами.

Однако конкурсным управляющим никаких мер предпринято не было, первичные документы, подтверждающие поставку товара в процедуре ликвидации должника, от ООО "Водогрев" не запрошены, проверка контрагента для оценки его финансового состояния с целью установления возможности осуществления поставок не произведена. Также не проведен анализ сделки должника, а именно, договора поставки 11.02.2020, заключенного между должником и ООО "Водогрев", на основании которого с должника взыскана сумма задолженности, включенная в дальнейшем в реестр требований кредиторов.

Однако из отчета конкурсного управляющего об использовании денежных средств ООО "ТИЛ" от 30.09.2022 следует, что в счет исполнения обязательств должника по договору поставки от 11.02.2020 конкурсный управляющий ФИО1 20.10.2021 перечислил ООО "Водогрев" из конкурсной массы             2 млн. рублей как погашение текущей задолженности.

Вместе с тем, в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023, оставленном без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.03.2024 по делу № А32-1015/2020, указано, что по состоянию на 11.02.2020 у ООО "Водогрев" отсутствовало какое-либо движимое или недвижимое имущество, ООО "Водогрев" не могло иметь в наличии оборудование на общую сумму более 8 млн. рублей, которое было предметом оспариваемого договора поставки, кроме того, не имело транспортных средств для его перевозки, складов или помещений для хранения указанного имущества.

Из изложенного следует, что непринятие конкурсным управляющим ФИО1 надлежащих мер по оспариванию сделки должника привело к перечислению из конкурсной массы должника в пользу ООО "Водогрев" денежных средств в размере 2 млн. рублей по недействительной сделке.

Доказательств того, что арбитражный управляющий принял все зависящие от него меры по соблюдению требований действующего законодательства, либо невозможность принятия этих мер вызвана чрезвычайными или иными непреодолимыми обстоятельствами, в материалы дела № А32-1015/2020 не представлено.

Согласно части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, факт ненадлежащего исполнения обязательств по формированию конкурсной массы подтвержден вступившим в законную силу судебным актом.

При указанных обстоятельствах, суд пришел к правомерному выводу, что арбитражным управляющим допущены нарушения требований пунктов 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

Довод управляющего о том, что требования кредитора были включены управляющим в реестр текущих платежей на основании судебного акта, подтверждающего наличие у ООО "ТИЛ" долга перед ООО "Водогрев", судом обоснованно отклонены.

Спорный договор заключен между ООО "ТИЛ" и ООО "Водогрев" 11.02.2020, то есть после возбуждения производства по делу банкротстве ООО "ТИЛ" (14.01.2020). Конкурсный управляющий утвержден решением от 10.08.2020. Исковое заявление ООО "Водогрев" принято к производству Арбитражным судом Московской области 05.10.2020. Вместе с тем никаких действий по оценке и оспариванию сделки конкурсный управляющий не предпринял, хотя ему должно было быть известно о наличии данного спора.

Вопреки доводам управляющего, наличие судебного акта, которым удовлетворено денежное требование, основанное на сделке, не препятствует конкурсному управляющему обратиться в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве с заявлением об оспаривании этой сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве, статье 170 ГК РФ. При этом в случае признания сделки недействительной, судебный акт о взыскании долга может быть пересмотрен судом по новым обстоятельствам.

Само по себе установление в реестре требований кредиторов должника требования кредитора, основанного на решении суда о взыскании задолженности, не препятствует последующему оспариванию сделки, положенной в основу такого требования, поскольку при рассмотрении обоснованности такого требования кредитора для цели его включения в реестр требований кредиторов должника судом не рассматривается вопрос о мнимости и реальности сделки, о совершении сделки в условиях неисполненных обязательств с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам.

Институт преюдициальности вступивших в законную силу судебных актов подлежит применению с учетом принципа свободы оценки судом доказательств, что вытекает из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти.

Из постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по делу № А32-1015/2020 следует, что суд признал обоснованными доводы кредитора о фактической аффилированности конкурсного управляющего и ответчика ООО "Водогрев". Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО1 заключил с ООО "Водогрев" договор об оказании юридических услуг от 09.12.2020 сразу же после вынесения решения Арбитражного суда Московской области от 08.12.2020 по делу № А41-60300/2020. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что между ООО "Водогрев" и конкурсным управляющим ФИО1 имеются устойчивые связи, что позволяет утверждать о их фактической аффилированности

Отклоняя довод управляющего об истечении срока давности привлечения к административной ответственности, суд обоснованно исходил из того, что управляющему вменяется ненадлежащее исполнение обязанности по формированию конкурсной массы, а не включение необоснованного требования кредитора в реестр текущих платежей.

Так как денежные средства по недействительной сделке были перечислены кредитору конкурсным управляющим 20.10.2021, то данная дата и является датой совершения правонарушения. Таким образом, трехгодичный срок давности привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности по данному эпизоду не истек.

Датой совершения административного правонарушения является дата перечисления денежных средств ООО "Водогрев" - 20.10.2021.

По второму эпизоду Управлением установлено, что арбитражным управляющим ФИО1 в ЕФРСБ не размещено уведомление о получении требований кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 100 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан включить в ЕФРСБ в течение пяти дней с даты получения требования кредитора соответствующие сведения с указанием наименования (для юридического лица) или фамилии, имени, отчества (для физического лица) кредитора, идентификационного номера налогоплательщика, основного государственного регистрационного номера (при их наличии), суммы заявленного требования, основания его возникновения, предоставить лицам, участвующим в деле о банкротстве, возможность ознакомиться с требованием и прилагаемыми к нему документами. 

Следовательно, положения статьи 100 Закона о банкротстве не предусматривают изъятий при исполнении обязанности по опубликованию сообщения в ЕФРСБ о поступившем требовании кредитора. Неопубликование в установленном порядке сообщения в ЕФРСБ о поступившем требовании ущемляет процессуальные права иных кредиторов на подачу возражений относительно заявленного требования. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 100 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан включить в ЕФРСБ сведения в течение пяти дней с даты получения требований кредиторов. 

В силу пункта 3 статьи 100 Закона о банкротстве возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. 

Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты включения в ЕФРСБ сведений о получении требований соответствующего кредитора. Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов. 

Из чего следует, что конкурсный управляющий обязан исполнить установленную обязанность по включению в ЕФРСБ сведений о предъявленном кредитором требовании, с целью извещения об этом лиц, участвующих в деле и возможности предъявления ими возражений относительно требования кредитора. 

Управлением установлено, что требование Департамента городского имущества г. Москвы о включении в реестр требований кредиторов 17 983,95 рублей, направлено в суд в августе 2021 года. Судебное заседание по рассмотрению указанного требования назначено на 09.12.2021. 

При этом управляющим в ЕФРСБ не опубликовано уведомление о получении требований кредитора. 

Неисполнение управляющим обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 100 Закона о банкротстве, противоречит принципам добросовестности и разумности, нарушает интересы должника и кредиторов. 

Датой совершения административного правонарушения является – 09.11.2021. 

При указанных обстоятельствах, суд пришел к правомерному выводу, что арбитражным управляющим допущены нарушения требований пунктов 2, 3 статьи 100 Закона о банкротстве.

Возражая против удовлетворения заявления в данной части, управляющий указал, что он не имел возможности исполнить требования пункта 2 статьи 100 Закона о банкротстве в силу того, что требование кредитора к нему не поступало. Указанные возражения судом обоснованно отклонены по причине необоснованности.

Из информации, размещенной на официальном сайте "Картотека арбитражных дел", усматривается, что 03.08.2021 требование Департамента городского имущества г. Москвы поступило в суд, 22.08.2021 суд опубликовал определение о принятии заявления об установлении размера требований кредитора к рассмотрению. Таким образом, управляющий должен был знать о предъявлении требования в суд.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что  обстоятельства совершения правонарушения по второму эпизоду подтверждены материалами дела.

Согласно части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Представленные в материалы дела доказательства в своей совокупности свидетельствуют о наличии в деяниях арбитражного управляющего состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с учётом указанных фактических обстоятельств, установленных судом; выводов, свидетельствующих об ином, названная совокупность документальных доказательств, представленная в материалы дела, сделать не позволяет.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 19.12.2005 N 12-П, определениях от 01.11.2012 N 2047-О, от 03.07.2014 N 155-О, особый публично-правовой статус арбитражного управляющего обусловливает право законодателя предъявлять к нему специальные требования, относить арбитражного управляющего к категории должностных лиц (примечание к статье 2.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) и устанавливать повышенные меры административной ответственности за совершенные им правонарушения.

Арбитражный управляющий ФИО1 ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, поскольку вышеуказанные факты свидетельствуют о том, что арбитражный управляющий при осуществлении своих полномочий нарушал законодательство Российской Федерации и действовал недобросовестно и неразумно.

Арбитражный управляющий ФИО1 имел возможность для соблюдения требований законодательства о банкротстве, однако не принял все зависящие от нее меры по их соблюдению.

Согласно статье 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично. В формальных составах административных правонарушений, то есть когда действие или бездействие признается противоправным независимо от наступления вредных последствий, для признания наличия умысла достаточно осознания правонарушителем противоправности своего поведения.

Следовательно, арбитражный управляющий ФИО1 в период проведения процедуры конкурсного производства в отношении ООО "ТИЛ" не выполнил обязанности, установленные законодательством о несостоятельности (банкротстве), тем самым совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, повлекло нарушение охраняемых законом общественных интересов, что имеет приоритетную социальную значимость, поскольку нормы законодательства Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) призваны обеспечивать экономическую стабильность как государства и общества, так и отдельных хозяйствующих субъектов и граждан.

Совершенное арбитражным управляющим правонарушение посягает на обеспечение установленного законом порядка осуществления процедуры банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов. В целях соблюдения этого порядка на арбитражных управляющих возложена обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с частью 2 статьи 4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания физическому лицу учитывается характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность.

Таким образом, в действиях арбитражного управляющего имеется состав административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Нарушений порядка привлечения к административной ответственности, а также прав и законных интересов арбитражного управляющего при производстве по делу об административном правонарушении административным органом не допущено, самим управляющим не оспаривается, обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, судом не выявлено.

Срок давности привлечения к административной ответственности не истек.

Статьей 2.9 КоАП предусмотрено, что при малозначительности совершенного административного правонарушения судья может освободить лицо, совершившее правонарушение, от административной ответственности.

Суд первой инстанции, оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ с учетом конкретных обстоятельств правонарушения, пришел к выводу, что имеющиеся в материалах дела доказательства не свидетельствуют о наличии оснований для применения положений статьи 2.9 КоАП РФ, поскольку фактические обстоятельства совершения рассматриваемого правонарушения не имеют свойства исключительности, природа допущенных нарушений позволяет сделать вывод о пренебрежительном отношении арбитражного управляющего к возложенным на него Законом о банкротстве обязанностям и исключает возможность применения положений статьи 2.9 КоАП РФ, предусматривающих освобождение лица от административной ответственности в связи с малозначительностью деяния.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 18 и 18.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 02.06.2004 N 10 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях", при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. Такие обстоятельства, как, например, личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, свидетельствующими о малозначительности правонарушения. Данные обстоятельства в силу частей 2 и 3 статьи 4.1 КоАП РФ учитываются при назначении административного наказания.

При квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным КоАП РФ.

При малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении в соответствии со статьей 2.9 КоАП РФ могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Указанная норма является общей и может применяться к любому составу административного правонарушения, предусмотренного КоАП РФ, если судья, орган, рассматривающий конкретное дело, признает, что совершенное правонарушение является малозначительным.

Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого предусмотрена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части КоАП РФ ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.

В определении от 05.11.2003 N 349-О Конституционный Суд Российской Федерации, отказывая в принятии к рассмотрению запроса арбитражного суда о проверке конституционности части 1 статьи 4.1 КоАП РФ, разъяснил, что введение ответственности за административное правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.04.2005 N 122-О указал, что положения части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов. При этом следует иметь в виду, что назначение административного наказания за нарушение тех или иных правил, установленных компетентным органом законодательной или исполнительной власти, возможно лишь при наличии закрепленных в статье 2.1 КоАП Российской Федерации общих оснований привлечения к административной ответственности, предусматривающих необходимость доказывания в действиях (бездействии) физического или юридического лица признаков противоправности и виновности.

Противоправность поведения лица, привлекаемого к административной ответственности, оценивается с точки зрения нарушения установленных правил. При этом имеются в виду характер самого деяния, способ его совершения и, как следствие, действительный или возможный общественный опасный результат.

То есть, малозначительность деяния является оценочным признаком, который устанавливается в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Применение статьи 2.9 КоАП РФ при рассмотрении дел об административном правонарушении является правом суда.

В настоящем случае игнорирование арбитражным управляющим            ФИО1 обязанностей, предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), нарушает права кредиторов и иных заинтересованных лиц на своевременное и максимальное погашение требований за счет конкурсной массы должника, на получение полной информации о ходе процедур банкротства должника. Приведенные обстоятельства позволяют сделать вывод о возникновении существенной угрозы охраняемым правоотношениям в сфере предпринимательской деятельности.

В данной ситуации, вступившим в законную силу судебным актом установлено, что управляющий в нарушение требований закона необоснованно перечислил аффилированному с должником лицу денежные средства по недействительной сделке, что, как следствие, привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов в общей сумме 2 млн. рублей.

Указанные обстоятельства, свидетельствуют об игнорировании арбитражным управляющим ФИО1  обязанностей, предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), и не опровергают вывод административного органа о пренебрежительном отношении ФИО1  к исполнению своих публично-правовых обязанностей.

В данном случае деятельность управляющего, допускающего такие существенные нарушения при формировании конкурсной массы, не может расцениваться как добросовестная деятельность, основанная на ответственном подходе к выполнению своих обязанностей и требований закона.

Доказательств, свидетельствующих о возможности применения положений статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с учетом фактических обстоятельств, установленных в ходе проверки, и существа правонарушения, совершенного арбитражным управляющим, судом апелляционной инстанции не установлено; существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается в невыполнении требований названных нормативных правовых документов при осуществлении указанного вида деятельности.

С учетом наличия достаточных доказательств факта совершения арбитражным управляющим ФИО1 административного правонарушения, выразившегося в неисполнении им обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), суд первой инстанции обоснованно привлек арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в виде штрафа в размере 25 000 рублей.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, повторяют доводы, приведенные в суде первой инстанции, фактически свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств, но не опровергают их.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.06.2024 по делу № А32-22142/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

В соответствии с абзацем вторым части 3 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья                                                                                                Я.А. Демина